Путь к новой жизни

Сандра открыла глаза и поняла, что находится в своей спальне. Воспоминания о вчерашнем вечере всплывали лишь небольшими отрывками, которые девушка никак не могла собрать воедино. Сев на краешек кровати, грешница решила, что стоило хотя бы попытаться вспомнить хоть что-то, особенно то, как она оказалась дома. Четкая картинка никак не выстраивалась, а лишь витала где-то на периферии сознания. Внимание девушки привлёк зазвонивший телефон, на экране которого высветилась фотография Ольги. — Ало? Доброе утро, мам, — Саша включила громкую связь и схватила с тумбочки бутылку с воды, готовясь выпить не меньше половины. — Доброе утро. Ты не забыла про нашу встречу? — спросила Ольга. Услышав вопрос, девушка чуть не подавилась водой. — Нет, конечно не забыла, я уже почти собралась, — грешница пыталась звучать бодро и убедительно, но внезапный зевок выдал её с головой. — Ты же только проснулась, да? — Ага. — Ладно, — Пресвятая выдохнула, — Я буду ждать тебя в кафе через сорок минут. Гудки, которые Сандра услышала сразу после слов матери, привели её в чувства. Вспомнился вчерашний вечер. Перед глазами словно до сих пор горели английские буквы «А» и «S» на розово-голубом закатном небе, которые, казалось, вонзались девушке в память. Саша заметила одно непрочитанное сообщение от первого мужчины. С улыбкой на лице грешница начала читать, но с каждым словом её лицо принимало все более и более удивленный вид. Сообщение гласило: «Короче, я тебя домой принес, спать уложил. Извольте, переодевать не стал, сама справишься. В общем, обувь снял, трусы забрал, орешки у тебя спиздил. Одно из этого я точно сделал. Доброе утро» Больше всего девушку напрягал тот факт, что она сидела в обуви. Сандра в спешке начала снимать обувь, кинула её около кровати и побежала на кухне. Любимый миндаль оказался на месте. Выдохнув, девушка спокойно проверила нижнее белье и, цокнув, закатила глаза. Обнаружилось, что у её любимого ангела очень гаденькое чувство юмора. Это не было каким-то открытием, конечно, но было обидно, что она повелась. — Прибью когда-нибудь скотину эту, — Саша чуть усмехнулась, но улыбка сразу сползла с её лица, когда она увидела время. Девушка побежала собираться, продолжая пыхтеть. Было неловко, что она забыла о встрече с мамой. Сандра пыталась собираться быстро, но её мысли всё время возвращались к Адаму. Медленно до девушки дошло, что вчера она видела фейерверки. Она и при жизни сталкивалась пиротехникой, но тогда она сидела дома, а потому звуки разрывавшихся снарядов был приглушенным и ей было достаточно засунуть в уши беруши, чтобы не чувствовать тревоги. Вчера же фейерверк был прямо у неё над головой, а грохот был просто ужасный.

