Родная кровь

      Луна взволнованно наблюдала за своим другом изо дня в день. Она видела, как тот начинал слегка меняться, становиться более вспыльчивым, нервным. Видела, как тот замирал, пока шел. Видела, как дрожали его руки. Видела его нервные метания из стороны в сторону и слышала временами сбивчивую речь. Она все видела. Все замечала. И ей не нравились эти изменения. Единственное, что ее радовало — Гарри продолжал с ней общаться, не закрываясь в себе, пока она оказывалась рядом.       Временами, когда Гарольд оставался рядом с Луной, он мог невольно расслабиться, по привычке пооткровенничать с ней. Конечно, прямо парень ничего не говорил подруге, ведь и сам мало понимал, что с ним такое творилось, но никто не мешал делиться с Луной своими переживаниями и чувствами. Казалось, когтевранца куда-то тянуло, он желал что-то делать. Бездействие же его угнетало, хотя при этом он не желал делиться своими планами с кем-либо. Из-за этого Луна только и могла что отвлекать Гарри от его гнетущих и неправильных мыслей прогулками, чудаковатыми историями, своими наблюдениями и просьбами помочь в том или ином уроке. Все же героическая часть Гарри, желающая помочь своим близким всегда пересиливала ту, что металась.       И, что интересно и неудивительно, изменения заметили и друзья Гарри из Слизерина. Когда Малфои вернулись в школу, не все заметили, что что-то пошло не так. Для многих учеников все оставалось привычным, но не для тех, кто знал Гарольда достаточно близко.       Драко с волнением наблюдал за собственным братом, волнуясь с каждым днем все сильнее и сильнее. Но, к сожалению, сам ничего не мог сделать. Гарольд словно снова перестал ему доверять, скрывал свои чувства и отношения за маской то ли героя, то ли холодного принца, как пытались научить делать ранее слизеринцы по подобию Драко. И если раньше это было вынужденной мерой обучения аристократа, то теперь слизеринец сожалел, что брат этому научился.       Каждая перемена в поведении Гарри заставляла всех напрягаться и задаваться множеством вопросов. Юноша замкнулся в себе еще больше, из остальных учеников ни с кем не контактировал, переставал участвовать в дружине Амбридж, благо не говорил напрямую причину этого поведения, а женщина и вовсе этого не заметила. Луна, из-за его состояния, не давала ему прийти на их, ученического отряда самоподготовки, занятия. И дело не в том, что там могли плохо отнестись к Малфою. А из-за того, что Луна не знала как поведет себя Гарри сейчас, в том окружении.       Единственное, для тех, кто не знал Гарри близко, ничего не изменилось. Даже Дамблдор не заметил изменений в парне, хотя с начала учебного года старался за ним наблюдать. Для всех Гарольд Малфой оставался скрытным и тихим парнем, который любил учиться и исследовать замок, ведь тот все также прилежно учился и не нарушал правил, чтобы за ним пристальнее приходилось наблюдать. — Вы уверены, что с ним все в порядке? — спросил как-то раз Теодор у ребят, наблюдая, как на дуэли сражается их Гарольд. Ученики со всех факультетов возобновили дуэльный клуб, который существовал и раньше, но с приходом Амбридж приостановил свою деятельность. Теперь же за его продвижением наблюдал Флитвик и сама Амбридж, которая тихо пыхтела в уголочке, но все же чаще всего она отсутствовала. К сожалению для нее и к счастью учеников, она не могла ничего противопоставить желаниям детей чистокровных семей. Многие ученики были рады заполучить хоть немного официально одобренной практики магии, когда ее так не хватало на уроках защиты. Вот и Гарри старался посещать клуб ежедневно, если не ради дуэлей, то ради анализа чужих спаррингов. Теперь настала его очередь участвовать в дуэли против какого-то пуффендуйца. Движения когтевранца были слегка нервными, вспыльчивыми, резкими. Их Гарольд был другим… Этот словно пытался больше походить на… — Он словно пытается стать Поттером, — прошептал Драко, бледнея. Друзья могли заметить, как его руки безвольно повисли, а серые глаза потускнели. — Он недавно пытался сесть на метлу… Такое чувство, что он перестал осознавать где грань между Гарольдом Малфоем и Гарри Поттером… — Ты отцу не говорил? — не имея никакого веселья в голосе, спросил Блейз. — У Гарри же это… Проклятие сокрытия было… Вдруг оно сбоит? — Я отцу не говорил, у него свои проблемы сейчас, но я сказал декану… Насколько я понял, он незаметно проверил Гарри прямо на уроке, но ничего не нашел… Обещал позже тщательнее проверить. Но мне все равно это не очень нравится. — У Гарри мозгошмыги поселились в голове… — тихо сказала Луна, подкрадываясь бесшумно к парням. Ее поступь оказалась насколько тихой, что больше походила на осторожные шажки зверька, крадущегося к добыче. На лице когтевранки не было ни улыбки, не смеха. Лишь печальный и задумчивый взгляд, делающий и без того большие глаза еще больше. — Что?! — Блейз подскочил от неожиданности, но тут же постарался стать тише, чтобы не привлекать внимание окружающих. — Как ты так бесшумно ходишь, Лавгуд? И что еще за мозгошмыги? — Мозгошмыги — это существа, размягчающие мозг человека… — ответила девушка, слегка наклоняя голову вбок, как это делают обычно любопытные коты. Только сейчас такой жест от Лавгуд смотрелся так, будто она видела в парнях глупых магов. — Ты хочешь сказать, что Гарри… — глаза Драко расширились, а кулаки сжались от напряжения, выдавая его