Один день

Не знаю когда все пошло по пизде, но на моей памяти так было всегда. Когда все началось, люди придумали способ «безопасного» передвижения из города в город. Но, я повторюсь, все пошло не по плану. Люди, еще пару десятков лет назад, передвигались через шахты, которые были похожи на лабиринты. НО, опять же, когда эпидемия была на пике и человечество не научилось давать отпор, безмозглые твари, просочились в наш муравейник. По началу зомби обитали на улицах и все было более менее терпимо, пока они добрались до тех самых шахтах. В тот день, каждый город, стал сам по себе. Гражданские не могут свободно перемещаться по шахтам.  «Зеленые» зоны были размещены на возвышении, но к ним был подведен проход в лабиринт, что означало, нападения будут неизбежны. В лагере я была одна из тех, кто воспитывал новобранцев. В пунктах учения жили и мирные люди, поэтому приходилось поддерживать порядок и у гражданских. На задания «зачистки» меня не отправляли, но на разведку - да.  Так протекала вся моя жизнь. В сводное время от лабиринта я ходила и помогла чем могла. Для человечества сложное время, никто не сидел без дела в рабочие часы.  В очередной день я ушла в разведку, без мертвицов не обошлось, после стычки с зомби мы вышли из лабиринта и все было относительно хорошо. Да, наш отряд снова поредели, но такова жизнь в не простое время. Когда то давно, я бы плакала над каждым трупом, но после смерти со-отрядников я больше не плачу. Больше не над кем. Главное не привязываться к людям.  Патроны почти закончились и я хотела пополнить запасы. Подойдя к штабу, оттуда вышел парень и сказал идти с ним. Нужно было  встретить новую группу людей. Но ответив, что я только с задания: —«Уставшая, не евшая, да и патронов было всего семь.»  Ответ ему не понравился: — «Не надо тут ныть.» Меня взяли за шкирку и потащили к лабиринтам. Его не волновало, что у меня нет патрон и что я ели держусь на ногах. Меня искренне удивляло такое отношение к себе. Есть солдаты, которые могут ему помочь, но ему нужен живой щит. Меня хотели использовать как пуливиризатор. Это огорчило меня больше всего. Люди здесь, не то чтобы гнилые, скорее потеряли всякую веру и надежду.  Но умерать я пока не намерена. Начав перепалку с бойцом, я на грубых словах, говорила ему, что мы не в том положении разбрасываться боевыми единицами.   Мне плевать кто он и что потом со мной будет, но я хочу жить! Пусть и не долго, но хотелось уйти как полноценный человек! А не пушечное мясо! Пока мы кричали друг на друга из лабиринта вышел старший лейтенант и сказал, что наткнулся на группу нужных нам людей и доставил сюда.  Мысленно выдохнув за свою жалкую жить, я хотела пойти обратно, но меня оставили крики.  Видимо мужчина не учел, что мог привести за собой и зараженных. В зону начали забегать пять мертвецов.  Самой убивать их не пришлось, вокруг было достаточно солдат чтобы расправится с ними.  Пока парень, который пытался меня затащить в шахты не очухался, я решила уйти.  Зайдя в штаб я пополнила запасы, а потом направилась в корпус к своей комнате. У меня не было своей квартиры в гражданском районе, она мне не нужна, я все равно постоянно в училище.  Быстро скинув с себя грязную от крови одежду я залезла в душ, умывшись холодной водой, обмоталась полотенцем и затянула волосы в шишку.  Я чувствовала давление, нужно как можно быстрее выйти на улицу и проветрить мозги. Натянув свежую капитанскую форму я высушила волосы.  Когда давно мой наставник посоветовал носить все оружия с собой, кто знает,  что будет через минут.  Прихватив все оружия, неважно насколько тяжелым оно было. Я вышла из комнаты, похлопав по штанам я нащупала пачку сигарет — «отлично, пойду снимать напряжение» Пока я шла увидела как тренируются новобранцы. Они не знали, кто обитает в лабиринтах, они не знали что из всей группы в 200 человек останутся всего лишь 40. Они не знали что их выращивают как животных на убой. Это было несправедливо. Я испытывала жалость.  