fever

      С неприятным шумом начинает течь поток воды. Хонджун поставил лейку душа в крепление на стене и начинал регулировать температуру. Постепенно сделал достаточно горячую, от которой краснела кожа, и остановился.       Вода лилась на макушку, увлажняя мягкие натуральные волосы глубокого чёрного цвета. Ручейки обжигающей жидкости бежали по напряженным мышцам шеи, плеч, спины. Хонджун потёр шею, чтобы хоть немного ее расслабить. Наклонился вперёд, чтобы поднять упавшую губку, и мышцы вокруг нижнего отдела позвоночника свело спазмом. Юноша не ожидал, что в пятнадцать лет будет мучиться от болей в спине. Хотя с его образом жизни неудивительно.       Боль начала отдавать в другие мышцы, но перестала быть такой сильной. Хонджун разогнулся и повернулся лицом к стене. Начал несильно бить белую плитку. Его голова была полна мыслей, но ни одну не получалось поймать. Что делать в будущем? Какую сферу деятельности выбрать? Что с семьёй в будущем? Как зарабатывать в будущем? Кто будет с ним в будущем? Что он хочет в будущем? Сможет ли связать себя с музыкой в будущем? Будущее? — Что я хочу?.. — Прошептал Хонджун, выключил воду и вылез из ванной. Он протёр зеркало полотенцем и посмотрел в отражение. Худое лицо, синяки под глазами. Потрескавшиеся и обкусанные губы. Потухший взгляд, который будто бы и не загорался никогда. Вроде всё в жизни было. Он чувствовал вину за то, что такой слабак. «Почему я такой?..» — спросил у отражения юноша. Оно не ответило, и Хонджун одевшись вышел из ванной.       Он лежал в кровати и смотрел в тёмные потолок. В груди ныло. Чувство одиночества выедало изнутри не хуже болезни. Уже не успокаивала фраза «не одиночество, а самодостаточность». Ему нужен был человек. В голову снова начали лезть ужасные мысли. Хонджун забился в угол кровати и свернулся в клубок. Сердце стучало удивительно спокойным ритмом. В голове снова пусто. В душе снова пусто. Хонджуна охватило одно чувство. Страх. Темнота.

***

       Мужчина лежал на кровати и смотрел в тёмный потолок. Дверь закрыта, окна прикрыты занавесками. Полная темнота. В груди было странное чувство. Он уже не пятнадцатилетний подросток, чтобы страдать просто от того, что существует. Мысли того времени начали возвращаться. Хонджун свернулся на боку и закрыл глаза. Этот беспричинный страх снова захватил его всего. Он смотрел в пустоту, сжимая одеяло и свои ноги. В голове снова пусто. В душе снова пусто. Только страх в каждой клеточке тела Хонджуна.       На него пролилась небольшая полосочка света. Она расширилась до того, что освещала его спину, плечи и шею. Дверь открылась. За ней кто-то перешёптывался. Знакомые голоса. Мужчина уже хотел было послать их спать, но не нашёл в себе сил даже разомкнуть губ. — Хонджун, у тебя всё хорошо? — Тихо спросил Уён, делая шаг в комнату, — после ужина ты выглядел подавленно…       Капитан не знал, что лучше сказать. Он просто помотал головой, не открывая глаз. Он не мог говорить, он не мог открыть глаза. Его душила темнота страха и одиночества. — Мы можем как-то помочь?.. — Сонхва первый медленно зашёл в комнату, а за ним остальные шесть обеспокоенных мемберов. Пак сел на пол, облокотившись на стену напротив кровати капитана и посмотрел на испуганное лицо. — Мы очень переживаем за тебя, — Юнхо подал голос и тоже сел рядом с Сонхва напротив лидера. Чон очень нервничал из-за того, что не знал, что происходит в душе у старшего. — Ты ценен и важен для нас, — сказал Чонхо и сел рядом с Юнхо. Он успокаивающе смотрел на хёна, хотя в душе безумно волновался. — Мы доверяем тебе, и доверяй ты нам, пожалуйста, — прошептал Уён, садясь рядом с Сонхва. — Ты не можешь всегда быть сильным, и это нормально, — сказал Сан и сел к остальным парням. — Ты всегда помогал нам, — начал Ёсан с тёплой улыбкой, а Минги закончил, — позволь нам помочь тебе.       Хонджун открыл глаза. На него смотрели семь обеспокоенных юношей. В каждом их взгляде чувствовалась бесконечная любовь, беспокойство и желание помочь. Его руки задрожали, он постарался улыбнуться, чтобы успокоить друзей. Но при попытке улыбнуться, он рассыпался в слезах. Слёзы продолжали течь, будто копились всю его жизнь. Он издал хрип.       Мемберы просто ждали, пока капитан поплачет столько, сколько ему нужно. Кто-то принёс воду. Они не хотели покидать в такой момент одного из самых ценных человек в их жизни. У каждого из них разрывалось сердце от вида рыдающего Хонджуна. Сонхва держал Сана и Уёна, чтобы они не лезли. Юнхо и Ёсан сами еле сдерживали слёзы. Минги не знал, что делать и вместе с Чонхо ждал, пока Хонджун сможет что-то сказать.       Капитан не мог успокоиться. Его просто прорвало. Всё, что копилось в нём с десяток лет. Сквозь пелену слёз он видел мемберов. Его сильнее доводила их обеспокоенность. Сильно хрипя и сипя, Хонджун высказал единственное, что было у него в голове: — Я выбрал правильный путь, я не хочу больше делать выбор…