волнение. — Что на разум Гарри кто-то воздействует? — Может, да… А может, и нет… — вздохнула Луна, выглядя гораздо печальнее чем при начале разговора. — Он меняется все более и более явно… И это не просто изменения. Они могут навредить ему. А еще они как-то связаны с зеркалами… В один момент Гарольд боится смотреть в зеркальные поверхности, а в другие не может оторвать от них взгляда… — Зеркала? — переспросил Драко, ощущая, как по коже пробежала дрожь от страха и беспокойства, а в мыслях проскользнули давно забытые воспоминания. — Он тебе что-нибудь говорил? Мы не смогли ничего от него добиться… — Не говорил… Мозгошмыги будто мешают попросить его о помощи. Нужно смотреть за ним и не дать ему натворить дел…       Костяшки пальцев Драко побледнели от сильного сжатия. Он не мог не волноваться за своего брата, но слова Луны могли что-то прояснить. Но тогда назревал вопрос: откуда сама Лавгуд об этом знала? И что за мозгошмыги такие? Было ли от них спасение? А может, все дело в чем-то ином? — А… — Мозгошмыги? — резко наклонила голову девушка и достала розовые астрально-спектральные очки, которые Драко видел на Гарри в купе в Хогвартс-экспрессе, когда в первый раз увидел его с Луной. — Эти очки позволяют их увидеть… Но не думаю, что ты захочешь их надевать… — Да какая разница?! Я хочу помочь брату! — чуть ли не зарычал слизеринец, вырывая под удивленные взгляды друзей очки из рук девушки и тут же надевая их. Розовые очки странной формы чудно и даже пугающе выглядели на бледном лике аристократа. Блейз и Теодор едва пытались сдержать смех, пока Драко со всей серьезностью смотрел в сторону Гарри. — Ох…       Парень остолбенел, видя, как вокруг головы Гарольда кружилось темное облако чего-то кишащего вокруг. Словно рой мух метался вокруг его головы, а Гарри не замечал его и не реагировал. Это выглядело отвратительно, страшно и ужасающе. Черные точки метались вокруг, то оседая на макушке парня, то взлетая вновь и кружа над ним, будто над самым лакомым кусочком. — Это… Мозгошмыги?.. — хрипло спросил Драко, снимая очки. Его руки дрожали, а перед глазами продолжали летать те темные частицы. И весь его разум желал теперь метнуться к Северусу и рассказать ему обо всем. — Да… Они поглощают его мозг.       Затуманенный голос Луны перефразировался в голове Драко на «поглощают его разум». Он уже понял, что девушка могла называть все не своими названиями, а как-то завуалировано. И приходилось догадываться о реальных значениях ее слов. Но чем могли быть те мозгошмыги на самом деле? — Я к профессору Снейпу, — прорычал Драко и сразу убежал, даже не дожидаясь окончания занятия. Теодор попытался его остановить, но не успел. А Блейз пару раз моргнул и вопросительно уставился на Луну. — А что ты тут делаешь? Это же дуэльный клуб для старшеклассников… — Никто не запрещает и четвертому курсу здесь находиться, — фыркнула девушка, отходя от парней, а после и вовсе скрылась в коридоре. Не было смысла оставаться рядом со слизеринцами, а Гарри она не могла сейчас помочь.       Драко тем временем мчался на всех парах в подземелья к декану Слизерина. Он несколько раз постучался и влетел в его кабинет, не дожидаясь ответа, что выдавало все его волнение с головой. Все усложнялось тем, что Снейп уже проверял Гарри, но ничего не нашел. И теперь Драко прибегает к нему в панике и говорит о каком-то вмешательстве в разум парня с отсылками на каких-то мозгошмыгов, которых видела только странная девочка Луна Лавгуд через розовые очки. Те самые розовые очки причудливой формы, которые парень так и не снял с головы, пока убегал от друзей. Но Северус не мог не верить Драко. Не тогда, когда он настолько сильно беспокоился за брата.       Только шанс обследовать тщательнее Гарольда Малфоя представился через неделю, когда до зимних каникул оставалось совсем немного. Пришлось потрудиться, чтобы в итоге Гарри оказался в кабинете зельевара в усыпленном состоянии, чтобы не сопротивлялся. Вновь надев очки, одолженные у Лавгуд, Драко снова увидел темное облако мельтешащих частиц вокруг головы брата, но Снейп предпочел удостовериться проверенными методами. — С каждым днем он становится все более невыносимым… — пробурчал зельевар, взмахивая палочкой над головой когтевранца и проговаривая заклинания. Драко следил за этим, затаив дыхание. Северус нахмурился, заканчивая исследования. — На его разум и вправду повлияли… Но я не пойму как именно… Это не легилименция. Это нечто более сложное. Я попрошу Люциуса постараться уговорить Дамблдора, чтобы он пораньше вас забрал домой. Думаю, подготовка к рождественскому балу станет хорошим аргументом.       