Дырка в сердце (и немного в воротах)

После хороших последних игр регулярки Илье дали выходной и игру с Адмиралом вратарь смотрел из дома. Так как тренировки никто не отменял, Коновалову пришлось побывать на утренней раскатке. Приехав на арену, Илья заприметил знакомый автомобиль. «Значит, Никита уже на месте» - улыбнувшись своим мыслям, Коновал засеменил в сторону служебного входа. Настроение было замечательным: погода разыгралась и вовсю радовала уже по-весеннему теплым солнцем, Илья в последнее время только прибавлял в игре, оставался финальный рывок и не за горами торчал долгожданный отпуск. Но сейчас надо было сконцентрироваться на ближайших задачах, и хоть в интервью все кокетливо поговаривали, что главная цель – Кубок Гагарина, все же выиграть регулярку тоже было очень лестно. Впрочем, сосредоточившись на сегодняшней тренировке, Илья проходит в раздевалку и сразу натыкается на двух детей, что окружили Никиту и без умолку рассказывают ему все, что увидели за сегодня. Удивившись появлением мелких созданий в раздевалке (ведь дырка у Ильи не только в сердце, воротах, но и в голове), вратарь вспомнил о съемке «Осторожно, дети!», передаче, в которой дети страдают хуйней под присмотром хоккеистов. Никита, увидев, как заходит его друг, улыбается ему и что-то тихонько говорит детям. Те на миг замолкают, а потом со всех ног бегут к обалдевшему Илье, что с растерянным видом уставился на Никиту. Дети же наперебой начали задавать вопросы вратарю, что-то про то, правда ли, что вратаря Волкова взяли только из-за фамилии, и правда ли, что Илья отразит все броски по воротам на сегодняшней тренировке. Обалдев от такого напора, Илья неловко рассмеялся и сказал, что уж Никитины броски он знает наизусть, и потому ни одна шайба от 97ого номера в его ворота сегодня точно не залетит. Дети посмеялись и побежали обратно к выходу из раздевалки, ведь на пороге появились Эрик О’Делл и Джордан Уил. Коновалов же пошел, наконец, поприветствовать своего «друга». Что-то изменилось с прошлой игры между ними. Диалоги стали какими-то короткими, а паузы между ними неловкими. Возможно, дело в подколках со стороны коллег, которые тоже заметили внезапное потепление между Никитой и Ильей, а может дело в том, что в последнее время они все чаще стали оставаться наедине. В любом случае сейчас Никита встал со своего места и крепко обнял подошедшего к нему друга. «Что здесь происходит?» - кивнув на детей, задал вопрос Илья. «Да, съемки очередные от КХЛ. Слишком энергичные и шумные они» - поморщился Никита, но видимо вспомнив их внимание к себе, улыбнулся и добавил – «Пацан протащил конфетки в раздевалку и раздал всем. От Николаича досталось, конечно, но в шутку. Они с нами еще на разминке и на раскатке, так что быстро от них мы не отделаемся». «Да уж, веселый день. Ты то как? Готов бить рекорды?» - спросил Илья и сразу же пожалел об этом. Никита изменился в лице. «Да готов, готов. Сегодня уже все подошли и сказали об этом. Все звено планирует играть на меня и новый рекорд, только это давление лишь давит. Прошлая игра ваще без очков была, а сейчас все ждут». – ответил Гусев. Не зная, как подбодрить друга, Илья повернулся к нему и, посмотрев прямо в глаза, сказал простое: «Я рядом, даже смотря матч дома по телику». И для Никиты эта фраза стала значить гораздо больше, чем все слова подбадривания от сокомандников и тренеров. Дальше они пошли на разминку, где по залу во всю носились дети и вместе с ними, на удивление многих, резвился тренер по физ. подготовке Саныч. Атмосфера располагала к бодрому началу, все проделали стандартные упражнения и перешли к работе в парах. Обычно Никита всегда работал с кем-то из нападающих, но сегодня он пошел прямиком к Илье, на что все в зале по – доброму усмехнулись, Уил как-то прокомментировал это на английском, отчего Коновал покраснел, но не Никита, которому, казалось бы, только в радость были подобные высказывания. Дети постелили коврик рядом с