Капитанские дела. Альянс

А вот Вергилию больше пришлось по душе пробуждение, когда он с удивлением обнаружил, что они до сих пор держатся за руки. И что его всё ещё бережно обнимают. И что это не вызывает никаких негативных эмоций — только приятное сочетание тёплых ощущений, что кто-то рядом. К сожалению, рано или поздно нужно было вставать. Ещё немного послушав ровное дыхание шикарного мужчины, которого почему-то привлекла именно старая псионическая задница, эльф ловко выбрался из-под одеяла, с сожалением покидая несомненно дорогущий и всеми желанный загорелый бочок. Маг тихо ушуршал на кухню, чтобы заварить себе чаю и, возможно, придумать что-нибудь на завтрак, как вдруг его от сентиментальных мыслей про целовашки и прочие конфетно-букетные штучки отвлёк странный звук с улицы. Естественно, остроухий всё так же тихо поспешил выскользнуть за дверь, чтобы к своему немалому удивлению обнаружить на пороге развалившегося здоровенного хаски, чьи тяжёлые вздохи в столь ранний час, наверное, были слышны на всю округу. — И чего это мы тут делаем? — изумлённо спросил иллитири у повёрнутой к нему шерстяной морды с бесконечно грустными красными глазами. — Тебе не надо там… Эльфа своего сторожить? Калеб ответил заунывно-недовольным ворчанием по типу «ав-ву-ввыф-вау-вваф», мысленно передавая сообщение, что в доме у Вергилия так-то всё очень, очень плохо. В частности, Эней теперь не Эней и воняет трупами. Ну как вот рядом с пятнистым вертеться и быть охуенным, когда студент словно утратил большую часть спектра эмоций, а взъевшийся на тебя симбиот делает всё, чтобы ты держался подальше? — Ясно, не шуми, — пришлось сбежавшему с драконом капитану загружать мозг заботами детишек, заодно силясь придумать, что со всем этим делать. На голодный желудок и только спросонья не придумывалось ничего лучше, как пригласить собаку внутрь и от души накормить, чтобы хотя бы здесь полувампир мог чуточку выдохнуть от дел своих сердешных. — У нас есть Рург. Завтра по-любому решим эти ваши вопросики. Калеб будто не слушал. Шерстяной потомок волчары с интересом обнюхивал пустые бокалы и спящего Нарцисса, не стесняясь мысленно комментировать, что оба приключенца пахнут вином, сексом, рыбами и древней рухлядью. Ну, в основном Вергилий, естественно. Пробуждение Нарцисса было не таким приятным и восхитительным, как он представлял вечером. Хаски, безусловно был хорош, но дракон ожидал увидеть симпатичного ушастика, а не мокрый черный нос. Мужчина перебрал в уме все известные ему ругательства, но ни одно из них не подошло под ситуацию, так что он просто потрепал псину по мохнатой голове. — А где все остальные? — приподнявшись на локте, поинтересовался хозяин Сокровищницы, не увидев студентов. — Дома, страдают на учёбке, — вместо собаченьки ответил Вергилий, выглядывая с кухни. — А этот колбасюк пришёл поныть, что у него опять никаких сексов не… Ах ты тварь! В сторону Калеба, решившего незаметно проверить, поместится ли в его пасть голова дракона, стремительно полетел кусок мяса, который эльф собирался поджарить своему почти что пасынку. Обормотень тут же переключился на брошенный в него предмет, в один присест проглотив угощение, юлой провертевшись вокруг себя и остановившись, чтобы облизнуться и вильнуть хвостом, мол, а давай ещё разок ты в меня еду кинешь. — Иди найди себе одежду. Живо, — строго скомандовал псионик, указав пальцем куда-то в сторону второго этажа. — И хватит обзывать меня старым хером, ты сам себе такого эльфа выбрал, я тут ни при чём! — Надо бы его отшлепать, — задумчиво проговорил Нарцисс, возмущенный тем что кто-то смеет называть его булочку старым. Отличная же сочная булка со стройными ножками и прочими интересными местами. — Боюсь, ему ещё и понравится, — тяжко вздохнул Вергилий, бессильно наблюдая за тем, как собакен с ужасно хитрым выражением морды аккуратно подхватывает краешек пледа и резко стартует вместе с ним по направлению к лестнице, поджав хвост и готовясь к тому, что вслед может прилететь что-то тяжёлое, твёрдое и невкусное. — Ну, раз ты тоже не спишь, что на завтрак будешь? — Тебя прямо на кухонном столе, — лукаво улыбнулся дракон, даже не собираясь прикрываться чем-либо. С таким телом нагота была скорее предметом гордости, нежели чем-то стыдным. — И кофе. — Ну-у, раз у независимых специалистов ни стыда, ни совести, — псионик ответил хитрой улыбкой, как бы невзначай развязывая поясок халата. — Придётся наглой морде чуточку посидеть наверху. Нарцисс усмехнулся, легко подхватывая иллитири под ягодицы. Быстрый утренний перепихон был отличной альтернативой завтраку, к тому же повышал настроение и помогал проснуться не хуже чем кофе. Дождавшись, пока возмутительно подозрительные звуки внизу затихнут, Калеб спустился на чудный запах жареного мяса и свежего кофе. Одежды по размеру, ожидаемо, не нашлось, так что снова приходилось довольствоваться шортами и сковывающей всё на свете футболкой. — Красивые у вас тут… Цветочки, — проговорил парень с такой кислой миной, будто ему насрали прямо на лицо. Довольные лица сошедшейся парочки лишь добавляли недовольства и ощущения, что весь мир вокруг против счастливых отношений для маленьких псиоников и оборотней-обожателей-маленьких-псиоников. — С кем-то в вашей команде я ещё не знаком. — Мейто, он тоже дракон и умеет выращивать всё подряд, — догадался Вергилий, ставя тарелку с горячим стейком прямо под носом унывающего клыкастого. — Не вздумай с ним шутить свои дебильные шутки, иначе придётся закопать тебя на заднем дворе. Рург выждал положенные несколько минут, как раз когда показатели обоих его подопечных придут в норму и заявился на чай. Его мелкая подопечная ящерица отправилась исследовать все что еще не исследовано и ждать ее следовало к обеду. А подростки все еще дрыхли, проговорив почти до самого утра, о чем врач и поведал взрослым. — Драсьте. — коротко поздоровался Калеб, собиравшийся было сходу изложить суть своей основной проблемы, но остановленный предупреждающим жестом псионика. — Твоя самая большая проблема в том, что ты придурошный, — добродушно проговорил эльф, уже заметивший, что сытый оборотень становится более дружелюбным и менее кусачим. — Имей хоть каплю уважения, не нужно грузить всех с самого утра. Все ведь живы, здоровы, а чужого симбиота подобрать было решение Энея. — Так эта колбаса манипулирует, блин! — проворчал парень, двигая в сторону врача миску с салатом, сковороду с яичницей и чашку поданного иллитири чая. — Я уже предлагал её облаять и сожрать, а Эней отказывается. — Это нормальное поведение симбиотов, — заметил Рург. — Как только колбаса выселится все вернется в норму. — А когда она выселится? — спросил оборотень, сделав такое жалостливое лицо, будто сосиска с усиками жила не в районе желудка Энея, а прямо лично у Калеба в заднице. — Завтра, — ещё раз повторил своё обещание Вергилий, наслаждаясь наконец своим утренним чаем. Дел днём предстояло ещё немерено, но эльф уже запланировал немного доспать в обед, раз всё сегодня началось не с той ноги. — Оставайся здесь, поможешь с приготовлениями к празднику. Куда тебя такого безысходного к безрадостным студентам отправлять? — Бедные ребята, — вздохнул Нарцисс, искренне жалея подростков, вынужденных до изнеможения сидеть над учебниками. Особенно было жаль генеральского сына, который к тяжелому умственному труду был вообще не приспособлен и наверняка страдал больше всех. И ради чего? Просто чтобы быть максимально непохожим на отца. — Да брось ты, всего лишь год плотной учёбы, — отмахнулся маг. — Они сами выбрали этот путь, им не надо сбегать из рабства или гробить здоровье до замены органов на искусственные. — Это приколы для студентов Академии, — усмехнулся дракон, — и все это удовольствие длится пять лет. — Попахивает обесцениванием, — подозрительно сощурился оборотень, явно имея претензии к одному конкретному тёмному эльфу. — Им там, вообще-то, всё равно не очень весело. — И что мне с этим сделать? Зарубить Тэи топором? — хмыкнул в ответ на предъяву Вергилий, вскинув светлую бровь и шлёпнув на тарелку полувампира ещё кусок жареного мяса. Раз бухтит, значит, не наелся ещё. — Повторяю, они сами выбрали это направление в учёбе. Можешь почаще напоминать им, ради чего это всё. — А ради чего это всё? — состроил кретина Калеб, завалив стейк остатками салата и яичницы, на которую всё равно никто больше уже не претендовал. — Чтобы отучиться и разлететься по самым жопным участкам космоса? — Так, а вот