Бойцовский клуб

- Если через неделю победишь меня, то я позову тебя на лучшее свидание в твоей жизни. Но если ты проиграешь, то будешь стоять передо мной на коленях, задыхаясь от моего члена во рту. По Джисону пробежал табун мурашек. Дыхание перехватило, а сердце начало галопом скакать по грудной клетке. Минхо отстранился и взглянул в глаза. В них был виден задор и какой-то огонек. С Джисоном игрались. Наверное Ли давно догадался о чувствах парня, поэтому просто потешался над ним. Хан не знал как на это реагировать. Наверное можно порадоваться, что все может быть взаимно, но в тоже время условия явно невыполнимы, ведь Минхо знает, что он хорош. Наверное тот просто потешается над влюбленным парнем. Играет на его нервах. - Ты принимаешь мои условия? - Да Игра началась.

***

На следующий день после учебы Джисон написал своему лучшему другу о том, что хочет потренироваться сегодня вместе. Бан Чан был не против, поэтому в три часа дня они уже стояли на ковре. - Погоди, серьезно? Тебе нужно выиграть двукратного финалиста в большой десятке по борьбе? - Да. – уверенно сказал Джисон. - Ты же понимаешь, что недостаточно хорош. Прости меня, конечно, Джисон, но это правда. - Ну он же не выиграл. - Ты даже отбор не прошел. – не унимался Бан Чан. - Ты не понимаешь, что стоит на кону. – парень запрокинул голову и руками схватился за нее. Это правда звучало дико. Победить того, кто явно лучше тебя и все вокруг об этом знают. В этой ситуации верить в себя практически невозможно, но у Джисона есть отличная мотивация. Минхо всегда делает то, что говорит, поэтому если каким-то чудом Джисону удастся выиграть два матча из трех, то он станет самым счастливым человеком в мире, хотя утешительный приз тоже неплох, если учитывать как сильно парень любил брать в рот этот идеальный член. Боже, даже его орган идеальный. Как можно быть настолько… агх - Ладно, я понимаю – выдохнул Чан. – тогда не будем терять времени. Джисон откровенно сдох после тренировки с Чаном. Тот гонял его, будто готовил на Олимпийские игры, придирался к каждому движению и бросал его из стороны в сторону на ковре. С парня сошло сто ручьев пота. Это было настолько изматывающая тренировка, что после нее мышцы болели еще 3 дня. Джисон сожалеет, что попросил Чана помочь, ведь учитывая синдром отличника у австралийца, можно было предположить, что спуску тот не даст. У Хана осталось 4 дня до боя, поэтому нельзя было больше терять времени.

***

Джисон пришел на свою тренировку, которая стояла по расписанию у Чон Сока. Он не знал с кем борется сегодня, но тренер обещал, что натаскает парня, чтобы тот не проиграл хотя бы в сухую. Его речи всегда такие ободряющие? До тренировки оставалось еще 20 минут, потому что Джисон любил приходить пораньше, чтобы понаблюдать за остальными на ковре. Странная привычка, но парень правда полюбил борьбу в 17 лет, когда Чан привел его первый раз в свой клуб. Это казалось единственным спасением для щуплого парня, которого обижали в школе. - Эй, красные трусишки, ссышь перед матчем? – Хан обернулся на фразу, брошенную ему. Это был Мингю – один из друзей Минхо. Конечно, весь клуб был в курсе этого события, ведь показательные бои всегда вызывали интерес. Многие делали ставки, и парень почему-то уверен, что на него вообще никто не поставил, но Джисон верит в свою удачу, хоть и сомнительно верится, но это единственное его спасение, чтобы избежать позора и обрести великолепный приз. - Нет, Мингю, я вполне уверен в себе. - Ууууу – борец и несколько сзади стоящих парней заулюлюкали и начали гоготать. Видимо не ожидали такой уверенности от парня. Джисон даже глазом не повел – привык. Но жижа предательски забурлила внутри. Не от смущения, а от сожаления. - Тогда покажешь свои умения в четверг. Я кстати решил пригласить еще парней из одного клуба. Может слышал об академии Jackson-Winkeljohn? Бум Вулкан с жижой взорвался и растекся по всем органам, обвалакивая их и в особенности ограничивая работу легких. Горло саднило и слезы обиды подступали. Джисон очень хотел попасть в этот клуб, ведь там воспитывались многие его любимые борцы. Его взяли, но затем он получил вывих руки и его место отдали другому молодому борцу. Это было два года назад, но эта рана в душе все еще не затянулась, а Мингю только ковыряет ее сейчас ногтем, сдирая корочку. - Класс – Джисон просто сбежал из раздевалки под противные смешки широкоплечих парней. Было грустно и обидно, но парень не мог позволить себе заплакать. Точно не сейчас.