Драко вскинул голову и вопросительно посмотрел на Снейпа, который о чем-то тяжело думал с довольно пугающим видом. Еще ни разу подросток не видел своего декана таким. Казалось, мысли уволокли мужчину далеко и надолго, в попытке осознать как действовать дальше, чтобы спасти ребенка, который сейчас лежал бессознательной тушкой на диване зельевара. Слизеринец поджал губы и задумчиво перевел взгляд на брата, желая, чтобы план декана сработал намного быстрее. К сожалению, желания не всегда сбываются. Особенно, когда в них фигурирует Дамблдор. Старик сразу заинтересовался тем, почему учеников хотят увести раньше. И это дико нервировало Драко. — Я не знаю, сколько смогу держаться, — тихо прошипел младший Малфой, пристально наблюдая за братом на одном из завтраков в Большом зале. Гарольд спокойно поглощал свою еду, тихо переговариваясь с Луной. — Он недавно даже чуть не вызвал на дуэль старшекурсника Слизерина… — Но ведь ваш отец вряд ли все так оставит. Надавить на Дамблдора, мол ребенок скучает по дому, оттого нервничает и огрызается на всех и вся… — неуверенно протянул Теодор, также наблюдая за Гарри и поедая с аппетитом булочку. — О, почта. Может, ваши родители все же написали что-то? — Сомневаюсь, — коротко ответил Драко, чтуь поморщив нос. К нему полетела семейная сова, как и бывало каждую неделю, но также он увидел, как сова Малфоев метнулась к Дамблдору. — Хотя, он мог бы попытаться через Флитвика, как декана Гарри, пойти и попросить увезти его пораньше…       Взгляд слизеринца случайно зацепила неуклюжая сова Уизли, влетевшая в зал вслед остальным совам одной из последних. Она кинула письмо одному лишь Рональду и тут же улетела, чем довольно сильно удивила всех остальных представителей семьи рыжеволосых. И почему это так зацепило взгляд Драко? Скорее всего потому что это не было типично для этого семейства. Обычно письма присылали каждому ребенку или не присылали их вообще. А тут… — Может, Уизли что-то натворил? Смотрите как его перекосило, — заметил Блейз, указывая на Рона, чье лицо чуть ли не посерело от прочитанного письма. При том, стоило дочитать его, как оно обратилось в пепел. — Ого… Что-то секретное? — Думаешь? — тут же нахмурился Драко, пристально наблюдая за гриффиндорцами. Вот Джинни метнулась к брату, требуя объяснений. Вот близнецы тоже всколыхнулись и в кои-то веки обратили внимание на младших. Но Рональд лишь отмахнулся от них, что-то сказал и быстро выбежал из Большого зала. — Что-то здесь не чисто… И какого Мерлина вообще младшему что-то серьезное прислали? Не логичнее близнецам? — Думаешь? — передразнил блондина Забини ехидным голосом. — Но здесь и вправду что-то странное. Может, проследим? — Они слизеринцев не подпустят к себе… Хотя… — в голове Малфоя словно набатом прозвенела идея, а взгляд метнулся к переговаривающимся гриффиндорцам. — Я справлюсь один, все мы привлечем внимание.       С этими словами Драко подскочил, не закончив толком есть и не давая друзьям последовать за ним. Ему гораздо важнее разузнать что случилось. Пусть и шанс того, что это как-то связанно с Гарольдом критически мал. На самом деле сейчас Драко просто хотел отвлечься от своего волнения за брата хоть на несколько мгновений. — Нет, Джинни, я не буду говорить сейчас. Уж точно не здесь, — чуть ли не прорычал Рон, когда сестра его догнала. Драко в это время наблюдал за ними из-за угла, прислушиваясь. — Тц… Сейчас следи за Гарри, а потом, после нашего собрания, обсудим новости. Фреда и Джорджа тоже позови. — Но, Рон! — на эмоциях крикнула девушка, краснея от разрывающего ее гнева на брата. Она ненавидела, когда тот становился упрямым бараном, хоть и знала, что это отличительная черта всех мужчин ее семьи. — Что же там такого?! Ты ведешь себя будто… Будто кого-то из нашей семьи убили! — Что?.. — Рональд подавился слюной и чуть не запнулся на пути. Мгновение, и тяжесть словно упала с плеч гриффиндорца. — Нет-нет… Никаких жертв. Там просто… Слишком деликатное и секретное дело, которое лучше обсуждать не здесь, хорошо, Джин?       В белокурой голове Драко завертелись шестеренки. И почему-то шестое чувство начало вопить, что ему надо обязательно проследить за ними и подслушать. Благо слизеринец знал место собрания их секретного кружка самоподготовки и легко мог проследить за ними, хотя выкрасть карту у Гарри было бы лучшим решением.       Без труда узнав, что собрание группы гриффиндорцев и не только будет после последнего урока, Драко успел сходить и на свои, прежде чем обратился в укромном уголке в свою анимагическую форму ласки и заранее сел в засаде в том самом заброшенном классе, где все собирались. Слизеринец несколько минут удивлялся, насколько плохи чары, защищающие это место, но в то же время не переставал изумляться, как Амбридж их еще не нашла. А может, она просто не стремилась их найти? — Так, ребята, думаю, это будет последним занятием перед каникулами, ведь многие уедут из Хогвартса. Но, думаю, это не помешает оставшимся продолжить посещать данный класс и отрабатывать изученный материал, — начала говорить Грейнджер, вышагивая около учеников подобно профессору, из-за чего Драко захотел смеяться. Но он сдержался, почувствовав шерсткой взгляд Луны, которая словно видела его сквозь шторы у окна. Но, вопреки опасениям, девушка не выдала его.       Занятие этого клуба самоподготовки шло около часа, и все это время слизеринец пытался не уснуть. С одной стороны, он радовался, что Блейз и Тео не последовали за ним, все же волк был большим для скрытной слежки, а змей медленным. С другой стороны, Драко было откровенно скучно сидеть в засаде в окружении полчища гриффиндорцев и других учеников.       Первые минут двадцать-тридцать заучка объясняла теорию каких-то странных чар, о которых вычитала в библиотеке, а потом все пытались их отработать друг на друге. И если поначалу Драко хотел просто дождаться окончания занятия, то после он начал прислушиваться, желая выскочить из-за шторы и дать по лбу заучке. Где ж она эти заклинания откопала?! В честь нового года решила научить всех выращивать оленьи рога на голове противника? Серьезно? А ничего, что такая трансфигурация относилась к темным искусствам?! Именно поэтому и нужны были учителя и грамотные руководители, а не те, кто выискивает интересные заклинания из книг! Амбридж тоже хороша, из-за нее все и пошло на самотек.       