Выйдя из зоны тренировок, направилась к заброшенным многоэтажкам. По дороге встретила знакомую, мы о чем-то разговаривали и я начинала закуривать.  Да, она просто знакомая, подругой ее нельзя назвать, мы обе прекрасно это понимали, но время от времени пересекались.  Меня трясло после посещения шахты, я видела как зомби разрывают на части  младшего сержант, бывшего рядового.  Знакомая поморщилась от табачного дыма, но говорить ничего не стала.  То что я начала здесь курить казалось мелочным, некоторые и вовсе глотали спирт, но их все равно не брало, мы находились в постоянном напряжении, адреналин зашкаливал. Шахты не были ничем закрыты, в любой момент оттуда могли выбежать мертвецы и сожрать все поселение. Люди знали что там что-то обитает, что мы против кого-то боремся, но правительство решило, что гражданским не нужно знать о проблеме и не нужно сеять панику, военные разберутся.  Девушка что-то рассказала, а я просто смотрела в даль, наслаждаясь минутами покоя. Пришло время возвращаться, на обратном пути мы увидели маленькую девочки с двумя хвостиками. Мы ее сразу узнали - это была родственница одного из солдат. Не очень приятная личность, вредная до жуть, избалованная и любила доносить на всех. А мать ее, вообще отдельная история - Толстуха, которая за всю свою жизнь ничего не сделала, но постоянно в чем-то обвиняет солдат. Она была эдаким диванным критиком, ей всегда было что-то не так, то ее достало что солдат пропускаю без очереди на приемах пищи, то новобранцы не подобающе себя ведут, то мы слишком рано просыпаемся. Вообщем, не очень приятная женщина.  Вернемся к девочке, это маленькая заноза, метр с кепкой, стояла у меня поперек горла. Если бы мне дали выбор: пойти в шахту или встретиться с ней? Я бы выбрала первый вариант.  Но проблема в том, что это была закрытая территория, сюда гражданским нельзя и что эта маленькая девочка забыла здесь? Разнюхивает для мамочки компромат?  — Что ты тут делаешь? —  девушка присела на уровень малышки — Гуляю — она весело взяла свои хвостики и покрутила их — А вы что тут делали?  — Это закрытая территория, тебе сюда нельзя. — ровным тоном сказала я  — А мама…  Девочка хотела сказать что-то еще, но ее перебила громкая сирена по все району. Все тело напрягалось, такого никогда не было, если даже что-то и случалось, это решали по тихому.  Страх разошелся по телу. Послышался плачь, оглянувшись, девочка плакала на руках знакомой. Она точно не могла знать, что случилось что-то страшное, но ребенок чувствовал и пытался нас предупредить  — Уходите отсюда! — крикнув на последок и убежала. Девушка не была военным, она была воспитателем для новобранцев, учила их языкам и быстрым командам, которые пригодятся в бою.  Забежав в лагерь, в котором была полнейший хаус, я начала искать того, кто бы мне доложил обстановку. Меня словно рыбу из воды выдернули и затащили в шалаш. С грозным взглядом я посмотрела на парня из моего отряда, а потом перевела на стол с главнокомандующими. Вид у них был потерянный «Что-то не то. Что-то случилось.» кричало мое сознание   — Два ближайших города пало — начал самый старый из них — Разведка передает, что мы в кольце…— его голос совсем охрип.  — Сбежать не выйдет — сказал мой командир, круча в руках бокал с коньяком — Человечество пало.  Ноги подкосило, я не думала что умру так скоро. Я знала на что иду, но…так быстро…Рано, слишком рано…

Я капитан группы С11 разведовательского корпуса.

Мы находимся в кольце у мертвицов и выхода нет.

Когда я была маленькой думала, что смогу победить всех чудовищ за предали города и мы будем жить в мире и спокойствие. А сейчас мне 21 год и я не думала, что умру так рано.