***

Вот он: День Х настал. Джисон пришел за час до начала, ведь просто не мог находится дома. Людей пришло и правда много. В этой толпе он разглядел парней в фирменной одежде академии, поэтому тут же ушел в раздевалку, чтобы лишний раз себя не расстраивать. Это все еще было слишком трудно принять. Дома после тренировки Джисон устроил себе вечер самоугнетания и самобичевания, выплакал свои глаза, чтобы на утро быть похожим на пчеловода, который вышел на работу без защитного костюма. Хан все не может справится с этой неудачей, которая произошла в его жизни. - Как ты? Нервничаешь? – Чан приехал вместе с ним пораньше и понимал волнение друга. - Нет, все в порядке. - Джисон прилагал максимальные усилия, чтобы голос не дрогнул. Чан лишь усмехнулся. И дураку понятно, что это откровенная ложь. - Тренер опять на меня орал на прошлой тренировке. У меня нет и шанса на победу. – сдался Джисон после нескольких минут тишины. - Хей, Джи, ну ты чего! Не слушай Чон Сока. Он уже не тот, каким был раньше. В наших кругах уже обсуждают его отставку, поэтому думаю он недолго будет еще кошмарить наш клуб. Чан был в составе молодых тренеров, которым пока что доверили малышей. Чан на два года старше Джисона и является одногодкой Минхо. В карьере есть два пути: либо ты уходишь из спорта и идешь в тренерство, как это сделал Чан, либо продолжаешь участвовать в соревнованиях и продвигать себя в большом спорте, как Минхо. Джисону ближе второй вариант, ведь он никак не видит себя в объяснении материала молодым умам, а австралиец души не чает в своих учениках. Он прививает им любовь к спорту и к борьбе в частности, как это сделал однажды с Джисоном. Наставничество это его призвание. - Спасибо, Чан. – Хан повернулся и слабо улыбнулся. Он рад иметь такого друга. Бан обхватил его плечо и подтолкнул. - Думаю пора идти разминаться.

***

- Встречайте: первый боец показательного боя в весовой категории 65 килограмм – Хан Джисон. За свою короткую карьеру южнокорейскому спортсмену удалось выиграть панамериканский чемпионат. И на этом пожалуй все. – зал залился смехом. Комментировал бой Чон Сок, поэтому Джисон не удивлен такому представлению. Его сейчас больше интересовал человек напротив, который продолжал удерживать непрерывный зрительный контакт. Напряжение искрами исходило от них, хотя стояли на расстоянии около 5-6 метров друг от друга. - Второй борец это двукратный финалист чемпионата большой десятки по борьбе в весовой категории 61 и 65 килограмм. Участник Чемпионата Мира по борьбе и просто прекрасный человек – Ли Минхо. Зал залился криками и бурными аплодисментами. Все восхищались им, и как бы Джисону не было обидно, но этот парень правда заслуживает эти восхищения. Минхо разорвал зрительный контакт и поприветствовал зал. Где-то запищали девочки от восторга. Джисон лишь фыркнул на это. Ему ни капли не завидно, и он совсем не ревнует. - Надеюсь ты помнишь о нашем маленьком споре, да? – Минхо шептал это прямо в лицо, пока они оба стояли наготове и ждали начала схватки. Из-за капы было сложнее разобрать слова, но Хан все понял. - Конечно. Они стояли, утыкаясь лбами друг в друга. Напряжение можно было ухватить руками, а вернее оттянуть эту металлическую струну, чтобы она громким звуком раздалась на весь зал. - Я видел как ты готовился… - И как тебе? - Сегодня я порву твои трусишки на части.

