У каждого сияющего есть свой поклонник

Это... Было что-то. Мягкий свет играл на сцене, перебегая с места на место, пока изящная, тонкая фигура буквально купалась во всех этих восхищённых взглядах, что были направлены прямо на неё. Что ж, Хаск не был исключением. Оторвать взгляд от выступающего паука ему казалось буквально преступлением в данный момент. Ему, наконец, нравилось место, где выступал его парень. Не шумный клуб со стереомузыкой, где Энджел был вынужден вставать в самые откровенные позы, чтобы дать зрелища жаждующим душам. Нет, это был бар в стиле пятидесятых годов прошлого столетия, где Энджел мог элегантно одеться, показать всю свою природную изящность и красоту без выдавливания из себя самых похотливых движений или звуков. Хаск проваливался в этом месте в ностальгию, время, когда он был жив, когда была последняя надежда, что он сможет ещё чего-то добиться, когда казалось, что жизнь только набирает обороты. И, кажется, время полной безнадёги, бесцельного существования подходит к концу. Любоваться своим парнем, что буквально светился под этими огнями, плавно перемещался на сцене под медленную музыку, наблюдать за его медленными, почти гипнотизирующими движениями было восхитительно, пробивало на дрожь. Хаск сам никогда не любил внимание. Публичное выступление ещё со отроческих лет казалось ему пыткой. Даже повзрослев, он продолжал сторониться лишних взглядов к своей персоне. Хаск никогда не любил свет и через чур шумные места, но он любил ночь, а вместе с ней и тьма, что поглощала город. Сидеть в темноте, наблюдая за приятелями, что веселятся и светятся от счастья было весело, зная, что они тебя не позовут, понимая, что ты снова махнёшь рукой, как и в прошлые сотни их отчаянные попытки. Хаск не мог ничего с собой поделать. Так уж получилось, что он был, скорее, слушателем и наблюдателем. Но его восхищали люди, что могут привлечь внимание толпы на себя. Именно такой личностью и был Энджел Даст. Казалось, свет прожекторов придаёт особое свечение пауку. Он так элегантно и красиво двигается, что сердце замирает каждый раз, когда Энджел бросает на него мимолётный опасный взгляд. Золотое облегающее блестящее платье идеально сидело на его стройной фигуре. Хаск сидел поодаль от сцены, не желая быть слишком близко к Энджелу, иначе его сердце не выдержит всей красоты, что излучал паук, и все остальные в баре заметят его влюбленный взгляд. Нет, он просто будет тихо наслаждаться шоу издалека, где никому до него не будет дела, где он будет продолжать оставаться в тени, неспешно попивая свой бурбон. Энджел прислонил спину к стене, игриво протягивая ноту, немного скатываясь вниз. Заиграли саксофоны, меняя тон мелодии и Энджел положил верхнюю пару рук на талию, а нижнюю на бёдра и кокетливо задвигал плечами. Мелодия начала играть более весело и задорно, чему и соответствовали движения паука. Он сделал три быстрых шага вперёд, три быстрых шага назад, не забывая маневрировать руками. После нескольких таких движений Энджел Даст прошёлся вниз по ступенькам со сцены, всё ещё продолжая петь. Он встал посреди столиков, где сидели грешники и всех их взгляды были прикованы к нему, Хаск, конечно, не мог их винить – черт возьми, они были в одной грёбанный лодке! Но он явно не мог отрицать чувства ревности, что предательски ползёт по его спине. Энджел энергично покачивал бёдрами, пока на его лице была та самая соблазнительная самодовольная улыбка. Паук прошёл дальше, трогая на своём пути плечи демонов, после чего те расстегивали свои верхние пуговицы и ослабляли галстуки. Кажется, им становилось слишком жарко после всего одного его прикосновения, а кому нет? Хаск мог лишь наблюдать за своим парнем с наслаждением, иногда делая глотки алкоголя, чтобы заземлить свой разум. Но он чуть не поперхнулся, когда заметил, как Энджел целенаправленно приближается к его столику. Что, блять, затеял этот ублюдок? Энджел, тем временем не торопясь пятился к месту Хаска. По мере приближения белого демона, кот чувствовал, как сильнее краснеет его лицо. От выступающего сейчас демона не знаешь чего