Необходимо

      Неприятный осадок начал проявляться спустя меньше суток. Постоянно прокручивать разговор, как старую видеопленку на повтор - бесит.       Где-то Клэр слышала, что аффективная память помнит пережитые эмоции и чувства негативного характера, что связанно с недавними событиями не больше двух суток. Прогонять одно и тоже событие, анализируя: что сделала не так, почему сказала так, нужно было где-то промолчать. И каждый раз вспоминая вчерашний день, расщепляя каждую реплику на глубокие размышления, выходит все равно одни и те же выводы.       Леон Скотт Кеннеди был прав.       Клэр Редфилд не могла этого признать.       Девушка грустно улыбнулась, обдумывая эти вещи. Щеки немного горели от солёных дорожек, но редкие капли дождя немного охлаждали лицо. Клэр не плакала. Нет. Две утраченные слезинки были лишь неконтролируемой реакцией тела, в то время как пока ещё нормальный рационализм говорил, что не нужно идти во все тяжкие на эмоциях.       Что ж, выходит пока все очень хреново.       Она сидела на пороге родительского дома под навесом, наблюдая как рыжий кот довольно съедает остатки ее обеда. Лучше кормить питомцев полезными кормами, но видя, как довольное животное уплетает еду, можно считать, что у него сегодня праздник. Клэр не часто видит этого кота, когда бывает здесь. Он живёт по соседству, что свидетельствует его ошейник с именем. С виду и не скажешь, что он в возрасте, но и старым назвать нельзя. Но это всего лишь её предположения.       Кот к незнакомцам относится с осторожностью, бывало даже с опаской. Гуляет где хочет, в округе знает все дворы соседских домов: где у кого есть собаки, у кого высокий забор, а у кого можно выпросить еду лишь за красивые глазки. Он иногда и к Клэр ластится, а на Криса чаще шипит. Видимо, предпочитает исключительно женские руки. Как-то Клэр хотела взять его на руки, что взамен получила пару царапин от рыжего паршивца. Тогда Крис ее высмеял, что этот кот просто так не дастся чтобы подержать, нужно завоевать доверие. После этого девушка ограничилась тем что, кот даёт себя погладить и почесать за ушком.       Была ли зла Клэр на Леона после отказа отдавать чип? Нет. Скорее это было лишь то, что его слова снова вернули её в ту реальность, с которой пытается бороться. А была призрачная надежда.       Было отрицание и непонимание.       Это ж была потенциальная возможность наконец-то связать руки для любой фармакологической корпораций, для больных психов с высоким чувством собственного величия. Возможность, которая дала бы другим правительствам усилить безопасность, урезонить всевозможные угрозы. Возможность, которая могла дать ответы тем, кто потерял близких и знакомых в страшных инцидентах за последние года.       Был гнев и торг.       Как он мог так? Тогда для чего он все это делал? Разве он не хотел остановить это? Останавливать биологическое зло путем минимальный смертей? Клэр старалась оставаться реалистом, но кто ведёт счётчик смертей за последние годы или даже десятилетия? Когда-то был уничтожен целый город.       Было осознание и понимание.       Слишком много усилий было приложено, останавливая каждую угрозу для общества, даже когда и были потери среди населения в прошлом и в настоящем. Что случится, когда каждый будет жить страхом того, что будешь рисковать, просто выйдя из дому. Как бы они начали сами себя убивать, лишь бы не стать гниющей плотью.       Была депрессия и принятие.       Иногда чувствовалось полное бессилие перед смеющейся смертью, даже когда было в руках оружие, что могло дать сильный контрудар. Но что могло бы быть потом? Смерть бы отступила бы на шаг, но вернулась бы с двумя. Тогда что делать? Сдерживать натиск покуда есть силы? Жизнь борцов и спасателей как бы не долговечна. И может это правильно, но только для себя. Уйдут другие, будут другие нести это бремя. Клэр делает все что может, на многие вещи что не под ее контролем не может повлиять. Но изменить что-то может. Не для этого она стала на путь борьбы с последствиями биотерроризма?       Была ли зла Клэр на Леона? Да, но недолго.       Был ли её гнев оправданным? Да, для неё.       Изменилось ли отношение к Леону? Нет, никогда.       