Лисёнок

Время приближалось к вечеру. На улице только начинало смеркаться. Птицы потихоньку замолкали, готовясь уснуть и отдать пост ночным обитателям леса. Ёнджуну нравилось это умиротворение. Оно позволяло ему расслабиться и спокойно медитировать в собственной комнате. Парень пытался привести мысли в порядок, разобраться в последних событиях, а также сберечь оставшиеся силы. В коридоре послышались тяжёлые шаги, которые стремительно приближались к его комнате. Открыв глаза и глянув на дверь, Ён увидел, как та резко открылась, впуская в покои пятерых вооруженных мужчин, что, не церемонясь, схватили его под руки, начиная тянуть с собой на выход. Испуганный Ёнджун начал брыкаться и сопротивляться. - Что вы..? Не успев договорить, Ён почувствовал тяжёлый удар по животу, который заставил парня зажмуриться. Не очень-то и по-дружески. Навряд ли эти парни пришли к нему с миром. - Заткнись, лис. Ёнджуна пробрала дрожь. Откуда те знают? Неужели тот мужик очнулся и уже успел доложить всё охране? В таком случае дела плохи. Скорее всего, вся деревня уже знает про него. Слухи могли дойти и до Субина. Сердце Ёнджуна больно защемило от этих мыслей. Субин. Если он все узнал, то как отреагировал? Что подумал? Он хочет убить Ёна? Или Субин уже стоит под дверью этого заведения, дабы первым вонзить меч в сердце кицунэ? Пусть. Пусть лучше это будет Субин, чем эти мерзкие мужики, что сейчас тащат его на улицу. Ён всё же пытался сопротивляться и кричать, что он ничего не понимает, это ошибка, и они взяли не того. Только вот его игнорировали. Двое мужчин распахнули дверь, позволяя другим вытащить Ёнджуна под руки. Легкий ветер, коснувшись лица, заставил парня понять, что уже нечего скрывать. Все точно всё знают. Пора спасать свою шкуру, пока ещё есть шанс. Ёнджун прикрыл глаза, сосредотачиваясь на внутренней силе. Один резкий рывок руками, и мужчины, что крепко держали его, разлетелись по сторонам. Послышались крики людей, что со стороны наблюдали за поимкой лиса. Ён открыл глаза уже самостоятельно стоя на земле. Его кулаки были плотно сжаты, три ярко-голубых хвоста открылись общему взору, а глаза лиса засияли злостью и огнём мести. Ёнджун схватил под горло первого попавшегося мужчину, что несколько секунд назад больно сжимал его запястье. Подтащив к себе и напоследок глянув в его испуганные от неожиданности глаза, Ён со всей силой сжал горло бедолаги, полностью перекрывая ему доступ к кислороду. Всего несколько секунд хватило, чтобы мужчина обвис в руках Ёнджуна с безжизненным взглядом. Из его рук со звоном об землю выпал меч, обозначая гибель хозяина. Одной рукой откинув труп от себя подальше, Ён взялся за освободившееся оружие. Сталь блеснула на закатном солнце, а рука парня идеально легла на рукоять. Секунда любованием новым оружием, и, обернувшись, Ёнджун успел в ту же секунду отбить удар со спины. Сердце билось в груди, давая понять, что вот-вот оно готово выпрыгнуть. Руки не дрожали, они уверенно держали меч, как будто лис всегда владел искусством борьбы, а не держал его первый раз в жизни. Адреналин бил по всему телу. Наверное, те мужики думали, что занятый убийством их товарища Ёнджун не услышит, как те бежали на него со спины, готовясь подло нанести удар? Глупцы, слух кицунэ лучше, чем у любого человека. Отпрыгнув в сторону и за долю секунды оглядев противников, Ён отбежал чуть назад, запрыгивая на лежащие неподалеку бочки. Стоя спиной к нападавшим на него людям, Ёнджун отсчитал до трёх и резким движением развернулся, выкидывая меч в руках так, что лезвие аккурат прошло по горлу подбежавшего к нему мужчине. Второй враг упал замертво. - Слабаки, так вас учили драться?! Воскликнул с насмешкой Ёнджун, отталкиваясь от бочек и приземляясь перед оставшимися мужчинами, успев рассмотреть, что те носили символ охраны на одежде. Все движения Ёнджуна были быстрые и юркие, как