свои обидки пропихивать туда не надо, — нахмурился псионик, почуяв, к чему всё идёт. — Это ты себе будущего капитана выловил, а ваши отношения — это ваши отношения, я тут ни при чём ни разу. — В меня пытались засунуть симбиота и икру! Без моего согласия! — выпалил собакен, ругаясь преимущественно в тарелку. Выглядел парень при этом очень несчастным и всё ещё способным сотрясать всю округу своими тяжёлыми вздохами. — Получается, я к Энею так же пристаю? А потом он просто возьмёт и свалит куда подальше? — Я думаю что отношения это прежде всего поддержка и забота, — произнес Нарцисс. — И если ты не готов разделять со своим партнером все трудности его судьбы, то не стоит и начинать. — Да я-то хоть на край космоса, даже если придётся есть невкусную питательную пасту! — отозвался Калеб, продолжая таращиться ровно перед собой. На его лице отражался какой-то бурный мыслительный и эмоциональный процесс, но оборотень этого как-то не замечал. — Тогда не вижу никаких проблем немного подождать пока он закончит все свои дела и по пути немного облегчать его быт, — пожал плечами дракон. — Ему наверняка тоже хочется отдыхать и веселиться, но пока получается только лежать полудохлым и это отличное время чтобы окружить его заботой. — По итогу Эней даже не против твоих приставаний, — заметил Вергилий, согласно положив руку на плечо хозяина Сокровищницы. — Сбавь обороты, займись чем-нибудь, будь рядом, и всё получится. — Ну… Ладно, — тяжко вздохнул клыкастый, засовывая в себя завтрак так, будто это уже не домашняя кухня, а питательные брикеты. — Начнёт зеленеть — я его всё равно выкраду и устрою отпуск. — И сам тоже поменьше запаривайся, — посоветовал Нарцисс. — Хватит в вашей паре одного грустняшки. — Хорошо, — кивнул независимый специалист после некоторых раздумий. Естественно, он не упустил шанса про себя добавить, что с удовольствием завтра посмотрит, как из «этого» будут делать счастливого именинника, но это завтра, а сегодня… Что ж, придётся потусоваться со старпёрами. — Чем помочь вам тут? — Составлю список, добудешь нам семян и, возможно, мяса, — прикинул что-то в голове псионик, убирая лишнюю посуду в раковину. — Алкоголь выберешь вам по вкусу, ты ведь на дух не переносишь вино. — Можешь еще с Эделем поиграть как с работой закончите, они там неплохо развлекаются с исследованием мира, — добавил дракон, встретив взглядом своего помятого после ночи отпрыска, который приплелся на завтрак. — Ого-о-о, какие челиксы! — обрадовался Калеб, который завилял бы хвостом, если бы хвост сейчас был при нём. — И тебя, что ли, припрягли помогать? — Ну, скорее, Эдельфрей составляет компанию, — поправил Вергилий, по-быстрому организовывая для молодёжи тарелку нарезанных фруктов и стопку тёплых пшеничных лепёшек. — Где, кстати, твой мелкий огородник? — Я зде-е-есь, — слабо вякнул вползающий на кухню Мейто, одной рукой трущий сонный глаз, а в другой держащий самый обычный фонарик на батарейках, с которым восторженно игрался чуть ли не половину ночи. — Я ещё ковры плести умею и на будущее погадать могу. — Ковроплет и погадатель, — усмехнулся див, нацелившись на пакет с соком вместо утреннего кофе. — Да, я тут в качестве моральной поддержки. А ты чего, сбежал от учебы? — От троицы безысходных студентов и их вредного препода, — закатил красные глаза оборотень, подвинувшись, чтобы всем хватило места. — Скучно с ними. Готовят скучный завтрак, учат скучные предметы, обсуждают скучные протоколы безопасности. — А это у нас Калеб, — представил парня старший псионик, угадав паршивое полусонное настроение пернатого дракончика и забульбенив ему кружку крепкого кофе без сахара. — Встречается с Энеем. Когда накормлен, вполне доброжелательный и способный тип. — Очень приятно, — тепло улыбнулся Мейто, которому в данный момент времени было вообще без разницы, что это за взъерошенное тело пришло вливаться в их компанию. Если бы на нём можно было разлечься, то клыкастый моментально стал бы лучшим другом номер один, а так нет, сидит и пусть сидит себе. — И что, неужели любовь случилась? — Ну, Калеб видный парень и очень настойчивый, — выдал рекомендацию собаке-убегаке Эдельфрей. — И атмосфера у них там такая что даже Эльга себе отношения нашел, вроде даже адекватные. — Даже странно, что не в Сокровищнице, — тихо усмехнулся иллитири, занятый суетой по хозяйству. Пока все торчат на кухне, эльф решил замесить тесто для выпечки, так что руки у него теперь были постоянно заняты. — Должен отметить, это и вправду поразительная скорость составления парочек. Давно я такого не видал. Даже у оборотней. — А как по мне, у нас всё просто и понятно, — прогудел в ответ потомок шерстяных волчар, передавая пустую тарелку в мойку. — Если нравится — так забирай, чего пятьдесят лет вокруг да около ходить. — А дивы находят себе пару в первые минуты жизни, когда вылупляются и едва окрепнут резонаторы, — поделился Эдель. — Перед сезоном размножения обычно проходит парад, когда со всего Веера собираются парочки и выбирают один из миров специально для этого. — У нас верят, что любовь предопределена ещё до рождения, — поделился откровением Мейто, пропадающий в кружке с кофе. — Только искать свою половинку можно всю жизнь, но так и не найти по каким-то причинам. — Как хорошо, что у эльфов не так, — проговорил Вергилий себе под нос. — Мы без ухаживаний высыхаем. И все эти судьбы-хуюдьбы… Будто прямо-таки обязывает! — У нас тоже есть легенда про то, что у каждого существа во вселенной есть идеальная пара, но жизнь можно прожить так ни разу ее не встретив или не узнать и упустить, всегда этого боялся, — проговорил Нарцисс. — Только в легенде не уточняется как вообще узнать своего идеального партнера, поэтому сейчас я решил что сам себе его назначу. — И украдёшь идеальную пару у кого-то другого, — произнёс маг, драматично схватившись за грудь и запрокинув голову. — Мне всегда было интересно, а что делать, если твоя идеальная пара, например, храпит? Или пердит. Или вообще чем-нибудь бесит. Или не смешно тебе с твоей идеальной парой совсем? — Но это же идеальная пара, — напомнил со своего места Калеб, неожиданно вставший на защиту всякого рода сентиментальностей. — Идеальная пара раздражать не будет. — Хорошо, а если идеальная пара умерла? Не жить теперь, что ли? — парировал Вергилий, чья предопределённая судьба если и существовала когда-то, то давно куда-то проебалась. — А если вы одного пола окажетесь, то будете идеальные и бездетные. С точки зрения продолжения рода хуйня получается. — Говорят что первый генерал и ее супруг такие вот две половинки, но судя по тому как они собачились, верится с трудом, — усмехнулся дракон, любуясь идеальными полупопиями иллитири, который был занят готовкой. — То есть это редко и не факт, что счастливо, — кивнул своим мыслям псионик, откуда-то нашаманивший себе блокнотик для записей. — И стоит оно того, как считаешь? — С другой стороны у них трое детей, — продолжил размышлять Нарцисс. — Так что, наверное, какая-то любовь между ними существует. Когда дело касается акшар сложно говорить наверняка. Вергилий ответил коротким «пф», считая, что детей можно и без любви ради приличия наклепать. В дела чужой семьи, опять же, он лезть не особо-то и собирался, предпочтя ограничиться стабилизацией кукухи Эльги, а что там у его семейки по части отношений… Да плевать, сами взрослые, тыры-пыры, ла-ла-ла, маг в домике. Ну, технически, домик ещё построить надо новый, чтобы с защитой от акшар и вообще всего, что только возможно. Заради такого дела можно было бы даже Алиона пригласить… — Ну так… Я пойду? — спросил болтающийся без дела целых пять минут оборотень. Настроения на разговорчики о судьбе и совместимости пар у него не прибавилось, так что собакен решил свалить восвояси, насколько это вообще реально. — Чем быстрее вернёшься, тем быстрее Мейто приступит к выполнению своего задания, — проговорил псионик, выдавая независимому специалисту листочек из блокнота, а мальчишке с рожками новую порцию кофе. — Чокнешься с вами, ей-богу. — Не переживайте, от этого таблетки у меня тоже есть, — улыбнулся в кружку с чаем Рург, о существовании которого было удивительно легко забыть, если он не участвовал в диалоге. Врач органично вписывался в обстановку, предпочитая наблюдать за своей новой командой и их взаимодействиями, чтобы понимать кто и как будет действовать в разных обстоятельствах. — Таблетки от паранойи здорово помогли, — эльф бросил в сторону врача уважительный