Потерянное прошлое или путь к Великому Атракору

— Господин? — серое сонное небо, еще не готовое встречать наблюдателей, спокойно дожидалось утра в еще ночной тишине, когда Вальд от уже привычной ему бессонницы прогуливался по разрушенной части Нуриона. Тихая, скромная надежда заставляла его в полубреду разглядывать обломки стен в надежде увидеть в их тени до боли любимые глаза. Но когда он встретил у обрушенных городских ворот Абрахоса, его больное наваждение покинуло тело. — Почему вы не отдыхаете? — Абрахос бросил на Вальда уставший взгляд и тяжело выпустил пар из легких. — Знаете, господин Абрахос, я никогда не испытывал к вам симпатию. Я глубоко уверен в том, что люди, рожденные и воспитанные без любви и материнского тепла, не способны любить и принимать любовь. Я всегда остерегался таких людей. Они больше других способны на жестокость. Нет, вы не подумайте лишнего, это всего лишь бред несчастного старика, я бесконечно уважаю вас и предан вам… Но я не понимаю, что в вас нашла Руфиан? Когда она увидела вас впервые в королевском дворце, то не на шутку испугалась. А мой страх тогда вырос в сто крат. Но со временем всё так изменилось, что теперь её взгляд направлен только на Вас, и он полон беспокойства и тепла. Что же это? Неужели, только к старости я осознал, что совсем не разбираюсь в людях? — Не переживайте, она всего лишь мой корнан. Я уже устал объяснять, что различаю службу и личные взаимоотношения… — Нет. Я не смею вас в чем-либо упрекать. Я рад, что есть кто-то, кто не готов о ней забывать. Вы же собираетесь покинуть город и отправиться на её поиски? Я ведь прав? — Да, нельзя, чтобы Педхад заполучил её способности. — Да уже всё было по-другому, если бы она продолжала скрывать свою способность. — Если бы я узнал о ней до мирных переговоров с Педхадом… Не допустил бы такого. Но сейчас бесполезно играть в домыслы и гадать о том, а что если бы? Мне просто нужно всё исправить. Передайте это моему брату.