полагается лисам. Охранники не успевали просчитать следующий манёвр, как тот уже наносил новые удары. Нужно быстрее заканчивать, пока вся энергия не иссякла. Ён знает, где находится ближайшая деревня, там можно восстановить силы и бежать в противоположную сторону. На север. Отбиваясь от трёх нападавших, Ён прибегает к использованию магии и взмахивает свободной рукой, от чего тех опять откидывает в стороны. Да, парень сейчас легко может поубивать всех этой самой магией, но в таком случае он будет терять силы в два раза быстрее, нежели в обычной схватке на мечах. - Будь ты проклят. Бубнит один их охранников, пытаясь прийти в себя второй раз от действия силовой волны. Ён разворачивается на того мужчину, в секунду оказавшись перед ним. Подняв меч над телом охранника, Ёнджун безжалостно, даже глазом не моргнув, вонзает лезвие прямо в сердце мужчины. Тот резко сплёвывает кровью, глядя на Ёна взглядом полным ненависти и страха. На это лис лишь усмехнулся. Один из ещё живых охранников полз от этой битвы назад к людям. Он настолько отчаялся, что просил помощи у обычных жителей. Жалкое зрелище. На такого даже не хочется тратить время. Второй же, стоя на дрожащих ногах, всё ещё держал меч. - А ты стойкий. Мурлычет Ёнджун, подходя к мужчине. Лис ловко увернулся от взмаха лезвия, на что охранник же, не получив нужной опоры, упал на колени. Ён пнул чужой меч в сторону, накрывая мужчину сзади своим телом и впиваясь в его шею. Да, это вкус насыщения, тот самый, долгожданный. Жаль, нельзя до конца насладиться и насытиться им, так как потеря бдительности – это главная ошибка в бою. Отстранившись от чужого тела, что упало на землю без сознания, Ёнджун выпрямился и осмотрелся вокруг. На улице по углам скучковался народ, что в страхе смотрел на происходящую бойню. Около же самого Ёна валялись бездыханные тела охранников. Иронично, той ночью вся деревня отправилась убивать злобный дух, но когда он пристал перед ними в своём облике, то все спрятались, бросая пятеро охранников на верную смерть. Чтош, не время медлить, сейчас удобный момент сбежать в лес, где можно затеряться с концами. Ён уверенно развернулся на месте, уже готовый бежать, но вдруг почувствовал, как в его шею упирается острая и холодная сталь. Подняв обескураженные глаза на хозяина оружия, Ёнджун был готов самостоятельно проткнуть себе горло. Субин уверенно держал в руке меч, что упирался в нежную кожу, оставляя на ней рану, из которой начинали вытекать капельки крови. В глазах молодого генерала не осталось ни капли былой нежности, теперь в них только ярость и чистая ненависть. Грудная клетка Субина вздымалась вверх и быстро опускалась. Он пытался отдышаться. Наверное, очень быстро бежал сюда. В Ёнджуне моментально пропала тяга к драке за жизнь. Нет, он не будет вредить Субину. С головы молодого генерала не должен упасть ни один волос по вине лиса. Это была клятва, данная самому себе в мнгновенье. - Субин…я.. Ён хрипло вымолвил любимое имя. Сталь скребла по шее, не давая договорить мысль и заставляя зажмуриться от боли. - Ты дранный лис, вот ты кто! Субин вскрикивает, выпрямляя руку, думая, что сейчас пронзит шею нечисти, но Ёнджун успевает прогнуться в спине и быстро поменяться с молодым генералом местами. Субин разворачивается, вновь выкидывая руку с мечом. Сталь со свистом рассекает воздух и проходится по щеке кицунэ. Ён закрывает ладонью порез на щеке и, увидев, как на него вновь летит лезвие, скрещивает руки перед лицом. Ударившись об невидимый барьер, меч Субина разлетелся на мелкие осколки. Генерал распахнул глаза в удивлении, пытаясь осознать, что произошло. Ёнджун же, чувствуя, как энергия до сих пор на исходе, воспользовался моментом, из последних сил побежал в сторону леса. Субин сделал глубокий вдох, успокаивая себя. - Молодой генерал, нам отправлять людей в погоню? Гвардеец, приехавший с Субином, подбежал