Лицом к Лицу

Я поражен их наглостью. Так бесцеремонно!... И так тупо. Как любит говорить Лидия Павловна: "Цирк уехал, а клоуны остались". Рома- Ромой, а додуматься до такого "героизма" всё-таки надо было. Заведомо такой сценарий был провальный, а уж с такой игрой - тем более. Но факт остаётся фактом: мне могло здорово прилететь от него, если бы Полина не вмешалась... Пока я стоял, как истукан, и пытался сообразить, что вообще происходит - она сразу поняла, что к чему... Даже мне стало не по себе от её крика и железобетонной речи... Теперь то я надеюсь, что этот ублюдок оставит нас в покое, а пока пусть побесится. Видеть его больше не желаю. В любом случае, можно сказать, что Полина меня сегодня изящно спасла от этих шакалов, Бяша так вообще убежал куда-то в страхе, когда речь зашла про черный гараж. Интересно почему? Сейчас же мы направляемся к ней домой. На душе как-то легче, ведь одной проблемой меньше. Снег валит крупными хлопьями с небо, покрывая укатанную дорогу новым ковром, который будет с характерным треском хрустеть под ногами. Дым клубится из домов, затем поднимается вверх и сливается с серым небом. Покажется странным, но мне такая серая атмосфера даже нравится, такая спокойная и непринужденная, ощущение зимней сказки... Но нужно быть всегда на чеку! Смирнова пропала. И мне почему-то кажется, что с концами. Мне не понравилось то, что Полина утром мне сказала... Катя хоть и угнетала, душила морально меня по полной, но чувства сострадания я не лишён... Мне жалко её... Я бы не хотел с ней враждовать... Какая-то отпетая, жуткая, чудовищная тварь скитается в этих местах, рыщет, вынюхивает новую жертву... Вот поэтому нужно быть на чеку! Себя и Полину в обиду не дать... А милиция как будто ничего и не делает, такой маленький поселок, а столько возни! Что тут искать то? Лес прочесать полностью и готово... (Антон)- Погода сегодня сказочная какая-то. - начал я непринуждённую беседу, а то беседы вести только лишь с самим собой - дело не шибко интересное. (Полина)- Возможно... Серо, как и всегда! - сухо ответила она мне. (Антон)- Вот ты так рвешься в город! Это похвально! Согласен, тут ловить нечего... Но разве стоит поэтому подчеркивать и выделять жирным штрихом весь негатив, который бросается в глаза?.. (Полина)- Я не могу тут находится, понимаешь? Тоска, словно самая едкая кислота растворяет изнутри, причиняя такую невыносимую боль на протяжении уже стольких лет!... И ничего не меняется - прошептала она вдогонку: И ничего ещё долго не поменяется... (Антон)- Именно поэтому не стоит полностью захламлять мозг этими вездесущими проблемами... Нужно жить... даже в таких условиях находить, чему радоваться, потому что нагруститься всегда можно. А так я не понимаю смысл самого себя загонять в агонию. (Полина)- Вот именно! Нужно хотя бы выжить!... Я не хочу гнить разбросанной кусочками по всему лесу! Мне страшно! И я ни за что в жизни не поверю, что ты не боишься... (Антон)- Я тоже про это думал. Хрипота в её голосе - вот это меня пугает. Я хорошо чувствую чужие эмоции, и всякие смутения и слезы вгоняют меня в ступор. С каждым новым днём становится всё беспокойнее и беспокойнее. Новые объявления о пропажах на доске... Главное, чтобы следующем на стенде оказался не ты и не близкие тебе люди. За них страшно. Похоже, что мы пришли в нужное место. Её дом... Я не таким его себе представлял... А каким я его себе представлял? Весь розовый в цветочек?... Он оказался старее, чем я предполагал. Стены, выкрашенные в зелёную облезшую краску, выцвели за те года, что этот дом тут стоит. Когда стоишь на одном месте - начинаешь мёрзнуть. Мне хоть и было интересно рассмотреть дом по-подробнее, но вот