Брелок с изображением плюшевого волчонка

– Спит? – Ага. Кто-то решил воспользоваться залом в качестве чимчильбана*! Легкий хохот разбавил неопределённое настроение, царившее в группе столпившихся. Кто-то не воспринимал сложившуюся ситуацию всерьез, кто-то, наоборот, сильно беспокоился, другие же уже начали придумывать самые фантастические варианты происходящего. – А что, если ей стало плохо? – Ха! Прислушайся. Сопит, как младенец. – Надо позвать кого-нибудь… – Не надо никого звать, всё же в порядке! – Разойдитесь, пожалуйста, – спокойно произнес Бан Чан, аккуратно раздвигая толпу зевак по сторонам. Он присел на корточки рядом, становясь ширмой, отгораживая от перешёптывающихся, похожих на небольшой рой пчёл, парней и девушек, которые, казалось, после его появления стали ещё более заинтересованными в пристальном наблюдении за ситуацией. – Спасибо за неравнодушие, – обернулся через плечо Бан Чан к ребятам, – дальше я справлюсь сам. Вы можете расходиться по своим группам. В таком поведении парня не было ничего необычного – все давно привыкли, что Бан Чан всегда вступится за обиженных, защитит слабых и поможет нуждающимся. И потому, во всех непредвиденных и чрезвычайных ситуациях, каждый вначале пытался глазами найти широкоплечую фигуру, а уже потом начать предпринимать какие-то действия. Если он рядом – значит всё точно будет хорошо. – Все в порядке? – бархатно прозвучало над ухом. Бан Чан легко провел ладонью по плечу. Наиприятнейшее сопровождение из царства Морфея в царство пробужденных. – Да, – улыбнулась Т/И в полудреме, не открывая глаз, – а что-то должно было произойти? Счета пришли? Хозяйка выгоняет из квартиры? – Нет, – Бан Чан дружелюбно засмеялся, а потом театрально вскинул бровь и принял задумчивую позу, будто кто-то может наблюдать его отыгрыш, – просто ты уснула на полу бального зала, оперевшись прямо на зеркало. Насколько мне известно, вальсом ты не занимаешься. Хотя, если выбирать, под какую музыку смотреть сны, то, пожалуй, я тоже выбрал бы что-то оркестровое. – Что? – Проморгалась Т/И, окончательно приходя в сознание, и не без труда разлепила склеившиеся ото сна веки. Спать из-за бесконечных подработок в последнее время вообще не приходилось – от несвоевременной уплаты по счетам, управляющая компания грозилась отключить горячую воду (и холодную за одно, если подобное повториться ещё хотя бы раз). Хотя для девушки дремать в случайных местах не было делом привычки или чем-то обыденным, смущённой или опозоренной она себя не ощущала. С людьми случаются курьёзы и похлеще. Бан Чан улыбнулся ещё шире, обнажая ямочки на щеках, умиляясь такому живому неидеальному пробуждению. Парень встал на ноги, чтобы по-джентельменски подать руку. – Давай помогу подняться, – он обернулся, чтобы взглянуть на большие настенные часы, – у бальников сейчас начнется последнее занятие, не думаю, что мы будем тут очень кстати. Т/И оторвала спортивные штаны от пола, потягиваясь и зевая. Десятиминутная дрема, конечно, не зарядила энергией, зато это сделало неординарное пробуждение. Если цена за отсутствие нормального сна – приятный парень, мягко шепчущий на ухо, то она, определенно, была готова выбросить кровать. – Ты же занимаешься в классе контемпа? Я вроде бы тебя видел мельком пару раз, но, честно, значения не придал. Бан Чан встал лицом к выходу в общий коридор, не вербально сообщая желаемое (и единственное) направление пути. – Да, вместе с Хёнджином, – улыбнулась Т/И, смотря через плечо парня, куда-то в наполненный летящими шелковыми оборками-воланами и сетчатыми подъюбниками зал. Зеркала множили бесконечные коридоры, создавая иллюзию хождения по облакам. – Значит теперь мы будем видеться чаще. Хёнджин мой давний друг. – Он частенько рассказывает ваши совместные истории, дабы развеять обстановку, – нескромный прямой взгляд Бан Чана, уловимый боковым зрением, заставил Т/И перевести свой прямиком на парня в один взмах ресниц. От этих глубоких карих глаз, блещущих искренним дружелюбием и каким-то пряным теплом, по телу забегало много малюсеньких искр. Невозможно чувствовать себя комфортно, находясь в практически интимном контакте с незнакомцем, человеком, о котором ты слышала только из историй друзей. Даже голос его не сможешь распознать, потому что он разговаривает с тобой впервые. Но у Бан Чана каким-то неведомым образом получается моментально создать иллюзию, что вы совсем родные. Но