взгляд, ибо до сих пор гадал, сколько опыта нужно, чтобы так быстро поставить диагноз и подобрать лечение. — Если есть такие же, но от отъезда крыши — лучше выпишите их Эльге. Или вообще всем эльфам, которых вы знаете. — У Эльги свой лечащий врач и Рэн сильно обидится если я начну лечить его пациентов, — развел руками медик. — Так что вся надежда на вас и ваш грибной чай. Могу подбросить вам нужных лекарств чтобы вы от себя ему их насыпали, вам то Рэн ничего не сделает. — Сильнее моего чая? Транквилизаторы? — иллитири задумчивым взглядом проводил спину Калеба, отправившегося на добычу ингредиентов из предоставленного списка. — Тогда незачем, пусть хранятся у вас. Я ведь знаю, где находится медотсек на моём корабле. — Просто у моих препаратов более долгоиграющий эффект, — загадочно улыбнулся хирург, доливая себе чай в чашку. — И меня не ограничивают законы Империи о фармацевтике. Связываться с опасным врачом, чуть что стреляющим из инъектора, Вергилий не стал. Буквально. Задания нашлись для всех, кроме бортового медика и его ящерицы — деды на кухне плотно пекут пироги, молодёжь на улице натягивает парочку гамаков где-нибудь возле открытой полянки. Таким образом псионик надеялся выиграть побольше времени для молодых драконов, чтобы они могли побыть наедине без каких-либо помех со стороны, а сам активно приседал на уши хозяину Сокровищницы с планами о башне, садике и группе поддержки для особо несчастных эльфиков. Довольно скоро в мир вернулся кисломордый Калеб, притащивший полные пакеты всякой всячины, но в основном мяса, алкоголя и красных яблочек. Последние вызвали у Мейто дикий восторг, потому что юноша за счастье стрескал подряд штуки четыре, наблюдая за тем, как бледный красноглазый парень в одиночку распахивает землю под небольшой огородик. Магу пришлось вмешаться в процесс, дабы закинуть в подростка и его надзирателя пару подушек и пледов и скомандовать спать — негоже бродить тут с заспанными глазами, раз способности по скоростному выращиванию ботвы работают по умолчанию вне зависимости от того, спит их носитель или бодрствует. — Вы где такое чудо откопали? — поинтересовался оборотень, спустя час затаскивая в дом здоровенный спелый арбуз, тугой, звенящий и готовый лопнуть от одного только шлепка. — Можно его к нам в сад арендовать на лето? Мы тогда и варенья, и сидра, и вообще в нездоровых масштабах наделаем. — Где взяли, там таких выездных больше нету, — добродушно прогудел иллитири, успевший ещё разок перепихнуться с навигатором до обеда. — Да и Мейто отпустили всего на пару дней, его нужно будет вовремя вернуть домой. Возможно, получится как-то уломать его родителей отпускать ребёнка почаще, он нам всем нравится и мир хочет повидать. — На него и так уже очередь, — добавил Нарцисс, примерно такой же довольный и благодушно настроенный. Мужчина каким-то чудом даже в фартуке смотрелся невероятно сексуально, особенно в сочетании с подкатанными рукавами рубашки, обнажавшими сильные руки. — А, ну ладно, сад всё равно большой, — легкомысленно пожал плечами оборотень, пристраиваясь к арбузу с ножом и прикидывая, как бы его так поудобнее разрезать. О том, что уже успел сожрать на импровизированном огороде баклажан и пару тыкв, независимый специалист тактично умалчивал. — А мне и одной сонной булки хватает. — Что поделать, если попались детишки сплюшки, — выдохнул Вергилий, неизменно проваливаясь в глубокую задумчивость во время занятия выпечкой. А пирогов наделать надо было много, ведь компания преимущественно мужская, а значит кормить всех надо до отвала и чуть-чуть сверху. — Но я запишу тебя в очередь, если нам удастся выцепить Мейто на подольше. Снега он, небось, тоже никогда не видел. — Да он в своей этой пустыне вообще ничего толком не видел, а это очень вредно для молодого растущего организма, — поддержал псионика Нарцисс. — Я уже почти придумал миллион аргументов чтобы его отпустили с Эделем мир посмотреть. — Для этой своей пустыни ребёнок так-то на удивление здоров, крепок и любознателен, — запоздало кивнул маг, отрешённо наблюдая за тем, как полувампир жадно всасывает красную мякоть вместе с косточками, за считанные секунды оставляя лишь корку. И как только помещается? — Кстати, аргументы будут последовательные или все разом? Будешь умом брать или количеством? — По ситуации, — туманно ответил дракон, загадочно улыбаясь. Уговаривать он хорошо умел, иначе не стал бы владельцем одного из самых успешных коммерческих проектов галактики и в том что удастся найти язык с парочкой скрытных древних у него не было никаких сомнений. — Да хрена с два, они даже поздороваться не выйдут, не их это царское дело, — вклинилась в разговор подтянувшаяся на спелый арбузик создательница гнездокотов, которая рано или поздно всё равно должна была объявиться. В конце концов, какие приготовления к празднику без присмотра хозяйки мира? — Пришлось чуть ли не буквально реку вспять повернуть, чтобы их пернатый пиздюк сегодня и завтра мог здесь быть. — Отчего же так строго? — поинтересовался Вергилий, переключившись на мысли о том, видел ли кто-нибудь и когда-нибудь, как акшар спят. — Мы ведь всего лишь хотим выбить для ребёнка больше времени снаружи. Расти вдали от сверстников это… Говорят, вредно. — Они страшно обижены на внешний мир, — вздохнула мать почти что взрослого эльфа, раскладывая дольки арбуза по тарелкам. — И не захотят попусту рисковать остатками своей семьи, чтобы проверить, а не изменились ли времена. — Ситуация, конечно, непростая, но мы постараемся справиться, — изобразив официальный тон, пообещал Нарцисс. — В крайнем случае его просто выкрадет Эдель, но это самый запасной план. — Давайте в вашем основном плане вы спокойно припаркуетесь на площадке, с серьёзными лицами отпустите ребёнка домой, получите всякие подарки за его возвращение и тихо-мирно улетите восвояси, — предложила вариант девушка, взявшаяся накромсать хлеба к наваристой солянке, организованной псиоником для кормления его нынешних трудяг, помогающих с торжеством. — И если кому-то из вас в течение месяца придёт на комм непонятное сообщение на тарабарщине, то вы молодцы, всё сделали правильно и вас приглашают посетить блядскую пустыню снова. Ну, а если нет, я вам план накалякаю, где Мейто искать, а то домиков много, заблудиться можно. — Хорошо, — не стал спорить дракон. Он с акшар вообще никогда не спорил, за столько лет усвоив что если тебе подсказывают как надо, то так и надо. — Можем им своих подарков тоже наоставлять, что им там больше всего нужно? — Любые удобрения и лекарства для растений, только, пожалуйста, не вредящие пчёлам или рыбам. Кальциевые подкормки очень нужны, сахар в почёте, — начала перечислять крылатая, откопав в комме какой-то старый список покупок. — А хозяевам можете по набору хороших шоколадных конфет подарить, они такое точно оценят. Так… Ну, лошадей породистых вы им вряд ли повезёте… А! Саженцы яблонь, адаптированные к жаркому климату, если найдёте. Даже если яблоки будут маленькие и невкусные, всё равно привозите. — Пф-ф, серьёзно? Яблоки? — усмехнулся полувампир, сполоснувший руки и живенько теперь расставляющий по столу тарелки с супом. — Да я им этих яблок передам — пусть хоть облопаются! — А за экскурсию по вашему саду, интересно, сына отдадут? — поддержал дурацкую шутку Вергилий, аккуратно опуская в каждую тарелку по тоненькой дольке лимона для вкуса. — Забавно, что им не нужно золото и прочие цацки. Обычно что-то дорогое дарят, а тут самое банальное — еда и ресурсы для выживания. — Ну так это ж пустыня, — Нарцисс ответственно записал все что нужно и перекинул список советнику, чтобы тот все подготовил. Золотые персиковые деревья как раз отлично подходили для всяких сложных условий, хоть на острове и было достаточно всего необходимого, но это сейчас. В самом начале, когда замок только строился, местность была скорее скалистая и мало пригодная для разбивания пышных садов. — Золотом сыт не будешь. — Да у них золота хоть жопой жуй, засели на каком-то месторождении и кайфуют, — отмахнулась создательница гнездовых, забыв упомянуть, что добывать добывают, обрабатывать обрабатывают, а торговать не торгуют всем этим добром. Жадные. — А, кстати! Вы там как-нибудь деликатно донесите до Мейто мысль, что кроме Арьяны он нигде-нигде, вообще никак ни разу не бывал, ясно? А то мне жопу откусят, если ребёнок начнёт направо и налево про Сокровищницу рассказывать и как там хорошо и классно было. — Сделаем, — кивнул дракон, подозревая