Астрантия

Утро следующего дня оказалось весьма сумбурным. Айлин проснулась от какого-то гомона, а потом крика, но на деле в комнате было тихо и пусто. «Дом», — заключила девушка и, подтянув одеяло, вытащила телефон из-под подушки. До будильника оставалось максимум минуты две и спать дальше было бы глубочайшей ошибкой. Поэтому Айлин лениво встала с кровати и поплелась к шкафу. За окном только-только начинало светлеть. Комната же была полна теней, которые замирали, когда Айлин оборачивалась, и начинали неистовую пляску за её спиной. Они касались её то резко, то так нежно и с задержкой, что каждый раз по бледной коже проходил холодок. Дом начал медленное гудение. Он, может, пытался разбудить всех обитателей, но только вот слышала его одна Айлин. Он пел свою песню, которая превращалась в голоса, некоторые звуки собирались в слова, слова приобретали смысл. Айлин не хотела разбираться в том, что он ей говорит, взяла футболку, но в ухо ей будто выкрикнули: «БЕГИ», а потом: «ТЕБЯ ПОЙМАЮТ!». Девушка замерла с надетой на руки футболкой. «Слабачка, мелкая сучка, стерва, беги, Лора…», — слова не прекращались. Айлин ждала когда это закончится, но напряжение в комнате повышалось вместе со звуком. В какой-то момент все замерло. Словно бы сузилось в одной только точке — в груди Айлин. Глаза сверкнули фиолетовым и все моментально вернулось на место, и даже дальше, вырываясь необъяснимым толчком наружу. Дверь захлопнулась, простыни и шторы колыхнулись, упала расческа со стола и одежда кучей вывалилась из шкафа. Не успела Айлин прийти в себя как за дверью услышала шаги, и в комнату постучалась Вилора и, видимо, Амроа — приёмная мать. Такая: не очень высокая, боевая активистка. Вечно на работе, вечно что-то творит, где-то пропадает. В демоническом облике у нее из лба красиво вились фиолетовые рога, немного темнее блестящей кожи. За заостренные уши были заправлены волосы другого оттенка фиолетового. Так изящно и немного вульгарно, но женщина одевалась в спортивном стиле и выглядела ультрагармонично. — Эм… Да… Не заперто, — справившись с мыслями, точнее поставив их на паузу, девушка быстро натянула футболку и запнула вещи в шкаф, пока сестра и мать не зашли. — Мы слышали шум. Что произошло? — Лор, ты всегда думаешь что что-то произошло, даже когда ничего не произошло, — отмахнулась брюнетка. — Ты с утра пораньше решила побуянить? Не в твоём стиле! Я думала ты любишь рушить песочные замки, а не свою комнату, — подключилась уже Амроа, она издевалась, но по-доброму. Сегодня всем с самого утра обязательно нужно было доколупаться до Айлин, ведь если этого не сделать — день будет прожит зря. Но Айлин только хмыкнула, не желая поддерживать родительское хобби, и натянула подранные кожаные штанцы. Такого, конечно, никто не видел, но способность девушки падать на колени сделала свой вклад в ее стиль. — Моя комната место общего сбора утром? Может мы переместимся на кухню? — она перевела тему, но естественно, Вилора ни на минуту не забудет и после напомнит. Хотя при матери точно не станет… Да и самой Айлин нужно было все обдумать. — Ну, ты сама нас впустила — съязвила мама, ухмыльнулась и вышла из комнаты, махнув хвостом. — Ну да, если бы я промолчала, будто вы бы не заперлись в мою комнату… — забухтела девушка, а её сестра улыбнулась, но в следующий миг её лицо стало таким серьёзным, что Айлин резко от неё отвернулась. Она знает? Видела вчера, или сейчас? А может, глаза все ещё фиолетовые? Но додумать не было времени. Мать и отец уже выкрикивали нерасторопных дочерей со второго этажа. После завтрака отвезли Айлин в школу, пожелав удачи, а сами куда-то уехали. Их взгляды были такими серьёзными, будто они все знали что-то, чего говорить Айлин не собирались. Во время первого урока Айлин погрузилась в мысли, ей, в целом, не было дела до скучной лекции. Вспоминалась позавчерашняя ситуация с Натом и… Точно ли парень сам выпал? После утреннего инцидента верилось с трудом. Проблема была только в том, что она не помнит в точности тот день: частично воспоминания замылились, а что-то, наоборот, было слишком четким. Как, например, момент падения Натана, как открылось