***
Не смотря на загруженный из-за конфликта с Адом график, Сэра согласилась назначить встречу на ближайшее время довольно быстро. Стоило Сандре сообщить ангелу о том, что ей снились сны даже после заклинания Даниэлы, а главным героем и, собственно, причиной этих снов мог быть Люцифер, прятавшийся за чужой личиной, как Серафим в этот же день освободила для неё время, попросив подойти ближе к ночи. Девушка, хоть и волновалась перед встречей, хотела поскорее разобраться с этим всем. На днях ей опять снился сон, только всё было очень размытым, как будто магия Даниэлы хоть немного, но сдерживала того, кто хотел проникнуть в сознание Саши. Вспомнилось, как несколько месяцев назад она также тряслась перед встречей с начальством и также хотела разобраться с причиной своих снов. Грешница торопливо собирала вещи, то и дело поглядывая на время. Она боялась, что опоздает и тем самым потратит драгоценное время встречи. Старший Серафим смогла выделить грешнице только один час, поздно вечером, когда все сотрудники ушли домой. Только девушка зашла в здание, неприятная дрожь пробежала по её позвоночнику. В стенах офиса стоял полумрак, окутавший всё, кроме стойки регистрации, над которой одиноко светила ярко-белая лампа. Администратор, которая уже собирала вещи и готовилась уходить, заметила Сандру и что-то шепнула в небольшой микрофончик, встроенный в стол. Тут же открылись двери лифта, и девушка быстро в него забежала. Здание было устроено не очень удобно. Нельзя было сразу подняться в кабинет Сэры, надо было сначала пересесть на лифт, расположенный в офисных зданиях, который располагался на другом конце коридора. Уже подбегая к дверям лифта, грешница ощутила чувство, словно за ней кто-то наблюдает. Медленно обернувшись, Саша в немом испуге посмотрела на темный офис. Ни единой души. Она несколько нажала раз на кнопку вызова, прекрасно понимая, как бы надеясь, что так лифт приедет быстрее. Хотелось как можно скорее уйти с этажа. Наконец, когда двери медленно разъехались, свет выполз полупрозрачным прямоугольником, осветив помещение совсем немного. Девушка, выдохнув, наконец поехала на встречу к Серафиму. Когда двери начали закрываться, посредине коридоры грешницы увидела Мигеля. Парень медленно шел к лифтам, и по мере его приближения девушка разглядела на его лице кривую ухмылку. Почему-то сейчас от привычной улыбки ангела внутри всё похолодело. Сердце забилось как бешеное, а дыхание участилось. Было ощущение, словно на неё смотрел не привычный ей дурачок Мигель, а хищник, играющий со своей жертвой. Перед тем, как двери лифта сомкнулись, ангела успел помахать начальнице рукой, после чего скрылся за поворотом. А дальше тишина. Только тихий гул работающего лифта и иногда потрескивание лампочек над головой. На нужном этаже Сандра вышла на ватных ногах. Дори уже давно не было на рабочем месте, поэтому верхний этаж был окружен мертвенной тишиной. И опять эта липкая тьма, из которой, казалось, смотрели чьи-то красные глаза, хитро прищурившись. Слушая только свой стук каблуков, грешница подошла к двери правого зала, но, не успев даже постучать услышала короткое «Входи». — Добрый вечер, Сэра, — девушка выглянула из-за двери и неловко опустила глаза, встретившись взглядом с Серафимом, — Спасибо что уделили мне сегодня время. Я знаю, что ваш график сейчас очень забит. — Добрый вечер. Присаживайся. Давай не будем терять время зря, а сразу перейдем к обсуждению вопроса, ради которого мы тут собрались, — ангел потерла виски пальцами и чуть нахмурилась. Девушка понимающе кивнула и присела на место перед старшим женщиной, — Значит ты предполагаешь, что тебе снился Люцифер, верно? — Не совсем. Я предполагаю, что он стал причиной появления этих снов. Тот факт, что после заклинания Даниэлы сны продолжились, говорит о том, что они как бы созданы искусственно, не моим сознанием. Даниэла предположила, что это может быть именно, — грешница закусила губу и опустила глаза в пол, — Король Ада, который, возможно, хочет через меня получать информацию о Рае. — Возможно, — всё, что сказала Сэра. Подняв на Серафима глаза, Саша удивилась тому, как помрачнело её лицо. — После