ними, но больше гримасничали, нежели выполняли упражнения. Все это веселило остальных. Затем Алексей Николаевич объявил о том, чтобы все переодевались на лед, на что мальчуган побежал слезно уламывать главного тренера, чтобы и его пустили покататься с прославленными хоккеистами. Не получив разрешения, мальчик в расстроенных чувствах побежал в раздевалку жаловаться Никите на свою несчастную долю, и Илье, что сидел напротив, заявил, что, если бы не Кудашев, тот бы накидал ему полную корзину шайб. Все посмеялись, а Никита, заговорщицки подмигнув, сказал мальчику, глядя на Илью, что после основной тренировки они часто остаются с вратарем – погонять шайбу. Мальчишка, просияв, бросился на шею Гусеву, тот же, рассмеявшись, подхватил его на руки рассказал, где тому найти коньки. В сердце Ильи что-то предательски екнуло. Он смотрел на то, как Никита играет с мальчиком и не мог не улыбаться. Всю оставшуюся тренировку вратарь ждал ее конца, а также слышал, как с трибун дети кричат динамовские кричалки, скандируют его имя и беседуют с капитаном. Да, Миронов был в своей тарелке. Имея собственного ребенка, он прекрасно находил язык с детьми. Те были под огромным впечатлением от этого огромного кучерявого великана, который заражал своей беззубой улыбкой, что натолкнуло детей задать оставшимся хоккеистам, а сколько же у тех осталось своих зубов. Когда завершилась основная тренировка, ребенок уже в полной экипировке стоял у бортика и ждал, когда все хоккеисты покинут лед. Заметив у ворот двух друзей, мальчуган погнал к ним. «Понравилась тебе тренировка?» - спросил Илья. «Очень, тока ну оооочень долго она длится, я успел замерзнуть» - ответил Максим. «Ну сейчас быстро согреешься. Бери шайбу, сейчас немного покидаем в Илью. Готов расстрелять лучшего вратаря лиги?» - достав шайбу, спросил Никита. «Всегда готов!» - отрапортовал мальчишка. Илья закатил глаза и встал в ворота. Сердце грело Никитино «лучший вратарь лиги». Илья прекрасно знал, что это не так, но стремился к татарскому идеалу (Билялову). Никита учил Максима простейшим броскам по воротам, а Илья безбожно поддавался мальчугану, который каждый раз радовался так, будто выиграл олимпиаду. Под конец тренировки Макс подъехал к Никите и, сильно застеснявшись, что-то сказал тому. Гусев усмехнулся и поехал прямо к Илье. «Он просит, чтобы я пробил несколько своих фирменных буллитов. Сможешь уделить нам еще немного времени?» - спросил нападающий. «Конечно. Только чего это он так засмущался?» - недоумевал Илья. «Думает, что я пробью тебя. Волнуется за своего кумира.» - усмехнувшись, ответил Никита. «Вызов принят» - решительно отозвался вратарь. Заняв свое место в воротах, Илья уставился на Никиту. Тот, снова усмехнувшись, начал по-фирменному прокручивать свою клюшку и помчал в его сторону. Илья выкатился из ворот, чтобы сократить угол обстрела, однако Никита резко затормозил, отчего Коновалов растерялся, и Гусев спокойно вкатил шайбу в пустые ворота. «Ну и жук же ты, а не гусь» - подумал Илья. У скамейки захлопал и радостно завизжал Максим. «Давай еще раз» - крикнул вратарь. «Не боишься второй раз опозориться на глазах твоего маленького фаната?» - в ответ спросил Никита. «Давай на желание. Пробьешь буллит – загадываешь ты. Не забьешь – загадываю я» - вдруг необдуманно выпалил Илья. «Кого ты на понт берешь? Олимпийского чемпиона? Я согласен» - самоуверенно произнес обладатель Кубка Гагарина. Илья же решил для себя, что он из кожи вон вылезет, но возьмет этот буллит. Никита в это время спокойно наблюдал за вратарем, продумывая свой бросок. Заняв позицию, Гусев снова устремился к воротам Коновалова. Замах, бросок и…. Илья, растянувшись по всему льду, отбивает его кончиком вратарской клюшки. Максим бросается к своему любимому игроку, а Никита разочаровано произносит: Черт, не получилось. Илья засмеялся и все отправились в раздевалку. Уже там Максим вспомнил о споре и сказал, что Коновалов должен теперь загадать