Пазл (Puzzle)
23 марта 2024 г., 17:39
— Тихо! — пришлось прикрикнуть, пока дети не обратили на него внимание. Скрип стульев по полу и непрекращающийся шум за дверью класса не помогали. — Расшумелись! Чего устроили то?
С первой парты потянулась рука с телефоном, энергично потрясла прямо перед лицом уставшего от такой неразберихи, с самого утра, мистера Андерсона. Класс продолжил жить своей жизнью, да он и махнул на них рукой, напрягая зрение в очках.
— Вчера Найнсовская пропала! Ну эта..! — девушка защелкала пальцами, пытаясь вспомнить имя. Вся эта ситуация казалась ей очень захватывающей, хоть и страшной. — Камилла? Катерина..?
Она не заметила, как резко побелел их учитель. Отодвинувшись подальше, он нервно зашагал обратно к своему столу, начиная что-то выискивать в своём телефоне. Его тон сделался строгим, таким что девушка поежилась на месте.
— Сплетничать о подобном — неприемлемо. Лучше займитесь чем-то более продуктивным.
И, оставив класс, мистер Андерсен практически выбежал в коридор. За незакрытыми до конца дверьми, все, кажется, сошли с ума только больше. Он сжимал до побеления руки, ему сейчас было не до этого. Ни на одно сообщение ему и, правда, не ответили, ещё со вчерашнего дня, но это ведь не может быть правдой?
Только не ещё раз. Пожалуйста.
До приезда в Бэй-Сити Хэнк мало знал о том, как на самом деле живут маленькие города. Ему это всё казалось чем-то, что скорее доживает, чем живёт. Да и не за насыщенной жизнью он ехал. Ехал без плана, просто сбежал подальше из Детройта. Планировал слиться с местностью, мимикрировать под рассаду и исчезнуть, вытравить из памяти всё, что когда-либо было Им самим.
Но забыть последние тридцать с лишним лет своей жизни не так просто. Забыть службу непросто, отказываться от старых привычек и честно признаваться, что тебя что-то сломало. И чинить. Хоть как нибудь – непросто.
Если бы его мать услышала, что её воинственный, страстно-справедливый, когда-то, сыночек заделался учителем права в местный загон для недоросликов – она бы удавилась собственным фартуком. Ну не переваривают Андерсены всю эту рутину и лощеные пиджаки, такая семейная черта.
Выйдя из кабинета директора и оглядевшись – увидел только не первой свежести побелку. Припомнил что-то про городских меценатов. Директор, желая задобрить, намекнул на нехватку кадров. Налил себе и Хэнку, да и переборщил, разболтав большую часть местных сплетен и нажаловавшись на всех в этой «дыре», которую он так искренне, на самом деле, любит. Школа как школа, в Детройте таких десятки.
Но то ли Хэнк раскис, то ли этот городок и правда имел какое-то своё собственное очарование. Он чувствовал себя правильно. Несуразно, может. Грубоватым для такой работы.
Но Он бы мной гордился.
И остался тут. Провёл годы, прежде чем по настоящему понял, что Бэй-сити такое.
И ответ ему не понравился. До тошноты.
Снова проверив телефон, с новым приступом паники надеялся, что ответ ему всё-таки придёт. Что абонент появится в сети, а вся эта ситуация окажется недоразумением. Что после уроков Найнс, как ни в чем не бывало, появится в его кабинете с новым эссе. Или просто так, снова раскрутит на пару старых «Детективных» баек. Перед тяжелой дверью директора он не задерживался, знал, что его там уже ждут.