того, как Даниэла наложила какой-то щит на меня, мне снились какие-то размытые образы, как будто кто-то только пробивал защиту. Я почти ничего не запомнила, — после того, как девушка это сказала, в помещении воцарилась звонкая тишина, — Простите, я… — Подожди, мне надо всё обдумать, — ангел выставила ладонь вперед, после чего приставила пальцы к подбородку. Некоторое время они сидели в тишине, пока Серафим переваривала услышанное и думала над решением проблемы. Когда грешница уже почувствовала, что скоро заснет, ангел наконец заговорила. — Хорошо, что ты сказала это на стадии, когда ничего катастрофического ещё не успело произойти. Так как силы Утренней Звезды на территории Рая очень сильно ограничены, нам будет гораздо легче справиться с этой проблемой, — Сэра встала и указала на дверь, — Прошу, пройдем в левый зал. Кивнув, девушка встала и поплелась за ангелом. Наверное, сейчас ей опять наложат какую-то защиту, от которой у неё самой уже начинает болеть голова. В голову предательски начали лезть мысли о дружбе Серафима и сонной ведьмы. А вдруг Сэра решит проверить её память, сознание? Прочитает мысли, а тут такое? Грешница начала трясти головой из стороны в сторону, пытаясь избавиться от этих воспоминаний. — Не бойся, я не буду читать твои мысли, — как будто противореча своим словам ответила ангел, усмехнувшись, — Просто проверю насколько сильное влияние было оказано на твое сознание. Ложись. Беседа с Серафимом оказалась на удивление спокойной и почти не напряженной. Ангел пыталась не показывать волнение, чтобы Сандра не начала бояться или беспокоиться. Сэра водила руками вокруг головы девушки, а прохлада так и лилась из её рук, расслабляя и успокаивая окончательно. Со временем в голове начало слышаться шипение, чей-то возмущенный голос, который переходил на хрип, а потом и вовсе затих. Вспомнился голос, который принадлежал существу, вскрывавшему её в одном из последних снов. Приторно ласковый, он как будто издевался. — Чудно, — от слов ангела грешница дернулась. Мысли о сне не покидали её, — Он не успел как-то повлиять на тебя и твое сознание, считай что процесс только начинался. Прошу, приходи ко мне раз в месяц, я буду проверять твое состояние. — Спасибо вам, — из-за долгого молчания девушка прохрипела благодарность, после чего к ней плавно подлетел стаканчик воды. Чуть-чуть отпив, она продолжила, — Простите если я лезу не в свое дело, но почему все-таки именно я? — Из-за того что ты грешница. Он всё ещё привязан к Раю, — последнее женщина добавила уже тише, присаживаясь на кресло. Сама не понимая зачем, она продолжила, совсем погрустнев, — Я сама не могу сказать зачем ему это. Я не понимаю его желаний и намерений, как всегда. Большего я сказать не могу. Если вдруг что-то изменится, ты почувствуешь что-то странное или тебе продолжат сниться сны - незамедлительно связывайся со мной, от этого зависит безопасность всего Рая и его граждан. Давай телефон, я запишу свой номер.***
— Слушай, вот почему ты постоянно дома киснешь? Как ебаный сырник, который забыли съесть месяц назад нахуй. Недовольно ворчал Адам, растянувшись на диване. И так продолжалось почти целый день. Саша, готовившая ужин к превеликому сожалению не только для себя, хотела подойти к первому мужчине и ударить его по лицу горячей сковородой. Но вместо этого она в немом крике села на корточки и зарылась руками в свои волосы. Надоел. Ей богу, ребенок. Ребенок, которому больше тысячи лет. Вот если раньше шутка про то, что первые несколько тысяч лет детства у мужчины выдавались самыми сложными, казалась ей смешной, то сейчас было уже совсем не до смеха. Теперь это казалось жестокой правдой. — Ну извини, что я не захотела идти с тобой в парк аттракционов! — крикнул она ему с кухни, на что сразу же услышала наиграно громкий и возмущенный вздох. Сандра, проснувшаяся с первыми лучами солнца, распланировала свой выходной день от начала до конца. Она была готова назвать этот день идеальным, пока к ней не влетел её любимый ангел, с громкими возгласами долбясь в закрытое окно. Адам даже успел послать куда подальше её соседей, которые просто попросили его быть потише. Сначала он