Драко был благодарен всем великим волшебникам, когда народ наконец стал расходиться, а в классе остались только Уизли, Грейнджер и Лавгуд. Последняя с улыбкой стояла около тех самых штор, под которыми притаился Драко в своей форме ласки. Она тихо напевала незатейливую мелодию, от которой зверек невольно расслаблялся. В какой-то мере Драко даже рад, что Гарри выбрал в качестве подруги именно эту чудную девочку. — Так, ученики ушли, чары наложила, а теперь говори в чем дело, — со всей строгостью сказала Гермиона Рону, когда наложила на класс чары против подслушивания. Только они не действовали на Драко, который остался сидеть с ними в звериной шкуре. — Мама прислала письмо… Новости из Ордена, — Рональд со вздохом плюхнулся на матрас, который ученики положили на пол для посиделок и отдыха, а после смерил всех несчастным взглядом. — Гарри Поттер найден живым и относительно здоровым и сейчас проживает в доме своего крестного. — Подожди… Гарри? Не наш Гарри, а настоящий?! — мгновенно напряглась Джинни, чуть ли не набрасываясь на брата, но Луна смогла ее придержать. — Черт, может, Гарольд об этом знал и поэтому стал так вести себя?.. Мы предполагали, что такое возможно, но если это взаправду произошло… — Без понятия. Мама не раскрывала всего, отговорившись, что все мы проведем зимние каникулы в доме Блэка и все узнаем, — Драко напрягся и навострил уши, прислушиваясь к словам рыжего. — Про этого Гарри она ни слова не сказала, но будто что-то не так. Особенно это… «Относительно здоров». — Но маги Ордена вряд ли знают про нашего Гарри в теле Малфоя, Сириус бы не сказал никому, — Гермиона снова задумалась и в своей задумчивости начала бродить по комнате, словно это помогало ей размышлять. — Возможно взрослые хотят, чтобы мы как друзья Гарри удостоверились, что это именно наш Гарри. — Но ведь у Сириуса связь с Гарри Поттером. Он может на нее ссылаться перед остальными, только если его самого не одурачили… — тихо предложила Джинни. — Ты и сама знаешь, что у Сириуса связь с Гарольдом, а не Гарри Поттером… Черт… Мы же теперь запутаемся напрочь… — Рон скривился и поморщился, а после с тихим кряхтением встал. — Можно допросить Малфоя-старшего. Заодно и выясним отчего его мозги перекосило. — С Гарольдом давно стоило поговорить, я же говорила! — чуть ли не прорычала Гермиона, останавливаясь и скалясь в сторону Рона. Но уже через секунду девушка выдохнула и помотала головой, стараясь успокоиться. — Чтобы не произошло на самом деле, скорее всего Гарри в этом как-то замешан. А если и нет, то мы должны понять почему он вообще так себя ведет. Мы же его друзья, в конце концов!       Только брат Гарольда не желал этого. Мгновение, и из шторы выбежала ласка, обернувшаяся около Рональда в полноценного Малфоя-младшего, в чьих глазах горела ярость. Кулаки Драко сжались на мантии рыжего до побледнения. Казалось, что слизеринец и вовсе забыл все заветы чистокровных, что кулаками лучше не бить, а надо вызывать на дуэли, кодекс чести и все прочее. Сейчас Малфой думал только о безопасности своего брата. — Замолчи, гряз… Грейнджер! Ты его и пальцем не тронешь, ясно тебе?! А ты, Уизли, не позволяй себе лишнего! — чуть ли не зарычал слизеринец, все еще держа в кулаках рубашку Рона и смотря на Гермиону, но в следующее мгновение близнецы Уизли оттащили его от своего младшего брата. — Хоть мы и поражены твоим умениям, Малфой… — Мы не позволим калечить нашего младшенького и подругу, пока ты сам не объяснишься, — сказали Джордж и Фред, в конце концов отпуская Драко, но его перехватила аккуратно Луна. — Не смейте сейчас говорить с Гарри, ясно вам? — снова прорычал Драко, вырывая свою руку из хватки когтевранки, но идти с кулаками на подростков не стал. Вместо этого он пару раз выдохнул и серьезно посмотрел на друзей своего брата. — Мне наплевать, что Гарри считает вас своими дружками. Мне же лучше, если вы прекратите с ним общаться. Тем более, сейчас не лучшее время для разборок. Своей болтовней вы навредите моему брату. — Почему же? — подала голос Гермиона, заслуживая недовольный взгляд Драко. Слизеринец тихо запыхтел, но Луна положила руку ему на плечо, отвлекая его от гнева. — У него своих проблем хватает, — с меньшим запалом буркнул Драко, убирая руку когтевранки с себя. Хоть парень и был недоволен таким жестом девушки, но он и вправду смог его расслабить. — Поттер около Блэка это реальный Поттер. Он без шрама, его магия слабее нашего, но он настоящий Поттер. У него тоже была незавидная судьба, оттого он все еще учится. Вашей задачей скорее всего станет его интеграция в общество, но он больше не будет тем Мальчиком-Который-Выжил. — Упустим то, что ты сейчас выпрыгнул зверем из-за шторы, но откуда ты знаешь о Гарри? Ну, о том, который настоящий? — Гермиона сложила руки на груди и наступила на ногу раскрывшему рот Рону, чтобы тот не перебивал слизеринца. — Это мои родители вместе с дядей Сириусом проводят расследование похищения Гарольда. А Поттера выкрали те же люди. В ноябре его нашли вместе с другими ребятами. У парня нулевые знания по заклинаниям, защите, хотя он знал зоологию и травологию. Мы с братом его видели, потому что родители хотели, чтобы Гарри