что Эдель тоже не удержится и покажет молодому впечатлительному парнишке еще пару миров, в частном так сказать порядке. — Прынцев эта, будить обедать? — аккуратно осведомился Калеб, готовый пожрать две лишние порции и ни разу ими не подавиться. — Не, пусть отдыхают, — тихо отозвался маг, складывая еду для ребят на подносе. — Всё, что мне от них было надо, они уже сделали. Проснутся и придут сами — хорошо, а нет — так отнесу им обед, точнее телепортирую или ещё как-нибудь. — Как у вас вообще дела? — осведомился врач у хозяйки мира, вернувшись с миссии по вылавливанию кобольда в кустах, чтобы умыть его и покормить, пока он жуков всех не переловил. — Занимаюсь терраформированием, как видите, — Лилиан приветственно кивнула усатому и его новому слушателю баек с полей. Естественно, как девушка занимается изменением ландшафта и всем таким, никто не видел, но нужно было представить. — Заставляю грузчиков таскать ящики с хламом, а-ля оборудование. Чтобы заказчику казалось, что я с тонной инструментов приезжаю, а не просто так умею оформлять идеально симметричные и супер гладкие озёра в форме сердечек. — А зачем? Ты же можешь, ну, наколдовать себе денег просто так, — спросил Вергилий, чего-то в жизни высших существ явно не понимающий. — И вообще что угодно наколдовать. — Мочь-то я могу, только в счётчик выполненных заказов такое дело не пойдёт, и я не смогу торговаться за восстановленные из металлолома драндулеты, — хозяйка всего сущего на этой конкретной планете пожала плечами, не найдя в своих действиях ничего нелогичного или в корне неправильного. — Эней однажды сдаст экзамены в каком-нибудь блядском учебном заведении, а значит какая-нибудь посудина ему будет нужна, чтобы её не жалко было разбить и бросить где-нибудь на свалке. — Госпожа генерал тоже на жаловании сидит и на работу ходит, — улыбнулся дракон, приобняв ушастого за плечо и нежно погладив, давая знак, что такое у этих высших созданий в порядке вещей. — Видимо так заведено. — Ну ребят, висеть где-то в космосе и придумывать штуки порой ужасно скучно и утомительно, — фыркнула крылатая, усаживаясь за стол. Хрен их дождёшься, мужиков этих любящихся. — К тому же, не забываем, притворяться кем-то попроще для нас очень полезно, а то так можно завтыкать и как начать свои собственные миры рушить. — Так было с этим миром? — догадался тёмный эльф, прислонившись к тёплому боку хозяина Сокровищницы. Он не придумал ничего лучше, чем достать не допитое вчера вино и разлить по бокалам всем желающим. — Ага, херня ванильная получилась, психанула чёт, — кивнула создательница гнездовых и прочих штук, с удовольствием наворачивая зашибенный супец. — Даже серая гниль не смогла это всё сбалансировать, но… Есть и плюсы. Например, из этого мира есть я, Джейкоб и даже немножечко Эней. Просто сына пришлось конкретно так переработать. — Но сейчас то здесь безопасно? — уточнил Нарцисс на всякий случай. Эдельфрей вроде не обладал способностью находить неприятности себе на филейную часть, зато рыжий сын генерала очень даже умел, любил и практиковал, щедро одаривая своими неприятностями всех вокруг. — Относительно, господин Нарцисс, — пожала плечами Лилиан, считая, что при желании убиться можно и стаканом воды. — Скажем так, совать голову в жерло вулкана всё ещё не стоит, но серая гниль не опасна для гостей этого мира, хоть ешь её с лопаты. Пожиратели душ… Ну, на самом деле ничего они уже не могут, а ребят мы завтра ещё поднапряжём, чтобы избавились от последних представителей этих тварей. — Я тоже могу помочь, — предложил дракон, больше для того чтобы проследить чтобы со всеми все было в порядке и никто случайно не покалечился. — Если, конечно, я не нужен для чего-то другого. Он многозначительно поиграл бровями, глядя на иллитири. — Безопасностью пусть господин Рург занимается, если пожелает, — проговорил тёмный эльф, каким-то чудом сохранивший нейтральное выражение лица. — Ты мне нужен на кухне, чтобы жарить. Что именно и как жарить уточнений не последовало, поэтому Калеб и Лилиан, не сговариваясь, переглянулись и прыснули от смеха, чтобы тут же стыдливо продолжить обедать, ведь мысли здесь лучше всех читал именно псионик. Эдельфрею снилось что-то невероятно приятное и теплое, но что именно он не запомнил, проснувшись от того что тень отодвинулась и на лицо попал солнечный луч. Ощущение было такое, словно уснул дома в саду, но листва над головой была не позолоченной, что совсем не означало что нежные зеленые листочки, подсвеченные солнечными зайчиками, не выглядели с этого ракурса красиво. Полежав так еще немного и послушав приглушенные звуки голосов из дома, парень вылез из гамака, сладко потягиваясь. Взрослые, судя по вкусным запахам, обедали, но наследнику Сокровищницы хотелось чего-то особенного. Солянка безусловно была восхитительна, в этом юный див не сомневался нисколько, вот только дивы не едят солянку. — Спишь? — он аккуратно тронул парнишку за плечо, проверяя насколько крепко тот спит. Оставлять мелкого дракончика тут было жаль, особенно если возникла идея заглянуть в один заброшенный мир за особенными фруктами. — М? — гость из пустыни приоткрыл один глаз, довольно быстро осознавая себя в пространстве и резво выныривая из освежающего сна. Вздремнуть немного оказалось отличным решением, потому что Мейто теперь чувствовал себя значительно лучше и бодрее. Возможно, даже готов был нормально дотянуть до вечера, чтобы вовремя лечь спать и не ломать режим окончательно. — Я? Никогда. — Ну конечно, — улыбнулся Эдель, став на секунду невероятно похожим на отца: такой же лукавый взгляд и хитрая усмешка. — Хочешь волшебных фруктов? — Мне советовали не пробовать наркотики, — отозвался мальчишка, потирая глаза и не замечая светящегося приключениями полудива. — Как ты меня потом ловить будешь, если я стану весёлый и глюканутый? — Это просто фрукты, — мелодично рассмеялся див. — Просто похожи на сокровища. — Тогда конечно хочу! — оживился рогатый, чуть не запнувшись о здоровенную тыкву, пока вылезал из гамака. Естественно, ему было любопытно глянуть, что это за фрукты такие, подобные сокровищам. — И они не где-то здесь, да? — Верно, — снова хитро улыбнулся наследник Сокровищницы, стремительно превращаясь в перламутрового дракона. Взметнулись в воздух драгоценные прозрачные перепонки, напоминающие стрекозиные крылья. Эдель улегся на траву, чтобы парнишке было удобнее на него забираться и как только тот уместился, направился к пляжу. Не хотелось чтобы взрослых тоже замотало в песню пути, в конце концов это путешествие только для них с Мейто. Мотив он начал напевать почти сразу, нащупывая нужные ноты и сосредотачиваясь на мелодии. В сущности у него все еще была возможность телепортироваться с помощью комма, но с песней было куда интереснее и, к тому же, это был его личный способ путешествовать не доступный больше никому кроме див. Серебристая дорожка тумана сгустилась под лапами, увлекая юных путешественников через океан в глубины Веера миров, где для обладателя чарующего голоса просто не могло быть ничего опасного, потому что так было устроено мироздание. Нужный мир Эдельфрей узнал сразу, он был самым блестящим и насыщенным магической энергией, источая ее настолько сильно, что задевало соседние пространства. Когда серебристый туман рассеялся перед юношами расцвел всеми возможными оттенками опаловый сад, на фоне которого даже золотые персиковые деревья казались невзрачными. Мир был настолько искрящимся и ярким, что создавалось впечатление как будто-то ты никогда не был знаком с цветом и довольствовался каким-то тусклым его подобием. Зато сам драконодив казался на этом фоне самым органичным существом, как будто его здесь и создали. — Вот, — он вытянул длинную шею, чтобы сорвать гроздь полупрозрачных аметистовых виноградин. — Я иногда тут запасаюсь продуктами. — М-м-м, какая красота, — едва попробовав, Мейто понял, что от этого освежающего сладкого вкуса просто невозможно оторваться. Мальчишка тут же пожалел о том, что не прихватил с собой хотя бы корзинку, чтобы по возвращении угостить всех дарами местной переливающейся радугой природы, но в силу маленьколетнего возраста быстро об этом забыл, наслаждаясь возможностью поесть вкусняшек, сидя на драконьей спине. — А как ты сюда впервые попал? — Просто проголодался и пошел искать мир где достаточно фруктов в легком доступе, — беспечно ответил Эдельфрей, подъедая виноград прямо с дерева. — Звучит и правда очень просто, — принц пустыни