Луч света

      Минуты, часы, дни, месяцы... годы... Все это теряет счёт, когда ты сидишь на рабской цепи в замке Заров. Взгляд уже давно потерял этот блеск, надежду... Надежду быть свободным, счастливым, надежду жить...       И вот, по телу вновь пробегает волна невыносимой боли, когда острые иглы от цепей, опутывающих тело эльфа, вонзаются в кожу. "Будь хорошим мальчиком и научись отвечать за свои ошибки." Прозвучал в голове до боли знакомый голос. Голос, который преследовал Астариона в кошмарах. Голос того, кто был его вечным проклятьем, наказанием, мучителем и хозяином.       Эльф вспоминал ту самую тёмную ночь: он бежал, бежал изо всех сил, все тело было покрыто смертельными ранами. Падение, тупая боль, все вокруг потемнело, но вдруг: красные, ярко красные глаза человека, (человека ли?), возвышались над ним. Глаза, которые он запомнит на всю жизнь. "Скажи мне, ты хочешь перестать чувствовать эту боль? Ты хочешь жить дальше? Ох, и не просто жить, стать сильнее, намного сильнее, чтобы убить всех, кто сделал с тобой это?" Сожаление, только сожаление и отчаяние вызывают эти воспоминания. Зачем? Ну зачем он тогда согласился? Чтобы спастись от смерти? Что же, теперь смерть была бы для него подарком. Но он никогда его не получит, хозяин не позволит. Ему очень дороги его отродья, особенно "любимые". Он может запереть их на вечность в тёмной клетке, ждать, когда отродье потеряет всякий рассудок, станет лишь бездушной оболочкой, потерявшей надежду вновь увидеть свет. Но смерть, нет, такой роскоши, увы, никто не заслужил, по мнению нашего хозяина...       За что Астарион на этот раз провинился? Это не имело значения. Если хозяин захочет, он придумает причину. Достаточно всего-лишь не так посмотреть, сделать один неверный шаг и все - ты уже в клетке, связанный колючими путами, без еды, света и счета времени. Конечности затекли, кости ломит, а желудок болезненно сжимается в голодной агонии. Когда он в последний раз ел? Да и можно ли называть едой дохлую, вонючую крысу, которая начала разлагаться пару дней тому назад? Конечно, иногда хозяин был в хорошем расположении духа и его любимому отродью подносили живую. Живую крысу с горячей, мерзкой кровью, с привкусом сточных вод канализации. Но это было лучше, чем необъемлемый голод, заставляющий чувствовать... безумие... В таком состоянии вампир был готов съесть все, что угодно, даже собственную руку.       Он вгрызался клыками в своё запястье, смаргивая слезы, но это было бесполезно. Его кровь мёртвая, не живая и уж тем более она не могла утолить даже крупицу этой чудовищной жажды... Когда, когда же это все закончится? Когда его страдания прекратятся? Астарион не находил ответа на этот вопрос.