***

— Представляешь, я наконец решилась сходить к специалисту по сновидениям. Хоть посплю спокойно, — Саша размешивала сахар в чае, придерживая голову рукой. — Неужели сны стали такими тяжелыми? Тебе всё ещё снится сад или уже что-то другое? — Ольга выглядела обеспокоено, даже отложила вилку и перестала есть десерт. — В последнее время меня мучают кошмары похуже Эдема, — девушка сделала глоток чая и замолчала, после чего отвела взгляд куда-то в сторону. Было в прекрасной райской погоде что-то такое, что вызывало беспричинную радость. Может это предвкушение скорого нормального и спокойного сна? Ольга, сидевшая напротив дочери, не знала как реагировать. Было грустно от того, что даже в Раю девушку не отпускали кошмары и темные воспоминания из жизни. Сандра выглядела так, словно ей было тяжело, даже больно говорить о том, что происходило у неё в голове. Догадка Пресвятой о том, что дочь терзают кошмары войны, больно ударила по сердцу женщины. После войны девушка изменилась до неузнаваемости: из общительного, счастливого ребенка она за четыре долгих года превратилась в замкнутую, угрюмую женщину, которая почти не улыбалась и не говорила. Ольга, когда впервые увидела свою дочь в у райских ворот, подумала, что перед ней снова та жизнерадостная девочка, что была до войны. — Снова их пьёшь? — не без нотки грусти спросила женщина, увидев в сумке дочери полупустую пачку успокоительного и упаковку снотворного. — А, это, — как-то рассеянно ответила грешница, не удосужившись даже посмотреть в сторону матери, — Это как перестраховка, а так стараюсь обходиться без них. Таскаю с собой, чтоб спокойнее было. Обе женщины так и продолжили сидеть молча. Диалог совсем не клеился, они просто не знали о чем говорить, чтобы не сделать ситуацию хуже. Что они могли сказать друг другу, чтобы не затрагивать прошлое, которое сейчас преследовало Сандру? У девушки в голове в этот момент роились мысли о кошмарах, об их причине. Причине, по которой прошлое её не отпускало. Почему? Потому что она грешница? Потому что не принадлежит этому месту? Появлялось ощущение, будто что-то тянуло её вниз, в Ад, где ей и место. Наконец, когда грешнице надоело буравить взглядом дыру в стене, она сказала то, что застало Ольгу врасплох. — Мам, наклонись ко мне, — Саша понизила голос и после того, как Пресвятая подвинулась ближе, сказала, — Я ведь грешница. Как меня сюда пустили? Рай же так тщательно следит за своей безопасностью, вот там… Кхм, меры разные предпринимает. Так как это допустили Серафимы? — Это конфиденциальная информация, — голос женщины стал холодным, а лицо серьезным, — Этого я тебе точно сказать не могу, прости. И давай мы перестанем говорить об этом в людных местах? Сандра отодвинулась и неловко отвернулась, прокашлявшись. Ольга опустила глаза в тарелку и, выдохнув, продолжила трапезу. Вспоминая, как она добивалась того, чтобы её дочь пустили в Рай, женщина криво улыбнулась, пытаясь скрыть волнение. Ещё пару раз глубоко вдохнув, Ольга позвала официанта и заказала на двоих чайник мятного чая с мелиссой. Неловка улыбка застыла на лице Пресвятой, а потому Саша только недоверчиво на неё взглянула. — Давай лучше сменим тему. Что за брошь ты заказала? Эмили что-то про нее говорила, — женщина пыталась увести мысли от того разговора с Сэрой, но всё равно думала только о нем.