Свисток и бой начался.

К большому сожалению Джисона в начале боя, он потерял концентрацию, в том числе из-за этого диалога в начале. Они не виделись целую неделю, даже не общались, а об удовлетворении друг друга и речи ни шло. Джисон можно сказать даже избегал парня, чтобы не расслабляться перед важным боем. - Ли спокойно проходит в одну ногу, хотя прошло всего 35 секунд от боя. – комментирует тренер. Минхо выхватил его ногу, попытавшись повалить и сумел это сделать, прижав того лицом к ковру и лег сверху. Джисон привык быть снизу, но этот расклад его не устраивал, он скидывает парня с себя и возвращается в исходную позицию. Сбоку от комментатора сидит Чан, который очень нервничает и подсчитывает баллы. Спустя минуту Минхо снова пошел в атаку. - Проход в одну ногу и развитие атаки на нулевом этаже. Очередной прием и Джисон уже в захвате мощных и красивых ног Ли. Его руки зафиксированы. Парень все еще пытается выбраться, как недавно делал с Чаном, но железная хватка не дает это сделать. Он полностью под контролем старшего. Как на ковре, так и в жизни… Первый раунд остался за Ли Минхо. Это была быстрая победа, но впереди еще два шанса отыграться. Джисон очень тяжело дышал, ведь упорно пытался подобраться к Минхо, но он быстро предугадывал движения и даже не давал и шанса к нему подойти. От него не скрывается и малейший подступ ногой или обманчивое движение рукой. Ли и правда профессионал своего дела. - Давай, Джисон, нужно собраться. Его можно победить. – проносилось в голове у Хана. В свободные от тренировок дни он смотрел матчи Минхо и анализировал его атаки. Ему никогда не предоставляли возможности с ним драться, но он изучил его основные приемы, поэтому сейчас надо перестать позволять эмоциям управлять и включить холодный расчет. - Но как черт возьми можно включать холодный расчет, если эти каменные бедра буквально захватывали контроль над твоим телом. Им хотелось повиноваться и просто позволить сжать твою кость так, чтобы она хрустнула. А это движение грудной клетки, когда он лежит сверху, полностью тебя обездвижив. Когда его дыхание касается шеи и плеча. Как тогда в душевой... Когда даже во время боя витает этот легкий апельсиновый аромат, которым пропитаны все вещи старшего. Наверное даже его пот уже пахнет апельсином. Хотя вероятнее всего Джисон просто сходит с ума. Его голова не может быть холодной, пока он понимает с кем дерется. Но у Джисона получается абстрагироваться! - Всего спустя 15 секунд Хан пулей проходит в ноги. Джисон использовал быструю атаку против Ли, чтобы сбить того с толку и вроде у него это получается. они вертятся на полу, пытаясь завладеть контролем и обездвижить друг друга. Их тела соединяются. Джисон все еще удерживает ноги, блокируя их. - Ли пытается перекинуть Хана через себя, но тот удерживает баланс ногами. Я бы назвал это чудом, что Хану удается удерживать преимущество целых две минуты. Чан пищит от счастья, когда видит, как боец в синем костюме расслабляется под давлением красного. Джисон с упорством самурая дожимает старшего и на мгновение замирает, смотра на обездвиженное тело под ним. Какое-то электричество проходит между ними, и Джисон просто тает, но ни за что не расслабляется. Отходя к своему месту, Джисон все еще видит эту ухмылку у человека напротив. Тот явно впечатлен или не ожидал того, что третий раунд будет решающим. Здесь как раз таки и решится судьба Джисона. Окажется ли он безнадежным бойцом, который занимает чье-то место в клубе или он все-таки чего-то стоит? Зрительский зал не замолкал ни на секунду. Все активно перешептывались, а во время боя задерживали дыхание. Всем казалось, что это будет быстрый бой, не имеющий чего-то впечатляющего, но были неправы. Ставок на Джисона стало больше, чем одна (Хан убеждал Чана, что не имеет смысла ставить на него). Зал трепетал в ожидании третьего раунда и Джисон тоже. Минхо в курсе, что Хан не так