окно… Резко. Все это закапывало Айлин, она сама себя топила этими мыслями. Получается, она виновата. Но как объяснить это… Проблема в том, что если они поймут, что Айлин способна использовать магию, если это конечно так, то получится что она незарегистрированный маг, а если это так, то это уже статья. А если не маг, то магическая энергия откуда-то взялась, какой-то артефакт? Тоже незарегистрированно и тоже статья. И этим ей уже не раз грозили исключением. А когда выявят магию, что будет? Но ведь она неспециально… А вот и ещё один момент. Она не умеет эту магическую энергию контролировать, а это тоже в законах где-то прописывается. А что если это просто наваждение? И не было никаких фиолетовых глаз и взрыва энергии утром? Не было просто, и всё… Так хотелось в это верить… Но, кажется, врать самой себе было не лучшей идеей. Мозг хотел решить проблему быстро — этого не было и все. Она просто устала. Её запугал дом и прочие оправдания, но вторая часть мозга кричала, что надо это решать… Но решить ничего не удалось, потому что прозвенел звонок, и девушку тут же поймал мистер Алнор и увёл в свой кабинет. — Девочка, полиция приедет через час, священнослужитель тоже. Какая-то мелкая рыбка говорят. Но там, в общем, нечего бояться, — сегодня учитель выглядел более человечно, чем вчера. Не было ни хвоста, ни рогов, ни бледно-голубой кожи. Остались только золотистые глаза и заостренные уши, но и это скоро исчезнет. — Эм да. Да… Я да, — серьёзно проговорила Айлин. Она правда хотела ответить и внешне была уверена, но ответ Алнора не впечатлил. — Ты спала? — Да… — Не заметно… — цокнул демон и хотел как обычно потрепать Айлин по голове, но его руку оттолкнуло слабой волной энергии. Айлин не знала как это произошло и как это всё назвать. Мистер Алнор вопросительно посмотрел в фиолетовые глаза девушки и, кажется, всё понял за секунду. — Айлин… Что это? — удивился он, но девушка не дала ответа. Её начало потряхивать. Эмоции в спокойной атмосфере и безопасности кабинета сдерживались с трудом. Волна страха прошлась по всему телу девушки прежде чем она поняла, что больше себя не контролирует. — Не знаю… — мужчина, думавший, что Айлин просто девочка, теперь был ошарашен, узнав обратное, но он быстро сориентировался, как и полагается магу высшего разряда. — В тебе, скорее всего, скопилось много магической энергии, — медленно начал объяснять мужчина, чётко осознавая, что для Айлин всё это потрясение. —Которую в добавок ко всему ты не контролируешь…Магов с рождения учат выпускать энергию постепенно, чтобы не случалось такое. А теперь энергии слишком много. Её просто так не освободить. Ты просто не умеешь… Не сможешь. Это опасно. Девочка… Когда, твою мать, это началось? — как заученный текст из книг начал учитель, но после его слова перетекли в искреннее переживание. — Первый раз вчера… Вроде… Но может и раньше… — запинаясь, всё-таки выдавила девушка. Сказать правду этому человеку было нужно, ведь он мог дать ответ. Но продолжить разговор не было времени: за дверью прозвучали чьи-то шаги, а Айлин в таком виде показаться никому не могла. Паника и страх переполняли её. Если дверь откроют, она снова запустит эту волну… Дверь открыли, но мистер Алнор среагировал раньше. Легко притянул чужую голову к себе. Нос девушки уткнулся в его грудь. — Плачь, — прошептал тот и Айлин, и без того трясущаяся, издала что-то похожее на всхлип или может истеричный смешок. — Мистер Алнор, пора. Они приехали раньше, — вошедший стушевался, увидев «плачущую девушку в объятиях мужчины». — Можно нам еще несколько минут? Поймите, для девушки это стресс… Тем более, мы рассчитывали, что есть ещё сорок минут, поэтому пусть ждут, — слушая этот спектакль, Айлин вцепилась в рубашку своего учителя и пыталась успокоиться, но выходило плохо. Все тело будто вибрировало изнутри, безусловно, это помогало ситуации, но не Айлин. Дверь захлопнулась, чем закончился разговор она не слышала, да и не хотела в общем-то. — Спасибо… — тихо, все ещё не отпуская мужчину, поблагодарила Айлин. Алнор обернул ситуацию очень легко—  как всегда. Но теперь-то что? Что делать с энергией, рвущийся наружу при