к нему. - Нет, всем находиться тут, он слаб, я сам справлюсь. - Но ваше оружие… Взглянув на своего подданного, Субин выхватил чужую саблю из футляра и без лишних слов побежал за лисом. Пробегая меж деревьев, ноги заплетались. Ён пару раз упал, но, быстро поднявшись, продолжал скрываться за кронами вглубь леса. За спиной слышалось шуршание листьев, заставляющее повернуться, дабы оценить, насколько преследователь далеко. Из-за этого Ён не заметил, как перед его ногами появилось лежащее дерево. Парень полетел на землю, даже не успев вытянуть перед собой руки. Зашипев от боли, Ёнджун перевернулся, начиная пятиться назад, но спина уперлась в крону дерева. Молодой генерал, наконец, настиг своего врага, вытягивая саблю вперёд, указывая на лиса. - Субин... Тихо промямлил Ён, всё же пытаясь отодвинуться назад. Как будто он бы мог пройти сквозь дерево. - Не смей больше произносить моё имя! Никогда! Из-за тишины леса, крик Субина ещё больше давил на уши Ёнджуна. По телу пробежали мурашки от страха. Почему он не боялся охраны, которая бежала на него с оружием, но испугался крика молодого генерала? Субин сел на корточки напротив Ёна и схватил его за волосы на макушке, притянув к своему лицу так, чтобы лис смотрел ровно ему в глаза. - Знаешь, что я понял. Однажды мой дед смог истребить целую нору таких, как ты. Он стал героем. Его подвиг помог моей семье прославиться и укоренить свой статус в народе. Родившись и узнав эту историю, не было ни дня, чтоб я не просил заново пересказать дедушку мне его подвиг. Ни разу он не поменял слова, ни разу не изменил ни одной детали. Только, когда дедушка уже был на полпути в лучший мир, он рассказал мне то, что никому ещё не говорил. Ён внимательно слушал, сам не до конца понимая, к чему ведёт Субин. - В ту ночь, дед увидел израненного лисёнка, который всё ещё был жив, но, подумав, что этот детёныш нечисти долго не протянет, всё же не стал его добивать. Субин перехватил Ёна за одежду на груди и стал трясти бедного парня. - Тем утром, когда ты сказал, что твоих родителей разорвали волки, и только ты чудом остался жив. Волками были люди? Ты тот лис, который всё же смог выжить? Ён растерялся. Быть не может. Предки Субина уничтожили его родителей? Так получается, убив его отца, Ёнджун вернул кровавый долг? - Зуб за зуб, значит. Вы убили моих родителей, а я покончил с твоим отцом. Прохрипел Ён, боясь ещё сильнее разозлить молодого генерала. Субин отшвырнул Ёнджуна в сторону, словно какую-то куклу. - Значит, закончу дело дедушки, если не он, то я добью тебя. Свистнув в воздухе, сабля остановилась около шеи Ёна, что схватился за лезвие обеими руками, не давая пронзить своё горло. Оружие было очень хорошо наточено, поэтому кровь со свежих ран на ладонях начала струями стекать по кистям и локтям. Ён, несмотря на сильную боль в руках, что кажется, были уже изрезаны до костей, не отпускал оружие. С глаз начали течь слёзы, толи от боли, толи от переполняющих Ёнджуна чувств. Такое уверенное действие напрягло и удивило Субина, но он всё равно не опустил оружие. - Субин, а теперь дай мне договорить! Выслушай меня в ответ! Из последних сил закричал Ён. Руки начали уже сильно дрожать от не прекращаемой боли из-за скольжения лезвия по свежим ранам на ладонях. Слезы сильнее хлынули из глаз. Молодой генерал смотрел на кицунэ молча, кажется, он был растерян. - Ты хочешь убить меня? Так сделай это! Избавь меня от моих чувств. Избавь от желания сказать тебе обычное: «Я люблю тебя!» Избавь от невозможности услышать в ответ: «Я тебя тоже». Я устал, Субин. Каждый день после нашей встречи я устал думать и скучать по тебе. Я устал мечтать о том, что когда-нибудь ты всё-таки узнаешь, кто я, и не возненавидишь меня. Руки Субин начали предательски дрожать, а в глазах появились новые эмоции, помимо ярости, что медленно, но верно уходила на второй план. Ёнджун кричал