Принять вызов, в который раз он ей сейчас названивает? Нет, не сейчас.       Вибрация телефона нещадно путешествовала в кармане куртки, а она игнорировала. По-любому сейчас он думает, что она обиделась. Но зная Леона, Клэр почему-то так и решила, что это могли быть его такие предложения. Разговор то был не самый приятный. В таком случае, Клэр должна была названивать ему. Объяснить ее намерения, но вспоминая его выражение лица - все прекрасно понимал. Сказать, что они очень сильно друг друга задели своими словами, но каждый пытается уберечь мир по-своему.       Столько разногласий не должны рушить их отношения. Но теперь эгоистом чувствует себя Клэр, которая могла бы давно взять телефон в руки.       Неужели это сейчас сожаление? Нет, совершенно нет. Недопонимание, что потом произвело к сложным размышлениям, которые растянулись больше, чем день. Может нужно было время? Хоть все это было похоже на отступление, Клэр даже в собственную квартиру не поехала. Очень хотелось быть там, где никто не потревожит. Почему-то выбор пал на родительский дом. Он давно пустует, хоть и сохранился тот уют, что и много лет назад. Двор с небольшим садом, как и всегда ухоженный, благо хозяйка рыжего кота, что содержит цветочный магазин, с удовольствием заботится о саде Редфилдов. Поэтому тут часто ошивается этот кот.       В детстве Клэр очень хотела завести домашнее животное. Родители были в разъездах, а Крис был занят учёбой и спортом, хоть он иногда проводил время с ней. Но это не могло заполнить какую-то детскую пустоту. После смерти родителей, мысли о питомце исчезли.       Рыжий кот сидел перед Клэр, тщательно вылизывая лапу, видимо обед ему понравился, раз все съел. Медленно подойдя к ней, он слегка принюхивался к ее поврежденной руке, а потом ткнулся мордочкой в ладонь. Слегка мокрая шерсть заскользила по коже. На фоне стекает дождевая вода по трубах, а цветы гнутся от больших каплей дождя. В этом Клэр находила что-то успокаивающее.       Неожиданно кот дёрнулся и подбежал на край крыльца, где навес крыши укрывал от холодного дождя. Хвост нервно двигался с стороны в сторону и что-то он высматривал вдаль. После скрипа калитки, животное больше насторожились, будто готов убегать либо нападать.       Клэр выглянула вперёд, наблюдая как к ней идёт Леон. Вода стекает по кожаной куртки вниз, а волосы стали влажными. В его взгляде Клэр видит такие же смятения, что терзали и её. Или она так хотела видеть. Рыжий кот недовольно прошипел на гостя, но ушел с его пути, уходя на безопасное расстояние от мужчины. Но животное не бросит Клэр одну, а мягко устроится возле ее ноги, периодически мурлыча.       Они смотрели друг на друга, пока Клэр не кивнула головой в сторону, призывая его присесть рядом. Деревянные половицы слегка прогнулись под Клэр, и со стороны ощутила прикосновение его холодной куртки и запах кофе.       — От вас невозможно скрыться, агент Кеннеди, - первой начала Клэр. — Мне стоит задуматься о смене номера телефона?       — Думаю, это никак не изменит положение, мисс Редфилд. - слабо улыбнулся Леон.       Первые шутливые подмечания и никакого напряжения между ними. Каждый понимал свою причину разногласий. Каждый понимал, что озвучивать сейчас свои сожаления о сказанном глупо. Каждый понимал, что говорить слова о прощении ещё глупее. Никто из них не поступится своими принципами. Слишком они упёртые: у одной это в крови, у другого в характере. Но они очень хотели сгладить пошатнувшуюся дружбу. А была ли эта дружба? Обычно друзья могут созваниваться, путешествовать вместе, подначивать друг друга, поспорить кто быстрее выпьет бутылку виски. Пусть и такие вещи могут происходить не так часто, пару раз в месяц, два, и больше.       Но что уже тут говорить, когда их дружба — это всего лишь случайные встречи, редкие переписки в пару лет. Да, они переживают за друг друга, когда сталкиваются с опасностью, но они всегда уверены что, каждый может справиться и выжить. Слишком много времени утекло, и они пытаются своими всевозможными силами заглушить необъятную пропасть внутри. Сами того понимая, что это лишь временное лекарство, который может вскоре утратить свой эффект.       Алкоголь. Быть одному. Работа.       