ожидать! И в этот момент, как ему показалось, Хаск заново влюбился в Энджела, когда увидел, как тот стоит около его столика и так соблазнительно пропевает ещё одну строчку песни. Хаску кажется, что стук его сердца слышит весь бар. Скорее всего, сейчас все взгляды устремились к ним двоим, но Хаску сейчас было настолько плевать на это, в данный момент всё, за чем он хотел наблюдать, это за движениями Энджела. Дива обошла столик и встала прямо за котом, а затем положила свои руки в таких же переливающихся блеском, золотых, как и платье, перчатках на его плечи, слегка массируя. Кот был уверен, он смотрится так глупо с красным, почти горячим лицом, пока паук уделяет ему особое внимание на глазах у всего бара. Хаск успел только моргнуть, как паук уже сидел на его коленях. Кот шумно вздохнул. Это был момент, когда они оба смотрели друг на друга, их вовсе не заботили другие грешники, что бессовестно пялились на них двоих прямо сейчас. Хаск сейчас так сильно хотел притянуть Энджела и поцеловать его. Показать всем этим ублюдкам в комнате, кому на самом деле принадлежит тот, на которого они пускают прямо сейчас слюни. Но он не мог в одночасье испортить выступление своего парня из-за минутного похотливого желания. Его когти так впились в стул, что он в какой-то момент услышал хруст древесины. Энджел пропел повторение прошлой строчки, а затем взял Хаска за галстук бабочку и притянул его лицо к себе, держа его в таком положении несколько секунд. Румянец на лице кота был настолько очевиден, что ему казалось как жар от его лица чувствуют все, кто сидит здесь. Энджел дарит ему мимолётный поцелуй в щёку, а затем встаёт также неожиданно, как и садился. Он немного толкает Хаска в лоб и быстро удаляется в сторону сцены, всё также соблазнительно покачивая бёдрами. Кот осмотрел бар, заметив, как многие грешники поправляют свои воротники. Он не хотел этого знать, но зачем-то посмотрел в область паха многих из них, у них которых виднелись явные стояки. Он мог лишь закатить глаза, мысленно напоминая себе, что Энджел выбрал его, и ему не стоит обращать внимание на этих идиотов с неконтролируемой эрекцией. Хаск быстро принял свой прежний невозмутимый вид, взял в руку стакан горькой жидкости, продолжая выполнять свою единственную миссию: наблюдать и восхищаться пауком, что прямо сейчас блистал на этой сцене. _______________ После конца очередной песни Энджел удалился со сцены, посылая всему залу воздушные поцелуи. В один момент он повернулся всем телом к Хаску, и, подмигнув коту послал ещё один воздушный поцелуй в его сторону. Демоны вокруг него засвистели и смеялись, пока Хаск мог только безотрывно смотреть в одну точку, покрываясь жарким румянцем. Он чувствовал себя таким уязвимым под столь завораживающим взглядом порнозвезды, что не мог ничего с собой поделать. В такие моменты он чувствовал себя глупой девочкой подростком, первая любовь которой пригласила её на выпускной. После Энджела вышла пара каких-то фриков, которые не были также интересны Хаску, как его парень, выступающий ранее. Он просто наблюдал за каким-то нелепым комедийным номером, который исполняли актёры на сцене, бездумно продолжая попивать алкоголь, пока его телефон не завибрировал. "Ты заставляешь ждать меня целую вечность😒" Он скрыл маленькую улыбку за стаканом с бурой жидкостью и покачал головой. Одним махом он залил в себя весь оставшийся напиток и с шумом поставил стакан на стол. Энджел прислал ему фото с местоположением своей гримёрки и Хаск поторопился добраться до места. Было нелегко пробираться сквозь толпу пьяных вонючих зрителей, ловкость никогда не была коньком обладателя огромных неуклюжих крыльев. Когда спустя минуты Хаск добрался до места, он не мог сдержать тихого смеха, дверь Энджела была украшена стразами и различными украшениями, а посреди двери висела светящаяся надпись "Энджел Даст". Боже, он и правда был такой капризной дивой? Хаск зашёл без стука, он знал, что ему он не требуется, и увидел своего парня, что сейчас бесцельно скролил ленту социальных сетей, по всей видимости, отдыхая от своего выступления. Энджел заинтересованно поднял глаза и улыбнулся, когда увидел знакомую фигуру. — На сегодня это всё? —Спросил Хаск, пытаясь не выглядеть влюблённым дураком, отводя взгляд — Ага. По плану я должен был выступать самым последним, но я сумел договориться с остальными актёрами пропустить меня вперёд, — он встал и подошёл к зеркалу, проверяя макияж. — ...