Забытые голоса

Каждое лето, так или иначе, подходит к концу. И это не было исключением.     Практически через неделю снова наступят школьные деньки, а это значило, что снова нужно будет бегать по магазинам, скупая всю канцелярию. Самым неприятным во всем этом были обложки для учебников, которые очень часто не подходили по размеру.     Но все это, потом.     Сейчас же Яра спокойно себе сидела, заканчивая вязание пчёлки. За проведённое в деревне лето девочка успела научиться делать игрушки. Немного кривые, но по-своему милые.      Закончив с пчелкой, она быстренько убрала за собой стол и, прихватив потертую сумку, побежала на встречу с Янисом. К сожалению, уже сегодня за ней приезжают родители. Благо, приедут они не раньше вечера, поэтому у девочки еще было время увидеть мальчика в последний раз перед отъездом.    Как всегда, дорога не заняла много времени. Перед тем, как толкнуть дверь Яра почувствовала, что на душе стало как-то гадко. Тяжело вздохнув, она зашла в дом. — Ой! — вскрикнула она.     Не успела девочка и шагу сделать, как на неё сразу же вылетел призрак. Он удивленно распахнул глаза. Похоже, что тот тоже не ожидал увидеть кого-то на пороге в этот момент.  — Я-то думал, что ты уже не придёшь сегодня, — первым заговорил мальчик, едва остановившись в паре сантиметров от её лица. — Опаздываешь!  — Я занималась одним делом, которое надо было срочно закончить, — задорно улыбнувшись, Яра подошла к дивану и плюхнулась на него, вновь поднимая над собой облако затхлой пыли.  — Что же там за дело такое? — поинтересовался Янис, подлетая к ней.     Девочка заметно воодушевилась от этого вопроса и начала рыться в сумке. — О, тебе понравится! Если нет, то я тебя съем, — сказав это угрожающим тоном, она вытащила игрушку, практически ткнув ей в Яниса. — Смотри какая!     Мальчик впился взглядом в вязанную пчелку, чувствуя себя приятно удивленным, так как уже много лет он ничего и ни от кого не получал.  — А нормально, что у неë глаз кривой? — в шутку заметил он, рассматривая со всех сторон игрушку.     Яра совсем не оценила шутки призрака и прижала к себе сделанную с такой любовью и старанием пчёлку: — Хм! Ну если тебе не нравится, то я оставлю себе, — фыркнула она, демонстративно медленно убирая игрушку обратно. — Жаль, конечно... я так старалась, делая её для тебя, эх-х, — якобы грустно вздохнула она.     Призрак мгновенно опомнился и начал махать руками, чтобы переубедить Яру: — Нет-нет- нет, мне всё нравится! — крикнул Янис, ведясь на уловку девочки. — Абсолютно всё, что бы ты не сделала — мне понравится!     Зрачки малютки восхищенно расширились и на лице сама по себе расцвела широкая улыбка: — Правда? Повтори ещё раз!     Тут-то мальчик понял, что только что выпалил на эмоциях и смущенно опустил взгляд: —Не буду...    Ну надо же было такое вообще сказать! Теперь ему оставалось лишь, густо краснея, прикрыть лицо руками и больше никогда не показываться этому бренному миру на глаза. — Ладно-ладно, я и с первого раза запомнила, — усмехнулась она. Глаза девочки практически светились от радости. В следующую секунду Яра подбирала идеальное место для пчелки в старой комнате. — Думаю, на подоконнике она будет хорошо смотреться, правда? — Угу...     Призрак лишь кивнул, не открывая лица. Он верил ей на слово.     Однако, долго он не мог сдерживаться и позволил себе посмотреть на подоконник одним глазком сквозь щель между пальцами. Янис был слишком счастлив, чтобы хоть как-то сдерживать улыбку.     Двадцать лет одиночества плохо сказываются на людях, не говоря уже о призраках.  — Что за повод для подарка? — промямлил мальчик, пытаясь выглядеть уверенней. — Ну... — тут-то девочка и замялась. Им обоим было понятно, что она не сможет остаться здесь надолго, но легче от этого не становилось. Собравшись с духом, Яра продолжила. — Я скоро уезжаю... уже завтра. — А, — Янис убрал руки от лица и девочке стало видно, как плечи призрака сокрушенно опустились, — так лето уже заканчивается... Я видимо забыл, как быстро оно может проходить, хах. Несмотря на приподнятые слегка подрагивающие уголки рта, голос парня казался лишённым каких-либо чувств. Винить его за это было просто глупо. Встречи с Ярой — единственное, чем он сейчас жил. Но для такого одинокого призрака, как он... это проведённое время вместе значило слишком много.      