Есть куда вернуться

Наверняка многие дети когда-нибудь боялись возвращаться домой. Например, из-за плохой оценки или написанного в дневнике замечания, разбитого по неосторожности телефона или порванных во время прогулки новых джинсов. В такие моменты очень хочется повернуть время вспять, чтоб получить возможность изменить все свои действия, которые привели к плачевному результату. Но, к сожалению, жизнь вторых шансов не даёт, поэтому, собрав все силы и смелость в кулак, ребёнок заходил в квартиру, где его ждали родители. Дальнейшее развитие событий зависело уже от семьи: на кого-то кричали, у кого-то отнимали то, что ему дорого или запрещали что-либо делать, а кого-то били. Со временем этот страх исчезает, ведь детям свойственно взрослеть. Они отдаляются от родителей, вступают в романтические отношения, в которых, при благоприятном развитии событий, конечно, случаются ссоры и конфликты, но решаются они исключительно разговорами, без применения психологического и физического насилия. Когда Антон начал встречаться с Арсением, парень был на сто процентов уверен, что с Поповым он всегда будет чувствовать себя в безопасности. Однако скелеты, которых Шастун когда-то запер в шкафу под названием "детство", выбрались оттуда в самый неподходящий момент... Тяжело вздохнув, парнишка сильнее прижался к входной двери и вновь задержал дыхание, пытаясь уловить какие-либо звуки, исходящие из квартиры, но, несмотря на все его старания, что-либо услышать ему так и не удалось. Антона это очень даже порадовало, ведь тишина могла означать, что Арсений ещё не вернулся домой, а значит, у Шастуна будет ещё немного времени для разработки плана спасения. Парень аккуратно просунул руку в карман шорт, достал оттуда связку ключей и вставил один из них в замочную скважину. Быстро открыв дверь, он приподнял вéлик и начал затаскивать его внутрь, проходя в квартиру спиной вперёд. — Привет, Антош, — немного уставшим голосом сказал Попов, проходя в коридор. Сердце Шастуна пропустило удар, и он просто замер на месте, от страха сжимая руль и сиденье велосипеда, из-за чего ссадины на ладошках стали неприятно щипать, поэтому юноша ослабил хватку. — Что застыл-то? Проходи, — по-доброму усмехнулся Арсений, приближаясь к парню. — О Господи! — тихо воскликнул он, увидев разодранные в кровь коленки. — Что случилось? Мужчина быстро откатил транспортное средство в сторону рядом находившейся гардеробной, делая в голове пометку не забыть переставить его на балкон, и подошёл к Шастуну, который всё ещё стоял в проходе. — Ты чего? — ласково поинтересовался врач, вглядываясь в покрасневшие от появившихся слёз глаза. Попов взял юношу за запястье и затащил того в квартиру, закрыв входную дверь. — Тош, поговори со мной, пожалуйста. Почему ты плачешь? Так сильно больно? — Арс рукой приподнял подбородок парня, вынуждая его установить с ним зрительный контакт. — Не-ет, — несколько раз рвано выдыхая, жалобно протянул Антон и прижался к брюнету. Конечно, Шастун всё ещё боялся нарваться на гнев Арсения, но сейчас ему так сильно нужна была поддержка и сочувствие, что парнишка, несмотря на страх, сам обнял Попова. — Тише, тише, котёнок, — мужчина несколько раз погладил юношу по голове. — Всё будет хорошо. Давай мы с тобой ручки помоем, умоемся, а после ты мне расскажешь, что случилось. Идёт? — приобняв Антона за плечо, Попов направился вместе с ним в ванную. Сделав температуру воды попрохладнее, Арсений уступил парню место возле раковины, а сам принялся доставать из аптечки нужные для обработки вещи. Шастун тем временем даже не думал подходить к умывальнику, он просто стоял на месте, воспроизводя в голове пугающие картинки, связанные с предстоящей ему медицинской