***

— Сэра, прошу вас… — Ольга, прекратите. Мы не будем вновь поднимать эту тему. Ваша дочь - грешница, она убила человека, ей не место в Раю, — старший Серафим резко расправила шесть пар крыльев, и несколько глаз открылись на разных частях её тела, угрожающе смотря на Ольгу. — Была война, ей пришлось! Моя дочь была несчастным ребенком, это была даже не её воля! — крылья женщины опустились от отчаяния, когда Серафим повернулась к ней спиной, готовая выгнать собеседницу из кабинета, — Прошу вас! Ну не верите вы мне, не верите ей, поверьте хотя бы Всевидящему Оку! Сэра замерла, сложила крылья и тихо выдохнула, успокаиваясь. Ольга же еле сдерживала слезы. Женщине было ужасно больно думать, что её дочь так несправедливо отправится в Ад. С самого своего попадания в Рай она пыталась как-то решить эту проблему, не спала ночами, ломала себе голову, перечитала все книги из райской библиотеки. В итоге она поняла, что единственный способ как-то повлиять на судьбу дочери - иметь власть, либо быть с этой самой властью на короткой ноге. Серафим медленно повернулась к ангелу за своей спиной. — Поверить Всевидящему Оку, говорите? Ладно, посмотрим на грехи вашей дочери, — произнесла Сэра, не смягчив свой взгляд. Серафим махнула рукой и перед женщинами образовался большая сфера, светившаяся белым. Старший ангел провела рукой по шару, который, словно телевизор, начал транслировать темное прошлое Сандры. Обрушившееся здание больше напоминало груду мусора, а с каждым новым взрывом от дома отваливались новые и новые куски. Под завалом были двое. Умирающий мужчина и щуплая, рыдающая девчонка. Мужчина, знакомый Ольге, умолял Сашу убить его. На моменте, когда девочка, рыдая, била мужчину ножом, женщина почувствовала, как у неё закружилась голова, и отвернулась. Уже позже, обняв колени и забившись под камень, Саша сидела перед мертвым телом мужчины, трясясь в тихих рыданиях. Она дрожала от боли, холода и страха, который ей пришлось испытать. Девочка рыдала, размазывая слезы и кровь по лицу. Она убила его, убила своими руками. За пределами завала звучали выстрелы и крики, добавляющие мрачной, серой атмосфере ещё больший ужас. — А ну, взяли! Давай, поднимай! Раз-два, раз-два! — Саша даже не обратила внимания на группу солдат, которые с трудом поднимали плиту за плитой. Молодой парень подошел к ней и взглянул на неё, — Вот она! Саша, иди сюда. Девочка подняла на парня, Яшку, темные глаза, но тут же отвернулась. Испачканная кровью, дрожащая и всхлипывающая, она выглядела по-настоящему ужасно. Парень, выдохнув, обнял Сашу, прижал к себе, начиная поглаживать по голове. Яшка попытался оттащить девочку от безжизненного тела дяди Вити, который когда-то был для него любимым дядей. — Пойдем, Сашенька, нам надо идти… — тихо, почти шепотом, говорил он. Но вдруг, девочка, посмотрев на него своими тусклыми, заплаканными глазами как-то испуганно, начала вырываться. — Нет! Нельзя без дяди Вити! Я не пойду! — Саша дергалась из стороны в сторону, била слабыми кулаками по груди Яшки, смотрела в сторону трупа и задыхалась от рыданий. — Он мертв. Ему уже ничем не поможешь. Надо уходить отсюда, — парень поднял девочку на руки и пошел к выходу. — Я… Оставь меня, я убила его. Я теперь не лучше этих, — шептала поэтесса, прижимаясь к груди Яшки. Молодой солдат замолчал, посмотрев на девочку. Её некогда живые, теплые глаза, казалось, были совсем пустыми, как будто отделились от тела. Когда они дошли до относительно безопасного дома, где прятались мирные жители, Яшка посадил Сашу на землю и сам уселся рядом, выдыхая. Девочка, продолжая плакать, прижалась к парню и положила голову ему на плечо. Солдат приобнял подругу за подрагивающие плечи и закрыл глаза. Не одна она потеряла кого-то дорогого ей на этой ужасной войне. Не ей одной пришлось пережить подобное. — Саш, ты… Он ведь просил тебя? — в отвел последовал короткий кивок и тихое «да», утонувшее в рыданиях, — Не кори себя. Он бы не выжил, мучился, страдал, а ты лишь помогла ему быстро и спокойно уйти. Ему больше не больно. Отпусти его, не тревожь его душу. Парень говорил тихо, спокойно и добро, стараясь успокоить поэтессу. Девочка снова вспомнила улыбающееся лицо дяди Вити. Может Яшка прав и она правда помогла ему? Помогла, но какой ценой? Убила своими собственными руками, как ей теперь смыть эту кровь? У Саши в голове что-то щелкнуло. Всё потому что она такая. Рихтер. Грязная кровь. Сэра молчала, наблюдая за происходящим. На сфере надписями высвечивались мысли Сандры. Серафим щелкнула пальцами, и шар растворился, оставляя двух женщин в оглушительной тишине. Ольга зажимала рот рукой и тихо дрожала, а по её щекам текли слезы. Женщина подняла глаза на Серафима и как-то испуганно отвела взгляд, зажимаясь ещё сильнее. Старший ангел в которых раз тяжело вздохнула и отвернулась от Ольги. — Мы больше не будем поднимать эту тему. Вы свободны. — Но Сэра, прошу вас! Мы же обе видели, что она… — Послушайте, я не могу повлиять на то, чтобы её душа оказалась в Раю. Но есть другой вариант. Впрочем, сейчас не время это обсуждать. Поговорим ещё перед её смертью. Не поднимайте больше эту тему, а то я могу и передумать. Можете идти.