ощущение чьего-то пристального взгляда, непрошенного внимания, вытягивает из блаженной неги в менее блаженную реальность. Приятная на внешность и соответствующая всем современным стандартам красоты брюнетка стояла в нескольких метрах от них, и наблюдала через отражение в зеркале за всем происходящим (похоже, с самого начала). Её внешность была бы ещё приятнее, если бы между бровей не вырисовывалась глубокая морщина, а губы не были столь напряженными, от чего потеряли почти весь оттенок жизни. Пальцы одной руки, сложенной на груди, пытались яростно сорвать заусенец, не смотря на красивый маникюр, пальцы другой – накручивали выбившийся из объёмной причёски локон. Бан Чан заметил недоумение, окрасившее лицо Т/И в нездоровый серый, и обернулся, а затем резко вернулся обратно, по-приятельски опуская руку на плечо Т/И. – Пойдем, пускай Хёнджин нас нормально представит друг другу – я даже имени твоего не спросил. А такое скомканное знакомство не совсем красивый жест с моей стороны. – Она так на нас смотрела? – прошептала Т/И, полностью игнорируя слова Бан Чана, и повернулась к парню, которого эта ситуация, кажется, нисколько не напрягла, не показалась чем-то странным или отягощающим. Девушка же не привыкла к таким беспочвенным и дерзким нападениям. При иных обстоятельствах она бы уже давно подошла и поинтересовалась, в чём, собственно, заключается суть проблемы. Из всех возможных навыков, присущих взрослым людям, Т/И лучше всего освоила искусство отстаивать личные границы, защищать свою честь и выбивать справедливое отношение. Парень снова одарил длинноволосую брюнетку сзади мимолетным, абсолютно безэмоциональным взглядом и начал шагать к выходу из зала. – Понятия не имею, – процедил Бан Чан в пол. В дверях они столкнулись с Сынмином, лучшим партнером для венского вальса всего центра, а, по совместительству, ещё одним другом Бан Чана. Если романтическое настроение овладело поводьями вашей души, и хочется кружиться в бесконечном танце – вам к Сынмину. И станцует, и выслушает, и совет на сдачу даст. Но его парадоксальность заключалась в другом – он практически никогда не начинал разговор первым, казался холодным и отстранённым, почти отталкивающим, витающим всегда где-то не здесь. Где-то там, куда человечество ещё не смогло должным образом пробраться. В чертогах своего разума. Поэтому большинство людей ни разу не пытались завести с ним диалог или, банально, познакомиться. Он слыл призраком, о существовании которого был осведомлён абсолютно каждый, ввиду его поразительного таланта и большого количества кружившихся вокруг его персоны слухов. Противоречиво. – О, Хён, – Сынмин со звонким шлепком уронил ладонь на плечо Бан Чана, привлекая внимание последнего, – завтра, как договорились, в семь у тебя? Что-то нужно купить по дороге? – Несмотря на интересный предмет разговора, его лицо выражало ожидаемое ничего. – А, да, – Бан Чан удивлённо поднял голову на друга, вырванный из своих размышлений, – покушать закажем уже на месте, а за остальным я утром сам схожу. Если есть какие-то предпочтения по фильмам, может быть, и что-нибудь классическое сможем осилить, пиши в чат. Поищу утром, чтобы не занимать время вечером. – Окей, тогда, до встречи, – Сынмин сделал глоток воды из пластиковой бутылки и без лишних слов удалился в свой зал, даже не уделив внимания присутствию Т/И. Все комнаты для практик в центре находились настолько близко друг к другу, что при должной усидчивости из коридора можно было бы присоединиться к большинству групп, занимающихся на первом этаже, одновременно. Похоже, что Бан Чан совсем не умеет, или не привык, молчать. До нужного зала оставалось сделать буквально пару шагов, как парень продолжил не существовавший диалог. – Он обычно немногословен и кажется равнодушным, но с близкими – просто прелесть, – Бан Чан снова обнажил чудесные ямочки щек, – поэтому, если хочешь увидеть его настоящего, придется постараться. А завтра мы все вместе собираемся смотреть SKZ CODE. На самом деле, уже давно собираемся… – Он поперхнулся собственным рассказом, – …месяца два? Из-за того, что у всех расписания разные, порой это бывает невозможно сделать. Бан Чан всегда настолько открытый с незнакомыми людьми? Если он и дальше продолжит рассказывать о себе, то не придется совершать типичный девичий ритуал по сбору всей возможной информации через соцсети друзей, родственников и бывших.