процедурой. — Тош, нужно помыть руки, — не терпящим возражения тоном, но по-доброму говорит старший. Антон недовольно вздохнул, но спорить не стал. Понимал ведь, что Арсений прав, да и высморкаться хотелось, из-за плача нос нехило так заложило. Подставив под струю воды левую, наиболее здоровую кисть, он немного скривился от неприятных ощущений, а после стал по чуть-чуть мочить правую руку. Вот это уже было болезненнее, но всё же вполне терпимо. Пока терпимо. — Держи, — подал полотенце Арс, когда парень закончил умываться и высморкался. Юноша стал выглядеть менее грустным, что заставило Попова мельком улыбнуться. — Так-с, а теперь садись на бортик ванны, помоем коленки. — Не-е-ет! — умоляющее проныл парнишка. — Давай не будем, пожалуйста, — Шастун начал потихоньку пятиться к двери. Не то чтобы он думал сбежать от Попова, но расстояние между ними хотелось увеличить. Ему всё ещё было стыдно за поцарапанный велосипед, за свои слезы, и уж тем более не хотелось обрабатывать раны. — Коть, ты ведь и сам понимаешь, что грязь с ссадин нужно убрать, к тому же, когда ты вечером пойдёшь в душ, на них всё равно попадёт вода, — Арсений подошёл к парню и обнял того в знак поддержки. — Да, попадёт, но может к тому времени они уже подсохнут, и будет не так сильно щипать. — Ты из-за этого плакал? Испугался, что больно будет? — слегка отстранился старший, чтобы посмотреть в глаза юноше. — Ну... Не только из-за этого, — младший отвёл взгляд в сторону. — Я должен тебе кое-что сказать... В общем, прости меня, пожалуйста, я поцарапал твой вéлик, — его голос начал слегка подрагивать. — Так ты из-за этого расстроился? — искренне удивился Арс. — Тош, ну ты чего? Это ж такая ерунда, главное, что ты остался живым и почти здоровым, — сказал брюнет, поглаживая по спине плачущего "ребёнка". — И ты не будешь ругаться? — спросил он, смотря на Попова глазами котёнка из мультика "Шрек". — Ну конечно не буду, Антон. Ты ведь для меня дороже всех велосипедов на свете, — мужчина крепче прижал к себе парня. Шастун начал плакать ещё сильнее, но на этот раз не из-за страха, а от нахлынувших чувств. Слова Арсения его невероятно тронули, он искренне верил, что эта сказанная голубоглазым фраза является самой настоящей правдой. Так, в обнимку, они простояли ещё несколько минут, пока младший окончательно не успокоился. Затем он вновь умылся, приведя своё заплаканное лицо в порядок, и подошёл к ванне. — Давай, Антош, я постараюсь побыстрее, — брюнет взял душевую лейку и стал настраивать температуру воды, пока парень пытался аккуратно сесть на бортик, по минимуму задевая ссадины на ладонях. Видя, с каким трудом парню удаётся удерживать баланс, мужчина встал у него за спиной, чтобы младший смог опереться о его ноги и не упал назад. — Считаешь до семи, и я заканчиваю, идёт? — Арсений поправил спавшие на глаза юноше волосы и знак поддержки по-доброму улыбнулся. — Только не быстро! — Идёт, — грустно ответил парень. Попов направил струю воды на раны — Антон скривился от боли. — Один, два, три, — Шастун сильнее ухватился за бортик ванны, из-за чего ранки на ладошках стали побаливать. Это помогло ненадолго отвлечься, — четыре, пять, — юноша попытался наклониться корпусом вперёд, чтобы прикрыть колени, но Арс придержал его за грудь. — Пожалуйста, хватит! — умоляющее крикнул младший, незаметно вытерев с глаз подступившие слёзы. — Всё, заканчиваю, — выждав ещё мгновение, он отключил воду. — Всё, Антошенька, молодец, — мужчина подал вылезшему из ванны парню полотенце. — Как и обещал, ровно семь секунд, — с улыбкой на лице произнёс тот. — Ага, — недовольно ответил юноша. — Ну и чего ты такой надутый? Обиделся что ли? — Нет, просто ты меня сейчас будешь своими медицинскими штуками