***

      Сколько уже прошло? Неделя, две, месяц? Как же хотелось просто закрыть глаза и никогда их больше не открывать, наконец-то сбежать от этой боли и страданий, погрузиться в забытие. Это лишь мечта, и ей не суждено было исполниться.       Послышался мерзкий скрип заржавевшего металла, в комнату проник луч света, режущий, отвыкшие от него глаза. На пороге стоял он - Касадор Зарр собственной персоной. На его губах играла едкая усмешка, пробирающая до костей. Его взгляд болезненно впивался в кожу, сильней чем эти острые иглы, сильней чем любое лезвие и оставлял болезненные раны в груди. - Ну что, мой дорогой мальчик. Ты понял свою ошибку? Готов сделать всё, чтобы заслужить моë прощение? - Да, повелитель. Коротко, ясно, всегда соглашаться, хозяин не потерпит другого ответа. - Я рад это слышать, дитя моё. Он посмотрел на кого-то по ту сторону двери, отдавая приказ. - Гоуди, приведи его в порядок и проводи ко мне в кабинет, без промедления. - Да, всë что прикажете, повелитель. Эхом прозвучал голос живого скелета - слуги хозяина, который отвечал за большую часть пыток и преподавания уроков провинившимся отродьям.       Раздался лязг костей, когда скелет подошёл ближе, отпирая клетку. Он щелкнул пальцами, магические цепи испарились в воздухе и обессиленное тело эльфа упало на пол, в лужу собственной крови. Наконец-то, кровь начала приливать в онемевшие конечности, вызывая покалывание, но вместе с тем возвращалась и чувствительность. Астарион болезненно скривился, конечно, ведь каждый сантиметр его тела был покрыт глубокими ранами от игл, достающими, чуть ли не до костей. Когда же это закончится?       Гоуди сделал, как велел хозяин, привёл вампирское отродье в божеский вид. Несколько раз облил холодной водой с мыльной пеной, стер кровавые следы по всему телу эльфа и небрежно кинул чистую одежду ему в руки. - Одевайся и выходи, хозяин не будет долго ждать. С этими словами скелет вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь. В эту же секунду Астарион упал на колени, тяжело дыша, сжимая в руках богатую одежду. Ну вот, первая часть наказания закончена, что же ждет его во второй?       Белокурый эльф, одетый в великолепно сшитый в бордово - чёрных цветах костюм, шел по длинному коридору, гордо выпрямившись. Он шёл за слугой-скелетом, не показывая даже намека на слабость в его теле. Нужно сохранять достоинство, ведь если кто-нибудь заметит, что ты уязвим, этим обязательно воспользуются. Тебя втопчат в грязь ещё глубже, чем это возможно, другие отродья захотят занять твое место "любимого" в списке хозяина, будто бы этот титул действительно может быть чем-то, что кто-то мог бы желать.       Хоть замок и был огражден от возможности попадания любого, даже самого маленького солнечного света, на всех стенах висели факелы, отдавая тусклым магическим свечением, создавая нагнетающую атмосферу полумрака. Вдоль коридоров простирались красные ковры с золотыми узорами, множество необыкновенных картин в золотых рамах и, конечно же, ни обошлось и без резных комодов, поверх которых стояли вазы, с россыпью драгоценных камней и позолоченной окантовкой. Да, наверно, жить в таком замке было бы мечтой любого человека, спать на огромных роскошных кроватях, проводить каждое утро в своей личной купальне из мрамора, носить дорогую одежду, да и вообще, просто иметь в своём распоряжении столько пространства - просто райское наслаждение. И может, Астариону даже понравилось бы, не будь он здесь рабом, в вечном заточении.       С оковами по всему телу не имеет значения есть ли у тебя в распоряжении огромная кровать из красного дерева или соломенная подстилка. Все это не имеет значения, когда в любую секунду и то и другое может превратиться в тёмную холодную клетку, окружённую запахом засохшей крови и разлагающихся трупов крыс. - Я привёл его, повелитель, как вы и просили. Гоуди сложился в низком поклоне. - Молодец, можешь идти. Не поднимая глаз, произнес хозяин замка, рассматривая какие-то записи за столом. - Подойди ближе, мальчик мой. Эта заботливая мягкость в голосе могла обмануть кого угодно, но не Астариона, который уже давно изучил своего мучителя. Касадор мог в любую секунду сменить милость на гнев, вновь отправляя тебя в клетку, либо же на любое другое наказание, в зависимости от настроения. Нет уж, расслабляться рядом с ним - это все-равно что собственноручно подписать себе смертный приговор. Эльф сделал пару шагов к столу хозяина, склонив голову. Касадор оторвался от изучения бумаг и окинул своё отродье холодным взглядом, оценивая его внешний вид. - Этот цвет всегда был тебе к лицу, мой дорогой мальчик. Он устало вздохнул. - Что же мне с тобой делать? В последнее время ты так часто меня разочаровываешь, что на этот раз я даже подумал : а стоит ли мне разрешать тебе выйти из клетки? Я делаю все ради вас, моих дорогих детей, а чем вы отвечаете взамен? Лишь расстраиваете своего отца. Снова тяжёлый вздох и такой же тяжёлый взгляд. Астарион склонил голову ещё ниже, тихо проговорив уже давно заученную наизусть фразу. - Прошу меня простить, повелитель. Я делал все, что было в моих силах, но этого оказалось недостаточно. Я приму любое ваше наказание, только чтобы вы снова могли быть довольны мной. Касадор молчал. Астарион опять сказал что-то не так? Или сегодня у хозяина настроение : " Я хочу преподать урок всем твоим братьям и сестрам на твоём примере. Снимите с него кожу и держите магией в сознании, чтобы все знали, что будет, если подвести своего отца ". От одного только воспоминании об этом по телу пробежала мелкая болезненная дрожь. Нет, сейчас нельзя терять контроль над собой, нужно успокоиться. - На самом деле, я решил, что твоё наказание мы отложим на какое-то время. У меня для тебя задание, мой мальчик. Астарион поднял глаза, встречаясь взглядом с хозяином. Касадор же, убедившись, что его внимательно слушают, продолжил. - Видишь ли, кое-кто решил, что он весьма важная персона в городе, да еще настолько, что может ставить мне свои условия... Он остановился, махнув рукой в воздухе. - Впрочем, тебе не обязательно знать подробности. Твоя задача привести ко мне аристократа по имени Осмонд Конт, живым и невредимым, я хочу преподать ему урок. Твои методы меня не волнуют, даю тебе два дня и я очень не советую тебе снова разочаровывать меня, мой дорогой мальчик. Как бы с заботой, по отечески произнёс он, улыбнувшись. - Можешь идти. - Слушаюсь, мой господин, я вас не подведу. Эльф поклонился, после чего вышел из кабинета. Только когда дверь за его спиной закрылась, он смог позволить себе нервный вздох. Но времени на расслабление не было. Нужно узнать как можно больше об этом Осмонте. И, конечно же, первые в очереди на расспросы - другие отродья хозяина. Они, в отличие от него не провели последние несколько недель в подвале и могут рассказать Астариону поподробней о новостях, которые он пропустил.