*

Остаток дня прошел достаточно вяло в отношении танцев, потому что решили поставить «что-нибудь новенькое, интересное», что означало бесцельное сидение на полу под бесконечные дискуссии хореографа, Хёнджина и ещё нескольких ребят, и стук каблуков тех, кто занимается чечёткой на этаж выше (их всего пятеро, откуда столько шума?). Зато в отношении размышлений последние полтора часа прошли продуктивнее некуда. Что было в этом Бан Чане, что сразу же цепляло, почти дурманило, заставляя считать мысли, касающиеся его персоны, чтобы не перейти число 20, которое в контексте казалось до неприличия гигантским? Многовато для человека, которого до этого ты видела только краем глаза, не предавая особенного значения. Хотя он и сказал, что с этого момента их встречи станут менее случайными (и их будет больше одной), стали ли они друзьями после пятиминутного разговора, никто не знает наверняка. Но, надо признать, иметь такие знакомства доставляло нескромное удовольствие. Веря в достоверность слухов, Бан Чан в танцевальном центре приравнивался ни то, что к знаменитости, к божеству. Сколько людей он уже в себя влюбил? Скорее всего, каждого, с кем пересекался хотя бы единожды. Чего только стоит его улыбка. Она всегда озаряла пространство вокруг и зажигала сердца. – Всё, мы сошлись на этом! – громкое Хёнджина вырвало из размышлений. – Вы наконец-то что-то решили… – зевнула Т/И на последнем слове, ловя недоумённые взгляды сразу всех, находившихся в помещении, не важно, чем они занимались до этого, – …что? Вы так долго болтали. За это время, думаю, вполне можно было бы уже к чему-нибудь да прийти. – Если бы ВСЕ принимали участие в дискуссии, тебе не пришлось бы столько времени витать в облаках, – многозначительно ответил хореограф, сложив руки на груди. Он до чёртиков любил свою работу, поэтому, когда кто-то осмеливался высказать своё «фи», мужчина вставал в позу. – Хёнджина не переубедить, и все это знают, но почему-то предпочитают игнорировать этот факт. Какой тогда смысл вообще вмешиваться? Т/И встала с нагретого паркета и начала натягивать толстовку, продолжая речь. – Мне, лично, абсолютно не принципиально, что вы там все нарешаете. Моя парадигма жизни не сдвинется, порядок планет на небе не изменится. Я сюда прихожу не для того, чтобы спорить или что-то там выбирать, тем более, не для того, чтобы думать. Тело занято – разум отдыхает. В зале воцарилась тишина. Ребята начали активно переглядываться, будто решили сыграть в «горячую картошку» без картошки. – Почему вы до сих пор на меня смотрите? – Т/И резко вынырнула из горловины так, что капюшон накрыл глаза, а наэлектризованные волосы лениво потянулись к потолку, – если всё решено, значит можно идти?! Все наблюдавшие мгновенно перебросили голодные взгляды на Хёнджина, будто находились в самом центре спектакля в иммерсивном театре. Даже его этот монолог выбил из колеи. – Тебе всё равно, что мы решили? – Отозвался парень. Оставить публику без развязки представления он позволить себе не мог. – Я доверяю вам… – Спустя небольшую паузу на сформулировать мысль, – а если честно, я не спала нормально уже трое суток, потому давайте обсудим уже на следующей неделе. Хорошо? Хёнджин кивнул в знак согласия и громко хлопнул в ладоши, оповещая зрителей об окончании постановки. – Убедительно. Значит до понедельника. Все ребята удовлетворенно выдохнули и начали шуметь молниями, цепями, кнопками и липучками, собирая вещи в рюкзаки и сумки. – И без опозданий, пожалуйста, – добавил хореограф, повышая громкость голоса, – если вы всё-таки хотите выступать на фестивале, то надо будет усердно работать над отработкой номера. А ещё декорации, костюмы, сторителлинг… Последние слова Т/И уже не успела расслышать, потому что спешила удалиться из центра до формирования бесконечной очереди.

