Но

мне не нужно читать молитв, в голове собирая скопы, — неуместен любой визит в эти мертвенные окопы. мне не нужно глотать часы, все равно, что смакать касторку: в обрамлении слов босых бдит душа на конце иголки. и стремясь пробираться в суть — провалиться мне только с треском (как хотелось бы распахнуть на глазах твоих занавески). на нетоптанную тропу мне ступать нежеланно вовсе, свою крепкую скорлупу обрекая на 'до' и 'после'. на истоках моих путей, вновь и вновь был получен выстрел, что идти мне лишь сквозь метель по застлáнницам неказистым, наживать, заживать, сживя — что ещё может быть желанно, если нечего потерять и потеряна первозданно? я укроюсь под пеленой, свергнув всё до последней крохи (чувств отброшенных слышен вой, голосящий в посмертном вдохе). я убью в себе боль и страх, закаляясь подобно стали, и исчезнувший блеск в глазах обернется святым граалем. «убегай от меня за три-» — так хотелось себе пророчить, но люблю тебя, сколь ни ври, и какого-то хуя очень.