***

Сандра в спешке собиралась на прием к специалисту по снам. После вчерашней встречи с мамой на сердце было как-то неспокойно. Ольга явно не хотела делиться с ней информацией. Что такого произошло? Она душу продала, чтоли? Что могло вызвать такое поведение у её матери? Мысли не давали девушке сосредоточиться, отвлекали и путали, угнетали и пугали. В попытках отмахнуться от мрачных размышлений Саша включила на телефоне любимый плейлист с песнями Адама. Через время грешница уже сидела на диване в приемной Даниэлы, ожидая когда её позовут в кабинет. Что вообще может сделать эта женщина? Как она заставит её прекратить видеть сны? Это больно или приятно? Сейчас голова девушки была готова взорваться от нескончаемого потока мыслей. Сандра уже почти искусала себе все губы, но тут же вспомнила о цвете своей крови и постаралась успокоиться. — Вы Сандра? Прошу проходите, Даниэла ждёт вас, — голос раздался из-за стойки регистрации и оттуда вышла миловидная девушка-овечка. — А? — грешница резко дернулась и посмотрела на невысокого ангела. По-видимому это была секретарша великой заклинательницы снов. Девушка, погруженная в свои мысли, не поняла ничего из сказанного овечкой. — Пожалуйста, пройдите в кабинет. — Спасибо, — неловко улыбнувшись секретарше, Сандра зашла в кабинет. Мрачноватый, выполненный в темно-фиолетовых, но при этом не вызывавших тревоги, оттенках кабинет показался Саше весьма уютным и подходящим для работы со снами. Под потолком, на котором золотым цветом было изображено звездное небо, плавали небольшие темные облачка, что прибавляло атмосферы. За большим столом, расположившимся в конце кабинета, сидела ангел с длинными черными волосами и большими пушистыми сиреневыми крыльями. Она исподлобья посмотрела на Сашу и кивком указала на кресло перед ней. Если раньше, по телефону, грешнице думалось, что голос женщины был ей очень знаком, то сейчас она была уверена, что видит её впервые. — Добрый день. Сандра верно? — Даниэла, не поднимая глаз на сидящую перед ней девушку, что-то отмечала на небольшой карточке, лежащей перед ней. — Да, всё верно, — Саша так и продолжила разглядывать кабинет. Темные книги с золотой рамкой на корешке, какие-то артефакты на полках, звездные карты на стенах и теплый свет от свечей, всё это выглядело так правильно в этом волшебном кабинете. — Насколько я помню, вы хотели избавиться на время от сновидений, — женщина наконец посмотрела на клиента и, увидев легкий кивок, встала из-за стола и махнула рукой, — Можете пока ложиться, я сейчас подойду. Кушетка прямо за вами. Даниэла скрылась за дверью, которая, казалось, только что появилась в стене. Сандра, которая точно помнила, что никакой кушетки за ней не было, с удивлением обнаружила её стоящей посреди кабинета, когда обернулась. Настоящее райское чудо, хотя она и не такое видела. Девушка поставила сумку на кресло и прилегла на нужное место, сложив руки на груди и переплетая пальцы. Было немного тревожно, но её успокаивала одна вещь - в Раю больно не сделают. Прикрыв глаза, Саша услышала отдающийся эхом стук каблуков, а потом всё тело обдало приятным теплом. — Я испачкаю маслом ваши волосы. Вы не против? — женщина провела по воздуху рукой и какие-то баночки и массажеры начали кружиться в воздухе. — Нет конечно, делайте что нужно, — грешнице было трудно даже думать, а потому когда Даниэла что-то спросила, ответила почти не напрягая мозги, абсолютно доверяя женщине. — Это не займет много времени, вы можете расслабиться, — ангел выдавила на руки немного масла и, размазав его по ладоням, зарылась пальцами в волосы Сандры. — А что вы будете делать? — девушка почувствовала, как её глаза закатываются от удовольствия. Умелые руки делали массаж головы так приятно, что хотелось пищать. — Я наложу чары, которые будут блокировать поток мыслей перед сном. Легче всего наложить чары через массаж головы, это поможет подобраться максимально близко к вашим мыслям, а также расслабит вас и процедура пройдет приятнее. Не волнуйтесь, это не больно. — А… Понятно. Больше грешница ничего не говорила. Она старалась расслабиться и не мешать работе Даниэлы. Ангел, что стояла у головы Саши, изредка дотрагивалась чем-то прохладным и острым до кожи её головы, вызывая легкую дрожь и мурашки. Больно не было, скорее даже приятно. Полностью расслабившись, девушка не заметила, как её начало клонить в сон. Такое всегда случалось, когда кто-то контактировал с её волосами или головой, будь то парикмахер или медсестра, проверяющая волосы на наличие вшей.