*

В прозрачном пластиковом органайзере для косметики на выходе из центра в педантичном порядке лежали телефоны, планшеты, плееры и другие гаджеты всех учеников всех групп. После нескольких инцидентов с утечками хореографий и авторских аранжировок, команда преподавателей вместе с основателями центра распорядились, чтобы впредь все ученики сдавали телефоны и другие электронные устройства до занятий и забирали после. Это правило поначалу вызывало дискомфорт, но всех довольно быстро удалось убедить в его необходимости. В творческой среде борьба за авторские права самая изматывающая и, порой, самая бессмысленная. Т/И, не глядя, схватила телефон в белом чехле без рисунков с небольшим пластиковым брелоком, на котором был изображен милый плюшевый волчонок, и вышла из центра.

*

Чанни~~ [22:32]: Нет, типа, я сделал что-то не так…? Я готов извиниться и всё исправить, правда, просто скажи, в чём проблема? Чанни~~ [22:39]: Игнор – плохая тактика. Мы же взрослые люди, давай просто поговорим и всё выясним Чанни~~ [22:48]: Ты хочешь расстаться? Чанни~~ [22:56]: Если ты не ответишь на эти сообщения в течении 10ти минут, то я восприму это как «да» – Боже! Кому вообще в голову придет писать столько сообщений на ночь глядя? – Т/И вскинула руки в воздух, громко выдыхая, и села в кровати. Девушка последний час мечтала только об одном – прикоснуться головой к подушке. Она разрешила себе пожертвовать душем и поздним ужином. Если бы на ней была косметика, она бы и её не смыла, нарушая самую главную заповедь дерматологов. Какая разница, как ты выглядишь в гробу, если умер от недосыпа? Никакой уход за кожей не поможет. Глаза закрывались сами собой, не оставляя бодрости абсолютно никаких шансов. Но отложить настырного писаку до утра не позволило любопытство. – Чанни? – Т/И скорчила такую кислую гримасу, будто сообщения писал хозяин фермы отборных лимонов, – разве у меня был такой в контактах? Да ещё настолько бестактный. В обществе негласно принято правило, что расставаться по переписке – дурной тон. И Т/И всегда была избирательна в том, с кем начинать общение, поэтому должного эмоционального отклика эти сообщения не вызвали. Скорее всего, ошиблись номером. Т/И смахнула все уведомления без задней мысли, решив все-таки отложить разбирательства на завтра, и переключила телефон в беззвучный режим, чтобы в этот раз уже точно ничего не могло побеспокоить её. Кто знает, может быть, это вообще галлюцинации от недосыпа? – Так. Стоп. Это не мои обои, – внезапно осенило девушку. Сон снова был поставлен в очередь из нескончаемых и, определённо, безумно важных дел. На обоях у Т/И всегда стояли красивые пейзажи, рисунки или что-нибудь для вдохновения. И никогда портреты. Портрет Бан Чана, если быть точнее. Портрет Бан Чана, который обнимает собаку породы «спаниель», если брать во внимание детали. Картинка явно была скриншотом видео-звонка. Внизу, рядом с кнопками приложения, можно было разглядеть знакомое приятное девичье лицо со знакомыми длинными волосами цвета молочного шоколада. Та самая недовольная девушка из бального зала. И два плюс два сложились сами по себе. У Т/И появилось стойкое ощущение, что прямо сейчас она залезает в глубокую, как сумка Гермионы, корзину с грязнючим бельём, куда лезть не стоит, потому что такие истории никогда хорошо не заканчиваются. С другой стороны, почему бы и не внести в свою рутину разнообразия. Да, завтра после двенадцати, скорее всего, её голова превратиться в разбитую тыкву, зато сегодня можно будет на пару часов почувствовать себя героиней сериала про проблемных подростков и первую любовь, и оторваться от всепоглощающей рутины. – Нет, я не хочу делать ему больно… Он явно не человек, заслуживающий разбитого сердца, – Т/И задумчиво почесала голову, – но раз уж я приняла решение влезть в этот бразильский сериал, значит хотя бы попытаюсь выбить счастливую концовку. Новое уведомление выскочило на зажжённом экране. Т/И никогда ранее так не радовалась простому тексту, если только это не сообщение от банка, повествующее о пополнении. Чанни~~ [23:06]: Что и требовалось доказать – О, спасибо за уведомление… Эм-м-м, Чанни? – Помедлив пару секунд, – фу, нет! Мы еще слишком мало знакомы для таких «прозвищ». Т/И нажала на кнопку блокировки на смартфоне, но фэйс-айди лицо не распознал, и на экране появилось окно ввода пароля. – Блин! Пароля-то у меня нет… – Осунулась девушка и забегала глазами по всем плоским поверхностям комнаты в надежде расшевелить шестеренки такой гимнастикой. В голове снова промелькнула заманчивая мысль всё бросить и улечься спать, тем более уснуть будет делом всего пары минут. Но Т/И внезапно почувствовала себя как никогда решительной. – Есть, конечно, один вариант, но тут нужно надеяться на непредусмотрительность другого человека… да, она мне не понравилась, но желать кому-то быть тупицей… – Говорила девушка сама себе, ибо собеседника рядом не было. Т/И перевернула смартфон экраном вниз так, чтобы можно было снять силиконовый чехол с задней панели. Одним движением от него удалось избавиться. На бархатной внутренней стороне был приклеен розовый бумажный стикер в форме сердечка. – Ещё что-нибудь такое же милое, и я умру от диабета раньше, чем переутомления. На бумажке аккуратным, почти каллиграфическим, подчерком было написано: «тот самый выпуск SKZ CODE». – Только не говорите, что я должна ещё и задачки в таком состоянии решать! Думай, думай!!! – По голове прилетело пару кулаков. Черепушка будет всмятку до завтрашнего утра без постороннего вмешательства, – так, кажется, решение есть! Т/И снова нажала на кнопку блокировки, вымаливая прощение у всех известных богов за все совершенные и, даже, несовершенные грехи, прося благословения на взлом чужого телефона. 210731. Главный экран. Иконки приложений. – Да-а!!! – Т/И завалилась на кровать с небывалой гордостью, чувствуя себя Джоном Сноуденом, взломавшим Агентство Национальной Безопасности США, – ну что, подруга, если у меня получится, ты будешь должна мне кофе! – пригрозила она в экран, – хотя, лучше, конечно, в денежном эквиваленте, ну да ладно. Кушать тоже надо.

