Покорившая сердце

      Проснувшись после проведённой ночи с Сашей, а если быть точнее, то раннего утра, так как парень вернулся домой около пяти утра и после случившегося между нами, я крепко уснула умостившись на плече Джокера. Открыв глаза я поняла, что проспала целый день, за окном уже сгущались сумерки. Саши рядом не было. Сладко потянувшись я села на кровати и осмотрелась вокруг. Рубашка, которую мне дал Джокер, валялась на полу. Одевшись я вышла из комнаты. Из ванной слышался звук льющейся воды, я улыбнулась самой себе и пройдя на кухню, решила приготовить себе кофе.       Взяв в руки дымящийся напиток я села за стол, но не успев поднести чашку ко рту, услышала звук открывающейся двери и мужской голос разрезал тишину квартиры. — Джокер! Джокер, ты где? Ты дома? Почему трубку не берёшь?       Шрам прошел внутрь квартиры и наткнулся на меня. — Валерия Андреевна? — удивлённо произнёс Виталя, — А вы почему здесь? Где Джокер? — Саша в ванной, — ответила я наконец отхлебнув кофе.       Шрам по доброму улыбнулся и присаживаясь рядом со мной произнёс: — Понял. Подожду. — Кофе будешь? — Можно.       Я поднялась на ноги и прошла к шкафу с чашками. Готовя себе кофе я немного освоилась на кухне Джокера. Встав на носочки я попыталась дотянуться до чашки.       «И зачем так высоко вешать шкафы? Не всем же удалось иметь такой рост» — снова пронеслось у меня в голове, второй раз за сегодня.       И пока я пыталась достать эту чертову чашку, Шрам присвиснул сзади меня. — Что? — спросила я поворачиваясь к Витале с чашкой в руках. — Да нет, ничего, — улыбаясь во все тридцать два ответил Шрам.       Поставив перед Виталей кофе я уже хотела было сесть рядом, но мой взгляд опустился на мои ноги. Только теперь до меня дошло почему парень ухмылялся все это время. Я ведь стояла сейчас в одной Сашиной рубашке, которая доходила мне только до середины бедра.       «Да уж… Капитан полиции и в таком виде еще и при друге своего парня. Парня ведь? Лучше ситуации и не придумаешь.» — подумала я.       Но сделав вид, что ничего не произошло я отпила кофе и поставив чашку, хотела пойти переодеться, но вовремя вспомнила, что моя одежда так и осталась в ванной.       «Хорошо, что вспомнила. Не хотела бы я попасть во вторую неловкую ситуацию за столь короткое время.»       Мне повезло, Саша вышел из душа. Проскочив мимо Джокера я влетела в ванную комнату, бросив короткое: — Тебя Шрам ждёт.       Выровняв дыхание я быстро переоделась и вышла, невольно став свидетелем разговора парней. — Джокер, ты серьёзно? Ты дал ей ключи? Чем ты думал? Тебя прошлый раз ничему не научил? — Шрам расхаживал взад и вперёд по кухне, — Она мент, Джокер! Тебе не кажется, что ты и правда поспешил? Нет, я конечно все понимаю. Твои чувства к ней, её к тебе. И я очень рад за тебя! И если у вас все сложится, это будет круто. Но меня напрягает, что она опер. Сегодня Лера нам помогает, а завтра в отдел с мигалками увезет. Она же у тебя принципиальная! Ты не подумай, она мне нравится как человек. Неплохая девченка, но Джокер блин. Меня все это немного напрягает. — Успокойся, Шрам. Не кипишуй. Всё нормально будет. Лера нормальная девушка. Нравится она мне. Она та самая, понимаешь? — Ты уже так говорил. Напомнить, что из этого вышло? — Шрам, хватит! Я сказал, что все нормально будет, значит так и будет. — Главное, чтобы ты был счастлив.       Я прошла на кухню и взяв в руки чашку со своим кофе, сделала несколько глотков. — Саш, ты не видел мой телефон? — спросила я. — Вот он.       Джокер протянул мне телефон снимая с зарядки. Включив его мне стало приходить куча смс. И все от Тоши. Я вздохнула. Вчера я так и не предупредила парня, что сбежала с больницы. И сегодня мне уже было страшно представить, что меня ждёт. — Чёрт, — вырвалось у меня, — Надеюсь Тоша не объявил меня в розыск. Я же ему ничего не сказала! Никогда так не делала. Он наверное места себе не находит. — Не переживай, я ещё утром ему позвонил и сказал, что ты у меня, — произнёс Саша. — Спасибо, — на выдохе ответила я, — а теперь я пойду. Мне нужно ещё уладить дела с выпиской. — Я провожу, — сказал Саша подходя ко мне. — Не нужно, — ответила я, но заметив как в Сашиных глазах разливается беспокойство продолжила, — Не хочу отвлекать тебя от дел.       И легонько чмокнув Джокера в губы, чтобы унять волну переживаний я направилась к двери. Уже на выходе повернулась к парням. И немного помедлив произнесла: — Виталя, можешь не волноваться. У меня нет намерений навредить вам. Пока вы не переступаете ту черту закона, на которую я, увы, не смогу закрыть глаза. И даже несмотря на все мои принципы, я многое могу не видеть и не слышать.       С этими словами я покинула квартиру Джокера, попутно набирая номер Тоши и готовясь выслушать все, что он обо мне думает.

