Испытание для Роберта/Robert's Ordeal

Мир, каким мы его когда-то знали, стал далеким воспоминанием; простой тенью яркой, шумной цивилизации, которая когда-то процветала. Это был мир, ныне охваченный невообразимым ужасом, безжалостной силой, которая превратила смех в агонию, удовольствие в мучение. Это эпоха щекотапокалипсиса. В эту новую эпоху коварная мутация охватила человечество, породив орды существ, известных как зомби-щекотуны. Происхождение этой эпидемии окутано тайной, поскольку ученые и выжившие в равной степени борются с загадкой ее происхождения. Это катастрофа, которая не поддается рациональному объяснению. Зомби-щекотуны не похожи на обычных зомби из ужастиков, жаждущие человеческой плоти. Нет, у этих существ другая цель, единственное желание, мучить своих жертв щекоткой. С помощью удлиненных ногтей и языка они добиваются смеха, превращая его в настоящую пытку. Жертвы, однажды испытавшие «удовольствие» от щекотки в течение двенадцати часов, сами превращаются в зомби. Для тех, кто впервые в этом новом мире, опустошение и хаос могут показаться ошеломляющими. Улицы, когда-то наполненные звуками повседневной жизни, теперь отдаются эхом навязчивого смеха и отчаянной мольбы о пощаде. Это мир, перевернутый с ног на голову, где самый простой акт смеха может стать спусковым крючком, привлекающим безжалостных зомби-щекотунов. Приготовьтесь вступить в царство щекотапокалипсиса, где каждый акт щекотки несет в себе тяжесть отчаяния, а смех становится главным оружием на полем битвы. Добро пожаловать в мир, не похожий ни на один другой. Добро пожаловать в щекотапокалипсис.

***

Роберт, или Роб, как его когда-то называли друзья, был школьным учителем в своей прошлой жизни, жизни до апокалипсиса. Он преподавал в третьем классе в PS 988. В нём был двадцать один ученик, все они были как родные дети Роба. Робу было тридцать пять лет, когда весь его мир перевернулся с ног на голову. У него никогда не было собственных детей, он никогда не был женат, и у него даже не было партнера, когда конец стал новым началом. Роб никогда не чувствовал, что у него есть время на обязательства. Каждый год новый класс третьеклассников отнимал у Роба все время и внимание. Впрочем, он не возражал; он никогда не чувствовал необходимости «заполнять» какую-либо пустоту. Нельзя сказать, что он тоже не был привлекательным. При скромных пяти футах восьми дюймах, с растрепанными каштановыми волосами, среднего телосложения и непринужденными манерами поведения, он определенно имел классическим типаж «школьного учителя». И все же он оставался холостяком до того дня, когда зомби вышли на улицы. Теперь он будет одинок навсегда… Роберт в целом преуспевал. После краха цивилизации онначал новую жизнь, жил в прекрасном доме в Бруклине, штат Нью-Йорк, с тремя спальнями и двумя ванными комнатами. Конечно, они не функционировали, потому что вся сантехника перестала функционировать. И, конечно, электричество в доме тоже не работало, потому что зомби были не очень хороши в обслуживании электросети. И да, его окна были заколочены, и у него был электрический генератор, который питал прожекторы снаружи его дома. Также был другой генератор, который поддерживал всю внутреннюю часть его дома освещенной, даже когда он спал, но это все ещё был дом, и это все, что имело значение для Роба. Свет, особенно солнечный, но в меньшей степени яркое электрическое освещение, отпугивал зомби. Им не нравится свет. Они тянутся к тьме. Они будут держаться в тени, если это означает, что они могут добраться до своей добычи. Роб знал это. Все выжившие люди знали. Каждый наблюдал, как зомби или несколько зомби уводили любимого человека или даже случайного прохожего в темное место, и как только уводили, редко возвращались. Конечно, если вы вооружены и с надлежащей экипировкой, вы можете спасти кого-нибудь, но, вообще говоря, как только вас схватят, вы будете в плену навсегда. К счастью, Роба так и не похитили. Он уехал от всей своей семьи, когда начал преподавательскую карьеру, поэтому не был