Я не больной. Я люблю тебя.

Мужчина менял бинты на руке, затягивая их потуже в районе кисти. Рана до сих пор иногда кровоточила, а условиях в которых он жил.. Хорошо что организм справлялся с заразой. Левую перчатку он благополучно где-то потерял. Да и толку от неё не было – все равно не налезла бы. Улица приучила его быть готовым ко всему, по этому его, от рождения левшу переделала в угоду обстановке. Намечалась большая стычка. Их противники были не представителями власти, так что можно было и снять косуху, которую тот с таким трудом достал. Данте чуть почесал шрам на губе и выдохнул, унимая лёгкий мандраж перед дракой. А вот и их противники. Бритоголовые, со свастиками на плечах и беспорядочно орущие. Ведут дела с мерзкими немцами, хоть ими и не признаются.. Это очень упрощало задачу. Драка завязалась моментально, как только главарь лысых переступил границу их территории. Полетели бутылки с зажигательной смесью, затем начались крики и драка. В это время уже никаких патрулей не было, бравые немцы не любили пачкать руки о всякий сброд из трущоб. У скинхедов не хватало духа, а большая часть была в стельку пьяна. Так что скоро улицы были усеяны побитыми или вовсе убитыми лысыми. Почти все разошлись, а усталый анархист с усилием натянул куртку, тяжело дыша и морщась от боли под рёбрами, как его взору предстал человек. Вполне прилично одетый и такой же побитый. Что он тут забыл в ночи? Так дело не пойдет. Мирных они не трогают.. Ни в каком виде. Без малейшего промедления и мыслей, Данте приподнял парня, на ломаном немецком сообщая что ему лучше забыть о событиях этой ночи, а когда взвалил того себе на плечо сказал перебирать ногами. Так они и добрались до ближайшего госпиталя. Парень опустил свою находку на ступени, чтобы перевести дух. И только сейчас он заметил стальной крест, что скрывался под рубашкой. Анархист замер, внимательно смотря на это, а затем медленно поднимая взгляд к глазам спасенного. Если тот запомнит его лицо.. *** Буквально утром, немец был у себя дома и пил чай. Да, как бы это банально не звучало но чай ему было намного предпочтительнее чем алкоголь, вроде шнапса, который выдавали им перед боем в качестве обезболивающего, дабы не снизить в солдатах арийский дух. Да и пиво по утру вредно для здоровья. Кожа немца должна быть идеальной, икры рабочие.А главное, сберечь печень, так как иначе ты будешь как поломанный оловянный солдат гнить в свои лучшие дни дома. Если конечно кто-то не начнёт копать под него и не притянет за уши его грешки, не по доброму замыслу. Но иногда душа Рихарда хотела праздника, и напротив его кухонного стола стоял мини бар. Причём не абы откуда, а из США. Некий символизм он чувствовал в этом. Так о чём мы? Штандарт фюрер оказался в эпицентре событий двух грязных крыс. А что уж делать? Приказ с выше. Недоумки должны были под присмотром немецкого орла, и в случае чего именно блондин должен был вызвать подкрепление. Задача была бесцеремонна. Да и машина, Mercedes Benz имелась под рукой, так сказать. В ней нацист сидел спрятавшись в укромном месте, не марая руки. Правда Рихард и с этой задачей не справился, из-за проклятых анархических крыс, которые разбили ему окна и пытались вытащить из машины, не для самых лучших целей. Убить. Но Рихард таковым не являлся. Он не трус. И если на него нападают, то он непременно будет драться до конца. Так "орёл Рейха" и получил свои раны и гематомы на лице, не говоря конечно и о теле. Зато Рихард убил собственными руками (так как огнестрельное оружие было потеряно с рук в ходе сражения) нескольких анархистов, с горячей кровью в артериях нанося удары за ударами. Однако и героев настигает смерть, чей холодный вздох штандарт фюрер почувствовал на затылке после удара по голове. Немец упал на колени и из последних сил попытался встать. Нет, он не будет умирать в этом болоте. -"Я не умру в этом болоте, о нет! Встань! Встань швайне! Возьми силы!" Но тело не могло даже подняться на руки, как такса. И вдруг а оголодавшей по людям бойне, явился человек который на ломанном немецком что-то ему говорил. Немец только со второго раза понимал что это нечистоплотный хотел от него. Рихард простил ему жёсткое надругательство над его немецким только за то что тот спас его. Сам голубоглазый так же не видел своего спасителя и в начале его это не волновало особо. Наверное это был