испортил настроение соседям, а потом и самой грешнице. Первый мужчина провёл ей подробную лекцию с весомыми доводами, почему она просто обязана бросить все свои планы и пойти с ним в парк развлечений. И обязательно покататься на всех самых страшных аттракционах. Не сильно вдохновленная и ничуть не разделявшая энтузиазма Адама, грешница сказала свое твёрдое «Нет». Ну не планировала она сегодня идти кататься на тошнотворных машинах. Хотелось просто посидеть дома, почитать книгу и полежать в ванной с ароматическими маслами и пенкой. Иногда она даже жалела, что отказалась, ведь лучше сидеть на лавочке в парке и ждать мужчину с аттракциона, чем выслушивать его безостановочный ной. Хотя и там он был нашел к чему придраться. Например, почему она не хочет покататься с ним. В чем вообще была проблема пойти без неё? Оказалось, что Лют и Вегги заняты, а одному ему блевать после аттракционов не охота. Спустя пару минут тишины в коридоре послышалось тяжелые шаги, словно кто-то забивал ногами сваи, а после Сандра почувствовала тяжесть на своей голове и теплое тело за спиной. С трудом повернув голову, грешница смущенно и неодобрительно посмотрела на первого человека, который спокойно наблюдал за процессом готовки, оперевшись руками на стол с двух сторон от девушки и расположив свой подбородок у неё на макушке. — Че ты тут варганишь? Уу, помидорки? Я спизжу? Спасибо, — мужчина потянулся за только вымытыми черри, которые лежали на тарелочки у раковины, но получил по руке деревянной лопаткой и недовольно зашипел. — Мне не удобно, уйди. — А мне не удобно, что мы не в парке аттракционов! — ангел положил руки на плечи грешницы и почти полностью перенес весь свой вес на неё, то чего та немного сдавленно прохрипела, — Ну так что ты варганишь то? — Пюре с фрикадельками. Всё, уйди пожалуйста, задавишь же! Недовольно цокнув, Адам всё таки отошел в сторону и сел за стол, сразу же начиная что-то активно листать в телефоне. Поправив взъерошенные волосы, девушка попыталась успокоиться и продолжила готовить. Несколько раз ангел пытался её отвлечь, чтобы стащить кусочек еды, но, несколько раз провалившись, с позором и обожженной рукой удалился с кухни. Наконец, Саша могла продолжить готовить в тишине. Ей нужно было буквально несколько минут, чтобы красиво выложить еду на тарелку. Она даже успела сфотографировать свои кулинарные шедевры, после чего отошла от стола, развязывая фартук. — Иди ешь! — крикнула Сандра, и буквально сразу же послышались быстрые громкие шаги. Адам чуть не сбил девушку при входе на кухню и, даже не извинившись, сел за стол. В один миг красиво разложенные пюре, фрикадельки и помидорки, о которых мужчина мечтал почти весь вечер, превратились в месиво, которое ангел поедал с удовольствием. — Фпафипо Фанёфек, — Саша брезгливо сморщилась и махнула на него рукой. — Не говори с набитым ртом, подавишься. Приятного аппетита, — Адам что-то промычал и положил телефон на стол. Ему пришло сообщение, благодаря которому грешница невольно увидела его обои на экране блокировки. Девушка подавилась и стала громко кашлять. — Ещё мне говорила не торопиться. Съела, да? Нехуй самую умную было строить, ха! Первый человек усмехнулся и скрестил руки на груди, смотря как грешница откашливалась. Красная, со слезящимися глазами, грешница возмущенно переводила взгляд с фото на заставке гаджета на хозяина телефона и обратно. Фотография на экране была одновременно самым худшим и самым забавным воспоминанием о празднике прощения. Когда они собирались уходить с пляжа, Сандра была насквозь мокрая. И без того длинное платье стало тяжелым и постоянно мешало нормально сделать шаг. И, когда грешница хотела выйти на берег, она запуталась в собственном подоле и упала обратно в море. Адам, как истинный джентельмен, ржал в голосину, словно конь, сделав не менее двух десятков фотографий с упавшей девушкой, но, справедливости ради, сразу после этого помог ей подняться. — Почему там моё фото на заставке? — недоумевающе спросила грешница. Так и хотелось выхватить телефон из рук ангела и самостоятельно удалить это фото. — У тебя моё, у меня твоё. Всё честно! — Адам пожал плечами и, словно