прост, как кажется и что он узнал его слабое место, поэтому сейчас Ли максимально опасен, ведь неизвестно какую тактику выберет этот смертоносный стратег. Таким он был во время боя: безжалостным, расчетливым и холодным. Он не излучал огня. От него исходил холодный, леденящий поджилки ужас. Он умел задушить не только своими бедрами, но и взглядом. Это убивает Джисона и делает мягким, как пластилин. Ведь его огонь тушится от льда противника. - Первые десять секунд и Ли снова идет на правую ногу, но Хан блокирует атаку. Напряжение растет, ведь оба не планируют сегодня проигрывать. Они стоят друг напротив друга, реагируя на каждое движение. Атака за атакой отклоняются. Оба напряжены тем, что прошло уже полторы минуты. Глаза в глаза. Глаза Джисона горят адским пламенем, сжигая все на своем пути, когда как Минхо острыми ледяными иглами бьет в конкретную цель. - Хан снова проходит через ноги соперника. Минхо упал, но продолжает отражать атаку. Джисон схватился за ноги как за последний кусок хлеба в голодные времена. Минхо брыкался и перекидывал его, но Джисон держал. Неужели он вот вот выиграет? - Хан переходит в наступления, блокируя корпус и… ОН ПРИЖАТ. Хан оказался полностью заблокирован. Минхо резко меняет их позиции и оказывается сверху, глядя прямо в глаза парня под ним. Джисон в железной хватке бедер Ли, а его руки невероятно пошло прижаты кверху. Дышать трудно, ведь на его грудную клетку тоже происходит давление или это из-за того, что он так близко, дышит прямо в лицо. А его взгляд падает на губы. О боже нет! Джисон лежит с закинутыми кверху руками в сантиметре от лица Минхо. Одно из колен непозволительно близко к паховой зоне и Хан еле сдерживает себя, чтобы не застонать в этот момент. От того, что он проиграл или от того, как горяч парень над ним. Джисон проиграл… Он так хорошо шел в последнем спарринге, но упустил контроль в последний момент и был так нагло прижат к полу. Ли Минхо победил, а это означало только одно…

***

- Быстрее передвигай ногами, Джисон. Я что передавил тебе сухожилия или почему ты так плетешься? Напряжение в штанах уже невероятно сильное. Минхо тянет Джисона в комнату, которую заранее подготовил для их глупого спора. Как только дверь запирается на два оборота, старший притягивает Джисона к своим губам, буквально впиваясь в его мокрый от слюны и пота рот. Они целуются жадно, быстро, страстно. Минхо вылизывает гланды своему сопернику, а Джисон больше не может удержать себя на ногах. Старший выбивает из него весь кислород, как делал это раньше своими невероятно сочными бедрами. Джисон не выдерживает, разрывает поцелуй и падает на колени, быстро снимая трусы старшего. Минхо не долго думая берет голову Хана и притягивает ее к своему паху. - Вот так, детка, поработай ротиком. Это у тебя получается лучше, чем бороться. И Джисон мычит, создавая вибрацию, от которой у старшего срывается стон. От этого действия Ли начал быстро вбиваться в рот младшего, упираясь в самое горло. А Джисон задыхается, не от рвотного рефлекса, а от того, что за поражение его рот сейчас трахает самый красивый член в его жизни, а его руки лапают самые сочные бедра в его клубе. Минхо опустил глаза и зашипел от того, что эти пухлые щеки становятся еще больше от его члена, а круглые шоколадные глаза то и дело успевали смотреть снизу вверх. Его взгляд был провинившимся от того, что он проиграл, но в то же проглядывался какой-то животный инстинкт в этом блеске, тот самый огонь, но теперь такой повинующийся и контролируемый. Член пару раз выскользал изо рта, так как младший начинал терять сознание и не успевал за темпом, но Ли это не останавливало и он продолжал запихивать его обратно. - Не останавливайся! – приказал Ли. Джисон продолжал пускать вибрации ртом, пока его руки сжимали плотные и мокрые бедра. Минхо рычал и трахал его грязный рот. Орган упирался в щеки, стенку горла, проникал еще дальше. Хаотичные