и Гарольд познакомились. Пророчество, на которое ссылается старикан, не рабочее, потому что Лорд отметил как равного себе моего брата, а тот даже не рождался на исходе седьмого месяца и не имел родителей, противостоящих Лорду. Сейчас Гарри Поттер обычный маг, сирота, не связанный дурным пророчеством или еще чем-то, ясно? — Странно слышать это от Малфоя, — заворчал Рон, за что получил локтем по ребрам от сестры. — Между прочим, мой брат сейчас с вами дружит. По крайней мере, пока был в своем уме, — проворчал Драко, вздыхая и устало смотря на ребят перед собой. — В общем, что бы не сказали в этом вашем Ордене, тот Поттер реальный, хоть и скорее всего предпочтет имя «Джеймс» в честь отца. Вроде ему собрались придумать историю, почему он теперь такой, но это лучше у него самого или у Сириуса узнать. — Почему ты так уверен, что мы подружимся с ним? — с лукавой улыбкой спросил Джордж, переглядываясь с близнецом, словно ведя безмолвный диалог с ним. — Потому что у вас, гриффиндорцев, в жопе шило играет, — не сдерживаясь, проворчал Малфой, устало смотря на ребят. — Комплексы храбрецов, защитников, героев и всякой прочей ерунды. На самом деле, мне наплевать что у вас в Ордене творится. Мне не наплевать на судьбу Гарри, точнее Джеймса. Можете считать, что я волнуюсь за кузена, коим приходится мне Поттер, можете считать, что я в нем вижу прошлую версию своего брата — не важно. Важен сам факт — мне не все равно на его судьбу. И я не желаю видеть в этом бедном парне жертвенного агнца. Он и без того настрадался с моим братом. Вам ясно?       Гриффиндорцы молчали. Каждый из них смотрел на парня перед ними и не узнавал его. Некогда зализанный и высокомерный слизеринец предстал перед ними в новом виде. Белокурые волосы растрепались в беспорядке, щеки пылали от скопившихся эмоций, его глаза горели, а дыхание было частым и тяжелым. Впервые слизеринец даже не пытался скрыть перед ними своего настроя и эмоций, как делал обычно, как его учили. Ребята видели настоящего Драко, каким его видел Гарольд. И это невольно заставляло довериться ему. Или все дело в улыбке Луны, которая смотрела на Драко, словно уже поверила ему? — Не думаю, что тот Гарри-Джеймс сильно отличается от нашего Гарри, — подала голос Лавгуд, разрушая тишину класса. — Если Гарольд и Сириус его одобрили, то и нам следует довериться их выбору и помочь ему. Но мне все еще не нравится ситуация с самим Гарольдом… — Наши родители хотят нас забрать на каникулы раньше, — выдохнул слова Драко, зная, что Луна имеет право знать, ведь она теперь являлась самой близкой подругой его брата. — Дома целители полноценно смогут его осмотреть, так еще и не будет никаких раздражающих факторов… — Да, магия рода может помочь… — прошептала Луна, отводя затуманенный взгляд, словно о чем-то сильно задумываясь. — Чем скорее, тем лучше… Разум — вещь хрупкая. Хоть Гарри и сильный, но чем сильнее, тем и результат может оказаться более непредсказуемым.       Слова Лавгуд заставили Малфоя напрячься. Его тело стало похожим на напряженную струну, касание к которой способно располовинить кого-угодно. Он знал, что медлить с Гарри нельзя. Знал, что проблемы с разумом могут сотворить с ним плохую шутку. Знал… И ничего не мог с этим сделать. А ведь Драко пытался поговорить с Гарри. Пытался обратить на себя его внимание, пытался разговорить его. Но ничего не выходило. Словно когтевранец утратил доверие к своему брату. И это било больнее всего по Драко. — Я знаю, — хрипло выдавил из себя слизеринец, с болью смотря на девушку, ставшей гораздо ближе к Гарри чем он сам. — И мы поможем ему. Только не усложняйте нам работу. Лучше сосредоточьтесь на своих проблемах. Например, на том, что Гарри больше не защищает ваш запрещенный кружок от Амбридж, как раньше делал, а заклинания сокрытия на этом классе ужасны. — Что?! — от резкой смены темы Рон опешил и с вызовом уставился на Драко.       На лице слизеринца замерла былая усмешка. План сработал, как и ожидалось, гриффиндорец не смог сдержать свою вспыльчивую натуру, обращая все внимание ребят на себя. На удивление, негодования Рона и искренний интерес Гермионы, возмущенной, что ее связку заклинаний недооценили, заставили напереть на Драко в поисках ответов, но без былой агрессии. Сдерживался ли Драко ради своего брата или взаправду стал думать, что друзья Гарри достойны нормальных ответов — неизвестно, но младший Малфой помог наложить ребятам оптимальные чары на класс, за что получил одобрительные взгляды Луны Лавгуд.       Наконец, спустя пару дней и всего за одну неделю до официального отъезда всех желающих студентов на зимние каникулы, Гарольда и Драко позвали в кабинет директора, чтобы те отправились домой. Драко мог только догадываться каких усилий стоило Люциусу, чтобы их забрать, только не понимал, почему Дамблдор так не желал их отпускать. Гарольд же шел рядом с братом, словно ничего такого не происходило. Будто так и должно быть. И это настораживало как Драко, так и Северуса с Люциусом, которые пытались разобраться в происходящем.       