***

Руфиан внезапно пробудилась от тяжелого сна, который с трудом смогла вспомнить. Несмотря на пустую комнату, она все равно чувствовала себя под прицельным взглядом не одной пары вражеских глаз. А у платяного шкафа на манекене её ждал новый мудреный наряд от Веарона: полупрозрачная зеленая ткань вперемешку с широкими жгутами обвивали очертания женского тела. Девушка еще раз взглянула на свою ночную сорочку из плотного хлопка, украшенную по краям тонким кружевом — она была куда удобнее и практичнее, чем то, что ждало её на манекене. За дверью комнаты была тишина. Руфиан послушала еще несколько минут, время от времени возвращаясь к столику доесть куриный пирог — на посту так никто и не появился. Надавив на ручку, дверь легко поддалась. В коридоре, который вел к широкой лестнице, никого не было. Добежав до лестницы, она спряталась за перилами. В гостевом зале суетились слуги. Разодетые в черно-белые одежды, они убирали пыль, наполняли вазы букетами свежих цветов, поправляли картины, раскладывали маленькие подушки на изысканных диванчиках. Известный путь вниз был закрыт. Оставалось только проверить, что её ждет на противоположной стороне от лестницы. Пробежав дальше по коридору, её справа и слева ждали две комнаты. Аккуратно заглянув в них, она убедилась, что бесконечно красивые по королевским меркам спальни были абсолютно пусты. Руфиан пробежала до небольшого окна в конце коридора, хотела уже спуститься по худой крутой лестнице, как её остановил знакомый образ внизу за окном. Внутренний двор, который раньше использовали только для созерцания красоты нежного цветения персиковых, вишневых, яблоневых и сливовых деревьев, кустов чайных роз и пышных пионов, теперь стал тренировочной площадкой для второго принца Педхада. Видимо, Веарон решил, что всё-таки пора стать сильнее. Руфиан замерла, наблюдая за молодым человеком, который рьяно и уже из последних сил повторял за своим учителем, исправляя ошибки, а затем снова парировал в атаке. — Похвально. Теперь, если ты нападешь на меня, я знаю твои слабые места, — прошептала она, не отрываясь от тренировочного процесса. Снизу с лестницы послышались женские голоса и смешки. Скорее всего, это были слуги. Руфиан тут же нырнула в одну из комнат, полагаясь только на удачу. И, к счастью, девичьи голоса скрылись за соседней дверью, и, судя по тому, как они обсуждали мужскую силу Веарона, это были далеко не служанки. — После того как он вернулся, совсем потерял к нам интерес, — проговорила одна из них. — Теперь изнуряет себя тренировками, — подтвердила вторая печальным голосом. — Меня нисколько это не расстраивает. В кои-то веки можно почувствовать себя не только мясом для королевских утех и потратить немного времени на себя. — Интересно, кого он так хочет впечатлить? — Может, это Кегал его надоумил? — Не думаю. Сколько Четвертый принц не старался, подкупая старшего крепкой выпивкой, охотой, играми и дорогими удовольствиями, тот никогда не соглашался. — А вы слышали, что он привез с собой сиальскую девушку? Может, это она на него так повлияла? — Хочешь сказать, что у него появилась дама сердца? Комната залилась женским смехом, больше Руфиан не прислушивалась к болтовне девушек, речь которых была наполнена лишь догадками. Винтовая лестница вела к выходу во внутренний двор, который можно было легко преодолеть, прячась за высокими цветущими кустарниками, и без особых препятствий достичь небольшой арки, рядом с которой находился всего один караульный. По тому, как он вел службу, было понятно, что ему еще ни разу не приходилось защищать дворец принца от тех, кто хотел тайно в него проникнуть и также тайно покинуть его стены. Руфиан, как кошка, вынырнула из-за цветущих зарослей и напала на дозорного, напрыгнув сзади ему на спину, обвив крепко руками его шею. Когда тело мужчины ослабло, она аккуратно спрыгнула с него и уложила солдата на землю. Обыскав спящее тело, она нашла связку ключей от неизвестных дверей и длинный кинжал в изысканных ножнах на красивом мягком кожаном ремешке. — Наверное, доставал его только для того, чтобы посмотреть на свою педхадскую рожу, — процедила тихо Руфиан и оттащила тело под арку. Арка выходила к обходной зоне вокруг дворца, которую, в отличие от внутреннего цветущего дворика, контролировали десятки воинов. Они караулили парами, что-то между собой обсуждая, и время от времени поглядывали на высокую изгородь, которую облюбовали тысячи липких зеленых шишек хмеля. Руфиан пряталась около получаса, пока не поняла, как патрульные ведут свой беззаботный караул. Она заметила, что иногда одна из зон изгороди остается без присмотра. Когда патрульные разошлись в разные стороны, Руфиан бросилась к каменной изгороди с выступами, которые скрывали красивый узор за зеленой паутиной хмеля. Не обращая внимания на липкие и царапающиеся лапы хмеля, которые жадно цеплялись за ночную рубашку и обнаженную кожу, оставляя на ней легкие ожоги, Руфиан успешно преодолевала препятствие и уже видела, что за изгородью скрывался небольшой участок земли, обросший высокой травой и высокими деревьями, корни которых жадно обвивались у самого обрыва. Она уперлась руками в верхнюю часть изгороди, чтобы поднять свое тело, как кровавый образ Абрахоса прошелся молнией перед её глазами, пронзив ужасом всё тело. Это было так неожиданно, что она испугалась, отпустила руки и рухнула вниз. Сильный удар спины о землю на время лишил её возможности дышать. Мгновение беспомощности растянулось в вечность. Боль, сковавшая тело и разум, отступила через несколько секунд. Руфиан медленно поднялась, прижалась к изгороди и вытащила педхадский кинжал из ножен на кожаном ремешке. Четверо караульных заметили девушку и наконец ощутили свою значимость. Неужели за всё время их службы произошло что-то по-настоящему интересное? — А ты откуда тут такая? — Один из них смотрел на Руфиан, как на забавную игрушку, совсем не замечая в её руках холодное оружие. Сменщики караульных завершили свой обход. Теперь зрителей стало больше, и они с интересом разглядывали девушку, не ожидая от неё угрозы. — Тише, тише, — продолжил караульный, — положи оружие на землю. Он смело шагнул к девушке, но тут же получил глубокий порез на лице. — Вот сука! Держите её! Отведём эту дрянь господину! Теперь остальные караульные не подходили к ней без оружия, которое Руфиан легко отбивала. Но их становилось больше, и их удары становились всё мощнее. — Я не вернусь обратно! — Тогда мы убьем тебя! Когда девушка пропустила несколько ударов и получила глубокий порез острием меча по внешней части бедра, её страх усилился, но она не собиралась сдаваться. Удар за ударом она отбивалась от множества мечей, которые заставляли её двигаться только вдоль изгороди, ни на секунду не давая шанса изменить позицию и рвануть в сторону внутреннего двора. Один из дозорных ударил её ботинком по ногам, и она свалилась на землю, продолжая слабо отбивать атаки. — Готовься к смерти! Она едва успела отразить один из ударов. Лезвие меча пронеслось над её головой и отлетело в сторону вместе с телами караульных. Образ Абрахоса мелькнул перед глазами и тут же исчез. Веарон стоял рядом, тяжело дыша после напряженной тренировки. Он неожиданно вмешался в бой и теперь протягивал ей руку, предлагая помощь. — И где же твоя охрана? Почему покинула комнату без них? Руфиана приняла помощь принца и поднялась на ноги, а Веарон несмело придерживал её за плечи. — И что на тебе за наряд? — Я не собираюсь слепо следовать твоим указаниям и носить то, что ты считаешь нужным. Я не твоя марионетка! - Я всего лишь хотел тебе угодить. - Ты меня совсем не знаешь! - Видимо, шансов сбежать ты не оставишь. Придется запереть тебя для твоего же блага. Я хотел для тебя лучшего. Но ты не оставляешь мне выбора. Завтра же отдам тебя Дублину. Может, хоть он получит пользу от тебя. И, может, после времени, проведенного с ним, ты возжелаешь встречи со мной.