это имело смысл? — Озадаченно спросил Хаск, подходя ближе к пауку, не желая отходить от него слишком далеко Хаск увидел проблеск румянца на щеках Энджела, порнозвезда застенчиво отвела взгляд, но взяла себя в руки через секунду и повернулась лицом к лицу к коту. — Я думал, ты не останешься на такое позднее время... — Паук закатил глаза и потёр шею сзади, чувствуя прилив смущения от признания. Сердце старого кота буквально растаяло при этом заявлении. Хаск фыркнул и заключил Энджела в крепкие объятия, заставляя их обоих смеяться. Они пятились в разные стороны, не желая отпускать друг друга, пока не запутались конечностями и не упали прямо на диван. Секундное осознание, что только что произошло и они разразились громким смехом. Два демона приняли удобное положение. Хаск сел ровно, а Энджел занял место на его коленях, прижимаясь к телу кота. Если порнозвезда и услышала мурлыканье, то ничего не сказала, чтобы не слышать возгласы своего парня о том, что "он, блять, не милый!" — Ты был... Великолепен, там, на сцене, — внезапно заговорил Хаск — Правда? — Энджел наверное знал, что Хаск не станет льстить без причины, но в это всё ещё было сложно воспринимать искреннюю похвалу, не имеющую за собой желание его трахнуть. — Ага, — он погладил чёлку паука, — кажется, это твоё место, ты должен быть в центре внимания, — он положил лапу на затылок розового демона, целуя его в лоб. Когда он отстранился, то не мог не заметить этого очаровательного румянца, что разлился по щекам паука. Порнозвезда была известна своей бесстыдностью, но такие глупые слова Хаска заставляли лицо Энджела гореть. — У тебя тоже есть таланты, которые ты можешь показать публике, знаешь? — розовый демон лёг обратно на грудь своего парня, бездумно выдохнув, наслаждаясь мягким тихим мурлыканьем. — Мне не нужно внимание всех этих ублюдков. Я всю жизнь ненавидел публичные выступления, детка, — Хаск методично гладил руку Энджела, — На самом деле эта неприязнь к выступлениям и помешала мне построить карьеру... Знаешь, фокусника? — Хаск нечастно заикался о своих "глупых" детских мечтах, для него это было слишком личной темой. Но как же ценил Энджел, что он входил в то маленькое общество людей, которым Хаск действительно доверял. Старый кот усмехнулся, — На самом деле, знаешь, Энджи, мне кажется, у того, кто буквально светится, — Хаск провёл большим пальцем по тыльной стороне ладони паука, — обязательно должен быть тот, кто будет восхищаться его слиянием, — и именно здесь Энджел понял - как же сильно он был влюблён в грешника напротив него. Энджел вскочил, и тупо смотрел на Хаска. В нём прямо сейчас было так много чувств и эмоций, которые он не знал, как выразить. Всё, на что способен был после таких слов Энджел – это на скрепление их любви друг к другу через поцелуй. В поцелуе было так много жара и желания, но в то же время он был настолько интимным и личным. Энджел никогда никого не целовал таким образом. Только Хаск был удостоен сердца паука. Он был таким особенным для него. — Чёрт возьми, Хаски, — они расстались, быстро дыша, будто только что бежали, — если мы прямо сейчас не пойдём в приват комнату, я блять, — не успел Энджел договорить, как его подхватили сильные руки и поспешили удалиться со столь душной гримёрки. Как только два демона вышли с комнаты, Хаск направился в случайное направление, не смотря на дорогу. — ХАСК, НЕТ! — Сейчас направо, Хаски, направо!" раздались в коридоре вопли Энджела. — Упс, детка, сейчас, — Хаск развернулся и направился в другую сторону. И даже если он использовал крылья, чтобы быстрее добраться до места, они оба об этом никому не расскажут. В эти моменты, когда два демона разделяли любовь друг с другом остального мира не существовало.