прочитав мысли Сандры, убрал телефон в карман. — Да, но почему именно ЭТО!? — никак не успокаивалась Саша. Да, у неё тоже стояло забавное фото с мужчиной, но вот именно что забавное, а не позорное! — Оно мне нравится больше всего. Любимое так сказать, — первый человек как-то влюбленно посмотрел на фотографию и провел по экрану пальцем. Он выглядел как художник, смотрящий на своё лучшее творение. — Удали! — потребовала девушка и даже пару раз постучала кулаками по столу для большей грозности. — Иди нахуй! Скажи спасибо, что это, у меня и похлеще есть, — явно ждавший этого момента долгое время, Адам открыл свою галерею, показывая Саше фотографии похуже той с праздника, — Зато у нас парные обои! — Удаляй!***
Мигель, снова вышедший на работу, теперь немного пугал Сандру. В голову по новой начали лесть вопросы о том, откуда у парня столько информации. Как много он вообще знает? Кто он такой? Каждый раз, когда она видела ангела идущим по коридору, она вспоминала его жуткую улыбку. Со временем она успокоилась и теперь лишь думала о Мигеле, и то только по рабочим вопросам. Она, конечно, хотела добиться от парня четкого ответа на все волнующие её вопросы, но понимала, что если она просто попытается завести разговор на эту тему, то парень быстренько сбежит, а потому теперь девушка хотела действовать хитрее. Когда ангел заходил к грешнице в кабинет или когда она сама выходила проверить работу сотрудников, она старалась завести разговор на какую-то глупую тему, чтобы чуть больше сблизиться с парнем. С каждым разом Мигель выглядел всё более и более открытым и даже доверял ей, как она думала. В один день, когда Саша как обычно проверяла доверенные ей документы и ставила свои подписи, в её дверь легонько постучали. — Простите, не могли бы вы открыть дверь? — голос ангела звучал жалобно, и девушка поняла, что парень, вероятно, набрал слишком много вещей, отчего не мог сам войти, — Спасибо большое. Я принес вам документы со всего отдела. — Спасибо, — грешница устало выдохнула, увидев, какую кучу бумаг ей нес Мигель. — Знаете, я тут подумал, что мог бы помочь вам с частью работы, — девушка уже хотела возразить, сказав, что это только её обязанности, как парень продолжил, — Я всё равно хотел попрактиковаться в выполнении более сложных задач. — Давай я всё же уточню у Сэры? Как я знаю, она не одобряет подобное. — Конечно, как вам угодно! С вашего позволения, я присяду, — получив как ответ кивок, ангел, схватив со стола несколько документов, приземлился на диван. — Прости, я всё же хочу задать тебе один вопрос, — грешница почувствовала, что больше не может сдерживать себя, а потому решила спросить в лоб, готовая принять любой ответ, — Откуда ты узнал о конфликте с Адом и почему решил рассказать именно мне? — Так вот почему вы в последнее время хотели меня о чем-то спросить! — чуть наклонив голову в сторону, сказал Мигель с легкой улыбкой, — Видите ли, я случайно услышал это, когда шел к Старшему Серафиму, чтобы спросить, могу ли я получить отпуск. Она обсуждала это с кем-то, а я невольно подслушал. Вам я решил сказать, потому что подумал, что это может быть важно для вас! — Ох, — всё, что смогла выдавить из себя Сандра, — Прости, я уже начала на тебя грешить, мол у тебя какие-то нехорошие намерения. Ещё раз извини, что была о тебе такого мнения! — Всё в порядке, ваша реакция вполне понятна, — парень слегка сжал руками края документов, снова улыбнувшись, — Я служу на благо Высших Сил, у меня нет злого умысла. Рассказывая вам о том, что услышал, я лишь хотел обезопасить вас. — Спасибо тебе большое, это очень приятно слышать. Давай я всё же доделаю свою работу сама? Если ты хочешь, я могу стать твоим наставником или вроде того. Помогу тебе разобраться со всеми обязанностями, а там ты, возможно, даже повышение получишь! В конце концов, ты пока трудишься усерднее всех. — Очень рад это слышать, — ангел заерзал на диване, неловко отведя взгляд в сторону.***