×××

      Войдя в свою квартиру я прислонилась спиной к двери и закрыла глаза.       Вот и все, Лера. Ты переступила черту. Втюхалась в плохого парня по самые не хочу. Но я ни о чем не жалею. Сейчас я чувствую себя по-настоящему счастливой. Впервые за долгое время у меня появился кто-то со стороны, на кого я могу положиться также как и на Тошу. В голове всплыл наш утренний разговор.       «Я лежала на Сашиной груди и выводила пальцем на ребрах парня незамысловатые узоры, а он играл с локоном моих волос. Нас окутывала тишина. Но вдруг Саша тихо задал мне вопрос, после чего так и застыл с накрученной прядью волос на своём пальце. — Ты не жалеешь? — Почему ты спрашиваешь?       На минуту нас снова окружила тишина. Только слышно было стук Сашиного сердца. В этой тишине оно казалось слишком громким. Джокер молчал, очевидно обдумывая ответ. А я и не торопила. Ждала. Это я уж делать умею. — Не хочу, чтобы ты жалела, — так же тихо продолжал Саша, — Не хочу, чтобы ты уходила. Ты мне правда очень нравишься. Я долго думал над тем, что ты сказала. Да я бандит, признаю. И ментов я не люблю, тоже признаю. Но мы ведь можем найти точку соприкосновения? Хочу, чтобы ты была рядом. Я…       Саша замолчал не договорив. Я подняла голову и развернулась так, что теперь я смотрела на Сашино лицо при этом продолжая лежать на его груди. Чтобы было удобнее я уперлась рукой Джокеру в грудь и подперла ней подбородок. Теперь я могла прямо смотреть в глаза парня. Споймав мой взгляд Саша улыбнулся мне своей очаровательной улыбкой. — Я боюсь тебя потерять, — на выдохе произнёс парень прикрывая глаза. — Я никогда не жалею о том, что делаю. И я думаю точка соприкосновения у нас уже есть. Вот здесь, — я убрала голову с руки и приложила ладонь Саше на грудь, — Здесь.       Джокер сгреб меня в охапку и поцеловал. Оторвавшись от его губ я снова заглянула Саше в глаза и уже серьёзно произнесла: — Я не прошу тебя бросать свою работу и никогда о таком не попрошу. Это твой выбор. И я не имею права диктовать как тебе жить. Просто… оставайся живым. И не лезь в то, с чего я не смогу тебя вытащить. Уж если делаешь противозаконные вещи, не попадайся. — Есть не попадаться! Валерия Андреевна, ты просто чудо! Моё маленькое чудо!       И Саша обнял меня так крепко, что мне снова пришлось напоминать о своих ребрах.