легко соскользнул со спины товарища, чтобы тоже превратиться в дракона и тоже есть фрукты с ветки, не срывая. Его тёмное переливающееся оперение смотрелось в пёстром окружении не так органично, но в то же время и не прям совсем чужеродно. — Ты говорил, у вас дома золотой персиковый сад? Не думал посадить там такие же деревья, чтобы опаловый виноград рос и у вас? — Наш дворцовый маг сказал что такое дерево высосет всю магию из планеты, им нужно очень много энергии, — мысленно вздохнул драконодив. — Всего одно дерево может убить магию на планете? — ужаснулся Мейто, невольно попятившись от соблазнительных и манящих вкусными запахами зарослей. Правда, никаких негативных эффектов пернатый дракончик не ощущал, чувствуя себя всё таким же бодрым и магически заряженным. — Подожди, но должна же тогда магия здесь откуда-то браться, если растения такие прожорливые? — Думаю, тут очень мощный источник где-то, а может быть сама планета столько вырабатывает, — Эдель нашел яблоню и гордо продемонстрировал увесистое гранатовое яблоко с тонкими золотыми прожилками. Если посмотреть сквозь плод на солнце, то можно было увидеть в глубине маленькие косточки и переливы мякоти. — Будто живые драгоценные камни! — нашёл сравнение восторженный пернатый, доверительно прижавшись к полудиву боком. В голову сразу полезли фантазии о кружечке рубинового сока или, скажем, тарелке изумрудно-сапфирового салата, но больше всего, конечно, было интересно, не превращаются ли здешние плоды со временем в реальные драгоценности. — Нет, ну просто ни в какое сравнение! Вот бы жить среди такой красоты… Хотя если тут жить, то это будет уже не красота, а обыденность. Наиболее живописными, из всего многообразия фруктов, Эдель считал конечно же персики, которые обладали не только волшебным нежным вкусом, но и выглядели как произведение ювелирного искусства: трогательный пушок покрывал яркую янтарную мякоть, которая скрывала в своей глубине обсидиановую косточку. Вот их парочку можно было и прихватить, засунув в карман, но есть придется сразу же, местные фрукты быстро портились без подпитки магической энергией. — Давай попробуем посадить такой, когда вернёмся, — предложил Мейто, вдоволь налопавшись красоты. Для него мясо фруктами, конечно, было не заменить, но надо было пользоваться шансом, пока дают. Сам-то он не сможет попасть в такой мир, даже если его на все четыре стороны отпустят. — Если выбрать маленький горшок, то, может быть, с моей магией получится сохранить небольшое деревце. — Можно взять персиков, а косточки дома посадим, — согласился драконодив, закинув пару плодов в карман туники, которая сейчас висела на шее как платок. — Главное чтобы деревце тебя не высосало, они очень много магии жрут. Эдельфрей еще немного полюбовался виноградной лозой и тяжелыми гроздьями ягод, после чего собрался в обратный путь. — Если оно начнёт вредить, мы же можем его просто сжечь, — фыркнул дымом из ноздрей пернатый дракончик, не торопясь возвращаться ко взрослой тусовке. Ему и здесь было хорошо, а чужой хвост так и манил, чтобы легонечко разочек его куснуть. — Или выкинуть обратно в родной мир, если тебе охота заморачиваться. — Какой ты кровожадный оказывается, — рассмеялся Эдель, дразня парнишку кисточкой из опаловых лент на кончике хвоста. — А у нас иначе не выжить, — драконий ребёнок ну чисто по-кошачьи тыкнул шевелящийся предмет передней лапой, после чего отпрыгнул, игриво выгнув спину. — Так что, может, и кровожадный. Драконодиву, чтобы развеселиться тоже много не нужно было, так что он с удовольствием поддержал игру высоко подпрыгивая и убегая, но так чтобы его можно было догнать конечно. В этом мире почему-то всегда было легко и беззаботно, вокруг пели птицы, всегда светило яркое солнце, а хищники если и были, то Эдельфрей их ниразу не нашел. Может они вообще только по ночам бродили или жили на соседнем континенте, а в драгоценных садах всегда царили мир и спокойствие. Мейто, которому в его родном гнезде-оазисе явно не хватало таких же сосисочно-пернатых сверстников, разбесился очень быстро. Пару раз дракончик застревал крючковатыми когтями в стволах деревьев, смешно пытаясь выбраться, а потом досадливо нападал на кусты, сминая их и издавая треск ломаемых веток на всю округу. Тем не менее, получилось очень весело — пернатый даже немного устал, в итоге остановившись, чтобы вывалить из пасти раздвоенный язык и чуть остыть и отдышаться. — Хорошо все-таки быть свободным, — Эдель вытянулся на полянке, растопырив сияющие крылья, чтобы максимально погреться на солнышке. — Можно было бы навсегда тут поселиться, но мне кажется в этом мире очень быстро можно расслабиться и стать глупеньким. — И толстеньким, — добавил драконёнок, в сравнении с искрящимся и мерцающим всеми цветами радуги полудивом смотрящийся, наверное, как воронёнок. Пернатый выбрал местечко в полутени, стремясь скорее остыть, и прислушался к звукам природы. — Если тут есть, на кого охотиться помимо птичек. — Насекомых всяких тут много, они тоже похожи на драгоценности и их надкрылья накапливают очень много энергии, — вспомнил интересный факт драконодив. — Ну а покрупнее что-то? — поморщил мягкий нос рогатый, как раз разглядывавший какого-то ползущего по травинке блестящего жука. — Если здесь есть олени, то они тоже похожи на сокровища? И рыбы? И вообще всё здесь будто оживший клад? — Может быть есть, но я пока не встречал, — зевнул Эдельфрей, едва не прихлопнув пастью невнимательную бабочку. — Эй, да ну что ты делаешь? — Мейто не удержался и зевнул следом, начиная ощущать, какой мягкой кажется ему здешняя трава. — Если мы ещё и здесь уснём, нам дома ухи оторвут совсем. — Значит надо выдвигаться обратно, — наследник Сокровищницы сладко потянулся, выгнув спину дугой. — Давай запрыгивай, так точно не потеряешься и путь пройдет куда быстрее. — А если я всё-таки потеряюсь, ты сможешь меня найти? — по интонации юноши, которому было теперь крайне лень подниматься и превращаться обратно, сложно было угадать, желает ли он подобного поворота судьбы или всё-таки нет. Ещё разок зевнув, Мейто взобрался на нагретую солнцем спину драгоценного полудива и обнял того за чешуйчатую шею, прижавшись к ней щекой. — Конечно смогу, не переживай, — мягко улыбнулся Эдель, заводя песню пути. В этот раз мотив вышел более спокойным, как неспешное путешествие через пшеничные поля залитые солнцем. Дорога вывела его в лавандовое поле, что казалось отличным завершением их небольшой вылазки. Теперь оставалось только угостить взрослых персикам и узнать что делать дальше. Помогать ни с чем особо и не требовалось. Выдав ребятам по горячему пирожку и спелой инжирине, Вергилий сделал вид, что даже не подозревает, откуда взялись красивые полупрозрачные персики. Лишь вскользь маг сообщил, что в бывшей лошадино-драконьей пещере всё ещё требуется хорошенько прибраться на лестнице, а если этим никто не хочет заниматься, то и не надо. Так как хозяйка мира свалила починить пару портальных плит и нарезать корзинку конфетных грибов, а ужин и множество блюд на завтра были уже заготовлены, псионик изъявил желание прошвырнуться верхом или как-нибудь ещё до соседних долин, чтобы присмотреть какую-нибудь ровненькую площадку под перемещение своего дома. Нужно было выбрать местечко, где будет не слишком опасно и достаточно просторно, чтобы оставляемые теперь уже надолго без хозяйского управления кобольды не заскучали, пока их честный наниматель будет занят своими делишками. — А как ты кстати собираешься перемещать целый дом? — поинтересовался Нарцисс, увязавшись за иллитири. — Госпожа Лилиан любезно принесла нам шарик-переезжарик, — мягко напомнил эльф, направляясь к лавандовому полю, где уже ожидал осёдланный не без помощи драконят собакен, который обещал честно-пречестно и правда-преправда в разговоры не лезть и сильно не ворчать. К тому же, Калебу нужно было куда-то девать свою бушующую энергию, так что сегодня он оказался совсем не прочь прокатить одного-двух взрослых с ветерком по полям, лугам, лесам и горам. — И разрешила выбрать здесь любое место за пределами долины, какое понравится. Вечно здесь жить я, конечно, не буду, но как временный вариант — сойдёт. — Шарик-переезжарик, — хохотнул дракон, смешно было как в первый раз. А еще покачивающие движения скакуна наводили на вполне определенные мысли, хотя казалось бы близость была вот буквально только что. Но по мнению Нарцисса эльф был слишком хорош, чтобы не хотеть его круглые сутки. По