каждом удобном случае? — Успокоиться, девочка. Нужно успокоиться, — будто бы прочитав её мысли, ответил учитель. Он погладил её по голове и сам расслабился, присел на стол, увлекая за собой Айлин, которая отпускать мужчину не хотела. Может быть, вела она себя по-детски, но какая сейчас разница? — Подумай о хорошем, успокой эмоции, — сказал мужчина. Единственное, что пришло в голову к Айлин из самого хорошего — это общение с Лорой. Их переписка исключительно стикерами с сердечками. Или вот эта любимая черта —  «Я знаю даже то, что не знаю». Иногда сама Айлин хотела сказать, но не могла, а сестра вытаскивала из неё информацию по щелчку пальцев. Плавно мысли перетекли ко второй персоне. Высокий мужчина с голубоватой смуглой кожей, длинным пушистым хвостом и небольшими ветвистыми рогами на которых практически всегда болтались кольца. Ей нравилось, как мистер Алнор с улыбкой грозит ей журналом с кучей «Н», а она убегает от него по лестнице. Она чувствовала себя одновременно и ребёнком, и девушкой рядом с ним. Неважно, сколько прошло времени, Айлин погрузилась в свои мысли и потихоньку перестала дрожать. — Ну, всё вроде хорошо, может, отпустишь меня? — мужчина больше не чувствовал напряжения в воздухе вокруг своей ученицы, и надобности объятий не было. Не сказать, что он её обнимал, он даже старался не касаться, скорее это всё тело Айлин прилипло к нему. — Нет, — в привычном тоне отказалась Айлин. В одном только «Нет» можно было понять её характер. Боевая, самовольная, немного (врёт) задиристая, чересчур гордая и справедливая, а ещё вечно угрюмая. Несмотря на такую нелестную характеристику, мужчина немного восхищался ею, но во многом её не понимал. Девушка была не глупа, всё схватывала на лету, имела чёткое понятие что ей нужно, а что нет и была непреклонна. Школьная программа, к сожалению, её не интересовала. Конечно же, это было проблемой для профессора, а как ее куратора —  вовсе глобальной, но он не мог сопротивляться девушке… — Девочка, я же не святой — двусмысленное выражение. В первую очередь намек на сексуальное взаимодействие и предупреждение Айлин о том, что она пересекает границу. Второе — отсылка к демонической сущности профессора. Святыми зазывают служителей церкви —  это должность, а демоны самый основной враг церкви. ИРОНИЧНО… Тон Алнора изменился, в голосе появились бархатистые нотки. Так показалось Айлин, а после ее голени коснулся пушистый хвост и обвился вокруг нее. Демон приобрел свой привычный вид из-за потери контроля, что случалось катастрофически редко. Он ведь лишний раз сдерживал свое желание касаться девушки. Он так старался не переступать черту, позволяя себе лишь иногда гладить ее волосы или коснуться плеча. Но сейчас черту переступала Айлин: она нагло врывалась и рушила всё, что он так старательно строил, в попытках оградиться. Она — студентка, маленькая, вспыльчивая, не задумывается ни о чём, брови вечно нахмурены, а в глазах тоска или что-то вроде того. Алнор точно сказать бы не смог. Но наблюдать за девушкой всегда было немного болезненно, сейчас вовсе невыносимо. Он понимал, что Айлин просто некуда деться: она не знает, что с ней и что теперь делать. И только поэтому он позволил ей ломать все его труды… И может, только немного, из-за своего эгоизма и желания трогать её… Касаться каждого сантиметра тела и волос. Айлин даже не обнимала мужчину. Руки были опущены, лоб утыкался в чужую рубашку. Она просто наклонилась на него всем телом заставив демона сесть на учительской стол. Это правда успокаивало. Айлин понимала одно — впереди её ждал тяжелый разговор с полицейским. Показать магию это всё равно, что сказать: «Да, я вышибла его вместе с окном своей силой, которую не умею контролировать. И я незарегистрированный маг на территории Ландо». Айлин привлекла это чёртово внимание, хотя проблем бы не было, если бы она не открыла вчера в себе внезапную способность разбрасывать всё по комнате, и если бы её глаза не превращались в ультрафиолетовые лампы для рассады… — Блять, это пиздец… — обречённо пробухтела брюнетка и упёрлась руками об стол по обе стороны от бедер профессора, в попытке отстраниться, но не