задерживать Полину на улице я не стал. Ветер согнал снег возле маленького косого заборчика, образовав ему некую подпорку-сугроб. Воздух вьюжит, завывает, обдавая меня тоскливым зимним морозным запахом. Я хочу в дом. ... Словно в трансе я опять застыл, вглядываясь пустыми глазами вдаль, Полина уже чуть ли не за руку меня берет, чтобы я наконец-то зашёл в дом. (Полина)- Ну ты что опять застыл-то , Тош? (Антон)- А-а-а, Я?... Задумался немного, атмосфера знакомая... - я посмотрел на неё, она улыбалась. Не знаю, как я выглядел со стороны, но, скорее всего, моё лицо расплылось в страдальческой гримасе. (Полина)- ха-ха-ха, ты такой смешной, задумчивый... - расхохоталась она, её звонкий смех слышен на половину посёлка. (Полина)- Пошли уже, холодно! - слегка подёргивая меня, приказала Полина. Мы уже начали заходить во внутрь, как уже Полина остановила меня. (Полина)- Прежде, чем мы зайдём ко мне, я должна тебя предупредить... Мой дедушка может показаться тебе немного странным, но ты не пугайся его, он гостей любит... Просто ему, кроме меня, говорить и не с кем. (Антон)- Хорошо-хорошо, меня ничем не испугаешь! - хотя такое предостережение меня напрягло, насторожило и даже немного встревожило. Дверь открылась и мы, наконец-то, в тепле. Внутренняя отделка дома отличается от внешней, она намного аккуратней, видно, что обои старые, но они не так потрёпаны временем, как краска снаружи. На стене висели всякие охотничьи трофеи и двустволка, на тумбочке стоял дисковый телефон, как будто точь-в-точь наш, именно с него Полина звонила мне вчера... Подобные воспоминания согревают. (Полина)- Я быстро в комнате приберусь, а ты постой тут, хорошо? Раздевайся, разувайся пока. (Антон)- Хорошо. Мне к беспорядку не привыкать, по крайней мере, в своей комнате... Меня такие вещи не смущают, но если уж смущают её, то я без всяких нареканий готов и целый час прождать. Одинокая "лампочка Ильича" качается на потолке, освещая довольно крупный коридор своим жёлтым светом, попутно и подогревая дом. В каком бы я доме не был - везде разный запах, причем абсолютно непонятный, как он получается именно таким? Он не похож на что-либо, он не противный, но очень странный и непривычный. Я уже и разделся, и разулся, а команды идти в комнату всё ещё не было. Но тут тень начала разрастаться по полу, и из кухни выехала инвалидная коляска, а на ней грузный старик, он как будто почувствовал, что я уже заскучал, и подоспел на помощь. Вид его двоякий: вроде бы добрый бородатый дедушка, а взгляд у него хитрющий, пронизывающий, сканирующий с ног до головы. (Дедушка Полины)- О-о-о, а ты значит Антон Петров? (Антон)- Ага - с некоторым волнением в своей манере промямлил я (Дедушка Полины)- Рад знакомству... Мне Полиночка рассказывала про тебя, говорила, что ты недавно сюда переехал... (Антон)- Я тоже рад знакомству... (Дедушка Полины)- А меня, кстати, Харитоном величают... (Харитон)- Ну как тебе тут у нас? Освоился? (Антон)- Ну, вроде бы, да... (Харитон)- Хорошо это... А то слышал я, что дети опять пропадать начали... Что значит "опять"? Как-то очень быстро поднялась эта тема... (Харитон)- Ай-ай-ай, бедные дети! - старик схватился за голову и как будто наигранно закачал ею. Кровавые ошмётки, растерзанная плоть, растрепанная одежда, обглоданные дикими зверьми кости и душераздирающие, пробирающие до самых сильных мурашек вопли и крики боли, агонии от тех издевательств, что пережили... точнее, не пережили и пережить никак не могли. На мгновение перед глазами появилась Катя, что пропала совсем недавно. Челюсть отвисает, точнее, просто висит на кровавых ошметках лицевых мышц, кровь стекает ручьём на снег, впитывается в него. Взгляд потупленный, натерпевшийся