Мадам

Мари исполнилось шестьдесят один, когда она окончательно завершила карьеру и примы, и преподавателя и переехала на север Франции в дом, доставшийся по наследству от родителей отца. Он был небольшой. На каменной стене ползли ветки не то бугенвиллии, не то клематиса. Позади дома Мари разбила небольшой садик, выращивая пряные травы. Она пыталась заново собрать тот чай для особых случаев, но всегда чего-то не хватало. Чай она тянула как можно дольше, хотя особых случаев было не так уж много. Когда она вышла замуж. Когда ей дали партию Одетт и Одиллии. Когда родила близнецов. Когда получила первую награду. Когда получила звание etoile [1]. Когда похоронила отца. Когда родилась первая внучка. В ослепительно кристальное утро после проливного дождя, хлеставшему всю ночь, Мари готовила завтрак для внучек. Она уже поставила запекаться круассаны и замешивала начинку к ним. Аннет, старшенькая, и Линнет, младшенькая, играли на улице, весело шлепая по лужам. Мари не видела их, но прекрасно слышала, как Аннет что-то объясняет сестре. Внезапно голоса замолкли. Мари насторожилась, как в дом влетела Аннет. - Бабушка! Бабушка! - Что случилось? Где Лин? - Там такая к’гасивая тётя! - прокартавила забежавшая в дом Линнет. - Там мадам и мсье… У них застряла машина, и они спросили, от кого можно позвонить, чтобы вызвать автопомощь. Мари подумала, что единственный в городе эвакуаторщик сейчас ещё спит. - И что ты ответила? - Что спрошу у тебя. Едва Аннет договорила, как в открытую дверь постучали. Мари вышла в небольшой коридорчик. На пороге в потоке света стояла женщина. За ней топтался мужчина. Женщина сделала шаг вперед, и в нос Мари ударил такой знакомый, но уже давно забытый аромат восточных специй. - Прошу прощения за беспокойство, но у нас машина сломалась, а сеть не ловит… - М-мадам? Нефтида склонила голову на бок и внимательно посмотрела. А потом широко улыбнулась.