движения только усугубляли ситуацию Джисона в спортивных трусах. Он было потянулся, чтобы облегчить это напряжение. - Не трогай! – рявкнул Ли. Он вынул свой орган изо рта и грубо перевернул младшего на живот. Тот в свою очередь встал в коленно-локтевую. Как это все было грязно. Минхо порвал его красный комбинезон, как и обещал в начале боя, а Джисон сладко простонал от того, что прохладный воздух начал поступать в нижнюю часть тела. - Плохой мальчик. Проиграл мне, так еще и сосешь плохо. Джисон только хныкал в ответ, сжимаясь от его слов и от того, что Минхо грязно плюнул между его ягодиц, шлепнул сразу по обеим, что вызвало громкий звук. Джисон крикнул. - Прошу, дотронься до меня. – жалобно просил Хан - А ты разве заслужил? Минхо пару раз прошелся языком по входу, слизывая свою слюну. Он начал трахать его языком, из-за чего Джисон дрожал всем телом. Но крепкие руки Ли не давали ему отстраниться от его стимуляции. Минхо снова звонко ударил его по ягодицам. - Плохой мальчик. Джисон стонал и извивался под его лаской, хотя это больше похоже на четвертый раунд борьбы. Минхо вводил свой острый язык в напряженное колечко мыщц, затем он добавил палец к языку, что вызвало новую волну возбуждения. Палец начал сгибаться, задевая чувствительный комок нервов. Джисон тяжело дышал, стараясь сильно не шуметь, чтобы снова не быть отшлепанным, ведь за каждый звук удар прилетал по его ягодицам. У Джисона бы получилось, если бы Минхо не переключился с его отверстия на член. Он жадно вбирал его, втягивая щеки и создавая вакуум. Пальцев же теперь стало два и они продолжали растягивать дырочку, не забывая касаться чувствительного места. Джисон рассыпался на молекулы. Он стонал во все горло, забив на большое количество людей за дверью. Хотелось большего, но просить было страшно. Страшнее было кончить, не дав Ли овладеть им полностью, поэтому он вжимался сильнее и скулил. - Я… я уже… ммм… не могу. Я сейчас… а… кончу. Минхо вынул пальцы и перестал сосать член. - Только попробуй! - ледяной кинжал прорезал воздух. Минхо снова начал облизывать его как мороженное. Джисон таял и терпел. Он окончательно распластался по полу малого тренировочного зала. Стоны и шлепки эхом отражались от стен. Джисон получал по заднице уже постоянно, так как не переставал издавать громких звуков. Минхо его снова перевернул на спину. - Ах, какой шумный мальчик. Сейчас ты заплатишь за все. В него вошли резко и без предупреждения. Беззвучный крик остался на кончике языка. Затем его рот накрыл другой жадный и похотливый рот. Минхо хоть и был резким и агрессивным, но не двигался, чтобы Джисон привык к нему. Он снова жадно вылизывал ротовую полость, вступая в спарринг с другим языком. Джисон простонал, когда почувствовал, что Ли начал двигаться. Сначала он плавно входил, но делал это до конца, вызывая звонкие звуки шлепков тел. Джисон посасывал шею, оставляя там следы. Все должны в клубе знать, что Минхо кому-то принадлежит. Он бы засосами написал свое имя на шее, но парень над ним начал рычать из-за сильных ласк и отстранился, закинул ногу Джисона на плечо и начал вбиваться уже сильно, каждым толчком задевая чувствительное место. - Я же сказал быть тихим и послушным! – прорычал Минхо. А Джисон даже не слышал что тот говорит, преследуя свой оргазм. Ему было так хорошо, что он забылся и начал трогать себя. За что был наказан еще более быстрыми толчками. Джисон осмелел и взглянул в звериные, полные похоти и власти глаза. Он доверял им. Он лежал под Минхо и доверял каждому его действию. Ли знает как ему нравится и с каждым разом все быстрее доводит его до ручки. Этот раунд тоже закончился через 8 минут, когда Джисон с именем Минхо кончил себе на живот. Это разозлило Минхо, поэтому он перевернул его на живот и продолжал входить, преследуя уже свой оргазм. - Мы еще не закончили. Я не разрешал тебе заканчивать. Джисон был очень чувствительный, отчего сжимал