уверен, живы ли они еще. Все вышки сотовой связи и стационарные телефоны были отключены, поэтому у него не было возможности связаться с ними. Сотни миль отделяли их от него; расстояние, которое больше нельзя преодолеть безопасно. На самом деле, в наши дни почти никакое расстояние нельзя преодолеть безопасно. Всегда были затененные участки, которых следовало избегать. Быстро наступает ночь, поэтому вам всегда нужно быть рядом с вашей домашней базой. Роб обо всем этом догадался. Его дом был его «домашней базой», но по пути у него были и другие убежища. Роб оборудовал их примерно через каждые четверть мили. Это было невероятно важно, поскольку он постоянно добывал припасы. Бензин был дефицитным ресурсом, и Роб нуждался в нем для работы своих генераторов. К счастью для Роба, он жил в Бруклине; в Нью-Йорке жилые и коммерческие районы всегда пересекались. В десятках домов и предприятий было столько топлива, сколько ему понадобится на долгие годы. К настоящему времени Роб самостоятельно пережил пятнадцать месяцев. Он организовал двадцать три убежища вокруг домашней базы. Это был не идеальный круг, окружающий дом, и он еще не исследовал ничего южнее, но работа над ним продолжалась. Летние месяцы дали ему достаточно времени, чтобы собрать припасы и обустроить убежища, однако сейчас декабрь, и солнце садится раньше, чем в любое другое время года. Дневное время Роба ограничено, поэтому он должен двигаться быстро и эффективно.

***

Однажды декабрьским утром Роб проснулся рано, чтобы оценить то, что можно сделать в этот день. Его целью было организовать еще одно убежище. Он направлялся на северо-запад, минуя семь убежищ, чтобы добраться до нового дома, который он обустроит. Роб каждый день отправлялся в одном и том же направлении, чтобы снабдить каждое установленное убежище материалами для нового. Таким образом, ему не нужно было тащить все за одну поездку; он мог делать остановки по пути. Роб прикинул, что на то, чтобы добраться до каждого убежища, уйдет около десяти минут. Обычно расстояние можно было преодолеть быстрее, но перевозка тяжелых и громоздких припасов замедляла его. «Давайте предположим наихудший сценарий», — подумал Роб про себя. «Десять минут между каждым убежищем, пять минут на сбор припасов в каждом… Я должен прибыть в новое убежище примерно через час и сорок пять минут. Установка убежища, между заколачиванием окон, установкой прожекторов, подключением всего важного к генераторам, перекрытием входов… еще три часа. Итого, около пяти часов. Это оставляет мне еще около четырех часов солнечного света… на самом деле, скорее два с половиной или три, поскольку, как только солнце начинает садиться, появляются тени, а вместе с ними и зомби. Хорошо, значит, это путешествие туда и обратно должно быть выполнимо! Я должен выдвигаться». Роб был в своей обычной одежде: боксеры, высокие носки, пару синих джинсов, майку, свитер, зимнее пальто и, конечно же, зимние ботинки. Погода сегодня была не слишком плохой, поэтому он не надел шапку. Роб пристегнул нож к поясу, и у него возникла вездесущая мысль, что он хотел бы, чтобы у него был пистолет. Как только Роберт убедился, что у него есть все необходимое для похода, он отправился на первое убежище, где были кое-какие припасы. Оценка Роба оказалась верной, он добрался до нового убежища в течение двух часов после отъезда с домашней базы. Теперь пришло время все настроить. Роб начал с установки и запуска генераторов. После этого он повесил прожекторы и подключил их к генератору, поставил дополнительные канистры с бензином в одну из спален на втором этаже. Как только генератор и прожекторы были готовы к работе, Роб установил генератор внутри вместе с большим количеством ламп. Затем он заколотил окна и убедился, что вокруг дома нет дополнительных выходов или входов, которые он пропустил. Он позаботился о том, чтобы оставить несколько просветов в обшивке, как для естественного солнечного света, так и для того, чтобы иметь вид на улицу, на всякий случай. К тому времени, как Роб закончил