***

      Астарион направился в сторону общей спальни отродий, по дороге невзначай бросив взгляд на часовой шкаф с золотым маятником. Около полуночи, значит, большинство отродий сейчас должны быть на охоте, эльф надеялся, что успеет застать кого-нибудь в комнате. Так и есть, дойдя, он наткнулся на Аурелию, как раз собиравшуюся уходить. - Ох, Астарион? Повелитель наконец выпустил тебя? Я рада снова увидеться, мы все так переживали.       На эльфа смотрела девушка-тифлинг. Её темная красная кожа красиво сочеталась с такими же красными глазами, к которых Астарион и впрямь видел сочувствие. Да, не то чтобы его отношения с другими отродьями можно назвать ужасными, но уж точно ни о какой искренности или сочувствии и речи быть не могло. Каждый должен был надеяться только на себя и в любой ситуации, в первую очередь, думать только о своей шкуре. Такие уж правила этого замка. Дашь слабину - он тебя поглотит. Это всё не относилось к Аурелии. Астарион всегда удивлялся, как она всё ещё может оставаться такой мягкосердечной и заботиться о других? Хотя в данной ситуации это было ему на руку, она не будет глумиться над ним или пытаться подставить, ему повезло встретить первой именно её. - Моя дорогая сестра, я тоже несказанно рад тебя видеть. Эльф радушно улыбнулся, положив руку на сердце. - Я как-раз хотел узнать, как вы тут все без меня поживали всё это время? Девушка мотнула головой, перекинув за спину свои густые черные косы. - Не переживай, ты не пропустил практически ничего интересного, хотя... Она задумалась, после чего резко приблизилась к Астариону практически вплотную, перейдя на шепот. - Есть тут один слушок... Эльф тоже перешёл на шёпот, заговорчески поглядывая по сторонам, вокруг было абсолютно пусто, даже прислуга как-будто испарилась, интересно, куда. - Я весь во внимании, дорогая. - Поговаривают, что в городе появился охотник на вампиров, ну или что-то вроде того. Мы с братьями и сёстрами, как обычно ходим на необычные задания хозяина, ну, ты знаешь, кого-то убить, кого-то привести, и ничего странного не видели, но вот слуги... Она слегка замялась, вздохнула и снова продолжила. - За эту неделю пропало уже четверо. Они просто как обычно ушли ночью на охоту и не вернулись. Все молчат, будто их никогда и не было, знаешь, я боюсь выходить на улицу, здесь явно что-то происходит и это что-то опасно для нас, брат. Аурелия взяла эльфа за руку и беспокойно посмотрела на него. - Просто... будь осторожен! Астарион беспечно махнул рукой. - Ну что ты, сестренка, совсем забыла кто я? Я ведь не просто какой-то загипнотизированный слуга хозяина, я могу за себя постоять. Но спасибо за предупреждение, буду смотреть в оба. Он обезоруживающе улыбнулся и отпустил руку девушки-тифлинга. - Как знаешь, Астарион. Ну, мне пора, если я не успею до рассвета выполнить поручение хозяина, то я повторю твою участь с заключением в клетке, а этого уж совсем не хочется. Она улыбнулась и ушла, оставив Астариона наедине со своими мыслями.