Сольджи [23:10]: Прости, не заметила уведомлений

Сольджи [23:10]: Ты прав, давай поговорим

Чанни~~ [23:10]: Прости, что всё происходит настолько некрасиво. Обсуждать нечего. Мы просто слишком разные: по-разному смотрим на мир, любим разное. И не любим друг друга. Да, смотримся, как типичная пара из американских фильмов про тинейджеров. В этом что-то есть, но не более того

Сольджи [23:11]: Ты уверен? Может быть, нам лучше встретиться лично?

Чанни~~ [23:11]: Чтобы снова закрывать глаза на очевидное? Чанни~~ [23:11]: Лучше мы расстанемся сейчас, чем позже начнем друг друга ненавидеть Чанни~~ [23:12]: (ещё больше) Чанни~~ [23:15]: Я сейчас приду к тебе и заберу свои вещи Чанни~~ [23:15]: Можешь собрать заранее, если хочешь – НЕТ! К таким эмоциональным американским горкам Т/И готова не была. Сначала чистое любопытство, потом корыстный интерес, а затем – страх. Страх не за проваленную миссию, а за то, что она точно будет поймана с поличным за такую авантюру, если всё оставить идти свои чередом. Наверное, впервые в жизни она задумалась над тем, что дорожит дружбой с кем-то. Пускай и дружбой это называлось с большими оговорками.

Сольджи [23:16]: СТОЙ! Давай я тебе наберу, и мы спокойно поговорим

Сольджи [23:16]: Или сделаем это завтра?

Сольджи [23:16]: Утро вечера мудренее

[23:17] Исходящий вызов Чанни~~

[23:17] Исходящий вызов Чанни~~

– Он реально что ли пошёл собираться? – Удивилась Т/И, вскакивая с кровати, чтобы начать суматошно наворачивать круги по комнате в ожидании ответа. Ладошки уже достаточно вспотели, чтобы это можно было бы расценить не просто как тревогу, а уже как настоящую панику.