Как бы Сандра не просила, не умоляла, Эмили всё же решила просветить Адама в тайны любовных признаний девятнадцатого века. Ей было больно и неприятно наблюдать за дорогой ей подругой, которую игнорировал не обремененный умом мужчина. Младший Серафим знала первого человека достаточно, чтобы утверждать, что он попросту не понял мотива Саши. Было кристально ясно, что он не хотел как-то навредить девушке или обидеть её, просто не знал значения этой вещи. Но даже так, это был не повод отказываться от подарка, такой поступок был в любом случае некрасивым с его стороны. Выделив время для встречи с Адамом, ангел спустилась к нему на этаж и, собравшись с духом, подошла к нужному кабинету. — Адам, можно к тебе? — Эми тихо постучалась в дверь первого мужчины, на что услышала громкое «Входи». — Салют, Эми. Что-то хотела? — Адам лениво помахал Серафиму рукой и принялся дальше ковырять струны своей гитары. Куча незаполненный документов, лежавших перед ним, выглядела довольно удручающе. — Привет. Я хотела поговорить. Точнее кое-что обсудить, — решительно настроенная, девушка сложила руки на груди. Ангел, услышавший, что хочет Серафим, тут же убрал гитару и, оперев голову на руки, заметно повеселел. Заёрзав на стуле, первый человек протянул. — Ну, сплетни я люблю. Ты присаживайся поудобнее, настраивайся. Про что расскажешь? Или, может, про кого? — Это не сплетни, а интересный факт из истории. Ты слышал о броши Камеи? — присев на краешек кресла, спросила у него девушка. Явно разочарованный темой разговора, Адам откинулся на спинку кресла, складывая руки на груди. Буркнув под нос «нет», он повернул голову в сторону окна и принялся сверлить взглядом облака, — Раньше, в девятнадцатом веке, дамы дарили эту брошь юношам, таким образом признаваясь им в любви. — Здорово конечно, но мне зачем это знать? Не пойми неправильно, очень интересно, но на кой хер мне это? — вопросительно изогнув бровь уточнил мужчина. Он более менее настроил себя на интересный факт, связанный с историей, но он явно не был готов слушать про украшения. Да и почему Серафим подняла такую тему? — Чтобы ты в следующий раз принял подарок, а не вернул её обратно. Это как минимум бестактно, — спокойно ответила ему ангел и, посмотрев на свои руки поняла, что сделала то, что хотела и теперь может уходить. — Чё? — увидев, как младшего Серафима охватило яркое свечение, Адам подскочил с кресла и прикрикнул, — Эмили стой! Я нихуя не понял! Но было слишком поздно. Эмили растворилась в воздухе, оставив после себя лишь небольшую частичку энергии, которая чувствовалась от силы пару секунд. Вновь оставшись один, Адам принялся обдумывать то, что сейчас услышал. Эмили пришла, рассказала ему про какую-то историческую брошь, после чего стремительно скрылась, толком не уходя в подробности. Первый человек точно не считал себя глупым, но сейчас находился в глубочайшем смятении, не понимая ситуацию. В дверь снова постучали, но вместо привычного «Можно войти» послышался звук, будто дверь сорвали с петель, и та распахнулась, пропуская лейтенанта внутрь. Толком не обращая внимания на присутствие Лют, мужчина буркнул ей что-то неразборчивое и вернулся к размышлениям. — Сэр, всё в порядке? — поинтересовалась девушка, усевшись на кресло перед столом. — Нет, блять! Ко мне пришла Эмили, рассказала про какую-то брошь-комету и ушла. Что я с этой информацией делать должен по её мнению? — вскипел мужчина. Каждое произнесенное слово сопровождалось активной жестикуляцией и возмущенными возгласами, от громкости которых Лют порой закрывала уши. — Может Камея, а не комета? — поправила девушка, немного подумав. — Да да, вот эта херня, — первый человек пренебрежительно махнул рукой, показывая, как ему плевать на правильное название украшения. — А вам случаем никто брошь не дарил? — уже более серьезно спросила лейтенант, неотрывно наблюдая за реакцией Адама, — С профилем девушки. — Да нет вроде, — мужчина задумался и тут же ему в голову ударила мысль, от которой он буквально окаменел, — Стоп. Слушай, а ты…? — Я? — Ничего. Давай поговорим об этом чуть позже, мне надо эээ работу выполнить. Лют молча кивнула и покинула кабинет, оставив мужчину наедине с его мыслями. Пазл, который он не мог собрать долгие минуты, наконец сложился сам. Как он мог забыть о том, что Сандра преподнесла ему в качестве подарка брошь? Зная, что они с