мучить, — он скрестил руки на груди. — И чем же по-твоему я буду тебя "пытать"? — усмехнувшись спросил Арс. — Ну как в прошлый раз перекисью, — парень рукой указал на пузырёк, стоящий на стиральной машинке. — Специально для такого бояшки, как ты, я купил хлоргексидин, — в доказательство старший протянул маленькую баночку с жидкостью Антону, но тот её не взял. — Да какая разница, всё равно же щипать будет, — расстроенный ятрофоб опустил взгляд и уставился на стиральный порошок, стоящий возле раковины. — Тебе когда-нибудь обрабатывали раны хлоргексидином? — спросил Попов, практически уверенный в том, что получит отрицательный ответ. — Ну... — парень начал копаться в воспоминаниях. — Вроде бы нет. — Тогда с чего ты взял, что тебе нестерпимо больно будет, м? — мужчина подошёл к зеленоглазому и положил руку тому на плечо. — Всё медицинское всегда причиняет страдания, — сделал вполне логичный вывод юноша. Каждое его воспоминание из детства, связанное с врачами, — это крики, боль и страх. — Не всё, давай ты попробуешь мне поверить, — старший обнял парня и начал перебирать его волнистые волосы. — Тош, мне жаль, что в тот раз пришлось обрабатывать раны перекисью, но я ведь не знал, что ты её так боишься, а другого средства у меня не было. Даю тебе честное слово, что сегодня так сильно щипать не будет. Пойдём в нашу комнату, хорошо? — юноша в ответ лишь кивнул и покинул ванную комнату, Арсений же, довольный таким исходом событий, взял с собой все необходимые медикаменты, которые он ранее разложил на стиральной машинке, и отправился вслед за Шастуном. Зайдя в спальню, мужчина сел рядом с парнем на кровать, положил на рядом стоящую тумбочку бинт и мазь, после чего принялся смачивать ватный диск хлоргексидином. Младший же за всё это время не проронил ни слова, только наблюдал внимательно за действиями Попова и, вероятно, о чём-то думал. — Точно не больно будет? — спросил ятрофоб, отдёрнув конечность, когда Арсений хотел прикоснуться к ссадинам ваткой. — Коть, послушай, — врач взял руку парня в свою и начал поглаживать большим пальцем его по запястью, — я понимаю, что тебе страшно, но могу с полной уверенностью в своих словах пообещать, что сильно щипать точно не станет. Да, могут быть неприятные ощущения, потому что ранки глубокие, но явно будет не так больно, как от воды, — юноша недоверчиво взглянул на старшего, немного призадумался, но всё же кивнул Арсению, тем самым давая ему понять, что он может начинать. — Ого, действительно не больно, — узнав, что "пытка" миновала, парень смог расслабить до этого постоянно находившееся в напряжении тело. — А ты думал, что я тебя обману? — с наигранной обидой спросил Арс. — Ну, мало ли ты так сказал просто для того, чтоб я перестал вести себя как маленький и дал спокойной обработать ссадины... Извини, пожалуйста, мне не следовало про тебя так плохо думать, обещаю, что такого больше не повторится, — младший поник от осознания того, что он не только испортил вещь любимого человека, но ещё и обидел его. — Антош, да всё в порядке, я понимаю, что ятрофобу очень сложно доверять врачу. И вообще, почему "как маленький" то? Все чего-то боятся, это совершенно нормально и тем более не стыдно. Понял меня? — юноша в ответ кивнул — Вот и молодец. Кстати, поздравляю, мы закончили с ладошками, осталось их только забинтовать... Не волнуйся, мазь тоже щипать не будет, — сказал мужчина, увидев, что парень боязливо смотрит на тюбик в его руках. — Расскажешь хоть, как ты умудрился так сильно упасть? — Да блин, я перед поворотом слишком сильно разогнался, поэтому резко нажал на тормоз, но перепутал передний с задним и вылетел вперёд. — Так ты что ль кубарем перевернулся? — шокированно спросил он и начал осматривать