мнению самого эльфа бесконечное вожделение должно уже было перемежаться с чем-нибудь ещё. Мозг учтиво предлагал вариант с медовым месяцем, но псионик жёстко напоминал себе, что не состоит в браке, выставляя назад локти, чтобы непоправимое не случилось прямо верхом на шерстяной собаке. В конце концов, пора бы уже, может, быть посерьёзнее? Завтра день рождения единственного сына и всё такое. Долина Гамма представляла собою зрелище не сильно лучше, чем весь остальной участок Большого круга. Пожухлая трава, разросшиеся колючие сорняки и старые, уродливые, больные деревья. Портальный камень, который должен был располагаться где-то относительно посередине когда-то обитаемого пространства, давно разломался и сгинул далеко внизу зияющего острыми краями камней разлома, вероятно, как раз и уходящего под воду, туда, дальше в океан. Здесь компания путешественников надолго не задержалась. Пока иллитири задумчиво бродил у самого края, норовя сорваться и улететь вниз, Калеб от скуки пускал пузыри из слюны и на разные лады подвывал в бездну, прислушиваясь к эхо то одним мохнатым ухом, то другим. Бросив затею выстроить над трещиной прочные мосты, маг вернулся в седло и скомандовал везти дальше, что радостный хаски и сделал, играючи перемахнув на другую сторону с места и резво поскакав по направлению к следующему гористому возвышению. А вот в долине Альфа-Бета решено было остановиться. Ровный участок, покрытый жёлтыми от недостатка питательных веществ ростками, с одной стороны был отгорожен от остального мира густым и более-менее жизнеспособным серым лесом, а со стороны моря по бокам обрастал высокими скалами, ветром и неизвестным дизайнером оформленными под выстраивающиеся в небольшой лабиринт кекуры. Пока Вергилий что-то вымерял ровными шагами, бубня себе под нос, независимый специалист прикидывал, получится ли заманить студентов полетать по каменному лабиринту на досках. И очень выразительно таращился на дракона, всеми силами пытаясь передать немой вопрос, что такого он нашёл в их местном престарелом сумасшедшем? Он же отбитый у нас наглухо, а ты туда ещё и письку суёшь. Одумайся! Дракон мечтательно улыбался, глядя на бубнящего ушастика, находя его невероятно сексуальным даже в таком виде деятельности как вышагивание. Не то чтобы хозяин борделя совсем голову потерял, но ему нравилось что эльф в курсе такого внимания и иногда смущается особенно откровенных мыслей. Это как безмолвный флирт о котором знают только они двое. — Ну что ты на меня так таращишься? — усмехнулся Нарцисс. — Твой таким же лет через триста будет. — Надеюсь, что не будет. К Вергилосу если сейчас подойти, он и ёбнуть может, — полувампир не забыл переодеться в выданную ему форму для метаморфов, так что при смене облика на этот раз был в одежде и очень серьёзен. Клыкастый болезненно поморщился, вспомнив о том, что Эней так-то тоже способен ёбом токнуть, если выбрать неудачный момент, но его пятнистое чудо всё ещё не стремилось запереться в старом доме с парой сотней туповатых ящериц в подчинении. — Серьёзно, во всех доступных мирах не нашлось кого поадекватнее? — Почему же, мне, в сущности, доступны любые, хоть адекватные, хоть красивые создания, но именно с Вергилием я чувствую какую-то глубокую связь, — он задумчиво почесал нос, подбирая понятные подростку слова. — Сэнвир говорил, что мы с ушастым совпадаем ебанцой, а это в отношениях самое важное. — Поня-я-ятно, — протянул Калеб, сделав осторожный шажок в сторонку, придерживая седло на плечах, чтобы при обратном превращении не мучиться с ремешками и прочими нудными элементами экипировки. — Только потом жаловаться не приходите, если он вас всё-таки зарежет. — Да не зарежет он меня, — рассмеялся дракон. — В ухаживаниях за иллитири главное дарить подарочки, вовремя оставить в покое и побольше вкусняшек, всегда работает. — Ну а вообще план какой? — поинтересовался красноглазый, стопроцентно уверенный, что псионик их сейчас ни на каком из уровней не воспринимает. — Вы теперь покорители космоса с молодёжными причёсками? — Ну да, развлекаемся, живем жизнь, наслаждаемся свободой, — кивнул Нарцисс. — Вергилий хочет мне помочь с делами в Сокровищнице, а я ему там в темном секторе башню построю, большую и красивую, чтоб все соседи завидовали. Было еще кое-что, что входило в планы дракона, но оно пока пряталось от псионика на глубоких уровнях сознания и организацией этого всего занимался самый ответственный из советников. — То есть всё настолько серьёзно, — улыбнулся парень. Улыбка вышла скорее удивлённой, что это реально происходит, а не насмешливой, дурашливой или самодовольной, как обычно. — Воистину, мне не понять эти ваши старпёрские ухаживания. Корабль починить, башню построить повыше и покрасивше. С делами помочь, тьху. Может, подарите друг другу по сертификату в магазин рукоделия? — Думаешь ему понравится? — как-будто бы всерьез заинтересовался дракон. — А что ты предлагаешь, как по-твоему должны выглядеть не старперские ухаживания? — Пробовали оставить под его дверью дохлятину? — воссиял шириной белоснежной улыбки клыкастый, знающий толк в ухаживаниях оборотней. До дядюшки Сэнвира и его философских изречений ему было, конечно же, далеко, но хозяин Сокровищницы мог и сам у оперативника совета спросить, если бы хотел. — В вашем случае понадобится труп единорога, как минимум, но подарок хороший! — А что предполагается дальше делать с тушей несчастного животного? — изобразил что старательно записывает Нарцисс. Издеваться над маленькими конечно было нехорошо, но ему действительно было интересно узнать парнишку получше. Просто для общего развития, так сказать. — Зажарить и сожрать? Вы ведь продемонстрируете, какой вы охуенный добытчик, — принялся пояснять Калеб, так-то тоже по-жёсткому стебущий дракона. Не то чтобы целью было задеть именно самого дракона, но на лицо его избранника при выкидоне подобного финта хотелось взглянуть. — Можно и сырую, конечно, употребить, если вам такое нравится… Пока независимый специалист расписывал все плюсы своего сомнительного способа проявления симпатии, натоптавший дорожку из пыли псионик прекратил бормотать и резко направился в сторону воды с крайне озабоченным видом. Перемена была не столь значительной, чтобы оборотень обратил на неё внимание поначалу — ну, метался дед туда-сюда в своих воображаемых расчётах, теперь просто выбрал одно направление, хрен его знает, может, решил ещё беседку у воды запланировать. — Потрясающая идея, осталось найти и загрызть единорога, — усмехнулся дракон, направившись следом за ушастым. Поговорить и по пути можно, а партнера лучше всегда держать на виду, мало ли, вдруг ему какая помощь понадобится, камень там передвинуть или еще что. — Тут как раз бегает один, но он уже занят и сильно матерится, если пытаешься его есть, — поделился доступной информацией любитель эльфийских жопок, которому с каждым шагом становилось всё менее смешно и всё более напряжно. — Эй, ну и куда ты собрался-то? Вопроса псионик не услышал, на полном ходу и прямо в одежде ринувшись в мутные волны, при серой и ветреной погоде снаружи безопасного купола не сулящие ничего хорошего. — Эй! — предостерегающе окрикнул Калеб, попытавшись схватить тёмного эльфа за руку. — Совсем, что ли, мозги потекли? Пошли домой, там искупаешься. Вергилий ловко вывернулся из захвата, одарив преследователей испуганным взглядом жёлтых глаз и волной внутренней тревоги, непреодолимо зовущей двигаться на глубину. Замерев на секунду и что-то прошептав одними губами, маг снова продолжил свой путь непонятно куда, рискуя заплыть в итоге куда-нибудь не туда, не воспользовавшись ни лодкой, ни русалочьим заклинанием. Нарцисс переменился за мгновение, бросив в комм короткое: «Эдель ты нужен» и последовал за псиоником, пока тот не пропал меж темных волн. Если маг и правда сошел с ума то лучше дива его никто не угомонит, то же касается и внешних воздействий. К тому же возвращаться на берег на спине дракона куда приятнее чем вплавь. Мужчина быстро нагнал ушастого, с тревогой вглядываясь в его лицо, но не торопясь его останавливать, древние хоть и обладают иммунитетом к магии, но получить затрещину от бывалого чародея все равно неприятно. — Что на тебя нашло? — А ты разве не слышишь? — раздражённо пропыхтел псионик, демонстрируя чуть больше осознанности, чем могло показаться ранее. Он всё так же яростно стремился на глубину, смело тараня волны и понапрасну растрачивая силы на чересчур упорную борьбу