Эмили чуть ли в десна не целуются, он должен был сразу понять, что Серафим жирно намекала на то, что Саша хотела подарить ему именно эту брошь. Она призналась ему в любви и теперь ему правда нужно всё хорошенько обдумать. С того момента, как его вторую жену, Еву, прокляли и изгнали из Эдема, у него не было серьезных отношений, только на одну ночь, да ему и этого было вполне достаточно. Но что говорить сейчас, если речь идет о серьезных отношениях? Готов ли он к ним? Перебирая пальцами, Адам нервно вдохнул и одним махом сбросил все бумаги со стола на пол. Он метался между двух огней. Голоса в голове советовали ему разное: первый говорил ему отказаться, а второй наоборот настаивал, что ему стоит попробовать. Его терзал страх вновь оказаться брошенным и никому не нужным. И в тот момент, когда мужчина окончательно решил, что ему стоит отказаться от предложения, на телефон пришло сообщение, показывая ему излюбленное фото Сандры на пляже. Точно, Сандра. Первый человек взял телефон в руки и, проигнорировав сообщение, уставился на фото на заставке. В сердце разлилось теплом то чувство, которое он испытывал последний раз ещё при жизни. Девушка, что раньше была по его мнению скучной занудой, сейчас казалась идеальной во всех смыслах. Она всегда была ухоженной, красивой, она даже была добра с ним, помогала, оберегала, кормила и даже пустила пожить к себе, а главное, что она его терпела и продолжала общаться. Посмотрев ещё несколько её фотографий, мужчина усмехнулся. Как бы он ни боялся вновь вступать в серьезные отношения, все клетки в его теле твердили, что она явно стоит того. Нельзя постоянно жить страхами прошлого, нужно идти вперед, расти и развиваться. И жить, а не существовать. Да и играть её парня при Кирилле ему было весьма приятно. Ему нравилось прикасаться к ней, нравился её запах, её движения, она была как тот злосчастный запретный плод, к которому хотелось прикоснуться и забрать себе. Любит ли он её? Адам не мог ответить на этот вопрос, но то, что он хотел сейчас сделать, так это прийти к девушке и ответить на её признание. Ответить таким же признанием в чувствах, причем ничуть не дружеских. Он на подсознательном уровне тянулся к ней, сам не понимая почему, но не мог сопротивляться этому странному притяжению. Открыв портал в спальню девушки, ангел тихо вошел и замер, пытаясь определить, где сейчас грешница. Со стороны кухни слышались музыка и тихое пение Сандры. Подумав не сильно долго, как будет лучше поступить, Адам понял, что его озарило. Глубоко вдохнув, мужчина размял руки и принялся носиться по комнате, снося всё на своём пути. Прикрикнув от неожиданности, Сандра схватилась с собой нож и побежала в спальню, в сторону шума. Её грабят? Хотят убить или скинуть в Ад? Девушка ужасно перепугалась, когда услышала грохот из своей комнаты, и чуть не отрезала себе палец. Запыхавшаяся, она в ужасе посмотрела на свою спальню. — Что во имя Господа бога тут происходит!? — крикнула грешница, заметив Адама. Перед Сандрой предстала поистине ужасная картина: все горшки с цветами были разбиты и валялись на полу, на котором красовались следы от передвинутой мебели, а у кровати снова оказались сломаны ножки. На сломанной кровати, доломав изголовье, сидел первый человек, запыхавшийся и сжимающий что-то в руке. — Слушай, я тут у тебя таракана поймал, думаю тебе стоит пожить у меня, пока их будут травить. — Ты что, совсем мудак? — девушка выронила нож и, оперевшись спиной о стену, осела на пол. Такого ужаса она давно не испытывала. Спасибо, любимый. — Где там твоя брошь? — ангел слез с обломков кровати и сел на корточки перед Сашей, протянув ей руку. — Чего? — девушка опасливо вложила свою руку в его ладонь, не понимая, зачем мужчине вдруг понадобилась брошь. От мыслим, пришедшей в голову, лицо окрасилось в предательски яркий красный цвет, а голос позорно надломился, — Погоди, ты знаешь? — Ещё бы я не знал. Ну точнее я не знал, когда твой подарок отверг. Блять, спасать тебя от тараканов или нет? Ай, в любом случае тебе теперь негде спать. — Дурак, — грешница почувствовала, как её глаза заслезились, а потому прижалась к Адаму, обнимая. — Зато какой!