×××

      Ночью меня разбудил звук пиликающего телефона. Не открывая глаз я нащупала на полу у кровати разрывающийся от звонка телефон. Приоткрыв один глаз взглянула на экран.       «Саша.» — Алло, — сонным голосом произнесла я. — Спишь? — Уже да. А ты почему, — я взглянула на время, — так поздно еще на ногах? — Кое-какие дела нужно было уладить. — И как? Все прошло хорошо? — Лучше некуда, — довольным голосом ответил Джокер, — Хотел пригласить тебя к себе, но поздно удалось ве порешать.       Я улыбнулась. — А как твои дела? Все решила с выпиской? — Да нет, поздно уже было. Завтра с утра. — Валерия Андреевна… — Ммм… — Я соскучился. Хочу тебя увидеть. — Ты знаешь, где я живу. Что тебя останавливает? — Понял Вас, Валерия Андреевна, — произнёс Джокер голосом сочившемся радостью.       Саша сбросил вызов, а я поднялась с кровати, подумавши о том, что неплохо было хотя-бы причесаться.       Через пятнадцать минут в дверь позвонили. Как только я открыла, Джокер набросился на меня с поцелуями. Целовал меня Саша жадно и ненасытно, не давая возможности даже сделать маленький вдох. А я растворялась в нем полностью. С каждым поцелуем Саша становился все безудержнее и сминал моё тело в своих руках. Не разрывая поцелуй я стала пятиться назад, ведя Сашу за собой в комнату. — Валерия Андреевна, — выдохнул мне в губы Саша, — Ты невероятная.       Так мои ключи от квартиры оказались у Джокера. Уходя с утра я вручила их полуспящему Саше. Знаю, что тороплюсь. И ключи парню выдавать не планировала, но если наши отношения и дальше будут проходить хорошо, то не хотелось бы просыпаться от частых ночных звонков. С моей то работой я привыкла, что если просыпаюсь посреди ночи, то потом сон уходит и невозможно уснуть. А очень часто бывают такие моменты, что поспать нормально выдаётся не каждую ночь. Поэтому мною и было принято решение дать дубликат ключей Саше. — Это… ? — пробормотал Джокер. — Да, ключи от моей квартиры. У меня, ненормированый график, если ты помнишь.       На лице Саши расплылась довольная улыбка. В такие моменты он мне и правда напоминал чеширского кота. — Поужинаем сегодня? — Ну если ты её против компании Тоши. Я уже пообещала. И да, у него тоже есть ключи от моей квартиры. Говорю, чтобы потом это не было для тебя неожиданностью. — Не против, — Саша на секунду скривился, — Но скажи мне, вы правда с ним брат и сестра? Вы не родные друг другу? — Не родные. Да. Мы познакомились в детском доме. Когда мои родители погибли, меня забрали в детский дом, — я присела на край кровати, — Домашним детям там тяжело. Я имею ввиду, тем кто недавно из семьи переселился в новый… так называемый дом. Адаптация и все такое. Дети довольно жестоки. Я хоть и была домашней девочкой, но за себя умела постоять. Папа научил. И в первые дни пребывания в детском доме дала всем понять, что трогать меня лучше не стоит. В итоге меня стали обходить стороной все. Тихие дети боялись, что начну их задирать. А те, кто сам задирал уяснили, что могу дать сдачи. Но в те дни я ни с кем и не хотела заводить дружбу. Я только потеряла родителей и дружить в мои планы не входило. Мне в то время хотелось испариться. Я осталась одна и ещё в таком месте. Но как ты успел заметить, я человек со своими принципами. И с детства не люблю, когда обижают и унижают слабых. Так мы с Тошей и познакомились. День наверное на третий, точно уже не помню, помню, что это было в первую неделю моего пребывания в этом Богом забытом месте. Я увидела как группа ребят избивает мальчика. Пройти мимо такого я не могла. Бросилась на них с кулаками, не разбираясь кто прав, кто виноват. С тех пор Тоша ходит за мной по пятам. Антон младше меня на пару лет и как и я был новеньким в детском доме. Друзей он не успел найти, а вот тех, кто его обижал успел завести. Тоша был маленьким, щупленьким ребёнком, поэтому хулиганы, как их называли воспитатели и выбрали Тошу, чтобы срывать на нем свою злость и обиду. Печально, что на издевательства воспитатели закрывали глаза. Я конечно говорила Антону и не раз, после того как он стал таскаться за мной, что не нужно этого делать и дружить я с ним не буду. Даже если я его спасла, это не значит, что мы теперь друзья. Но Тоша оказался настойчивым ребёнком. Дошло до того, что Тоша утром просыпался раньше всех и бегом бежал к моей комнате. Сидел и ждал под дверью моей комнаты пока я выйду. Где-то спустя недели полторы мы всё-таки подружились. Мне стало жаль этого мальчугана. Так и началась наша дружба. Жалость переросла в большую дружбу. А спустя месяц тётя оформила все документы на опеку надо мной и забрала меня. За это время мы с Тошей стали не розлей вода. И кроме как «сестренка» он меня и не