~
Тревога прошлась по туго натянутым нервам сразу же, как Гвэн здесь оказалась. Мерзкое напряжение, которое хотелось тут же сбросить. Оно прилипло и тянулось за ней, как тень. Есть в маленьких городках что-то такое. А может дело было конкретно в этом доме. Выгруженные вещи так и остались неразобранными, вместо этого она поспешила вниз – на выход. Мимо пустой гостиной и одной единственной куртки на вешалке. Не своей, но, подумав немного, залезла рукой в чужой карман. Вытащив начатую пачку сигарет, взяла из неё парочку, а вот зажигалку стащила не сомневаясь. Хоть у неё и была своя. В это августовское утро, ещё по-летнему теплое, гулял прохладный ветерок. Сигаретный дымок уплывал в небо и растворялся. Как и мозги Гвэн, по ощущениям. Действительность оставалась безразличной и монотонной к её тревогам, только как-то издевательски напоминала, что покоя ей не видать. Не такого. А тишина… — Да ебись ты конём! — вся эта милейшая обстановка настолько, в моменте, вывела её из себя. Заставила закипать ядом прямо там, на одиноком крыльце. Чужие сигареты обожгли лёгкие, и она выбросила их с зажигалкой подальше. Низвела до трухи, со злостью растирая ботинком по доскам. Запахло дешёвым табаком. И так же быстро остыла. Замерзла, несмотря на плюсовую температуру. С досадой принялась растирать плечи и озираться по сторонам, убеждаясь, что никто этого инцидента не заметил. Злость осталась и покалывала кончики пальцев, как искорки от пожара. Было паршиво. Гвэн зажмурилась посильней и стиснула себя руками. До Боли. И на контрасте с этим холодом – стало легче. Усилившийся ветер стал задувать под куртку, хлестать по горячему лицу. И, недолго думая, Рид укуталась поплотнее. Рванула с крыльца, куда глаза глядят. — Гвэн. Пожалуйста, — глаженный только утром пиджак шёл складками, некрасиво задрался в плечах. Нужно было ехать. Нужно было... Так было бы правильно. Но во всём. В воздухе, в людях, в словах – чувствовался яд. Всё вокруг будто шло рябью и сыпалось, разрушалось. Как будто только она это чувствует? Нужно было что-то делать. Что угодно, но только не это. — Пожалуйста… — голос шёл будто издалека и вздергивал что-то внутри, цеплял за живое. Но не сейчас, просто не сейчас. Одежда душила, в прощальном зале скопился едкий запах духов. Отвратительная, химозная какофония из звуков и ощущений свалилась разом и давила на голову глухой болью. Толкала вон. Просигналившая мимо машина умчалась дальше, когда Гвэн вернулась из своих мыслей. Она не заметила, как перешла дорогу на красный. И не заметила, как кто-то цепляется за нее. Кто-то пониже ростом, с самым воинственным видом на Земле. — ...ете? То, что здесь неплотный трафик, ещё не значит, что можно разгуливать с закрытыми глазами! А если бы вас сбили, отсюда до больницы вообще-то часа полтора! Вы меня слышите? — и это то, как Гвэн её запомнила. С короткими торчащими во все стороны волосами, болью в руке — потому что Конни в нее вцепилась мертвой хваткой. Поделенной напополам со страхом яростью, что не шла такому милому личику. Не сразу доперев, что её вообще-то выдернули из потенциально опасной ситуации, Гвэн по привычке начала огрызаться в ответ. Как собака которая начинает гавкать, если на неё поднимать голос. — Отцепись! — на секунду ей показалось, что Конни выглядела еще более удивившейся, чем она. — Ты кто, нахрен, такая? — Гвэн отступила подальше, оглядев её с ног до головы. Заметила кое-что странное. Она видела, как девушка начинает закипать. Какой у нее был всклоченный вид. Даже на вид дорогая одежда была в грязи, а на штанинах к низу расходились тёмные пятна. Смотрелась как-то несуразно на фоне вычищенных улочек. И прежде чем она взорвалась, Гвэн снова перебила. — Откуда ты вылезла вообще? — обвела рукой пустующую улицу. Редкие машины проезжали мимо, не обращая на них никакого внимания. Удивительная оживленность для выходного дня. Теперь казалось, что Конни откуда-то сбежала. Хотя от кого в таком месте можно бегать? — Ты типа местного злого духа? Спасаешь неудачливых туристов? Девушка замерла, как олень в свете фар. Это даже было забавно, чем Гвэн и