В кабинете директора Хогвартса был не только хозяин помещения, но и лорд Малфой с деканами Слизерина и Когтеврана. Профессор Флитвик тихо переговаривался с отцом мальчиков, когда как Снейп говорил с Дамблдором. Но стоило парням войти в кабинет, как все взрослые затихли. — Думаю, я должен был больше внимания уделить вашим опасениям, — со вздохом признался Дамблдор, смотря своими серыми глазами на Гарольда. Почему-то Драко хотел скрыть брата от такого пристального взгляда старика. — Но теперь, когда вы сдали все промежуточные экзамены, а также когда я убедился воочию, что юному Гарольду и вправду необходим отдых в кругу семьи, я готов вас отпустить домой, ребята. Надеюсь, вы сможете хорошо отдохнуть до следующего начала учебы.       Драко едва сдержался, чтобы не показать своего напряжения. Он видел, как стрелял взглядом его отец от слов Дамблдора, а Снейп и Флитвик лишь вздохнули, будучи привыкшими к различным закидонам старика. Слизеринец смог выдохнуть, когда они с семьей наконец переместились камином домой, а его дорогая матушка крепко обняла его и брата. — Мерлин, как я по вам скучала… — хрипло шептала женщина, прижимая к себе и Драко, и Гарри, не желая отпускать ни одного из сыновей. Драко ощущал, как дрожала рука матери на его спине, и не мог не ответить на ее объятие своим. — Я тоже скучал, матушка, — тихо ответил юноша, чувствуя, как тело невольно расслаблялось в родной обстановке. Брат рядышком также хрипло выдохнул и сжал ведьму в своих объятиях, но ни слова не сказал. Конечно, родители уже предупреждены о состоянии своего старшего сына, из-за этого они и забрали детей раньше положенного, но видеть странное поведение юноши воочию оказалось больнее. К счастью, теперь же они могли спокойно разобраться со всем. — Гарри? Ты в порядке? — спросила Нарцисса, наконец прерывая объятия, чтобы слегка отстраниться и осмотреть сыновей. Первым, что бросилось на глаза взволнованной матери, стал слегка бледный вид ее ребенка. И без того светлый оттенок кожи Гарольда оказался еще бледнее. Слегка нездоровая бледность разбавлялась алыми щеками, потрескавшимися от сухости губами и красноватыми глазами. Обычный человек бы не обратил на это внимание, но не цепкий взгляд матери. — Да, матушка, все хорошо. Я рад оказаться дома и отдохнуть, — на лице подростка появилась слабая улыбка, а после он оглянулся. — Вау…       Глаза юноши распахнулись в удивлении. Ни Драко, ни Нарцисса, ни Люциус сначала не поняли, что же в их доме настолько удивило Гарольда, ведь тот все уже видел. Но все оказалось гораздо легче — украшения. Везде развешаны рождественские украшения, делающие из аристократичного поместья новогоднюю сказку. — Ах да… Помимо празднования Йоля в семейном кругу, мы устраиваем рождественский бал для друзей семьи и знакомых. И мы никак не могли пройти мимо украшения дома, — на лице лорда Малфоя появилась сдержанная улыбка. Маг положил руку на плечо старшего сына и аккуратно подвел его к окну, выходящему на внутренний двор поместья. — Украшенные ели, костер, танцы… Будет весело. Мы также отправили приглашение твоей подруге и ее отцу.       Глаза Гарольда распахнулись и в неверии посмотрели на Люциуса. Не потребовалось много времени, чтобы понять, что речь идет о Луне Лавгуд. Ее и ее отца пригласили на бал Малфоев только из-за него, из-за чего Гарри не знал как реагировать. С одной стороны, он оказался счастлив. Провести время с близкой подругой, которая за эти полгода стала ближе Рона и Гермионы. С другой стороны, Луну хотелось сберечь от взглядов аристократов. — Но о предстоящих праздниках мы еще поговорить успеем, — тихо вмешалась Нарцисса, стреляя взглядом в Люциуса, словно безмолвно что-то говоря ему. — Мальчикам нужно разложить вещи и привести себя в порядок. Скоро будут гости, и нам надо их встретить.       По взгляду матери Драко догадался, что гости как-то связаны с состоянием Гарри, но сам Гарольд этого не понял. Юноша только кивнул матери и поспешил в свою комнату, оставляя брата наедине с родителями. Теперь старшие Малфои воочию могли убедиться в отстраненности своего сына. У того были эмоции, он реагировал на какие-либо изменения, но они словно происходили не с ним и проходили мимо него.       Нарцисса хлопнула пару раз ладонями, приказывая эльфам накрыть на стол к ужину, пока Люциус отходил встречать тех самых гостей. Драко же доверил разложить свои вещи эльфам и принялся помогать матушке, чтобы занять свои беспокойные мысли. — Вам профессор Снейп рассказал о всех своих подозрениях? — тихо решился спросить Драко, искоса поглядывая на дверь, чтобы их не услышал Гарри. — Да, Дракон, он рассказал, — казалось, женщина в мгновение ока постарела. Юноша видел, как округлились ее плечи, как на лице явнее стали морщины и как посерела кожа, поэтому он поспешил ее обнять. — Самое страшное, что он не знает как этому противостоять. А ведь в темной магии он неплохо разбирается наравне с ментальной магией. Ох, Драко… неужели у твоего брата и так недостаточно проблем? — Тш… Извини, что напомнил, — прошептал слизеринец, аккуратно прижимая ведьму к себе в трепетных объятиях. — Я безумно волнуюсь о нем. Он меня безумно пугает в таком виде… Ведь он кажется совсем другим человеком! — Все в порядке. Я рада, что ты так заботишься о нем, — женщина отстранилась от сына и быстро постаралась привести себя в порядок, прежде чем остальные мужчины ее семьи, и не только, вернуться в столовую. Спустя некоторое время в зал вошли трое магов, при виде которых Нарцисса тут же склонилась в реверансе. — Приветствую вас в нашем поместье, милорд, мистер Бьерн.       