Боль чужой души

— В этом фокус? Чтобы выжить? — Фокус вовсе не в том, чтобы жить вечно, Джекки, а в том, как остаться самим собой... навечно. @Эдвард Тиг

Вы когда-нибудь задумывались о том, что будет после смерти? Нет, вы не подумайте — я никакой не философ. Случайным образом мне удалось... побывать на той стороне. Ужасной стороне, наполненной кровью и болью. Я была стригоем. Здесь будет начинаться моя история воскрешения. Не знаю, стоит ли мусолить эту тему снова — попала под набег не-мёртвых, и не знаю, Бог так велел или кто-то ещё Всемогущий, но свирепые кровопийцы пощадили. "Пощадили", да. Если это можно назвать пощадой. Они обратили меня. Сделали подобной себе. Несколько лет я охотилась в тёмных переулках, оставляя за собой трупы. Эти годы останутся в моей памяти на всю жизнь, можно сказать потому, что эту самую жизнь мне внезапно вернули. Вот мы и подобрались к кульминации моего рассказа. Наша "стригойская группировка" позарилась на охраняемый участок Королевской семьи Ивашковых — вы не представляете, каких усилий прошлой мне стоило попасть на эту охоту. Каким-то образом стригоям удалось снять первый круг защитных колец, не без помощи постороннего, но с тех пор я так и не выяснила, кто из работников Дома Ивашковых оказался предателем. Это и не моё дело сейчас. Мы были подготовлены, но слишком самоуверены. В конце концов стражи всё-таки оказались сильнее, и до членов Королевской семьи добраться нам не удалось. Я была единственной из стригоев, кто вышел из всей этой заварушки более-менее целым — благодаря удаче или тем же высшим силам — понятия не имею и предполагать не хочу. Я была не самой сильной и быстрой. Опасалась и осторожничала, тогда как остальные лишь свирепо бросались вперёд. Помню этот день как вчера. Тела изувеченных теперь уже точно мёртвых валялись на пороге, на красивой дорожке в саду. Иногда в глаза бросались лужи крови на земле, которые возникали в результате перегрызенных глоток. Мы испортили такой замечательный дворик... Там росли настоящие ирисы, прямо возле выложенной мрамором тропинки! Мы их все затоптали... Вряд ли я когда-нибудь увижу этот двор вновь, потому что после всего семья Ивашковых явно не захочет звать меня в гости. Я снова отвлеклась! Прошу прощения. Ну и вот стандартный финал жизни стригоя: я приложилась головой об асфальт, потеряв несколько секунд. Пока перед глазами танцевали звёздочки, страж занёс зачарованный кол, чтобы с одной попытки пронзить мне сердце. Я уже ментально чувствовала, как через секунду моё тело перестанет двигаться, но раздался чей-то окрик. Налетело ещё двое крепких стражей, выламывая мне руки и изгибая позвоночник так, что грудь сама шла на кол. Страж передо мной исчез — его сменил мужчина в закрытой, плотной белой одежде. Лицо прятал капюшон, и мне даже показалось поначалу, что это какая-то галлюцинация. Стригои обычно чувствуют, когда рядом другой не-мёртвый или наоборот, живой морой или человек. Этот же был ни туда, ни сюда — бессмертным не был, но и не живой какой-то. Поэтому и подумала, что предсмертный бред. Как вспомню — дрожь берёт. Всё произошло быстро — кол в руке мужчины. Точный, сильный удар в грудь и ад. Будто горела тысяча солнц одновременно, и все они горели внутри меня. Перед глазами стояла белая пелена, от которой не избавиться. Она выжигала мне глаза, и я чувствовала, как слепну. В ушах был лишь звон. Кровь внутри меня не шумела. Она кипела. Сердце остановилось. По ощущениям прошла вечность, но жар стал уходить. Это было странное чувство. В целом стригои ничего не чувствуют. Эмоции в том числе. Точнее, эмоции есть, но они поверхностные. Животные. Есть страх. Есть наслаждение, желание заполучить хотелку любой ценой. Есть желание убить всё живое. Всё, что дышит. На этом небольшой перечень заканчивается. Но стригои, также как и живые, чувствуют боль. Конечно, со временем это чувство притупляется, и чем сильнее стригой, тем меньше слово "боль" что-то для него значит. Давайте будем откровенны, стригой из меня получился посредственным, низкосортным. Боль для меня была так же реальна, как для обычного человека. Поэтому я чувствовала всё так остро. Хотя, думаю, такое испытание с воскрешением, магией, колом и живосожжением ощущалось бы одинаково больно для любого стригоя. Так вот, о чем это я... Когда физическая боль стала угасать, а тело просто неметь, я почувствовала то, что стригои чувствовать не могут. На смену пришла... Даже не знаю, как это описать. На смену пришла мучительная агония. Не боль, нет. Что-то горело, страдало внутри. Никто больше не пронзал меня колом и не сжигал. Так болеть может лишь одно добро — душа. Моя, черт возьми, душа. В тот момент я поняла, что снова чувствую себя собой. Я, Кира Дрейко, снова жива.