называл. Тетя у меня добрейший души человек и видя как мы друг к другу привязались, приняла решение взять опеку и над Тошей. Он был счастлив. Когда все было оформлено, тётя нас забрала в Москву. Тоша даже в полицию служить пошёл, чтобы быть поближе ко мне. Поэтому, хоть мы и не родные брат и сестра, это ничего не меняет. Чувствуем мы себя родными друг другу. — А где родители Антона? — спросил Саша. — Отец узнав, что Тошина мама беременна Антоном, отказался от них. Сказал, что не хочет так рано детей. И не готов так рано брать на себя такую ответственность. А Тошина мама… умерла. Заболела сильно. Она была молодая совсем девушка. После рождения Тоши не смогла потянуть и институт, и работу. Помощи у нее не откуда не было. Тошина мама была совсем одна. Она была поздним ребёнком и ее родители умерли от старости. А девушка осталась совсем одна в молодом возрасте. Бросив институт она тянула Антона как могла. Без образования и с маленьким ребёнком на руках могла перебираться только работой на неполный день. И подработками, иногда довольно тяжёлыми. Вот организм и не выдержал. Она делала все для своего ребёнка насколько смогла, — я поднялась на ноги и перевела тему, — Я не мастер готовки, поэтому, прости, завтрак не предлагаю.       Саша удивлённо вскинул на меня взгляд. — Ммм… это не значит, что я не умею готовить, — зачем-то стала оправдываться, — просто я не завтракаю, поэтому и не умею их готовить. Понятия даже не имею, что люди едят на завтрак. Но в холодильнике есть яйца. Чувствуй себя как дома.       И оставив легкий поцелуй на щеке Джокера я быстро улизнула из квартиры. Сегодня у меня был насыщенный день.       Быстро уладив все дела в больнице и получив нагоняй о доктора я направилась на службу. Добравшись до отдела я прямиком протопала в кабинет Завьялова. — Разрешите, Роман Евгеневич, — постучавшись я приоткрыла дверь и просунула голову в кабинет подполковника. — Соколова? Входи. А ты почему не в больнице? — Меня выписали, Роман Евгеневич. Готова приступить к службе. — Так тебе еще как минимум неделю нужно лежать в больнице. Что-то я не понял… Соколова? — Завьялов подозрительно на меня посмотрел, — Мне стоит позвонить в больницу и проверить? — Роман Евгеневич, — я присела на стул и виновато потупила взгляд, — Можно мне раньше вернуться на службу? Роман Евгеневич, ну пожалуйста! Я в порядке. Правда, правда! Я уже не могу без работы. — Как твои раны? Все зажили? — Да! Посмотрите на меня, — я вскочила и покрутилась, — зажило все как на собаке. — Соколова! Ты че творишь? А ну сядь на место! — Простите, Роман Евгеневич, — я вернулась на свое место. — А как ребра? Срослись?       Мне хотелось соврать, но я не могла врать подполковнику, совесть не позволяла. — Почти. Немного болит. Но я могу работать.       Завьялов на минуту задумался. А затем заговорил: — К работе опера я тебя сейчас не могу допустить. Не хватало мне ещё, чтобы ты снова сломала свои не до конца сросшиеся кости. Ещё неделю без оперативной работы. И это не обсуждается! Это приказ, — сказал Завьялов споймав мой возмущенный взгляд, — Может тебя к участковым в помощники поставить? Только вот к кому? Может к Гордеевой? — размышлял вслух подполковник, — Хотя нет. Ты и Гордеева ядерная смесь. Вы обе как бульдозеры. Прете вперёд и никого перед собой не видите. Нет, плохая идея. Вы же мне с ней таких дел наворотите, что я и за несколько лет не разгребу. Поставь вас вместе и я точно лишусь своих погон. Тогда в помощники к Тельцову. Нет, тоже плохая идея. Поставь тебя с ним работать и тогда у меня останется один участковый. Ты ж, Соколова, с Тельцова душу вытрясешь. Хорошо конечно, но мне Тельцов ещё живым нужен. Так, Соколова! У тебя еще неделя больничного. Или отсюда! Чтоб я тебя не видел! Пришла мне тут, всю голову задурила. Все! Иди, или, Лера. — Ну Роман Евгеневич, ну пожалуйста, — заскулила я. — Марш из кабинета, Соколова. Не испытывай моё терпение. — Так точно!       Я поднялась и направилась в кабинет к ребятам. Хотела поздороваться, но также у меня появилась безумная идея.       Поболтав с ребятами я вытянула Тошу из кабинета. — Братик, — я взяла Тошу под руку. — Чего ты хочешь? Мне уже страшно. — С чего ты взял? — Я тебя знаю не первый день. Говори, что тебе от меня нужно, сестрёнка. — Давай я тебе помогу с делами. Ты же знаешь, что я не могу долго сидеть на одном месте. — Завьялов не допустил еще к службе? — Нет, — пропищала я, — Тош, ну хоть ты сжалься надо мной. — Ох, сестрёнка, хорошо. Но если Завьялов с Коробицыным узнают, полетят наши головы. — А мы никому не скажем, — радостно проговорила я.       Неделя обещала быть совсем не такой уж и скучной, как изначально я предполагала.