то, что он делал, он заметил, что солнце начинает садиться. В то время как прожекторы освещали половину квартала, Роб начал видеть тени и даже полные темные пятна. Он также слышал шорох вдалеке и решил, что ему лучше воспользоваться своей новой конспиративной квартирой, а не пытаться проделать обратный путь на домашнюю базу. Роб остался внутри, заперся, а затем забаррикадировал входную дверь. Он пошел в одну из спален, в которой было что-то похожее на двуспальную кровать, и устроился поудобнее. Он, конечно, спал полностью одетым, с ножом на боку. Мало того, что ночью было еще холоднее, но его одежда и клинок должны были помочь защитить его от того, что скрывается в ночи, хотя он никогда не хотел сталкиваться с этим. Хотя над ним горел свет, в этом не было ничего необычного. Роб спал с включенным светом уже пятнадцать месяцев, поэтому заснул через несколько минут

***

Роб испуганно проснулся. Это был грохот? Почему в комнате так темно? В доме все еще горел свет, но он не мог видеть прожекторов, пробивающихся сквозь щели в заколоченных окнах. Когда Роб сел, он понял, что решил свою судьбу. Не было никакого способа узнать, где он напортачил, но он, должно быть, нехило напортачил, потому что в углу комнаты стоял зомби. После превращения все зомби-щекотуны стали выглядеть относительно похоже. Их кожа становится серой, глаза тускнеют, у некоторых удлинняются заостренные ногти, в то время как у других более округлые, а их языки становятся ещё длиннее. Большинство зомби остались в одежде, в которой умерли, а поскольку большинство погибло от рук других щекочущих зомби, большинство из них можно найти голыми. Этот конкретный зомби выглядел как женщина, когда был жив, судя по грудям и гениталиям, но имело ли это вообще значение? Его все равно собирались пощекотать. Зомби не заметил Роба, поэтому ему пришлось вести себя очень тихо. Он потянулся за ножом, который был у него на поясе, но действовал слишком медленно и слишком громко. Зомби одним прыжком пересек комнату и приземлился на Роба, схватив его за руки и прижав их над головой. Зомби издал вопль, нет, хихиканье, и в спальню вошли еще трое, все похожие на женщин. Один из них прижал его ноги, в то время как двое других хихикали рядом с ним. Это было оно; время, о котором мечтал Роб, никогда не наступит… его собирались пощекотать четыре щекотуна, и, вероятно, он сам превратился бы в зомби. Он не мог представить другого выжившего, находящегося достаточно близко, чтобы услышать его смех. Даже если бы кто-то был достаточно близко, он сомневался, что они стали бы рисковать своей жизнью, чтобы спасти незнакомца. Нет, Роберт был один. Его судьба была решена. Он приготовился смеяться больше, чем когда-либо смеялся в своей жизни, и когда-либо будет смеяться снова.

***

Трудно сказать, сколько человеческого интеллекта остаётся после превращения в зомби, но у них было достаточно мозговой силы, чтобы знать, что им нужно снять одежду со своей жертвы перед кормежкой, и это именно то, что они сделали с Робом. Все четверо зомби работали вместе — ботинки были развязаны и разбросаны по комнате, джинсы сорваны, носки теперь исчезли, боксеры были разорваны на сотни кусков, свитер и майка слетели разом. Роб остался холодным и голым на кровати — один зомби у его головы прижимал руки, другой у его ног прижимал ноги, один с правой стороны, а другой с левой. Как будто разделяя общий разум, два щекочущих зомби по обе стороны от Роба начали свое нападение. Один из зомби начал с того, что пощекотал длинными ногтями чувствительные подмышки Роба. Используя всего по одному ногтю с каждого пальца, он подразнил их, а потом медленно начал добавлять еще по одному пальцу — сначала по одному ногтю в каждой подмышке, затем два, затем три, затем четыре, пока все пять ногтей с каждой руки не стали щекотать ямки Роба. Мысль, которая возникла в голове Роба: «Этого было бы достаточно …», что означает: «Этого было бы достаточно, чтобы свести его с ума, если бы ему просто щекотали подмышки, но его всегда щекотали в другом месте». Другой зомби отправлялся в пляску на животе и боках Роба. Его длинные когти царапали вверх и вниз по щекотлтвым бокам, в то время как он использовал свой язык, облизывая пупок. Он даже проводил ногтями по бедрам Роба, царапал его тазовые кости и талию. Это посылало электрические разряды по всему телупленника, и зомби знал это. Зомби у его головы и ног жаждали своей очереди.