***

«У вас такие темные мысли. Надеюсь, что теперь вы сможете спать спокойно» Эта фраза, сказанная Даниэлой, не переставая крутилась в голове у Сандры. Она действительно заснула на процедуре и спала так спокойно и крепко, как не спала, кажется, ни разу в жизни. Сейчас грешница была четко уверена, что сможет спать спокойно. Без смерти, войны и боли. Медленными шагами девушка шла в сторону дома в приподнятом настроении, уже представляя чем она может заняться. Но не долго ей пришлось радоваться, ведь у самого входа в дом, прямо перед дверью стоял её бывший муж. Раздражено цокнув, Саша уже начала думать, как ей пройти мимо него. Может стоит написать Адаму, чтобы он прогнал его или создал ей портал? Не успела грешница и слова вымолвить, как Кирилл тут же защемил к ней. — Саша, я… — ангел посмотрел по сторонам и, не увидев рядом первого мужчины, продолжил, — Прошу, давай поговорим. — Нет, Кирилл, я тебе всё сказала. Я попросила по-человечески отпустить меня. Почему ты просто не можешь принять отказ? Стоящий перед ней тощий мужчина, казалось, не слышал её, манимый только своими желаниями. Он подошел чуть ближе, смотря на неё грустными глазами. Девушка отвернула голову, стараясь не пересекаться с ним взглядом. Когда-то давно она вышла за него ради гражданства и так и не поняла, смогла ли полюбить или нет. Скорее всего нет. Сейчас же каждая встреча с бывшем мужем была неловкой, хотелось сбежать и больше не видеть этого ангела. — Мы же давали друг другу клятву! Неужели ты не хочешь начать всё сначала? Мы тебе безраз… — Нет! — перебила его Сандра. Это именно то, чего она так старалась избежать. Девушка решила сказать резко, как бы ей ни хотелось не причинять бывшему мужу боли, — Нет и ещё раз нет. Извини, что резко, но начинать всё сначала? Это шутка такая? Неужели ты так слеп, что не видел всех моих мучений за всю нашу совместную жизнь? Давай расставим все точки над и, я не хочу с тобой больше ни видеться, ни говорить. Отпусти меня и живи спокойно, не нужно меня постоянно караулить у дома, не мучай нас обоих. Сандра обошла застывшего Кирилла и пошла в сторону дома. Она лишь надеялась, что он перестанет преследовать её и возьмется за голову. Нужно жить дальше, не оборачиваясь на прошлое. Уже у самых дверей девушка остановилась, услышав всхлипы за спиной. Она крепко сжала рукой ручку и напряглась. Лишь бы он не начал её умолять. Сердце как будто сжало тисками. — Тогда пожалуйста, — Кирилл подошел к девушке, размазывая слезы по лицу, — Прими это как подарок. Прощальный подарок. Грешница выдохнула и резко повернулась всем телом в сторону бывшего. Мужчина выставил перед собой руки и закрыл глаза, сведя брови к переносице, напрягаясь. Тут же перед ним образовалась небольшая сфера, которая превратилась в небольшую сумку белого цвета. Ангел поймал сумку и, отойдя чуть в сторону, нажал на небольшое сердечко на сумке. Тут же объект снова засветился и начал трансформироваться в относительно небольшой дельтаплан, которые по форме напоминал белые крылья. — Чтобы открыть надо нажать на сердце, как ты уже видела. А чтобы закрыть, — Кирилл перевернул «крылья» и указал пальце на середину, где располагалось ещё одно ярко-красное сердце, — Сюда. Сделал их специально для тебя. Ангел нажал на кнопку и дельтаплан снова стал небольшой сумкой. Саша всё также молча подошла к бывшему мужу и взяла подарок из его рук. Повесив подарок на плечо, девушка грустно посмотрела на Кирилла, который криво улыбнулся. Стало больно и тепло. Приятно, что мужчина так позаботился о ней и стыдно, что она избегала его и даже не удосужилась выслушать. Снова сделав лицо серьезным, она наконец сказала. — Спасибо тебе, — чуть поклонившись, грешница развернулась и развернулась к двери, — Прощай, Кирилл. Девушка приложила магнитный ключ к небольшой панели и резко открыла дверь в дом, начиная торопливо подниматься по лестнице. «Прости» так и не сорвалось с языка.