со стихией. — Там голос! — Я не слышу, — признался дракон, готовый в любой момент подхватить мага, если тот начнет тонуть. — Можешь рассказать подробнее? — Ну, пение, но как зов, — попытался объяснить хмурый дроу, которого едва не захлестнуло с головой очередной волной, словно тоже пытающейся вернуть эльфа обратно к берегу, где метался и заливался лаем хаски, не знающий, чем тут можно помочь. — Погоди, правда не слышишь? Вообще ничего? — Вообще ничего, — Нарцисс порадовался что волосы теперь короткие и не налипают на лицо, очень удобно оказалось, особенно если приходится бороться со стихией. — Цепляйся давай за меня, а то утонешь и мы так и не узнаем что там тебя зовет. — Меня… — ужас осознания отразился на веснушчатом лице перед тем, как Вергилия накрыло с головой. Эльф тут же вцепился в дракона мёртвой хваткой, вылавливая ртом воздух и кашляя от солёной воды. На несчастного владельца целой планеты обрушился целый водопад из недоумения, леденящего душу испуга и стыда за то, что всё зашло настолько далеко. — Чего встрял-то? Поплыли обратно! В небе как раз мелькнула серебристая молния гибкого драконьего тела. Эдель не сразу заметил в бушующей воде этих странных купальщиков, но довольно быстро сориентировался на голос отца. Див ловко подхватил любовников, словно делал это по сто раз на дню, подрабатывая спасателем на пляжах и быстро доставил на берег, где сходил с ума оборотень. Встав на ноги дракон не торопился отпускать эльфа, потому что тот продрог, испугался и вообще нуждается в защите. — Что это такое было-то хоть? — поинтересовался он, накрывая ушастого еще и крыльями вместо плаща. Маг не ответил, отвернувшись, как нашкодивший ребёнок. Его ощутимо потряхивало, а чувство стыда только усилилось, пока ушастый пытался проморгаться и прокашляться по-нормальному. К вымокшей парочке приковылял скулящий пёсель, готовый везти всех обратно и стремящийся подсунуть нос под крыло, чтобы убедиться, что у Энея пока всё ещё двое родителей. — Так… Случается, — сдержанно буркнул Вергилий, испытывая желание заползти куда-нибудь под камень и не выходить оттуда тридцать лет и три дня, чтобы не позориться. Будь на нём сегодня одежда получше или макияж, то фиаско было бы вселенских масштабов, не меньше. — На фоне стресса и тревоги у меня так бывает, ясно тебе? — Ясно, — просто ответил Нарцисс, испытав просто всеобъемлющее облегчение от того, что все разрешилось и иллитири не собирается вырываться и плыть к неведомому голосу любой ценой. — Значит тебе поможет горячая ванна и чай. Он легко запрыгнул на спину их мехового скакуна, попросив Эделя поставить дома чайник, по воздуху парень все равно быстрее доберется. — А еще я всерьез собираюсь тебя сегодня нежить и отдыхать, так что готовься морально. — Если Рург не вкатит мне конскую дозу транквилизаторов, я ведь себя не контролирую, — хмуро отозвался псионик, ещё пару раз кашлянув в сторону и искренне прижав к себе и потрепав по макушке взволнованную шерстяную морду. После этого резкого жеста любви к мохнатым псинам, Вергилий кое-как взгромоздился позади дракона в седло и прижался лицом к горячей мокрой спине, будучи уверенным в том, что ближайшие минут пять его слёз никто не увидит. — Поехали, но я не обещаю не утопиться в ванне. Убедившись в том, что потяжелевшие наездники более-менее прилично зафиксировались на спине, Калеб помчал обратно, выбирая путь покороче, но бережно, чтобы не растрясти эту странную престарелую парочку влюблённых. Ему было решительно не понятно, как дракону хватает терпения возиться с умалишёнными, а ещё прибавилось раздумий над тем, что нужно делать, если такие выкидоны однажды настигнут его пятнистую и пока не совсем спятившую булочку. Стрелять транквилизаторами врач не стал, он накапал их в чай, посчитав что так будет эффективнее и менее травматично для самого несостоявшегося утопленника. Нарцисс с разговорами пока не приставал, неотвратимо воплощая в жизнь свою угрозу про ухаживания, горячую ванну и прочие приятные для нервных эльфов штуки. В конце концов если магу будет нужно он все сам расскажет, а если не хочет то и приставать незачем. Как ни странно, псионик не стремился утопиться в горячей воде, торопясь поскорее смыть с себя лишние запахи мокрой собаки и подгнивших морских водорослей. Неприятные эмоции отпускали медленно, из-за чего взгляд Вергилия становился то хмурым, то растерянным, то попросту усталым. Наконец, завернувшись в мягкий халат и уютно устроившись под боком у дракона с чашечкой экстремально успокоительного чая, эльф протяжно выдохнул, отпуская суету, творящуюся на первом этаже дома. Он прекрасно осознавал, что его дурацкая выходка произвела фурор и не на шутку встревожила окружающих, но ужасно не хотел выходить, что-то объяснять или подтирать всем память о произошедшем. — Я чувствую себя виноватым, — проговорил иллитири, испытывая огромную благодарность к мужчине, решившему просто побыть рядом. — Полагаю, всё из-за этого. Я чувствую себя виноватым. — Из-за дочки? — догадался Нарцисс, стараясь источать уверенность и спокойствие, но горькие крупинки беспокойства за ушастого все-таки проскальзывали. — Никак не могу перестать думать о том, что бы она сказала… На всё это, — эльф кивнул и неловко улыбнулся, не зная, как сформировать кучу эмоций в адекватные слова. — Я устраиваю переезд, встречаюсь с драконом, пеку пирожки… Это так несправедливо, тебе не кажется? — Я бы вот не хотел, чтобы Эдель себя заживо хоронил, случись со мной что, — мягко проговорил Нарцисс, обнимая иллитири. — А ты и так много лет провел в затворничестве, но чувство вины так и не пропало, значит это не работает. — Быть может, затворничество работало бы лучше, если бы я запросто мог завести ещё дюжину детишек, — тяжко вздохнул Вергилий, рассеянно водя пальцем по краю чашки. Содержимое стремительно меняло цвета, наконец остановившись на фиолетовом. — Каждый доживший до взросления ребёнок в моём случае бесценен. Может, это просто я был хреновым отцом? — Ты отличный отец, — искренне ответил дракон, — просто так сложились обстоятельства, от этого никто не застрахован. — Не знаю, я годами раздумывал над тем, что и когда пошло не так. Мог ли я сделать что-то? Сделать так, чтобы она не умерла? — несмотря на действие успокоительных, псионика прорывало на эмоции из-за лежащего на душе камня придуманной самому себе вины. Сдержанные, конечно же, ведь эльф веками учился выдержке и самоконтролю. Правда, от наплывающих видений застрахован всё-таки не оказался. — У меня ведь всё было готово к ритуалу, и знаешь, что? Я испугался. Вдруг что-то пойдёт не так? Рука дрогнет? Верну кого-то другого? Я всякой хернёй в жизни занимался, но только не этой! Нарцисс почувствовал как по шее пробежал холодок, а это обычно означало одно из двух. Из-под кровати все-таки вылезло второе, видимо госпожа генерал была слишком занята чтобы совать свой фамильный нос в чужие дела. А вот Алион был совершенно свободен, судя по домашней пижаме с розовыми котятами. — Доброго вечерочка, — он вытащил оттуда же огромную подушку, корзинку кексов и чашку чая, уютно угнездившись на кровати. — Итак, что на повестке дня? Я почувствовал что речь идет о смерти, а я, как вы знаете, отлично в этом разбираюсь! Дракон на это только глаза закатил, очень хотелось пнуть эту дохную фею, но все в комнате понимали что от этого не будет никакого эффекта. — Убойная завтра у всех будет вечеринка, — псионик моментально состряпал непроницаемое лицо, демонстративно вылив содержимое своей чашки на пол, а потом и её уронив следом. Таким небрежным движением, словно репетировал каждое утро. Ему, вообще-то, только что обломали трогательный эмоциональный момент и чувство духовной близости хоть с кем-то, а заодно забрались с ногами прямо в душу. — Если добавить в пунш яд, вообще все поляжем. Слушаю вас, профессор. — Держите кексик, — Алион вручил выпечку дракону, чтобы она не отправилась вслед за чашкой. — Так вот, чтобы ступить за Грань много ума не нужно, миллионы колдунов каждый день совершают эту ошибку и лишь единицы способны договориться с Тьмой внутри себя. Вы потрясающий чародей, но одного интеллекта тут не достаточно. Пойдемте кое-что покажу. Пространство вокруг эльфов исказилось и они оказались на «другой стороне», которую некроманты называют Изнанкой Веера. Что примечательно Нарцисс остался вне этой магической тусовки, просто потому что был слишком иммунен к магии и такие тонкие материи его бы не приняли. — Тьма, как