но, поскольку у обоих были заняты руки, им пришлось довольствоваться только языком. Зомби у ног Роба использовал свой длинный шершавый язык, чтобы лизать подошвы. От пятки до пальцев Роба его ступни были покрыты слюной зомби. Он брал пальцы ног Роба в рот, покусывал и посасывал их. Это также посылало электрические разряды по всему его телу. «Этого было бы достаточно …» Зомби у головы Роба использовал свой язык, чтобы лизать шею, ключицы и уши. Ощущение было ошеломляющим. Это не только безумно щекотало, но и начинало возбуждать бедного Роба. Хотя у него не было партнера до начала апокалипсиса, у него все еще был прошлый опыт. Благодаря этому опыту Роб узнал, что у него есть определенные точки, которые отправят его прямиком на орбиту. Одними из таких мест были облизываемые уши и шея. Сегодня Роб узнал, что лизание его ног, покусывание и сосание также срывали крышу. Что еще хуже, четверо щекочущих зомби смеялись вместе с Робертом. Чем лучше реакция, тем громче становился смех. Именно это дополнительное поддразнивание начало пробуждать чувства ниже пояса… ну, это было бы ниже пояса, если бы на Робе была какая-нибудь одежда. Зомби, который щекотал пупок своим языком, переместил его ниже и начал лизать холмик лобка Роба. Это новое ощущение привлекало сильнее, поскольку оно не щекотало так сильно, как в других точках, но теперь перед Робом стояла дилемма… он начинал возбуждаться. Как он мог возбудиться в момент, который вполне может оказаться его последними часами жизни? Это был экзистенциальный вопрос, которому он не мог посвятить много мозговых усилий, поскольку щекотка все еще действовала в полную силу на другие части его тела. Зомби, обрабатывавший подмышки, переключился с ногтей в обеих ямках на все десять длинных ногтей, танцующих в одной подмышке и спускающихся вниз по бокам, одновременно облизывая языком другую волосатую подмышку. Зомби у головы Роба теперь держал его руки поднятыми только одной рукой и очень легко водил своими длинными ногтями по шее, груди и соскам Роба. Его язык все еще творил свою магию на шее и уша, добавил несколько покусываний. Это вызвало хриплое хихиканье на грани стонов. Но Роб избегал стонов любой ценой. Это невероятно смущало его! Было достаточно неловко, что он облажался до такой степени, что в то время как его щекотали самые опытные щекотуны в мире, он завелся! Это было бы неприемлемо… Однако это была проигранная битва. Каждое облизывание и каждое легкое прикосновение напоминали Робу, как он жаждал прикосновений другого человека. Хотя это и не были «люди», они, черт возьми, прикасались как люди. Именно эта мысль в конце концов выдавила у Роба первый стон и стала катастрофой для молодого возбужденного мужчины. Зомби, конечно, обратили внимание на это и решили сменить тактику на сексуальную стимуляцию. Зомби у ног Роба ослабил интенсивную щекотку и переключился на сосание его пальцев, как маленьких леденцов. Она водила языком вверх и вниз по его ступням и сводам. Между тем, она воспользовалась возможностью раздвинуть ноги Роба пошире. «Этого было бы достаточно …» Зомби, который щекотал и лизал подмышки Роба, остановился. Он приподнял Роба, забрался под него, что тот лежал прямо на зомби. Затем оно приподняло его, используя колени, голени и ступни. Повернув голову к заднице Роба, оно широко раздвинуло половинки и использовало свой длинный язык, чтобы лизнуть задницу. Изобретательность этих зомби была чем-то удивительным. «Этого было бы достаточно …» Зомби, сдерживающий руки Роба, на самом деле и без того не способствовал интенсивной щекотке, поэтому продолжил то, что и делал. Лизал языком, покусывал зубами и дразнил