Он её ненавидел

Когда он открыл глаза- было уже темно. Холод пронизывал до костей, но при этом в груди разливалось какое-то непонятное тепло. Он знал: она снова пришла. На вид хрупкая девчушка с волосами цвета заката, но на деле невероятно сильная чародейка. -Это угощения от Силки…-Чисе аккуратно поставила поднос напротив сидящего перед ней. -Я же говорил, мне это не нужно…-устало вздохнув произнёс кудесник и откинулся спиной на холодную кирпичную стену. Девушка не спешила уходить. Она села рядом, ничего не говоря, и вгляделась в пустоту. -Ну, и чем же тебе пришлось пожертвовать на этот раз? -без особого интереса спросил кудесник, думая, вероятно о чем-то своём. -На этот раз из-за меня погибло очень много людей… Эта клятая, бесконечная неуверенность в голосе заставила Иосифа засмеяться истеричным, болезненным смехом. Как же это было предсказуемо, как эгоистично и как прекрасно… -Неужели ты наконец-то научилась ставить себя на первое место? Поздравляю. Вместо ответа чародейка вдруг накинула на себя край одеяла и отчаянно прижалась к кудеснику всем телом, то ли желая согреться, то ли отчаянно ища поддержку того, кто проходил через такие же ужасы, что и она сама. -Ну чего ты? -недовольно спросил Иосиф, склоняя подбородок на рыжую макушку Чисе. Что-то болезненное ёкнуло в груди белокурого мальчишки, что прожил в страданиях тысячи лет. Он ненавидел эту выскочку- Слэй Беги, что мешала ему во всех его планах. Но он также был бесконечно благодарен ей за покой, долгожданный покой, которого так жаждала его израненная душа, веками блуждавшая в кошмаре. В какой-то момент Чисе стала его светом, его огоньком, который показал волшебнику дорогу во тьме. Порыв ветра заставил красноволосую девушку прижаться ещё ближе. Уткнувшись носом в грудь Иосифа, она тихо, почти шёпотом спросила: -Тебе все еще больно?.. Короткое «нет» стало ей ответом. Один Бог знает, сколько они просидели так. Рядом, молча… Кудесник услышал тихое посапывание, вздохнул, устало покачал головой. -Замёрзнешь, глупая… Осторожно, словно хрустальную вазу, он положил девушку себе на колени и накрыл одеялом. В этот же момент по стене колодезя скользнула чёрная тень, обратившаяся черепоголовым чародеем. Элиас сложил руки на груди, взглянул на обитателя этого места почти с укором. -Чисе ждут друзья, она ушла уже давно.-медленно произнёс Эйнсфорд. Иосиф рассмеялся тихо, стараясь не потревожить сон чародейки, лаково провёл рукой по ее волосам, зарылся пальцами в мягкие пряди. -Посмотри на неё, как она безмятежна и расслабленна. Что, хочешь утащить её? Как эгоистично. -Зачем она пришла к тебе? -озадаченно спросил маг, испытывая, возможно, чувство ревности. -Не знаю, -кудесник задумчиво покачал головой, — Возможно, потому что мы с ней связаны. Возможно, потому что сама захотела прийти сюда. На лице мальчишки тенью проскользнула ухмылка. -Но знаешь что, Пилум миралис? Сегодня ты проиграл… А я победил. Как и в тот день, когда ты решил, что можешь ее спасти. Возможно, она не отвернётся от тебя, но… В прочем, ты сам все видишь. -Ты ненавидишь ее, Картафилус.-сквозь зубы процедил Элиас, чем сорвал с губ кудесника ядовитый смешок. -Зато она не ненавидит меня. И поэтому свет ее души будет моим. Запомни это. Тень растворилась так же быстро, как и появилась в этом колодезе, оставляя наконец наедине две родственные души. Этой ночью Иосиф не смог сомкнуть глаз. Начинало светать…