Любимое творение

— Так зачем ты звал меня, Принц Зла? Адам хотел обратиться по имени, но даже после стольких лет ему было жутко. Несмотря на то, что Люцифер сейчас выглядел совсем не страшно. Конечно, ощущение странного дискомфорта от его идеально красивого лица всё ещё оставалось, но в простой одежде и в очках, которые явно были нужны только как аксессуар, он даже был похож на обычного человека. Конечно, он никогда не станет человечнее, только пародией. — Я хочу понять, что в тебе такого особенного, что Он предпочёл тебя мне. Это для написания моей биографии. Которая, в отличии от книг Отца, будет объективно отображать события моей жизни, а для этого нужно несколько версий настолько значимого события, одна из них будет твоя. — Ну и нахуя тебе это? Представляешь какое будет разочарование, когда люди поймут, что ты не "злодей", а куколд моей бывшей? Никто не позволял себе обращаться к Люциферу настолько пренебрежительно, но верующие слишком сильно убеждены, что Господь защитит их, и поэтому позволяют себе подобное. Конечно, это глупо. Лучше переоценить врага, чем недооценить. — Что ты имеешь ввиду? — Ну пиздец — Адам закатывает глаза, развалившись на бархатном кресле — ты реально не понимаешь, как нужно обращаться с женщинами? — Также, как и с остальными представителями вашего рода? Тебе стоит наверстать события двадцатого века, узнаешь много нового для себя. — Двадцатый век, точно, когда в Европе всё пошло не так. Люцифер хмурится, ему никогда до этого не приходилось объяснять настолько очевидные, по его мнению, вещи. Он понимал, к чему ведёт Адам, но просто отказывался это принимать. — И что же пошло не так? Вопрос до странности глупый. Можно даже предугадать, что ответит Адам: "Женщины получили равные права с мужчинами и теперь независимы от своих отцов и мужей." Хотя это не то что не плохо, но даже не совсем правда. До гендерного равенства людям ещё очень далеко. — Ну смотри, женщины они почему появились? "Почему появились женщины?" А почему появились мужчины? Странное вступление. Люцифер был уверен, что задуманный Адамом ответ на вопрос подразумевал что-то невежественное и сексистское. — Отцу не нужны причины для создания кого-либо. — Неправильно! Просто мне было пиздец как скучно и хотелось секса с кем-то схожим, оставить потомство, все дела. Не грешить больше. — Вот как — Люциферу хотелось выгнать Адама из кабинета и больше никогда не видеть его. Они отошли от изначальной темы разговора, и это было не важно, потому что слушать Адама было чем-то сравнимым с тем, когда ходишь в цирк уродов или смотришь фрик-шоу по телевизору. Противно, но слишком интересно, чтобы выключить — Так если ты утверждаешь, что "грешил" до появления Лилит и Евы, то почему именно Ева обвиняется в "первородном грехе"? Как он может быть "первородным", если подобное совершалось и раньше? — Ну вот чтобы это не продолжалось, Он и создал женщину. Ты чем слушаешь? И тогда уже мне не повезло дважды, и всё по твоей вине. — Ты сам принял решение попробовать яблоко. Я только показал Еве, где оно растёт. Адам замолчал. Он долго и пристально смотрел на Люцифера, как будто ответ был очевиден, но его нельзя было произносить вслух. — Потому что даже после падения, у тебя было больше признания, чем у меня. Его любимого творения. И это единственное, что в словах Адама имело смысл.