Мой щекотливый капитан

      Зимними вечерами, когда экспедиции отменялись, и вся разведка хлопотала за сохранность тепла в штабе, Эрвин Смит согревался немного иначе — через игру. По крайней мере, сам Эрвин видел в этом всём лишь невинное ребячество, однако, для Леви это значило куда больше. Ни для кого не секрет, что капитан проводил все свои вечера в кабинете командора. И этот не был исключением. По обыкновению своему, Леви занял старенький диван тёмно-зелёного цвета. Будучи чистюлей, он предварительно оставил сапоги на коврике, и только потом ложился на диван, закинув маленькие стопы на подлокотник. Этим вечером было прохладнее, чем обычно, и через несколько минут брюнет активно сгибал и разгибал пальцы ног, чтобы кровь хоть как-то циркулировала. Но на помощь явился Эрвин. Вечно тёплый, словно печка, он опустился на колени, возле стоп Леви. В такие моменты капитан любил включать недотрогу, это было некоторой частью игры, от которой никогда не хотелось отказываться. — Эй, Эрвин, ты что удумал? Руки прочь от меня! — Леви попытался лягнуть командора, но крепкая рука перехватила лодыжку. — Оказывается, даже у Сильнейшего Воина Человечества есть слабые места, — Эрвин смотрел в злобные серые глаза, и нахально улыбался.       От этой улыбки Леви опешил. — Смит, помяни моё слово: тронешь — на кусочки покромсаю!       На Эрвина угроза никак не подействовала. — Кажется, я где-то услышал "чик-чирик"? Не думал, что птички ещё бодрствуют, зима как ни как.       От такого высказывания, уши Леви залились краснотой, та же участь ожидала и щёки. — Какие птицы? На что ты намекаешь? — тонкие брови свелись к переносице, появилась всем знакомая морщинка.       С губ командующего сорвался тихий смешок. — Вот. Снова услышал, — по интонации можно было сделать вывод, что Смит потешается с этой игры.       Новая попытка лягнуть Эрвина пяткой провалилась. Если до этого блондин зажимал в тисках только одну ногу, то потом он изловчился, и смог зажать обе ноги подмышкой. — Теперь точно попался, воробей! — Ты представить себе не можешь, на что я способен, когда в ярости! — прикрикнул Леви.       Мимолётный поцелуй в свод стопы, и Леви притих. Притих так, что не было слышно даже дыхания. Последующий поцелуй выбил застрявший в лёгких воздух, и теперь Аккерман наблюдал за действиями командующего. Щёки всё-таки залились красным, пальцы рук вцепились в обивку дивана, в то время, как щекотливые поцелуи с нотками нежности исследовали каждый сантиметр ног капитана. Когда Эрвин спустился чуть ниже, Леви не сдержался, и сказал: — Я не припомню, чтобы ты когда-нибудь делал что-то подобное. Обычно, ты просто играл со мной.       Эрвин отстранился, приподнял голову так, чтобы посмотреть Леви прямиком в глаза. — Я хоть и консервативен, но не допущу, чтобы тебе наскучили мои игры. Знаешь, я недавно перечитывал сказки, и понял одну важную вещь, — широкие брови слегка нахмурились. — И что же ты понял, толстобровик? — с лёгкой усмешкой поинтересовался Леви.       Крепкие пальцы с жесткими подушечками медленно скользнули по ногам Леви, такое поглаживание помогало Эрвину собраться с мыслями. — Что образы принцев и принцесс метафоричны. Не следует смотреть на сказку, как на историю, которая могла бы быть, но стоит взглянуть на неё, как на образ. И, пока я читал, то действительно увидел образ. Только, он может тебе не понравиться. — Увидел во мне принцессу? — Да, — сказав это, Эрвин замер, немного побаиваясь реакции. — Я согласен, но только если принцем будешь именно ты, — теперь Леви лежал на диване расслабленно, руки сложил на животе, а ноги были расслаблены, но всё ещё зажаты Смитом.       От избытка чувств Эрвин даже не мог что-либо ответить, в то время, как явная озадаченность командора вызвала у капитана смех. Этот смех поспособствовал тому, что лицо Эрвина приняло ещё более серьёзное и комичное выражение. — Не могу! Пытался казаться крутым, а вышло вот так, ахахахах... — сквозь смех проговорил Аккерман.       Но смех Леви стал ошибкой, ведь он сработал как провокация. И теперь уже Эрвин лыбился как хитрый кот, и во всю щекотал ноги Аккермана. От неожиданности Леви аж взвизгнул, попытался воспрепятствовать щекотке, но ничего не получилось. Теперь кабинет командующего озарял надрывной смех Леви, сопровождающийся более тихим смехом Эрвина. Всё таки Эрвин вернулся к запланированной ранее игре, но начал её так, чтобы для Леви всё стало полной неожиданностью. Эрвин водил короткими ногтями по пяткам Леви, и поговаривал: — Моя Шехерезада... — Иди на хер, Смит!