поделилась. А когда стресс из-за пережитого дтп все таки начал доходить, стало ещё смешнее. У девушки напротив был настолько потерянный вид.. Так что она хлопнула Конни по плечу, уже собираясь убежать подальше. Конни сама выглядела так, будто ей нужна помощь, а ввязываться в подобное у Рид не было никакого желания. У нее тут было что-то вроде терапевтической прогулки. Все эти сомнительные деревенщины из сомнительных городочков, в которых пропадёшь - хер найдут... — Как ва.. Как тебя зовут? — это был уверенный, убедительный тон. С нотками лёгкой нервозности. Совершенно Конни не подходивший. Рид обернулась. На всякий, мало ли чем чреваты такие резкие изменения? А потом раздраженно дёрнула бровью, почувствовав себя обманутой, потому что ей милейше улыбались. — Гвэн. А че? Конни помялась на месте, умоляюще выпучив свои глазища.. — У тебя машина есть?~
У неё ничего не было. Практически. Стопка бессвязных теорий, слабоподбитые факты и обострившаяся паранойя. Немудрено. Всё это тянется только потому, что есть непреложная истина – убийство было, убийцы не было. Всё это - несчастный случай. Но то ли Гвэн сходит с ума, то ли все вокруг, но ведь та вечеринка, на которую они пошли прежде чем Конни.. Она же была? Они зашли вместе, Гвэн вышла одна. Потом эти фотки. А потом Конни просто исчезла. Появилась из ниоткуда, выплыла прямо на пляж. Уже несколько месяцев ушло на то, чтобы просто узнать, кто там был помимо них двоих. В этом идиотском баре, маленьком и душном. Вершине бунтарской мечты Конни, которой она позволила выесть себе мозги. Она позволила… И так по кругу. Прочёсывать чужие аккаунты в поисках фоток, часто размазанных и фильтровальных. Смотреть, искать, сравнивать с тем, что у Гвэн имеется в инстаграме. А если не находится, то залезать с фейка и долбиться в закрытые аккаунты. Кто ж в здравом уме сейчас с Гвэн-то мутки будет заводить. После всей этой их истории. Нудная, паршивая работа. Но это чувство неудовлетворенности просто не проходит. Изучая всех этих школяров и их посты, в голову взвинчивается мысль - это не имеет смысла. Нужно было делать это раньше, а сейчас и посты подтёрлись, и просто так с вопросами не нападёшь. Но свои закономерности тут всё-таки были. На странице бара – всегда примерно одни и те же лица, местные фейковые “студенты”, на которых охране вообще-то было плевать. Прибыль есть прибыль. Но насколько Гвэн успела понять - дело было не только в дешёвом алкоголе. К великому сожалению, что Детройсткая, что школа в Бей-Сити имела в себе эту прослойку маргиналов, торгующих чем придется. Не от хорошей жизни, разумеется, но на мотивы ей было плевать, потому что из-за кого-то из них пострадала Конни. С этого всё началось, и Гвэн найдет их, сделает что-нибудь, заставит их понять, что они сотворили. И на одной только злости, замешанной с виной – мозг работал без остановки. Так быть просто не должно, ничего из этого не должно было произойти. Лучше бы Конни так и продолжала сидеть в своём замке, билась бы прелестной головой об пол. Но была бы живая. Загоняя себя с каждым днём всё дальше, итог был очевидным отчасти. Но после недавней, случайной встречи с одним из диллеров, по счастливой случайности! После стольких недель тупой тишины! – Всё запуталось только больше. Внутри всей этой системы что-то творилось. Их самих травили. Этот огромный, напрочь отупевший парень ныл не затыкаясь, как ему тяжело. Как уходит прибыль, как уезжают его “друзья”. Как всё рушится, а он даже не окончил школу... Основная масса нытья прошла мимо, но получилось уцепиться за детали. — Если бы только не эта девка, как её вообще пустили, а? — парень сильно краснел, цеплялся за себя руками и смотрел будто бы сквозь Гвэн. Как бы она его не трясла, всё норовил свалиться где есть. Плыл, как сквозь туман, не осознавая, что рядом кто-то был. — Нас гоняют, как псин, от неё. Как будто ей это нужно. Как будто я правда какая-то плешивая собака, а не человек... Гвэн ненавидела это тянущее ощущение в груди, появившееся с их первой встречи. Ощущение катастрофы. Эта неспособность сделать хоть что-то, а нужно делать. Хоть и поздно.