Сигареты. Ночные заезды. Работа.       И как же хорошо, что никто не умеет читать мысли. Но как же больно жить со своими мыслями каждый день, которые никогда не будут сказаны. Молчание между ними нарушали лишь звуки дождя, мурчание кота и где-то музыка из соседского радио. Где взять те слова, которые застряли в голове и никак не могут выбраться оттуда?       — Клэр...       — Леон...       Они посмотрели друг на друга. Скрыть улыбок не получалось, а подобраны тщательно слова, улетучились вместе с коротким смехом.       — Смею предположить, мы оба хотим что-то сказать, - сказала Клэр.       — Смею подтвердить, что это так, - согласился Леон. — Клэр, я бы хотел…       — Не нужно, Леон, - прервала его Клэр. — Я прям вижу, как ты хочешь очень сильно извинится, поверь, я тоже. Но, видимо не я одна размышляла о чипе. Просто… - Девушка тяжело выдохнула, уводя взгляд в сторону, продолжить уже она не могла.       — Мысли идут намного дальше, чем про сам чип?       — Да. Думаю, ты понимаешь о чём я.       Маленькая заминка. Леон не смел прерывать Клэр. Он видел, как она периодично поглядывала на кота, а губы сжимались каждый раз, когда случайно шевельнёт больной рукой. Она верно сказала: извинения тут не нужны. Но ведь не за чип. Тут что-то большее. Дружба что построена годами, всё так же хрупка и кто знает, какая трещина может стать последней.       Леон знал, что Клэр может не принять телефонный вызов, но надеялся, что ответит. Леон переживал, что Клэр не была сегодня на работе. Пусть была повреждена рука, но правая рука все еще может заполнять документы, а Клэр хотела в работе утопить свои негативные эмоции. В офисе сказали, что она попросила отгул по своим делам. Леон нервничал, когда узнал, что ее не было дома. Он думал, что она из-за упрямства не хочет открывать двери, но узнав от Ханниган что, Клэр вообще не заезжала в свой район. Здравый смысл говорил, что Клэр хочет побыть одна какое-то время, но скребущее чувство навязывало самые нелогичные мысли.       — И всё же. Я принимаю твое решение, хоть и мне тяжело это признать. И я очень хочу отлупить тебя за отказ отдавать чип, но учитывая мою руку… хотя… нет, могу. Ногами.       — Пощадите, мисс Редфилд, вы не одна такая. - что не утратила Клэр, так это чувство юмора, которая всегда вызывает у Леона улыбку.       — У тебя там что ли очередь, агент Кеннеди? Разгоню.       Иногда им этого не хватало, простых и даже глупых шуток. Не хватало того времени, чтобы просто быть рядом и слушать друг друга. Они что-то утратили, что восполнить будет очень трудно. Они посмотрели друг на друга.       — Мне не хватает тебя, Клэр.       — И мне тебя тоже, Леон. – мягко ответила она. — И знаешь что? Мне очень хочется снять эти чертовы повязки, взять пачку чипсов и посмотреть какое-нибудь тупое ток-шоу. У тебя есть время, раз ты здесь?        — Прости, - покачал головой он. — Я и так воспользовался своим рабочим положением пока искал тебя и отсрочил себе пару часов. Но, думаю можно кое-что сделать.       Леон что-то достал из кармана куртки, Клэр не успела разглядеть. Он мягко взял за ее правую ладонь и вложил туда предмет. Чистое непонимание было на лице девушки.        — Я… я понимаю, что это ключ, и скорее всего от квартиры. Но что это?       — Личный пропуск без очереди, если хочешь нести воинственное возмездие за чип или же потратить время за просмотром тупого ток-шоу.       Ключ с брелком, где был написан адрес, холодил кожу ладони. Клэр точно понимала, что тут может быть заложен ещё другой контекст в его словах.       — Да ладно, просто скажите прямо агент Кеннеди, что это для моей безопасности, раз я теперь знаю о существовании чипа, то мне соответствует должная охрана.       — В этом что-то есть правдивое, но тогда мне будет нужен и твой ключ. Но на самом деле, я чувствую, что могу потерять нас и … ты много что значишь, Клэр.       Эти слова дали задуматься девушке. Это всё как-то неожиданно, откровенно и непонятно. Но вместе с тем Леон всегда открыт перед ней, но сегодня больше, чем когда-либо. Она сжала ключ в кулак и спросила.       — Приду, даже если это что-то маловажное? Даже ночью?       — Всегда. В любое время.