член Ли. А тот рычал, целуя или кусая его в спину. Младший в бреду сильной стимуляции вообще ничего не соображал. Оба были мокрые и разгоряченные, поэтому в порыве страсти не чувствовалось ничего, кроме истинного удовольствия. Спустя еще пару толчков, Джисон снова излился на пол, громко крикнув, а Ли вышел из него и кончил Джисону на спину, обозначая свою победу. Джисон тяжело дышал, уперевшись лбом в резиновое покрытие. Старший встал и ногой окончательно придавил его к полу. Джисон видел как он уходит куда-то. «Он опять ушел. Обычно хотя бы помогает прийти в порядок, а сейчас просто отымели как последнюю шлюху и кинули. А чего он ожидал от такого человека?!» – эти мысли с бешенной скоростью проносились в голове. Горло начало саднить от обиды и боли. Только сейчас младший огляделся и понял, что находятся в том самом зале, куда он пришел на первое свое занятие и встретил Минхо. По совету Чана, Джисон записался на первое занятие по борьбе. Он уже был достаточно взрослым, чтобы заниматься этим видом спорта, но он шел туда не рекорды ставить, а просто научиться обороняться. Австралиец обещал его встретить и провести экскурсию или просто посмотреть за его первой тренировкой. Но зайдя в клуб, Джисона никто не встретил. Он написал Чану сообщение десять минут назад, но ответа так и не было. Хан уже думал развернуться и уйти, как вдруг сзади его кто-то толкает в плечо. - Эй, бедолага, чего стоишь на проходе. Либо проходи, либо вали отсюда. - Я… я уже, думаю, ухожу… да, я. – Джисона парализовал страх. Язык отказывался сотрудничать с мозгом и выдавал ошибку в работе. Хан не осмеливался поднять глаза на парня, чей голос хоть и не звучал страшно или грубо, скорее со смешком, но от этого не было легче. Страшно было от того, что его сейчас просто скрутят в рогалик и выкатят отсюда, потому что зачем он приперся вообще в такое место. - Парень, ты чего. Можешь посмотреть на меня, я не кусаюсь. Я Ли Минхо. - Минхо взял его за подбородок и поднял поникшую голову. Джисон наконец-таки взглянул на собеседника и выпал от того какие кошачьи глаза смотрели на него. Мягкие черты лица совершенно не сочетались со словами, которые он говорил. Пахло морем и апельсиновым соком, который так любил пить Джисон, когда бывал на пляже с родителями. – А ты… Джисон проморгался, когда понял, что уже неприлично долго пялится на парня, который держит его за подбородок. И менять ничего не хотелось, но это как минимум странно, что они вообще стоят в таком положение. Хан прочистил горло и отстранился от руки Минхо. - Я Хан Джисон, сэр. – он поклонился достаточно низко, чтобы не было видно горящих щек. Где-то прозвенели колокольчики или это весенняя капель? Ах нет же, просто парень перед ним залился чистейшим звонким смехом. - Я не намного старше тебя, Хан Джисон. Пойдем, провожу до раздевалки. Джисону казалось, что он вот вот на пути к тому, чтобы обрести друга или хотя бы хорошего знакомого, но войдя в раздевалку вместе с Минхо, тот представил его своим друзьям, как чудика и попросил быть поосторожнее со словами, ведь тот еще и краснеет от любой фразы. Это был худший первый день в жизни Джисона, ведь спустя некоторое время забежал Чан и начал перед ним извиняться, обнимать и дергать за его пухлые щеки, прям перед всеми парнями в раздевалке. С этих пор все прикалывались над Джисоном, под руководством Ли Минхо – самого красивого и самого контрастного парня на этой планете. У него слишком много противоречий в его поступках и Джисон медленно сходил с ума. Это утомительно. Хотелось уже окончательно чокнуться, но он балансировал на краю. Минхо пришел спустя пару минут, держа в руках полотенце. Джисон так и лежал на полу, не имея сил, чтобы подняться. Ли заботливо вытер его поясницу, затем перевернув проигравшего на спину, вытер и его торс. - Спасибо - За что ты говоришь спасибо, Джисони? – теперь его голос был теплым и мягким. От животного