[23:18] Исходящий вызов Чанни~~

[23:19] Исходящий вызов Чанни~~

[23:20] Исходящий вызов Чанни~~

– Чё-ё-ёрт!!! ВОЗЬМИ ТРУБКУ, БАН ЧАН!!! – Если бы крики на другой стороне телефонной линии могли хоть как-то повлиять на скорость ответа, Т/И, определенно, добилась бы больших успехов. Она была готова уже сама начать одеваться и попутно искать во всех переписках (уже без всяких угрызений совести) адрес Бан Чана, чтобы перехватить его как-нибудь (похоже, с помощью тех богов, к которым обращалась ранее) по пути и всё рассказать, приняв все возможные последствия. Но пришел ответ. Чанни~~ [23:21]: Я тут подумал Чанни~~ [23:21]: На самом деле, просто делай, что хочешь Чанни~~ [23:21]: Ты можешь просто всё выбросить Чанни~~ [23:21]: Не очень хочу сейчас видеться

Сольджи [23:21]: БАН ЧАН, ВОЗЬМИ ТРУБКУ!!!

[23:22] Входящий вызов Чанни~~

– Ты никогда меня так не называла… – Потому что это не твоя девушка, а Т/И, – затараторила она, будто скорость потока слов благотворно влияла на переваривание сказанного, – когда я уходила сегодня из центра, случайно схватила не свой телефон. Кто бы мог подумать, что эти брелоки такие популярные! – Последние слова превратились в кашу из стона маленького ребёнка, которого застукали за колупанием носа, и трёхнедельной простуды. – В общем, прошу прощения, что вмешалась в ваши отношения. Надеюсь, это никак не повлияет на наше общение. Ещё раз, прости! – Почему ты пыталась спасти мои отношения? Чистейшее недоумение окрасило лицо Т/И. Его волновали не причины и последствия случившегося и уж точно не умирающие отношения, а нравственные мотивы. Нужно родиться Бан Чаном, чтобы настолько просто относиться к серьезным проблемам. Вряд ли бы он стал некрасиво относиться к девушкам. Хотелось бы в это верить. – Что? – Ты могла просто забить на это. Тем более, звонил пять раз не я, а ты, – Бан Чан улыбнулся в трубку, что было совершенно неожиданно и приятно. Обиды он явно не держал, а даже, наоборот, относился к ситуации легко. – Я подумала, если и совать нос не в своё дело, то хотя бы попытаться… вывернуть?.. Да, наверное, это слово подходит… вывернуть всё в положительную сторону. – А-ха-ха-ха-ха-ха. Спасибо, я очень ценю то, что ты пыталась сделать, но этот корабль уже не спасти. Титаник стремительно уходит ко дну, а достать его в одиночку я не смогу. Ты же знаешь, что Титаник полностью погрузился под воду всего за два с половиной часа? В этой ситуации, конечно, счёт идёт не на часы, а на дни, но всё же. – Бан Чан? – Мм? – Ты мог бы совершить обратную замену наших телефонов? – Т/И было неловко спрашивать об этом. Наверное, она сама должна была разрешить эту ситуацию, – что-то мне подсказывает, что твоя, уже бывшая, девушка, не знаю, знает ли она об этом или нет, будет не очень рада меня видеть. – Да, конечно! Без проблем! – Тогда уже завтра решим, где и как встретиться. Глаза закрываются, прости. И спасибо за то, что ты не злишься на меня, – с облегчением выдохнула девушка. – Было бы за что, – на этот раз как-то печально усмехнулся Бан Чан. Это был первый раз, когда он показал свои истинные эмоции, – приятных снов! – И тебе, Чанни-и, – нервозно хихикнула Т/И. Окрашивало ли смешок постепенно угасающее волнение или, наоборот, нарастающее, сказать было сложно. – Не называй меня так! – Процедил сквозь зубы парень. Угроза в его голосе однозначно была шутливой, хотя и снова чувствовалась какая-то невесёлая нотка. От этого разговора можно было ожидать чего угодно, кроме ненароком промелькнувшей в голове мысли о том, как хотелось бы прямо сейчас крепко-крепко прижаться к Бан Чану.