все, что хотел сказать возлюбленному, но до этого боялся сделать. - Я люблю тебя, слышишь? Люблю! Лучше я умру от твоих рук, чем от чужих. Ён отпустил саблю из рук, позволяя Субину нанести последний удар. Только молодой генерал ничего не сделал. Он молча хлопал глазами, уставившись на Ёнджуна. Несколько секунд длились вечность для обоих парней. У Субина готова была взорваться голова. Он не может понять, как отреагировать на это. Нет. У него нет выбора. Столько людей было убито этим лисом. Субин должен покончить с ним раз и навсегда. Молодой генерал крепче взял в руки саблю, но, замахнувшись дрожащими руками, понял, что не может. Что же сделал с ним этот лис, почему он не может его убить? Ведь Субин ничего к нему не чувствует, он ведь не успел привязаться к нему? Нет. Глупости. Субин отбрасывает саблю в сторону, сжимая кулаки и закрывая глаза. - Я такой ничтожный. Мямлит молодой генерал. Сейчас он и вправду считает себя таким слабым. Его предки были способны убивать кланы кицунэ, а он не может зарезать и одного лиса. Сорвавшись с места, Субин хватает Ёна за горло одной рукой, а другой начинает бить его, наносить один удар за другим по красивому и идеальному лицу. Ещё сильнее добивало состояние генерала то, что Ён ничего не делал. Лис только схватился за руку, что сжимала его горло своими окровавленными ладошками, и, прикрыв глаза, послушно принимал удары. Субин с детства знал, что нельзя доверять лисам. Все кицунэ злые, они несут лишь раздор и смерть. Ни один из них не пощадит человека. У кицунэ нет совести и чести. Парень, замахнувшись, бьёт по лицу Ёнджуна, попадая ровно в нос, из которого струей потекла кровь. Только Ён другой. Он ни разу не навредил Субину. Было столько шансов убить молодого генерала, а лис не воспользовался ни одним. Почему? Когда они дрались, только Субин пытался поранить противника. Ёнджун же просто уклонялся, пытаясь сбежать. Он не ранил его, хотя мог даже как тех охранников убить. Ещё один удар. С уголков губ текла кровь, скапливаясь на подбородке и продолжая течь уже по руке Субина, которая всё также крепко держала чужое горло. Нельзя забывать, что Ёнджун лис. Он умеет красиво врать. Он точно обманывает. Глаза Ёна медленно закрылись после очередного удара по лицу. Его ладошки, что крепко держали руки Субина, опали на землю. Лис потерял сознание. Зачем Ёнджуну сейчас врать? Он пропустил столько подходящих моментов, чтобы напасть. Даже не сопротивлялся, когда Субин начал его избивать. Неужели Ён реально влюбился в…? Нет. Субин резко отстраняется от избитого тела, падая и начиная пятиться назад. В горле ком, а в глазах слёзы. Ему жалко этого лиса и так не должно быть. Осмотрев свои руки, что полностью были в чужой крови, Субин начал тяжело дышать. Он глянул на тело Ёна. Он мертв? Парень подлетел обратно к лису, который после того, как отключился, потерял свой лисий облик, снова становясь тем Ёном, которого встретил Субин не так уж и давно. Сейчас молодой генерал со всей своей нежностью провёл по избитому собой же лицу. Почему-то так росла ненависть к самому себе. Субин прильнул к изуродованному лицу. Слабое, но дыхание было. Поднимая хрупкое тело на руки с особой нежностью, парень оборачивается назад. Слышалось, как сюда бегут люди. Всё же никто не послушал приказ Субина. Последний раз, глянув на закрытые лисьи глаза, парень зажмурился, дабы не допустить слёз, и, сглотнув вязкую слюну, подавил все эмоции, вновь становясь серьёзным. - Лис мертв. Нагло соврал Субин прибежавшей охране. Он сейчас кинет тело кицунэ в овраг неподалёку, дабы люди не смогли добраться до него и добить до конца. Ёнджун, оклемавшись, убежит куда подальше, и хорошо, чтоб мозгов хватило не попадаться на глаза молодому генералу, а то больше Субин не струсит, наверное. В этом заключался весь его план. Охрана ликовала, когда Субин избавился, как они думали, от трупа.