Шастуна на предмет других травм. — Да нет, просто через руль перелетел. Но ты не волнуйся, со мной всё в порядке, я только кожу содрал, честно. — Точно голова цела? Не болит, не кружится? — старший легонько потрепал юношу по волосам. — Всё хорошо, Арсюш, правда, — он старался сказать это как можно более убедительным голосом, очень уж не хотелось бы, чтоб Попов заподозрил его во лжи и заставил ехать в поликлинику на обследование. — Ну ладно, не напрягайся ты так, я тебе верю, просто переживаю за твоё здоровье, — по-доброму сказал мужчина и поцеловал парня в щёку, после чего продолжил перевязывать травмированные ладошки. — Вот и всё, готово. Сейчас ещё твои ножки полечим и пойдём чай пить, идёт? — Угу, — грустно промычал Шастун, но осознав, что Арсения может обеспокоить его печальный тон, выдавил из себя улыбку. Старший присел на корточки рядом с коленями юноши и уже хотел было начать обработку, однако на секунду призадумался и сказал: — Антон, у тебя тут ранки очень большие и глубокие, поэтому может чуть-чуть пощипать. Нужно будет совсем немножко потерпеть, договорились? — Ладно, — он вцепился руками в покрывало и устремил взгляд вверх. Услышав, что парень начал жалобно поскуливать, врач постарался как можно быстрее закончить процедуру. — Всё, герой, больше больно не будет, — Попов отложил ватный диск на тумбочку и в знак поддержки похлопал младшего по плечу, после чего стал наносить мазь на бинты. Следующие несколько минут прошли в полной тишине, каждый думал друг о друге, о разных вещах и чувствах, которые обязательно надо будет озвучить своему партнёру. Когда врач закончил перевязку, юноша отправился ставить чайник, а старший отнёс медикаменты обратно в аптечку, выбросил оставшийся после всех манипуляций мусор и пошёл на кухню, где увидел Антона, который стоял, оперевшись руками о столешницу. — Тошунь, — мужчина обнял парня со спины, но от неожиданности младший слегка вздрогнул, — ты какой-то совсем подавленный, у тебя точно больше ничего не болит? — Нет, просто... Мне так стыдно перед тобой. Ты у меня такой хороший, добрый, заботливый, а я только в неприятности попадаю и вещи порчу. Прости меня, пожалуйста, — юноша повернулся к Арсению, обнял его в ответ и уткнулся лбом его в плечо. Слёз не было, однако ему очень хотелось спрятаться от всего мира, а особенно от самого себя, от человека, который только и может, что доставлять неприятности. — Антон, ну что ты такое говоришь, — искренне удивился Попов. — Какие вещи, ты про велосипед что ли? — Угу, — еле слышно промолвил тот. — Котик мой, да с чего ты вообще взял, что я на тебя злюсь? Это ж всего лишь какие-то царапины... А хотя ладно, забей, — мужчина понял, что, скорее своего, парень ведёт себя так из-за не самой правильной реакции родителей на его "косяки" в детстве, поэтому решил не развивать болезненную для младшего тему. — Услышь меня сейчас, пожалуйста, Тош, ты мне нравишься любым, и грустным, и весёлым. Неважно, злишься ты, боишься или чем-то недоволен, я всё равно тебя люблю, и продолжу любить, даже если ты что-то сломаешь, потому что ты для меня невероятно дорог. А в этой ситуации с вéликом главное, что ты жив остался. Всё запомнил? — с наигранной строгостью спросил Арс. — Так точно, — улыбнувшись сказал юноша и поцеловал старшего в обе щеки. — Я тебя тоже очень сильно люблю. И теперь я точно знаю, что, если у меня что-то случится, мне всегда есть куда вернуться, а рядом будет самый дорогой для меня человек. Влюблённые были готовы стоять, прижавшись друг к другу, хоть целую вечность, но громкий щелчок, раздавшийся на кухне, не дал их планам сбыться. — А вот и чайник вскипел, — бодро сообщил Арсений и пошёл к навесному шкафчику, чтобы достать кружки.