поведения не осталось и следа. Дыхание перехватило от такого обращения, а еще больше от того, что он вернулся и кажется пока не собирается уходить. Минхо лег рядом, и они смотрели друг на друга, находясь в паре сантиметров. - За бой и за секс. Это был хороший утешительный приз за проигрыш. - Ты мне нравишься. Глаза Джисона стали огромными. Такие громкие слова. Это снова кажется шуткой или приколом. Ему казалось, что Ли просто использует его, чтобы поиздеваться или выплеснуть пар после тренировок, но чувства… Он так хотел это услышать после каждого их секса, что сейчас не может в это поверить. - Правда?! Старший засмеялся и отвернулся от него. - Ты такой милый – продолжал смеяться Ли и положил руку на его щеку. Неужели это очередной прикол… - Сам-то как думаешь? – Минхо продолжал смотреть на него и поглаживать щеку. По ней начали стекать слезы и Джисона прорвало. - Я… я не знаю. Мы просто трахаемся, и ты каждый раз уходишь не проронив и слова. А я стою и думаю о том, как мне задушить мои чувства, которые каждый раз разрывают меня. Я спать не могу из-за тебя. Я плачу по ночам, а потом душу людей на тренировках от того, что не могу тебе об этом сказать, ведь я для тебя просто объект для насмешек. Откуда я знаю шутишь ли ты сейчас или нет. Может ты просто как обычно прикалываешься. Я… Минхо затыкает его поцелуем. Глаза Джисона снова стали большими. Минхо решил не доказывать, а показывать, что Хан не прав. Они лежали и целовались несколько минут. Джисон просто растаял в этих прикосновениях, ведь просто так, не в порыве страсти они еще не целовались. Они делали это медленно, неторопливо, как будто у них была целая вечность, чтобы делать это. Минхо нехотя разорвал поцелуй, прижимаясь лбом к парню, который вызывает у него табун мурашек от одного только взгляда. Он шепчет ему в губы. - Ты правда нравишься мне. Я не привык выражать свои чувства словами через рот, поэтому я надеялся, что ты поймешь это по моим действиям. Ты у меня такой глупенький спортсмен… - Ли посмотрел ему в глаза и гладил по голове. Джисон от переизбытка чувств заплакал и прижался к груди человека, которого любит уже давно. И который вызывает в нем очень много чувств. - Я т-так рад это с-слышать. – осипшим голосом шепчет Джисон. Минхо лишь поглаживал его по голове и утешал. - Сейчас все будет хорошо. Я рад, что мы разобрались, и что ты теперь принадлежишь мне и только мне. Джисон не знает сколько времени прошло, прежде чем они встали с пола и начали собираться. У Минхо в руках была смазка и пачка презервативов, которую он поднял и собирался убрать в свою спортивную сумку. - Погоди, мы делали это со смазкой и презиком? – с чистым удивлением произнес Джисон. - Ну конечно, милый. А как иначе? Тебе было бы больно, если бы я не подготовился. - Но когда ты успел?! Я даже не заметил… - О чем я тебе и говорю. Я сделал это, пока вылизывал тебя, мороженка. Затем я снял резину перед тем, как кончить. Ты не следишь за всеми действиями соперника. Как в сексе, так и в борьбе. Чтобы побеждать, надо улавливать каждое действие, выхватывать даже незначительные движения. Тебе может казаться, что ты удерживаешь противника в крепком захвате, но уже предвкушая победу не замечаешь, как он высовывает ногу и меняет позицию в свою сторону. Борьба — это прежде всего о внимательности, Джисони. Хан раза три покраснел от того, что его отчитали за невнимательность как в сексе, так и в борьбе, ну и еще мороженкой назвали. Хоть что-то приятное. - Откуда ты это знаешь? Тебе тренер сказал или… - Нет, я сам к этому пришел. С опытом понимаешь, что внимательность – это твое главное оружие. - Я бы хотел сменить тренера. Не хочешь им стать?! У тебя много опыта, да и заниматься с тобой приятнее, чем с Ли Чон Соком – ухмыльнулся Джисон и подошел ближе, чтобы обвить свои руки вокруг шеи своего парня. - Тоже мне сравнил старого пердуна с молодым жеребцом. Тогда боюсь каждая