боли, ноги, руки изрезаны до костей. Грудь и живот распотрошены, из них торчат кишки и обломанные рёбра... (Харитон)- Фольклор здешних мест очень богат, если поспрашивать, то можно услышать множество баек, а может и вовсе очень даже правдивых и уникальных историй! С чего это он вдруг начал про фольклор? Да и какой фольклор у маленького поселка в северной глуши? (Харитон)- Я же краеведом сколько был в этих местах, все байки знаю! - говорил он медленно, с выражением, басистый ораторский голос растекался по коридору, словно масло, проникая в ушные раковины... (Харитон)- Случилась данная история пару веков назад... Был посёлок богат на дары природы: и ягоды, и грибы, и рыба, и дичь... Повадились местные жители лес разграблять, всё выжимали из него! Кто из леса карася притащит, а кто и гуся!... А главный егерь не то что не препятствовал браконьерству, так ещё и в первых рядах разорял!... Выйдет в лес и закричит: "Я в этом лесу хозяин!" В итоге стал он самым зажиточным человеком на селе, погреб, того и гляди, лопнет!... Но тайга в те времена совсем опустела!... Устроил как-то он пир у себя дома, на стол поставил всё, что из леса натоскать успел... Прошёл час, другой, ночь опустилась на поселок... Вдруг ни с того, ни с сего собаки залаяли во дворе, ну, егерь значит и говорит слугам своим: - Собакам кости дайте!... Вдруг в ворота застучали, а егерь уже жене своей говорит: - Выйди во двор, гостей прогони! Жена вышла, и тут по двери кто-то застучал с такой силой! "БАМ-БАМ-БАМ". А егерь полуживой до погреба дополз и там закрылся на замок. Вдруг из-за двери голос жены раздаётся: - Впусти меня, это жена твоя! - В жизни не впущу! - Ох, изголодалась я, любимый, дай хоть чего поесть! - Уйди-уйди, Христом заклинаю! - Коли полностью не выйдешь... отрежь хоть кусок от себя! Просидел егерь в погребе до самых первых петухов, вышел, а слуги его и жена ВИСЯТ ПОВЕШЕННЫМИ НА СОБСТВЕННЫХ КИШКАХ ВДОЛЬ ТРАКТА! Смотрит по дому, а у него уже дикие звери хозяйничают... Побежал он сломя голову, подальше от этого места, но ИСТИННЫЙ ХОЗЯИН ЛЕСА всё равно настиг его... .... Боже мой, что я сейчас прослушал!? Мне, конечно, не привыкать слышать всякую жесть, например, из телевизионной коробки... Но там и близко таких ужасов не рассказывают. Про себя я уже молился:"Полина, пожалуйста, поторопись, я беру свои слова назад, что готов тут тебя час прождать... (Харитон)- Как и в любой байке, в этой тоже есть довольно значительная доля правды... Тут из приоткрытой двери показалась Полина. О, слава богу, она меня услышала! Слушать дальше эти умопомрачительные сказки я уж никак не хотел. (Полина)- Антон, заходи! Прости, дедушка, но я его у тебя забираю. - прозвучало, будто я какая-то вещь, но я ни капельки не обижаюсь. (Харитон)- Ну идите, пообщайтесь, молодые... Я быстро прошмыгнул мимо Харитона, он же сидел неподвижно на своей коляске, положив руки на подлокотники, ладони у него конечно огромные, как и живот, скрытый клетчатой рубашкой. Сколько лет ему я определить точно не могу, наверное, где-то между 70 и 80, волосы полностью седые, как остатки их на голове, так и усы, сросшиеся с длинной старческой бородой. Зубы деда на редкость целые, взгляд непонятный, то ли хитрый, то ли любопытный, то ли даже встревоженный. Вопросов к нему, у меня на самом деле нет, если не считать рассказанную им сказку, к чему она? При чем тут звери? Алиса - хорошая девчонка, задорная, и друзья её, вроде бы, тоже ничего... И вот я шагнул в долгожданную неизвестность, как выглядит её комната - было интересной загадкой для меня, на которую я довольно сильно хотел узнать ответ. Опять же розовый в цветочек? Девчачьи плакаты?... Удивительно! Оказалось