какой-то из крыс сотрудничающие с арийцами, решил таким образом отдать честь. Но оказалось всё не так. Вдруг ярко голубые, можно сказать что ангельские глаза Рихарда раскрылись. Увидев спасителя, он вцепился цепкой хваткой за руку панка, спросив на немецком. -Ты кем звать? И на какую сторону воюющий? —Ты не видел ничего что здесь происходило. Ты не видел меня. Вдруг нахмурился его зеленоглазый и зеленоволосый спаситель, что прижал немца к стене госпиталя за горло. —Мерзкие фрицы.. Напоследок бросил парень уже на английском, а бляха его ремня, где красовался советский герб блеснула в слабом свете больницы. Без труда высвободившись из чужих рук, мужчина несколько раз врезал кулаком по двери и поспешно скрылся, прихрамывая. Мало того что ему досталось, так еще и добираться до места их дислокации отсюда далеко. Рихард попытался освободиться от захвата грязной подпольной крысы отодвигая его руку от своей шеи. Если бы не его состояния, он бы безусловно справился с зеленоволосым и одной рукой, да и ещё лучше, сломал бы ему и вторую руку, так как немец вместе с тем что отодвигал от своей гладкой и главное чистой кожи руку импа из под моста, успел заметить, как у того спасителя была забинтована рука. Штандарт фюрер чувствовал, как его приобретенные силы пропадают в его лёгких, но всё равно смотрел прямо и запоминал особенности в лице противника -спасителя. Он не намерен оставлять это так. Ему потом нужен будет этот унтерменш. Помимо лица, которое было словно маковое поле на все виды особенных примет, не трудно опознать, в глаза Рихарда попалась бляха, которая послужит отличным дополнением к его образу. Наконец лёгкие заработали. Крыса убежал, проявив героизм и постучав в двери. А рука арийца ослабла и он закрыл глаза от бессилия. Рейховский орёл пропустил для себя ещё одну особенность панка. Хромоту. Красивые и опрятные немки хлопотали над мужчиной, осторожно обрабатывая его раны и причитая. Рубашка была порвана, штаны в грязи.. Эти мерзкие животные позволяют себе слишком много, раз накинулись на вышестоящего. Хотя, даже ребенок стоит выше этих крыс. Но уже совсем скоро он лежал в госпитале. Его словно в Раю окружали настоящие ангелы. Медсёстры в белых фартуках его так и лелеяли и осыпали своим вниманием больше остальных пациентов. Но в отличие от остальных ленивых паскуд, которые получают травмы только для этого внимание, штандарт фюрер не обращал внимание на них и смотрел в одну точку задумчивым взглядом. Он пытался запомнить того зелёного тролля который его спас.. Поэтому всё время прокручивал в голове его образ напрягая мозг. От раздумий его отвлёк женский голос, красивый и тягучий как мёд. Но герра не интересовали, к сожалению девушки в последнее время. —Герр.. Мне доложить в ваш штаб? – Учтиво спросила мед сестра, что по просьбе блондина принесла ему стакан воды с лимоном, после добавляя – У вас на шее была кровь.. Не ваша. Старший сказал отправить её на экспертизу. Простите что не сообщили ранее. -Да. И скажи чтобы они выделили мне пару евреев. Людей в немецкой форме и с арийским лицом они заметят сразу. Надо застать их врасплох. Пробурчал себе под нос светловолосый. Однако поняв что девушка не понимает о чём речь перевёл тему. -Принеси мне стакан воды с лимоном. В обычное время Рихард мог разозлиться и устроить холокост для всех в диапазоне от себя и дальше, но избитый и задумчивый сейчас он был более спокоен и лишь задумчиво посмотрел на девушку и ответил. - Ничего страшного. Отправляй. Его говор был в пол голоса. Где то за спиной у красавицы собрались солдаты, которые подглядывали за ними и скорее всего им она нравилась. Рихард тут же склонил её к себе и поцеловал в губы, делая это умело но в спешке. На уровне рефлексов у него это срабатывает. Рихарда просто не интересуют уже женщины. И хоть он хранит верность большинству идей Рейха, но с чем он не мог смириться и согласиться, это с запретом на мужские однополые отношения. Ведь лесбийские отношения вполне одобрены, почему им можно, а ему нет? От одних только женщин у него уже даже не встаёт. Округлости это конечно хорошо, но плоскость ему как глоток свежего воздуха после бани. Отстранившись от медсестры он похлопал её по заднице и с поддельной улыбкой послал выйти из палаты. -Всё, иди-иди. Мне уединиться нужно. Если будешь возвращаться после экспертизы, принеси мне карандаш и бумагу)