***

Сандра лежала на кровати, слушая классическую музыку, проигрываемую её телефоном. Делать больше ничего не хотелось, настроение опустилось ниже плинтуса как только она поговорила с бывшем мужем. В дверь несколько раз позвонили, потом агрессивно постучали. Девушка не обратила на это внимания, сейчас ей хотелось побыть немного наедине с собой и в тишине. — Ну слушай, это уже совсем никуда не годится. Ты схуяли мне дверь не открыла, а? — Адам заглянул в комнату к грешнице, а после просунулся полностью, — Хуя мы разлеглись! — Сам зашел, вот и не ной. Не до тебя сейчас, Адам. Давай потом поговорим, не знаю. Зачем ты вообще пришел? — За шкафом, — съязвил первый мужчина, присаживаясь на край кровати рядом с Сандрой, — Вставай давай. Че раскисла, я не пойму? Боишься, что к тебе твой пирог опять прицепится? — Уже нет. — Вот и славно. Кстати, у тебя поесть есть чё-нить? Голодный, что сдохнуть можно. Че за сумкааахуеть! — дельтаплан раскрылся и чуть не врезался в окно, — Ебануться у тебя тут аппарат! Хуево конечно, что он белый, но мы это щас исправим. Девушка приподняла голову и увидела, как Адам схватил летательный аппарат и словно ребенок начал вертеть его в руках. Саша по приходу домой бросила подарок куда-то на кресло и даже успела забыть о нем. Секунда и в руках Адама появилась небольшие кисточка и баночка с краской. Заметив, что грешница уставилась на него, мужчина игриво подмигнул ей и перетащил аппарат в другую часть комнаты. Сандра вновь отвернулась и посмотрела в окно, слушая шуршание со стороны мужчины. Несколько раз девушке в спину прилетела фраза «Ты только не подсматривай. Не подсматривай Блять!», что не могло не вызвать улыбку на лице. Хоть Адам и был не самым лучшим и хорошим, но настроение он поднимал отлично. Грешница уже и позабыла о недавней встрече с бывшим мужем. — Принимай работу, теперь хоть летать не стыдно будет. Гордо выпятив грудь, Адам положил перед девушкой планер. На белых «крыльях» красовались светло-фиолетовые полоски и ромбики. Посмотрев на этот узор пару минут Саша наконец поняла, что он ей напоминал - узоры с излюбленной робы мужчины, которую он постоянно носил. Выгнув вопросительно бровь, девушка посмотрела на него с хитрой улыбкой. — Ну чё ты так смотришь на меня? Акулы были? Были. Теперь у нас узор парный. Где мои благодарности? Или хочешь действиями отблагодарить? — Да, давай действиями, — первый мужчина удивленно замер, увидев игривый взгляд девушки, сидевшей на кровати, закинув ногу на ногу. Он громко выдохнул, поправляя ворот робы. Уже потянувшись к Сандре, мужчина остановился, когда услышал заливистый смех девушки, которая отодвинула его от себя и быстрым шагом направлялась на кухню — Еды тебе наложу, кабанчик. — Сука ты.

***

Адам просидел у Саши почти до двух часов ночи. Девушке с трудом удалось выгнать его из квартиры, потому что мужчина уже начал раскладывать себе диван. Чуть побурчав и послав Сандру три веселые и приветливые, первый человек нехотя создал портал к себе в квартиру. Сказал ещё, что придумает, как сделать из «позорного дельтаплана с пиздатым рисунком» что-то, что больше напоминает крылья, а то не по красоте как-то. Сейчас, лежа на мягких и прохладных простынях, грешница была уверена, что сегодня она наконец сможет выспаться. Она не проснется от собственного крика в слезах и холодном поту, не будет мучаться воспоминаниями о войне и на следующий день до вечера ходить в уродском настроении. Устроившись поудобнее и обняв одеяло, Сандра была уверена, что сегодня она впервые за долгое время будет спать спокойно. Несмотря на то, что она выспалась ещё на сеансе у Даниэлы, сейчас её начинало клонить в сон.