всё не так. Комната выглядела по-деловому, обоев выгоревший цвет, на стене висят тикающие часы, которые показывают уже пол пятого. Справа стоит рабочий столик с настольной лампой, рядом телик, слева диван, не кровать даже, за ним шкаф, видимо, выполняющий функции как гардероба, так и хранилища всякого барахла... Посередине стояло огромное пианино или фортепиано, я не помню в чём различия... Хотя нет, вроде бы, всё-таки пианино... (Полина)- Чем займёмся? - отвлекла меня от просмотра комнаты, Полина. (Антон)- Ну-у, не знаю, я же у тебя в гостях, вот ты меня и развлекай. - пошутил я, хотя голос сделал серьёзным, но Полина, видимо, шутку не совсем поняла и надулась. (Полина)- Ой, царевич, что же это я к вашему приходу то не подготовилась? - голос она сделала саркастический. (Антон)- Ой, да ладно, не обижайся только. (Полина)- Надо выражения выбирать всё-таки, Петров, с девушкой общаешься, а не с парнями. - прозвучало наиграно. (Антон)- Ну давай телевизор посмотрим, только не что-нибудь не девчачье, пожалуйста. (Полина)- Ты у меня дома ещё и возмущаться смеешь? И кто сказал, что я смотрю только мультфильмы про принцесс. Как же вы, парни, легко проглатываете стереотипы. (Антон)- Ну и что ты к примеру смотришь не из девчачьего? (Полина)- Например, мне трансформеры нравятся... Удивить она всё-таки меня смогла, впервые вижу девочку, которой нравятся трансформеры. Но интересней даже не это, а то какая она милая, когда спорит, вся налилась краской, поспела как ягода. (Антон)- А какой твой любимый автобот тогда? - решил я подловить её, не до конца веря её словам. (Полина)- Мегатрон! - она попыталась спародировать его голос, но получилось так себе. (Антон)- А ты у нас значит плохишей любишь, так ведь? (Полина)- Ерунду несешь, Петров! Просто нравится и всё. Я подошёл к окну, небо немного прояснилось, остатки туч громадными кораблями плыли по синеве, тараня золотые лучи солнца. Золотой диск нависал над горизонтом, пройдёт минут семь и он полностью скроется. Зимой самые красивые и продолжительные закаты, холодное солнце долго уплывает от наших глаз, белый снег отражает золотое свечение, блестит, переливается от этого. Закат- явление хоть и крайне обычное, но завораживающее, как дающее надежду, так и вселяющее тревогу перед длинной, тягостной, черной и всепоглощающей ночью. (Полина)- Мне тоже закат нравится, вдохновляет меня что-ли. - вновь прервала мои раздумья Полина, пора бы прекращать вот так застывать на месте, а то неудобно получается. (Антон)- Я бы зарисовал, только вот всех красок мира не хватит, чтобы в точности передать красоту данного процесса, я бы сфотографировал, только вот не существует фотоаппарата, который бы воспринимал эту картинку в точности, как человеческий глаз. (Антон)- Сыграй что-нибудь, я ещё ни разу не слышал в должной мере, как у тебя получается. Она широко улыбнулась, как будто очень долго ждала этого момента, просто ждала, когда ей дадут возможность. Как танцовщица балета двумя прыжками Полина подскочила к футляру, в котором находился, скорее всего, даже смысл её жизни, её мечта, её надежда, её шанс на самоопределение, её возможность, её страсть, её символ воли и стойкости... Только смычок коснулся струн, как звонкий и протяжный звук распространился по всей комнате, окружая, запутывая меня, заставляя забыть, что было до этого. Минуты летели одна за другой, как вагоны состава мчались сквозь меня, вместе с музыкой. Уши наслаждаются, глаза восхищаются, сердце колотится, живот сжимается от огня внутри, что разгорается вновь и вновь с новой силой в каждую волну, в каждый подъём. ЕСЛИ ОГОНЬ - ПЕПЕЛ, ТЕНЬ - ЭТО ЧАСТЬ СВЕТА, СЧАСТЬЕ МОЁ, ГДЕ ТЫ? Вибрация инструмента передаётся