Видя всю гамму эмоций на лице Яниса, малютка, встав с дивана, подошла к нему впритык и, подняв голову, заглянула ему прямо в глаза.  — Не переживай, — успокаивающим тоном начала объясняться Яра, — в следующем году я приеду как можно раньше, чтобы развлекать тебя, — ободряюще улыбнулась девочка, широко раскинув руки. — Обнимемся?     Не поднимая взгляда, мальчик сжал кулаки: — А какой в этом смысл? Ты ведь даже не почувствуешь этого.  — Не важно, главное, что ты запомнишь это, — склонив голову набок, произнесла Яра. — Разве это не стоит того?      Да, он запомнит это. Да, он будет вспоминать это холодными зимними вечерами. Да, он будет считать дни до их следующей встречи. Да, да и ещё раз да!      С огромным трудом сдерживая слезы, Янис заключил эту непоседливую девочку в самые крепкие объятия, на которые он только способен. Даже если она не приедет больше никогда, он всегда будет беречь этот момент в своей памяти. Почему он просто не мог быть осязаемым хотя бы на пару минут ради этого момента? Неужели это так сложно — быть реальным для этого мира? Разве он так много просит? Хотя бы на секундочку получить возможность вернуть ей то тепло, что ощущает он. Единственное о чем мальчик сейчас думал, так это "почему я так рано умер?"     Постояв так еще какое-то время, мальчик взял себя в руки и отступил на шаг.  — Наверное, тебе уже пора идти собирать вещи, — горько улыбаясь, начал он слегка охрипшим от невыплаканных слез голосом. — Но я ведь только пришла! - возразила Яра, с сомнением поглядывая на призрака.  — Я уверен — ты даже не начинала собирать вещи, так что иди давай, — шутливо махнул рукой Янис, не меняя выражения лица.  — Ладно-ладно... — неуверенно ответила девочка, подходя обратно к двери. — Ну... — малютка напоследок обернулась, заглядывая призраку в глаза, — пока!     Янис слегка приподнял руку на прощание, не отрывая от девочки скорбного взгляда:   — Пока.     Призрак провожал ее взглядом до тех пор, пока она окончательно не скрылась из поля зрения и только тогда мальчик мог позволить себе больше не сдерживаться.     Уткнувшись в коленки, он наконец-то тихо заплакал.      Заметив машину родителей издалека, Яра заторопилась домой. Стоило признаться — она успела сильно соскучиться по ним за это время.  Только девочка перешагнула порог, как её тут же встретила мама, готовая идти в огород.  — Родная, ты как раз вовремя! Будешь картошку помогать копать. К тому же мне надо тебе кое-что сказать, — нервно протараторила женщина, наспех повязывая косынку.     Яра удивленно вскинула светлые брови: — Я слушаю.  — В общем, тут проблемка одна появилась, — матери понадобилось некоторое время на то, чтобы собраться с духом. Тяжело вздохнув, она продолжила— тебе нужно будет пожить с бабушкой, как минимум, еще пару месяцев. Она о тебе позаботиться, а ты ей помогать будешь. Без тебя она никак не справится. Ты же хочешь ей помочь? — женщина склонилась над Ярой ободряюще потрепав ее по макушке.  — Да... — не до конца осознавая происходящее, отозвалась Яра.  — Ну вот и хорошо!  Всегда знала, что на тебя можно положиться. Ты ж мамкина умница!  — А вы с папой с нами жить не будете? — по щенячьи вылупив зеленые глазки, поинтересовалась Яра.     Конечно, она любила бабушку и хотела остаться, но всë это как-то неправильно. — А как же школа?  — Не переживай, мы с папой будем часто приезжать, навещать вас, а со школой я уже договорилась — учебники уже у тебя в комнате, — подмигнула мама.     Чем больше эта женщина говорила, тем больше малютке казалось, что от нее просто избавились.  — А?! — Ошарашенно воскликнула девочка.     Видя замешательство своей дочери, мама вопросительно подняла бровь:  — Что такое? Хочешь бросить свою бабулю? — Женщина смотрела прямо в глаза Яре без намека на шутку. Под таким гнётом десятилетняя девочка не могла как-либо возразить. Ей хотелось заплакать. — Родная, я на тебя рассчитываю — не подведи меня. — наконец, по-матерински тепло заключила женщина. — Хорошо, мама, — тихо произнесла Яра. Что ей ещё оставалось? Что она вообще могла сделать в этой ситуации? Зная нрав своей мамы, Яра могла только слушаться и не пререкаться, но лучше от этого не становилось. Месяца могли спокойно перерасти в годы, а частые встречи могли стать лишь брошенными в пустоту словами.      Рой этих тревожных и безрадостных мыслей ломал девочку изнутри.