Драко невольно напрягся при виде Волдеморта, пусть и в человеческом обличие. Юноша едва не забыл поклониться вслед матери, но вскоре уже расслабился. Все же, когда Темный Лорд выглядел совершенно обыкновенно и от него не ощущалась та пугающая всех сила темной магии, он казался самым обычным и интересным собеседником. Как никак знаний у Волдеморта было много, пусть и большинство о темной магии. — Мальчика без сомнений нужно осмотреть. Хорошо, что вы забрали его в родовое поместье, восстановление здесь пройдет гораздо легче… — говорил целитель Люциусу и Нарциссе, когда дверь столовой с грохотом распахнулась. — Волдеморт… — от столь яростного голоса брата Драко едва не поседел. Он никогда не слышал в его голосе столько ненависти, даже когда тот был гриффиндорец. Теперь же Гарольд стоял в дверях столовой, а его палочка была направлена на того, кого он назвал. А ведь когтевранец не кричал, он говорил тихо, немного с хрипотцой, с ледяным тоном, от которого по коже пробегали мурашки. — Конечно, где тебе еще быть, как не в доме верных пожирателей. — О, так ты считаешь Малфоев Пожирателями Смерти? — спокойно спросил мужчина, плавно отходя от остальных. Темный Лорд видел, что все внимание мальчишки уделено только ему, на остальных он не обращал никакого внимания. К счастью, в столовой было место, чтобы развернуть небольшую дуэль и не задеть остальных, давая им время исподтишка обезвредить парня. — Разве ты сам не Малфой? А как же то, что ты мой крестник? Притом горячо любимый? — Смеешься, Том? — ядовито выплюнул юноша, делая пару шагов вперед. Казалось, некогда зеленые глаза полыхали алым. — Ты сам сделал меня Мальчиком-Который-Выжил. Я был и остаюсь Поттером, пусть и не по крови. Я не Малфой. — Мальчишка, ты осознаешь, что твои слова способны ударить по твоим близким? — усмехнулся темный маг, искоса наблюдая за Малфоями и целителем. Последний пытался наложить на Гарольда чары диагностики, но парень был слишком далеко. А Люциус удерживал Нарциссу, не желая, чтобы та пострадала, вмешавшись в разборки двух магов. — Ты же помнишь, что пророчество не работает? — Пророчество — ложь только до тех пор, пока люди в него не верят… Но в него большинство продолжают верить, — хрипло произнес когтевранец, останавливаясь в нескольких метрах от крестного. Рука, сжимавшая палочку, побледнела, но Гарри не обращал на это внимание. — И я ненавижу тебя. Остолбеней!       Казалось, Темный Лорд совсем не ожидал, что мальчишка решится его атаковать. Но палочка мужчины уже была наготове. Взмах, и в юного героя полетела цепь атакующих заклинаний, от которых тот ловко увернулся, словно танцуя. Темный маг только поморщился от этого. С одной стороны, юноша казался хорошим учеником и перспективным магом. Но с другой стороны, ему нельзя вредить по целому ряду причин, что в серьезной дуэли достаточно сложно сделать. — Мальчишка, я не желаю теперь смерти ни тебе, ни настоящему Поттеру, — прошипел Волдеморт, блокируя лучи заклинаний противника. — Я и есть Поттер, Реддл, — хрипло произнес юноша, словно стискивая зубы. Драко казалось, что его брат сам себя пересиливал на этих словах, но на деле все могло оказаться совсем иначе. — Авада Кедавра!       Глаза Тома широко раскрылись, увидев, как мальчишка просто отправил в него смертельное заклинание. Увернуться не составило труда, но теперь все его нутро оказалось поглощено чистейшей яростью к мелкому отродью и тем, кто такое сотворил с ним. — О нет, мальчишка. Ты не Поттер. Давно уже нет. Поттер бы никогда такого не сотворил. Ты теперь темный маг, желающий убить меня из-за того, что сотворили с тобой, — шипяще говорил Волдеморт, посылая в парня все больше и больше чар более разрушительной формы, благо остальные маги в комнате наложили на себя щит и поддерживали его своей магией. — И где же твоя убежденность, что темная магия — чистейшее зло? — Я готов пожертвовать собой, чтобы тебя не стало, Реддл, — выплюнул Гарольд, вновь поднимая палочку на Волдеморта. Юноша тяжело дышал, но не сводил своего взгляда с мужчины. Не мудрено, что ему было тяжело, ведь от большинства чар он уворачивался на ногах, а не защищался щитами, оттого и постепенно выдыхался. — Не будет тебя, не будет жертв, не будет тьмы. А я не имею значения. — Что ж ты такое говоришь?! — не выдержал и крикнул Драко будучи за щитом родителей, чем привлек к себе внимание брата. — Гарри, я тебя не узнаю! Где мой брат?! Какого дементора с тобой стало?! Какая скотина с тобой это совершила?!       Но Гарольд не ответил. Он только стиснул зубы и снова напал на Темного Лорда, но уже с большим усилием. В ход шло все: от простых проклятий до Авады. Но и сам Реддл не скупился на своих знаниях, ограничиваясь лишь тем, что не могло убить обезумевшего мальчишку. Но, в итоге, вмешался Люциус вместе с младшим сына, исподтишка пытаясь обездвижить Гарри. И этот маневр позволил Волдеморту усыпить разбушевавшегося юношу. — Научили на свою голову… — буркнул мужчина, укладывая подростка на диван, а после отходя, чтобы дать место целителю. На всякий случай маги еще и связали Гарольда, отобрав его палочку. — Люциус, если не можешь увести Нарциссу, то хоть налей ей выпить, чтобы успокоилась. Умиротворяющий бальзам или виски — не важно. — Милорд! — в ужасе вскрикнула женщина, почти забывая о своем волнении, но вскоре в ее руках и вправду оказался бокал с огневиски, а Драко с шоком смотрел то на мать, то на отца, то на Лорда. — Молчи, женщина, и дай целителю работать. У твоего сына явно не все в порядке с головой… — Люциус от слов Волдеморта только поджал губы. Ему не нравился его тон, но ничего поделать не мог, ведь тот был прав.       