***

      Астарион шёл по темным улицам нижнего города, облаченный в темный плащ с капюшоном. Оставаться в замке смысла не было, отродья отправились на охоту, а все слуги были зачарованы и толку от них нет. Наткнувшись на вывеску ближайшей таверны, эльф свернул в узкий переулок. Никакого освещения в этом месте не было, но ему и не нужно было, уж на что, а на ночное зрение высший эльф не жаловался. Сделав еще несколько поворотов, перед ним показалась темно-фиолетовая дверь. На стенах рядом красовались яркие плакаты с темным силуэтом и большим магическим шаром в центре иллюстрации: "Магия будущего и настоящего" - гласили яркие красные буквы, нанесённые будто потекшими чернилами. "Делитант" - пронеслось в голове эльфа.       Дверь перед Астарионом отворилась сама, внутри помещение было объято тусклым голубым магическим светом, повсюду были какие-то обереги, статуэтки богов, разнообразные травы и прочая "магическая" приблуда. - Я знал, что ты придешь ко мне, вампирское отродье. Прозвучал, будто бы призрачный, зловещий голос, после чего на свет вышел мужчина в фиолетовом одеянии с такими же горящими глазами цвета аметистов. Астарион усмехнулся, смело шагнув внутрь помещения, дверь за ним с хлопком закрылась волшебным образом. - Если бы ты знал, что я приду, не устраивал бы весь этот цирк с волшебной дверью и синим светом. Весь лимит своих фокусов исчерпал, ничего не сказать, браво Кирин. Он начал театрально хлопать в ладоши, с прищуром смотря на мужчину-тифлинга, который тут же стушевался и заговорил нормальным, спокойным голосом. - Вечно ты такой, Астарион. Я вообще-то этим на жизнь зарабатываю. Мужчина провел рукой в пространстве, после чего все голубые свечи потухли. - Давно тебя не было видно, впрочем, это не важно, какая информация тебе нужна на этот раз? Он подошел к большой настенной жаровне и зажег её, наполняя комнату уже нормальным, ярким светом. - Да так, есть тут одно дельце. Что ты знаешь о человеке о имени Осмонд Конт? Эльф присел на ближайшее кресло, закинув ногу на ногу. Тифлинг же сел напротив, он выглядел немного встревоженным. - Интересные люди тебя интересуют, очень интересные... Медленно протянул он, как-бы невольно, бросив взгляд на круглый столик между ними. Вампир вздохнул и кинул несколько золотых монет, после чего Кирин мило улыбнулся, продолжив. - Приходила ко мне пару раз его жена. Ничего необычного, муж вечно пропадает в таверне, увлекается азартными играми и поздно возвращается домой, ну как поздно, рано даже. Тифлинг отпустил короткий смешок. - Под утро или даже к полудню. В общем, продавал я ей обереги от измены и "волшебные" капельки для крепкой любви. Пребывает он обычно в таверне на окраине города, преимущественно в ночное время, всё для тебя, мой дорогой друг-вампир. - И это всё? Как-то не очень "интересно" всё это звучит. Что-то ты мне не договариваешь... Астарион добавил еще столько же золотых монет. - Не понимаю о чем ты. Волшебник просто пожал плечами, на что эльф недовольно поморщился и положил на стол небольшой мешочек с золотом. Глаза тифлинга тут же заблестели. - Ох, точно, я тут кое-что вспомнил. Не знаю, связано ли это как-то. Но недавно к городской страже приходил мужчина, он яростно сыпал обвинениями в сторону Касадора Зарра, говорил, мол, он вампир и они все там кровожадные чудовища, которые воруют их детей и вообще повинны во всех зверских приступлениях. Стоит ли мне говорить, как стража отреагировала на эти обвинения? Кирин улыбнулся, да никак они не отреагировали. Астарион давно знал, что вся стража в округе дворца Зарр регулярно подвергается вмешательствам в их голову, по средствам вампирского зачарования. Да, это не гарантирует того, что вампиры вольны делать в округе всё-что угодно, но на некоторые вещи просто закрываются глаза. - Так вот, не знаю, связано ли это как-то с тем, что жена Осмонда периодически покупает у меня средства для крепкого сна, ведь в последнее время ей очень часто снятся кошмары, где она слышит крики людей в стенах своего дома, хотя женщина уже несколько раз обходила всё своё жилище и не замечала ничего странного. Сон ли это, или же... Волшебник загадочно улыбнулся, переводя взгляд на настенные часы. - Как бы мне не нравилось с тобой болтать, друг мой, но тебе уже пора идти, у меня скоро будут клиенты. - Я понял тебя, спасибо за информацию, Кирин. Астарион поднялся с места и вальяжно поклонился, в мыслях ругая этого мага перед собой. Н-да, информация о его местоположении и обвинения в сторону его повелителя действительно были полезной информации, но последнее? Какой-то сумасшедшей снятся страшные сны? Этот мешок золота явно заслуживал чего-то большего, ну да ладно, эльф узнал всё, что хотел. Ночь только началась, пора бы отправиться в эту таверну и посмотреть на того, кто осмелился бросить вызов его хозяину.