наша тренировка будет заканчиваться нашим спаррингом в душе. - Я не против объездить этого жеребца – улыбка не сползала с его лица. - Нет нет, я никудышный тренер. Это к Чану. - Я уже тренировался с ним и это похоже на битву гладиаторов. Мне казалолсь, что это мой последний бой. Колокольчики снова зазвенели, ведь Минхо искренне посмеялся. - Знаешь, перед тем как мы убежали сюда. - Ты меня утащил! - Это не имеет значение. После матча ко мне подошел президент Академии Jackson-Winkeljohn и попросил нас с тобой связаться с ним. У меня такое чувство, будто он очень впечатлился нашим боем. Джисон перестал дышать. Буквально. Он будто разучился это делать. Хан повернулся и своим большими глазами-бусинами уставился на парня. - Пожалуйста, не говори мне, что ты шутишь. Ты не представляешь, сколько для меня значит этот клуб. Я… - Конечно же я не шучу. Это слишком жестоко, даже для меня. Я сам его пригласил на наш бой, да и устроил его в целом для того, чтобы он посмотрел тебя. Он позвал меня в их клуб в прошлом месяце. Но я не хотел уходить один, ведь здесь загнивает один очень талантливый борец, поэтому я сказал ему, что уйду, если они посмотрят одного кандидата. - Минхо… - слезы снова собрались в уголках глаза. – Я… я не могу поверить. Ты сделал это для меня? - Да, солнце. Я же не слепой и вижу, что этот пердун засирает тебя. И причем только тебя. Я не мог оставить это без внимания. - Прости меня, боже. Я такой идиот, что думал о тебе слишком плохо. Мне так жаль, Минхо. Джисон окончательно разрыдался. Две мокрые дорожки образовались на щеках. - Ну ну, ты такой нежный у меня. Все в порядке. - Это от счастья… Расплываясь в улыбке, Минхо прильнул к губам напротив. Они целовались сквозь слезы Джисона. Целовались, пока ехали в такси до дома Минхо. Целовались, пока просто лежали в обнимку. Эти поцелуи не несли в себе какую-то информацию. Хо целовал его, потому что хотелось. Каждый раз хотелось, когда он видел эти яркие красные трусы в тренировочном зале. Сначала хотелось просто заполучить эту аппетитную задницу, чтобы поразвлечься. По началу Минхо и правда просто игрался с парнем, задирал его и подшучивал, потому что ответная реакция раззадоривала внутреннего чертенка. Но вскоре эти красные трусы заполнили мысли Ли. Он понимал, что голову забил только один человек. Вся информация, связанная с ним начала не просто интересовать Минхо. Это стало отдельным стеллажом в голове Ли, который он изо дня в день старательно заполнял. Приходилось делать это тайно, ведь надо все еще держать лицо перед этими уродами в клубе, но Минхо очень благодарен Чану, который отвечал на любые вопросы, касаемы Джисона и сохранял в тайне эту секретную увлеченность Ли. Наверное поступки Минхо были не совсем логичны в общем и целом, но не хотелось быть говнюком в глазах Джисона, а хотелось как принц спасти его из заточения и увезти на белом коне. Здесь он как раз таки облажался, ведь шел к этой цели, не замечая как делает больно Джисону. - Знаешь, а я ведь правда сначала полюбил твой зад. – Минхо сказал это лежащему рядом Джисону, который практически заснул в его объятиях, но тот быстро среагировал на его слова. - Я влюбился в тебя сразу. Знал бы ты как мне хотелось чего-то большего, чем просто секс. - Знаешь, я точно стал бы плохим тренером, ведь я этого не замечал и думал, что мы хотим одного и того же. - Как же ты был слеп. - Красные трусы ослепили меня и я перестал что-либо замечать. Джисон хихикнул и слегка ударил Минхо в плечо. Он уткнулся в грудь и с улыбкой на лице уснул. Минхо поймал себя на мысли, что не просто хочет его задницу, а хочет его самого. Просто секса уже мало. Ему нужно, чтобы эта задница ходила по его дому, ухаживала за его тремя прекрасными котами и хозяином, готовила завтрак и целовала его каждое утро, день и вечер. В этот раз он не будет мудрить, а сделает все так, как должно было быть с самого начала – по порядку.