К счастью, остальное время в столовой стояла тишина, прерываемая лишь тихим дыханием всех находящихся в комнате и звоном бокалов. Точнее Драко пил чай, пока Нарцисса пила виски в надежде успокоиться, а Люциус решил побыть трезвым ради сына. По крайней мере сейчас.       Целитель Бьерн в это время на протяжении нескольких минут водил палочкой над телом Гарольда, диагностируя его, а после замер, останавливаясь около головы. Мужчина хмурился, пытаясь найти причины такой смены поведения ребенка. И дело не в ментальном состоянии юноши, как все изначально думали, все казалось гораздо сложнее. Одни чары, другие, третьи… С каждым произнесенным заклинанием Бьерн выглядел все более уставшим и хмурым. — Это заговор, — подал голос мужчина, убирая палочку и устало смотря на остальных. — Ваш сын может противостоять империо, но эта пакость действует куда сложнее. Она заложена на подкорке сознания, заставляя мага думать о том, что ему наговорили снова и снова, а закрепленная магия заставляет этому сбываться. Или как-то влиять на пострадавшего. Остается только снять заговор и найти предмет на который завязали его. — Скорее всего это зеркало, — прошептал Драко, чем привлек внимание взрослых. — Кто-то перед прошлым нашим прибытием в поместье подкинул Гарри небольшое зеркальце. Мы его не сразу заметили, а Гарри не обратил внимание. А я забыл… Только когда Лавгуд сказала об отношениях Гарри к зеркалам. Вспомнил, как он в них смотрел, и в то в том числе. — И где оно сейчас? — Скорее всего в его комнате, — ответил слизеринец, прося домового эльфа принести заговоренную вещь. С виду это оказалось обычным ручным зеркалом, но оно все равно не нравилось парню. — Кто-то подложил его в учебник Гарри. Я думал, что это в момент, когда его столкнули на пути в Хогсмид. — Попробуем… — вздохнул целитель и магией положил зеркало около головы Гарольда, после чего начал шептать на латинском заклинание.       Некоторое время ничего не происходило. Целитель вновь просканировал тело юноши своей магией и нахмурился еще больше, пытаясь понять причину неудачи. Маги прислушивались к заклинаниям целителя, пытаясь определить какими способами старался тот исцелить Гарольда. Не все чары оказывались узнаваемыми. Бьерн использовал несколько разных способов, прежде чем один из них все же возымел положительный эффект. Юноша выгнулся в спине, лежа на диване, а после резко ослаблено рухнул, будто из него выкачали все силы. — Достаточно сильный заговор. Его смешали вместе с ментальным проклятием, отчего он менял сознание паренька, — хрипло сказал целитель, а после заколдовал зеркало. Мгновение, и зеркальная поверхность засветилась тусклым голубым светом, а сухие губы Гарольда дрогнули:

Никаких сожалений. Чтобы не произошло, ты обязан победить тьму. Ты Гарри Поттер. Ты герой магов, Мальчик-Который-Выжил, наш свет.

Пророчество только о тебе и ни о ком более. Ты обязан искоренить зло, поселившееся в этом мире. Ты не Малфой, это ложь.

В твоих силах убить Неназываемого. Посмотри в зеркало, убедись. Ты должен это сделать. Только ты способен на это. Искорени зло, пока оно не погрузило нас во тьму.

Не лги себе, найти это в отражении.

Ты Гарри Поттер.

      Услышав сорвавшиеся с уст сына слова, Нарцисса едва сдержала свой крик. Сейчас Гарольд лежал и смотрел в потолок подобно безвольной кукле, потерявшей хозяина. И не важно, что его связали, чтобы он не напал вновь. Люциус чуть ли не обреченно прикрыл глаза, а Том хмуро уставился на Гарри, анализируя его слова. И лишь Драко продолжал ожидать лечения целителя, пока тот старался разобраться в происхождении заговора. — Пока это похоже на желание Дамблдора исполнить пророчество, — Волдеморт повернулся к Люциусу и впился в него взглядом. — Нужно, чтобы ваша шавка удостоверилась, что это не дело Ордена. Также нам понадобятся глаза в Хогвартсе. И здесь, на балу на всякий случай. Тот, кто это сотворил, должен наблюдать за Гарольдом. — Милорд, чары заговора сняты с мальчика, теперь в его памяти вы можете попробовать увидеть тот фрагмент, где его заговаривают, — вмешался целитель, вливая в тело юноши несколько зелий. Темного Лорда не надо уговаривать дважды, но, в итоге, он ничего не увидел. — Гарольд не видел нападавшего. Это произошло на выходных в Хогсмиде, когда вы забирали мальчишек домой. Его прижали к стене в туалете, из-за чего он никого не увидел, а после его оглушили. Только можно предположить по голосу, что это мужчина или юноша. Тц…       Взгляд Драко обеспокоенно впился сначала в Лорда, а после в брата. С тихим вздохом юный слизеринец коснулся рукой целителя и указал на Гарольда, желая, чтобы его лечение продолжили. Взрослые могут продолжить свое расследование когда угодно, но сейчас важнее привести Гарри в нормальное состояние.       Младший из сыновей не заметил, как Люциус вывел из столовой Нарциссу, как Лорд тихо переговаривался с Бьерном, который колдовал над его братом. Единственное, что для Драко имело значение — состояние Гарольда. Благо есть шанс ему помочь вновь. А заговоренное зеркало следовало убрать как можно дальше от когтевранца. Может, стоило убрать и другие зеркала? Это Драко решил обсудить немного позже с целителем и родителями, когда состояние Гарри станет стабильнее.