ногтями. Уши, шея, ключицы, соски; ничто не осталось без внимания. «Этого было бы достаточно …» Зомби, который лизал бугорок Роба и щекотал его бока, забрался на кровать между его ног и начал лизать внутреннюю поверхность бедер, линию талии и лобок. Пока его рот был занят, он водил своими длинными ногтями вверх и вниз по бедрам и животу Роба. А когда другой зомби поднял Роба с кровати, этот зомби смог также использовать свои ногти, чтобы слегка пощекотать ягодицы Роба. «Этого было бы достаточно …» Его эрекция стояла высоко и твердо, преграждая путь облизывабщему лобок зомби. Роб никогда в жизни не испытывал такого возбуждения. Он никогда в жизни не привлекал внимания даже двух партнеров, а теперь его дразнили все четверо! Его все еще щекотали, но его смех смешивался со стонами. Зомби-щекотуны тоже имитировали стоны, что делало их еще более сексуальными. Зомби у его головы, стонущий прямо в ухо, а также зомби, лижущий его задницу и постанывающий, вызывая дополнительные вибрации, сотрясающие нутро изнутри, подводили его очень близко к краю. Предякулят стекал с кончика члена Роба. Время от времени зомби между ног слизывали его. Пенис Роба, однако, оставался нетронутым. Это была сводящая с ума пытка! «Унгхх… П-пожалуйста…» Роб застонал. Он чувствовал себя грязным, просто позволив этим словам слететь с его губ. Эти злобные существа дразнили его, и он умолял их. Умолял их позволить ему испытать оргазм. «Мне это нужно. Пожалуйста, позвольте мне… пожалуйста, дайте мне кончить». Робу не дали бы такой разрядки. Вместо этого языки продолжали лизать, а его предякулят продолжал капать. Эта пытка продолжалась, казалось, несколько дней, но на самом деле длилась всего два часа. Однако через два часа зомби снова переключились на щекотку. Длинные ногти возобновили свою атаку на тело Роба. Подмышки, живот, бока, ступни, спина и задница — все стали жертвами длинных ногтей. Язык все еще использовался, но не для удовольствия, а исключительно для щекотки. Роб был в ужасном состоянии. Весь в поту, на что зомби было наплевать; они продолжали облизывать его, как будто он был самым вкусным лакомством на Земле. Роб даже не мог дернуться, чтобы избежать щекотки, потому что зомби держали его очень крепко. Независимо от того, насколько интенсивной была щекотка, эрекция у Роба оставалась, зомби могли видеть её, но не трогать. Каждое прикосновение зомби одновременно щекотало Роба и бесконечно возбуждало его. По прошествии часа щекотки зомби снова сменили тактику, вернувшись к сексуальному поддразниванию. Чувственно дразнящие язычки ускорились, в то время как длинные ногти ослабли до легкой щекотки, скользящей по телу Роба. За все это время, более трех часов прикосновений, к пенису Роба никто не прикасался… до этого момента. Зомби-щекотун между ног Роба еще раз скользнул языком по лобковому бугорку, но это означало, что теперь его язык коснулся пениса, даже если это было всего лишь мимолетное прикосновение. Роб почти дошел до пика, но этого было недостаточно. Ему нужно было больше. «Пожалуйста! Мне это нужно. Просто заставьте меня кончить!» Роб кричал между стонами. Щекотун подчинился. Скорее всего, это не имело никакого отношения к мольбам Роба, а скорее к тому, что он желал другого вкуса. Не только этот зомби хотел попробовать, но и тот, что держал Роба. Он высвободился, опуская жертву обратно на кровать, а затем присоединился к зомби между ног. Там не хватало места для них обоих, но после некоторых препирательств каждый зомби оседлал одну из ног Роба и приступил к работе. Один зомби лизал ему яйца, в то время как другой облизывал его член — от ствола до головки. Роб был и в раю, и в аду одновременно. Щекотка усилилась у его ног, в то время как лизание и покусывание шеи и ушей продолжалось. Конечно, теперь все внимание привлекал его член. Теперь он был совсем близко к концу. Ему просто нужно было сосредоточиться на нужных ощущениях, но он не мог из-за щекотки. Ногти сновали по коже Роба с нечестивой скоростью. Его плоть лизали, тыкали и подталкивали, вызывая