в моё тело полностью, эмоции захлёстывают полностью, мозг ломается, нейронные связи взрываются, образуя цепную реакцию. И на этом моменте я понимаю, что мне больше ничего и не нужно, я хочу, чтобы всё продолжалось именно так, а никак иначе. Наверное, потеряв Полину, я сойду с ума, потому что вместе с ней лишусь своего наполнения, останусь без всякого умиротворения, без противовеса, рухну в пропасть... ТОЛЬКО В РУКАХ ВЕТЕР, БЫЛ, А ТЕПЕРЬ НЕТУ, СЧАСТЬЁ МОЁ, ГДЕ ТЫ? Полина закончила, оторвав смычок от струн. По лицу было видно, что она в замешательстве, что ждёт моей реакции. Но как бы я не хоть как-то раскритиковать её игру, звучание, а я и не хотел, делать это было просто не за что, может какой-нибудь мастер-виртуоз поводил бы носом, но собственно кому нужны его скупая оценка и пустые замечания? Я как самый обычный человек восхищаюсь умением, звучанием, гармонией... Мне больше ничего и не надо! (Антон)- Одним словом - Бесподобно! Самое меньшее, что я могу тебе сказать. Её лицо вновь покраснело от смущения, скулы подтянулись, а это всего лишь был один комплимент. Я встал с дивана и был беспощадно напуган громким шипением у моих ног, глаза сами опустились вниз, в полуметре от меня скалилась сиамская кошка, которую я до этого не замечал. Животина как будто готова была съесть меня, преисполнялась ко мне ярчайшей ненавистью, будто я её на улице палкой гонял. Шипение прекратилось и кошка с выгнутой спиной и взъерошенной шерстью рванула от меня прочь, запрыгнула на стол, а от туда на плакат "Сейлор Мун", висящий прямо над ним, досталось ему сильно, бестия вцепилась огромными когтями в бумагу и уже от того места прыгнула на шторы, разорвав плакат в клочья. По шторам кошка полезла как по лестнице, забралась на гардину, а с неё - на шкаф. Я виновато посмотрел на Полину, она была в шоке. (Полина)- НУ-У, ДЖОАННА!!! Что ты делаешь! Что за кошка да такая! Ощущение было, что Полина сейчас расплачется, плакату находился сейчас в очень плохом состоянии. (Антон)- Прости, пожалуйс... - договорить я не успел, меня перебили. (Полина)- Никогда не извиняйся, когда твоей вины нет! Это кошка у меня такая придурошная, совсем уже из ума выжила. К ней и так, и этак, а она всё равно вытворяет, что ей вздумается... (Антон)- Ну и что с плакатом будем делать? (Полина)- Ну что, что, выбросить придётся! (Антон)- Ты чего! Его ещё можно спасти, куски довольно крупные, склеить же можно. (Полина)- Ты думаешь, получится? (Антон)- А то! Я за сестрой как-то даже вазу склеивал, от оригинала практически не отличить было! Она опять улыбнулась, почаще бы так... Нет, не плакаты почаще рвать, а чтобы она улыбалась. Мы выложили все кусочки на стол, их всего то штук десять, это уж точно не сложнее классических паззлов. И КАК ХРУСТАЛЬ СЛЁЗЫ, ЕСЛИ НЕ ТЫ, КТО ЖЕ ПЕСНЮ ДОПЕТЬ СМОЖЕТ?       Картинку собрали на какой-то досточке стык-в-стык, затем перевернули, а там уже я ювелирно заклеил трещины скотчем. Получилось хорошо, а если поставить в рамочку, то склейки вообще видно не будет. Полина кинулась мне на шею, от перевеса меня покосило назад и я плюхнулся вместе с ней на диван.        БЬЁТСЯ В ОКНО ВЕТЕР, НОЧЬ КАК КОНЕЦ СВЕТА, СЧАСТЬЕ МОЁ, ГДЕ ТЫ? Такие резкие перемены в её настроении я нашёл крайне странным для себя, от печали до радости для неё всего шаг и наоборот. Под натиском я свалился на спину, Полина нависала надо мной, обдавая меня полностью своим фирменным запахом ежевики, который просто въелся глубоко в мозг, каждый раз вызывая ассоциацию именно с этой неповторимой черноволосой красавицей, приятную ассоциацию с хорошим времяпрепровождением... Пряди длинных волос свисали перед лицом, прикрывая его часть, она смахнула их