мы ее называем штука привередливая, она тщательно выбирает себе слуг по вкусу, но не только их. Вся существующая материя скопирована Тьмой, — он был все в той же пижаме и с кружкой чая в руках, отправившись по серой пустоши куда-то к горизонту. — Нет способа заранее узнать понравишься ты ей или нет, так что билетик одноразовый, тех кто пытается заключить этот контракт и терпит неудачу достать обратно будет невероятно сложно. Он кивнул на серые тряпки, которые мотало по пеплу как будто от ветра и только если хорошо присмотреться можно было разглядеть в них какие-то жалкие остатки душ. — Издеваетесь? — севшим, уставшим голосом поинтересовался Вергилий, беззащитно кутаясь в халат и нехотя следуя за тощим эльфом в одному ему известные места. Остатки тех, кто пытался, но не смог, вызывали в сердце щемящее, подкатывающее к горлу и обжигающее изнутри чувство, ведь одна из этих бледных душ, раскатанных Тьмой, и есть его храбрый, любопытный, бесконечно дорогой и долгожданный ребёнок с чересчур пытливым разумом. — Я сказал — невероятно сложно, но не невозможно, — он свернул, как-будто бы за угол, хотя пустошь простиралась во все стороны, но эльфы оказались перед Вратами. Именно Вратами, потому что сооружение было величественное, огромное, с резными наличниками и колоннами в готическом стиле. Профессор вежливо постучал, чего простые смертные и даже генеральсткая семья никогда не удостаивались и продолжил, пока массивная створка медленно и абсолютно бесшумно отворяется. — Говорили что вернуть душу, которую забрал наш с вами создатель невозможно, но я это сделал, все дело в подготовке и нужном количестве ресурсов. И в упрямстве конечно же, кто бросает дела на полпути тот никогда не добьется успеха. Пространство за вратами встретило могильным холодом, тишиной и темнотой гранитного коридора. Потолка не наблюдалось и было ощущение что его нет вовсе, стены просто уносились в непроглядную темень. — А говорят, в загробном мире облачка, единорожки и птички поют, — тихо выдохнул псионик, горько пожалев о пролитом чае. В здешнем холоде ещё больше хотелось прижаться к тёплому дракону и никогда его не отпускать. Ну, хотя бы обратно в горячую ванну? Ни одной живой душе здесь явно быть не следует. — Знаете, вы бы, может, подружились. Она была фанаткой вот этого вот всего. Вы были бы профессором номер один, кому всегда вовремя сдают курсовые. — Я и так профессор номер один, — самодовольно улыбнулся некромант, сворачивая за очередной колонной и попадая в Зал. В этом месте все было с большой буквы, потому что его хозяином был Лич. И не просто какой-то там захудалый обитатель темной стороны, спрятавшийся здесь от мирской суеты. Это был драконолич возлежавший на алтаре размером с крейсер и не уступающий Нарциссу. Когда гости подошли ближе в черепе зажглись золотые искорки и скелет дракона поднял голову, молча взирая на посетителей. — Привет, как сам? — весело поздоровался Алион, пошарив в кармане. — Будешь кексик? — Дочка пекла? — пророкотал хозяин склепа с интересом рассматривая темного эльфа в халате. — Ага, я короче за филактерией, удалось все собрать? — профессор метко забросил кекс в пасть Лича, где еще оставались ошметки языка и получил согласный кивок. — Все удалось собрать. Последнюю фразу он адресовал безутешному отцу. Тот ответил взглядом, полным ужаса эльфа, готового прямо сейчас развернуться и сбежать, роняя тапки. Едва сохраняющий остатки самообладания Вергилий даже не сразу понял, что обращаются к нему. И о чём вообще говорят. — В-вы? — голова резко закружилась настолько, что потемнело в глазах. Даже замогильный холод помещения не ощущался из-за грохота мыслей в голове и от осознания, что некромант на короткой ноге с чем-то потусторонним и очень могущественным, кормит его кексиками и заказывает починку любой души, какая только заблагорассудится. — Но почему? — Потому что я знаю что такое потерять дочь и винить себя две с половиной тысячи лет, — серьезно ответил Алион, от него повеяло чем-то не менее потусторонним и могущественным, потому что он тренировал свой разум все то время пока был заточен в саркофаге. Да разум немного повредился от бесчисленных упражнений, но сила духа зато была достаточной чтобы восстановиться из одной единственной пылинки своего праха. Или надрать задницу создателю. — И как оно потом, после возвращения? — поинтересовался маг, вновь почувствовавший себя очень уставшим. Он вздохнул и медленно сел на пол, без всяких там шуток собираясь здесь и остаться. На съедение недогнившему дракону или как у них тут принято в местной тусовке. — Хотя нет, лучше не отвечайте. Просто передайте ей потом всю эту чепуху про то, что папа её сильно любил, ладно? — Куда это вы засобирались? — усмехнулся профессор, получив от Лича кулончик с филактерией. С виду обычная безделушка, но в неприметном камне скрывалось пожалуй самое ценное что можно было только найти — душа и ее нерушимая частица. — Хочу вас расстроить, в этом пространстве нельзя умирать. Он присел на корточки перед поплывшим эльфом и легонько толкнул его холодным пальцем в лоб, вынуждая упасть на спину. Пол оказался на удивление мягким и теплым, а над головой появился знакомый потолок спальни. — А вот тут как раз можно. Нарцисс спохватился, увидев что с его эльфом явно что-то не так, но схватить его на руки не успел — Рург с порога передернул затвор, загоняя нужную капсулу с лекарствами в шприц и сделал инъекцию раньше чем дракон успел что-то вякнуть. Вторая доза с мощными транквилизаторами прилетела в тощую задницу некроманта. Алион тоже не успел ничего вякнуть вырубившись почти мгновенно и грохнувшись костлявым телом о ковер. — Вы что тут устроили? — задал риторический вопрос хирург, заряжая следующую дозу нужных лекарств. — Думал чай спокойно попью, пока молодежь учится и не влипает в неприятности, а вы решили их подменить? — Вы тут совсем ебанулись, что ли? — поинтересовалась появившаяся на запашок смэрти хозяйка мира, выхватив у врача инъектор и вкатив мощных успокоительных себе прямо в ногу. Незамедлительного эффекта, как с остальными пациентами, естественно, не последовало, но девушка тоже выглядела так, будто ей очень-очень надо успокоиться и прилечь. — Мне как бардак в голове псионика исправлять, я вас спрашиваю? У него там столько нагорожено, как башня из бокалов с шампанским! — Я пытался его отдыхать и нежить, но Алион все испортил, — нажаловался на некроманта Нарцисс, не находивший себе места все всем творящемся вокруг бардаке. — Ну, поговорить им бы надо было, конечно, но не в такой же обстановке, — крылатая металась по комнате туда-сюда, зачем-то укладывая вокруг Вергилия все доступные в комнате подушки. Кажется, даже те, которых здесь изначально не было. — И что теперь? Сразу заказываем ему синтетическое сердце? А может память пока стереть? Ну нет, он же должен знать, что ему дочь воскрешать собрались. — Сердце не понадобится новое, я ему стабилизаторов вколол и немножко нанитов, — проговорил Рург с убийственным спокойствием в голосе. — Не хватало еще сердце ему в полевых условиях пересаживать на коленке. Нет ну можно конечно, медотсек на Данте оборудован всем необходимым, но я бы советовал обойтись без этого. Подержим его пока на успокоительных. — А что будете делать, когда он выть начнёт на эмоциях? — спросила Лилиан, накидывая на некроманта, которого никому не было жалко, плед, чтобы оттащить его куда-нибудь в тёмный уголок. Он же теневая какая-то история, верно? — Нарцисся, вот чтобы взял эльфа на ручки и пока никуда не отпускал, ясно? Мне, конечно, нравилась идея, чтобы отпустить его на тот свет после знакомства с сыном, но не так же, честное слово! — Начнет выть — повышу дозировку, — пожал плечами врач. — Никаких отпусканий на тот свет в мою смену, это вы потом как-нибудь без меня соображайте. Когда он перестанет быть моим подопечным. — Так он теперь и не перестанет, придётся оставлять, — раздалось из угла, где спящую фею-крёстную с кряхтением усаживали в кресло. — Я ещё где-то слышала, что у драконов нельзя забирать их игрушки, так что два против одного, вы победили, я сдаюсь. — Не переживайте, я за ним присмотрю и доделаю все что нужно доделать к дню рождения, — пообещал дракон, сев на край кровати. — А вы, если что, берите в распоряжение пацанов. — Я сама всё доделаю, — спокойно ответила создательница гнездокотов, до которой действие транквилизаторов, видимо, всё-таки докатилось. — Отдыхайте. Не перенапрягайтесь. Ешьте кексики.