самые щекотливые ощущения. Прозрачные капли полились из его члена, как из протекающего крана. Смех Роба возобновился вместе с его мольбами. «Из любви к… ДАЙТЕ МНЕ КОНЧИТЬ! Мне ЭТО НУЖНО. Я УМОЛЯЮ ВАС. ВСЕХ ВАС. Вы ВСЕ КОГДА-ТО БЫЛИ ЖИВЫ. ВЫ ЗНАЕТЕ, КАК СИЛЬНО мне ЭТО НУЖНО!» Щекочущие зомби не слушали. В течение нескольких часов они продолжали переключаться между щекоткой и поддразниванием. Они не прекращали ни на секунду. По мере того, как тянулись часы, Роб заметил солнце, пробивающееся сквозь заколоченные окна. Зомби тоже заметили это. Каждый из них продолжал поглядывать на лучи, которые теперь начали проникать в спальню. День обещал быть особенно солнечным. Щекочущим зомби это не понравилось. Им пришлось бы оставить свою жертву, прежде чем они смогли бы закончить ее обращение. Зомби, конечно, никогда не говорили ничего из этого вслух, да и не думали. Это было больше похоже на животный инстинкт. В любом случае, у них было не так много времени. Начался следующий раунд поддразниваний. На этот раз все было по-другому. Зомби, державший Роба за руки, поднял их вместе с Робом, затем встал на кровать. Одновременно зомби у ног Роба сбросил их с кровати. Теперь один зомби держал Роба руками над головой, один зомби прижимал ноги Роба к земле, один забрался на кровать лицом к спине Роба, а последний встал на колени между ног. Зомби позади Роба широко раздвинул ягодицы, медленно лизнул его анус, а затем начал трахать его языком. Зомби перед Робом взял весь член в рот и начал сосать. Робу однажды делали минет, но ничто не могло сравниться с этим ощущением, и, конечно, ничто не могло сравниться с ощущением языка в его заднице и сосанием его члена одновременно. «Этого было бы достаточно …» Зомби, державший Роба за руки, использовал свой язык, чтобы лизать и щекотать его шею и уши. Зомби, державший его за ноги, лизал верхние части его ступней, его голени и за коленями. «Этого достаточно …» В глазах Роба вспыхнули фейерверки. Его тело сжалось. Затем, с напряжением, которое, как думал Роб, гарантированно убьет его, он испытал самый сильный оргазм в своей жизни. Его сердце бешено колотилось, а в голове стучало. Зомби продолжал сосать. Роб чувствовал, как сильно он кончает; он исторгал сперму, как нескончаемый гейзер. Зомби, сосущий его, глотал её, как будто это была божественная амброзия, зомби у него за спиной продолжал трахать языком его зад, а последние двое продолжали дразнить остальные части его тела. Когда оргазм утих, щекотка началась заново. Снова длинные ногти прошлись по его телу. Если это возможно, он был еще более чувствительным, чем раньше. Он рассмеялся так громко, как только позволяли его легкие. После десяти минут интенсивной щекотки зомби-щекотун, державший Роба за ноги, убежал. На его месте Роб увидел яркое солнце, сияющее сквозь щели в забаррикадированных окнах. Теперь он мог передвигать ноги, но был настолько слаб после перенесенного испытания, что не был уверен, что еще сможет бегать. Мгновение спустя зомби, который только что закончил лучший минет в его жизни, тоже убежал; теплые лучи солнца согрели вялый член. Зомби, держащий руки Роба поднятыми, начал издавать рычащие звуки. Роб мог видеть, что на его руках ярко светило утреннее солнце. Через минуту или две зомби не выдержал, бросил руки Роба и выбежал из комнаты. Зомби позади Роба мог видеть, что его жертва свободна от каких-либо ограничений, и действовал быстро, пытаясь подчинить Роба. На этот раз зомби-щекотун был слишком медлителен. Оказавшись на свободе, Роб потратил всю свою энергию, чтобы подбежать к своей куче одежды, схватить нож, развернуться с лезвием в руке и обнаженным, как в день своего рождения, встретиться лицом к лицу со своим последним похитителем. Зомби издал последний смешок и убежал, следуя за своими ранее сбежавшими собратьями. Собравшись с силами, Роб переоделся и отправился обратно на базу. Вернувшись, он трижды проверил все выходы и заезды, лег в постель и проспал следующие восемнадцать часов подряд. Роб выжил, чтобы жить дальше.