рукой назад. Глаза голубые и глубокие, словно из самого синего льда, зрачки увеличились. Говорят, что такое происходит, когда смотришь на объект своего обожания, у меня тогда, наверное, они тоже расширились. Рот совсем слегка приоткрыт, она как в трансе, как Рома тогда на заднем дворе, застыл от чего-то и не мог сдвинуться с места. И ЗА ТОБОЙ СЛЕДОМ, ГДЕ НИКОГДА НЕ БЫЛ, МЕЖДУ ЗЕМЛЕЙ И НЕБОМ; (Антон)- О чем задумалась? (Полина)- Да так, красивый ты! Мы встретились Лицом к Лицу. Она начала приближаться лицом в ожидании, когда же я пойду к ней навстречу. Наши губы слились в долгожданном, неповторимом, моём первом поцелуе. Момент, что врезается в память, въедается в неё, создавая амальгаму, как ртуть с золотом. Я и Она - одно целое, неразделимое, единое и неповторимое... Я закрываю глаза представляя себе самую сказочную жизнь. Какой, к черту, Дисней-Лэнд? Я по-моему перерос такие детские желания. Я хочу счастья! Ловить его в больших городах, долго и упорно, но самое главное! С Ней! Без неё в этом нет смысла, как и не может быть счастья... Познакомиться друг с другом - чуть больше недели назад. Почувствовать, узнать друг друга - сейчас. Разузнать, изучить друг друга - в ближайшем будущем. ... Я не понимаю чем, но такой способ прикосновения друг к другу доставляет чрезмерное удовольствие, внутри пламя разгорается словно пожар, нудящее, томное чувство опустошения, но оно приятное, тягостное, но приятное. Эндорфин, адреналин в огромных дозах выделяются в кровь, но волнения нет, я разве что слышу громкое и учащенное сердцебиение как своё, так и её. БЬЁТСЯ В ОКНО ВЕТЕР, НОЧЬ КАК КОНЕЦ СВЕТА, СЧАСТЬЕ МОЁ, ГДЕ ТЫ? Мы разъединились, Полина села рядом со мной, я тоже принял такое положение. (Полина)- Да, хорошо всё это, спасибо тебе за вечер. - с некоторой грусть проговорила она. (Антон)- Тебе тоже, я не забуду этот день, просто не получится. (Полина)- Тебя, наверное, ждут дома? - спросила она, ещё больше опустив брови. (Антон)- Скорее всего... Мне, кажется, это даже в какой-то степени хорошо. Всё в один раз - как-то неинтересно. Нет, я не про то, что ты мне надоела или наскучила.... А-а-й, чёрт, забудь то, что я сказал... (Полина)- Да я понимаю, мне тоже надо уже готовиться к завтрашнему дню... (Антон)- Ну тогда до завтра? (Полина)- Получается так. До завтра! Мы в последний раз коротко обнялись и я уже вышел из комнаты. Встал у выхода, начал одеваться, но тут из кухни опять выехал Харитон, я уж забыл про него. (Харитон)- Уже уходишь, Антон? (Антон)- Да-а, дома ждут. (Харитон)- Смотри в оба, береги себя! Не все к тебе настроены доброжелательно! (Антон)- Да это уж понятно, врагов хватает у каждого. (Харитон)- Но у тебя особенный случай. Звери тебе не друзья, а уж тем более хозяин леса... Ой, опять он про свою чертовщину загонять начинает. Ну да, общаюсь я с одной девочкой в маске лисы, но она же ведь хорошая!       Я уже надевал шапку с перчатками, ещё чуть-чуть и покину этот дом, чтобы поменьше слушать трепа старого, ускорился ещё сильнее. (Харитон)- Я не шучу, Антон! Посёлку угрожает огромная опасность, видишь, что они со мной сделали? Что сделали? Его же собаки покусали? (Харитон)- Только ты в состоянии прекратить это издевательство! Главное, запомни, главное...! ... (Антон)- До свидания, харитон, был рад знакомству! - сказал я, уже открыв дверь. (Харитон)- Главное - ничего от них не принимай, не ешь, даже, если в рот будут пихать! - крикнул он мне вслед.       Закрыл дверь. Морозный воздух обжигает не только лицо, но и лёгкие, нужно быстрее идти домой! Дом Полины закрывает луну, от этого как бы подсвечивается. Жуткая красота! Одинокие фонари горят, указывая путь. Осталось только домой прийти...