желание. Никита выразительно уставился на вратаря, а тот, недолго думая, выдал: «Побей свой рекорд и стань лучшим в КХЛ. Покажи в очередной раз пьяному мастеру, кого он потерял». Гусев почувствовал приятное тепло внутри и что-то еще, определение чему он пока не был готов дать. Он ответил, что постарается, после чего они вышли из стадиона и направились к своим машинам. Уже дома Илья заваривал вкусный ароматный чай, раскрыл пакет с вкусняшками, приготовленными к просмотру матча и включил телевизор в ожидании. Взяв все тарелки в руки, он направился к дивану, как почувствовал вибрацию в кармане и, чертыхнувшись, чуть не рассыпал все содержимое на пол. Поставив сладости на стол перед телевизором, Илья достал из кармана телефон. На нем светилось "Ночной романтик прислал Вам новое сообщение". Илья улыбнулся и прочитал: «Ты же наблюдаешь за сегодняшней игрой? Я расстроюсь, если узнаю, что мой ДРУГ не видел моего рекорда». Коновалова смутило слово «ДРУГ» выделенное капсом, но не придав этому значения, напечатал ответ: «Я переименую тебя в самовлюбленного пернатого пробивателя буллитов. Да, конечно я смотрю матч. Жалко, не смог присутствовать лично». В ответ ему прислали грустный смайлик и телефон оповестил его, что абонент больше не в сети. Дальше Илья погрузился в игру. Он невероятно переживал за своего, он не сомневался, рекордсмена, видел, как команда пытается играть на Никиту, и наблюдал за расстроенным лицом Гусева, каждый раз, как рекорд ускользал от него. В перерыве Илья пошел на кухню, чтобы помыть посуду, затем решил написать Никите смс, даже если он его прочитает только после матча. Коновалов напечатал коротко и ясно: «Даже если ты не побьешь сегодня рекорд, знай, что я всегда найду, что загадь тебе». Отложив телефон, Илья снова уставился в экран телевизора. Там третий период подходил к концу, а Никита так и не заработал такое желанное очко. Двусмысленно прозвучало, подумал Илья. Отбросив такие мысли, Коновалов наблюдал уже за овертаймом. Видел, что Никита вообще не уходит со льда, надеялся, что это все же не из-за упертого характера Гусева, который не мог проиграть желание, а личная инициатива 97ого номера. Илья молился уже всем богам, греческим, православным, в контактах даже старую переписку с Коваленко нашел, дабы найти ссылку на молитвенник, и когда все боги, которых знал Коновалов закончились, а пачка с валидолом оказалась пуста, Никита все же делает этот шикарный пас на Уила и становится новым рекордсменом КХЛ. Илья наблюдает как вся команда бежит поздравлять Никиту, как тот мило улыбается, убивая наповал Коновалова, и как вся арена скандирует фамилию великого нападающего. Он снова берет телефон и в (дырявую) голову не приходит ничего лучше краткого: «Поздравляю. Я переименовал тебя в Выпендрежника». Илья знает, что Никита доберется до телефона еще не скоро, потому выключает телевизор и идет готовиться ко сну. Первым делом в душ. И Илья не замечает, что на его телефон пришел ответ: «Поздравишь лично». Коновалов выходит из душа, снова включает телевизор, но уже в своей спальне, слушает спортивные новости. Все они, конечно же, об одном человеке – Никите. Илья вздыхает, ему жаль, что он не смог присутствовать на матче лично. Но вдруг он слышит звонок в дверь. Думает, что сейчас он пошлет нерадивого курьера, что видимо перепутал квартиры и сейчас нарушает покой вратаря Динамо. Уже заготовив пару бранных слов (понабрался от кэпа), Илья открывает дверь и так и замирает с открытым ртом. Прямо напротив стоит главный герой всех спортивных новостей и пабликов, мило улыбается и говорит: «Знаешь, думаю, что все-таки рекорд является моим личным желанием. Считаю, что ты должен загадать то, что хочешь сам» И Илья, снова отключив мозг, произносит: «Поцелуй меня». И Никита целует. Он остается в его квартире, а наутро на тренировку они также появляются вместе. Все лишь с пониманием ухмыляются и никто не комментирует зарождающуюся на их глазах любовь.