сильно далеко. — Выражения, девочка… — Найдется что-то поадекватнее? — мужчина взаправду задумался после слов Айлин… Но в итоге мотнул головой. Что тут скажешь… Она попала… — Короче, надо идти, — с досадой в голосе Айлин всё же отпустила своего учителя и направилась к двери… Она знала, что своими действиями провоцирует Алнора, но ничего поделать с собой не могла… Если бы не эта чёртова полиция, она бы могла стоять так весь день. С самого утра до поздней ночи и всю ночь тоже, и следующий день… Но сейчас нужно было бежать в кабинет директора. Возле огромных дверей её ждала маленькая ультракудрявая блондинка. Заместитель по воспитательной работе — Сиена Миракл. Внешне и по характеру напоминала она овечку в этих своих огромных очках и на цокающих розовых каблучках. В демоническом облике у нее была розовая кожа, витые рожки и маленький хвостик… Реально овечка. — Ой-ой-ой! Милая… — защебетала женщина. — Мы опозда-али! А это плохо! Давай, заходи! А где мистер Алнор? Он должен быть здесь! Как ты будешь одна? А родители? Они уведомлены? — мисс Миракл чуть ли не подскакивала от волнения и переживания. Она хорошо ладила со всеми, особенно с профессором Алнором, очень бережно относилась к Айлин и паниковала каждые пять минут. Сейчас её глаза так округлились, но выпасть из орбит им не позволили очки. Кстати, эти очки делали её глаза еще больше… От того и комичнее было смотреть на этот комочек паники. Айлин немного расслабилась рядом с этой женщиной и спокойно ответила. — Учитель приходит в себя, кажется, его разозлил ранний приезд и нарушение расписания. — А кого это не разозлит, блин! Милая, конечно это стресс!!! Хотя знаешь… — она понизила голос и приблизилась к Айлин, — Это может быть специально сделано, чтобы тебя выбить из колеи. Не переживай. Мы на твоей стороне. Поможем, чем сможем, — тут же женщина улыбнулась, так тепло и искренне, что Айлин от этой улыбки стало не по себе. Она подвергает опасности еще одного демона. Мисс Миракл была безумно добра, уважительна ко всем — добродетель чистой воды. Она старалась помочь всем и создать комфортные условия в школе. Но церкви не важны качества. Ты — демон, а значит вне закона. Мысли об этом злили Айлин, но Сиена пихнула её локтем и открыла дверь. В кабинете, в некой расслабленной обстановке, у окна стоял священнослужитель, сидели следователь и директриса. Вот она-то как раз была встревожена. Она была человеком и знать не знала,что 46% населения Тимбрука —   демоны, и то, что они работают в её школе. Её уму это было непостижимо. Поэтому присутствие святого женщине не нравилось. Служитель церкви же был одет в белое платье до пола, какую-то накидку поверх. На длинных до пояса углах воротника висели золотые кресты и был вышит герб церкви — крест в цветке астрантии (Астрантия — цветы, олицетворяющие силу, невинность, защиту и мужество. (Слоган церкви) Некоторые люди интерпретируют значение цветов астрантии как красоту, магию и духовность). На спине воротника изображены крылья. У этого святого они белые почти незаметные — низкий ранг. Полицейский сидел на кресле, директриса за своим столом, но она подскочила, как только за Айлин закрылась дверь. Девушка в тишине прошла по кабинету и плюхнулась в свободное кресло. Её действия были грубыми, вызывающими, но ни святоша, ни полицейский не пошевелили даже бровью. Сиена Миракл испарилась, вероятно, она сейчас в поисках профессора Алнора, да и в общем-то ей было не положено здесь находиться. — Айлин, здравствуй, — улыбнулся следователь. Он был весьма обычной, немного серой внешности. Черные прилизанные волосы, сгоревшая на солнце кожа, родинка под глазом. Словом, человек, на первый взгляд,уставший, с сединками на висках. — Ага… — не закончила девушка, её тут же прервали, не дав поздороваться в ответ: — Так это ты виновница происшествия? — Нет… Я не виновата, — Айлин сжала кулаки в карманах, чтобы отключиться от эмоций и не реагировать настолько долго, насколько это возможно. — Да? А мне сказали обратное. Ты сначала втянула мальчика в драку, а потом он выпал из окна по твоей вине, — мужчина больше не улыбался, но тон его был как будто несерьёзным… — Нет. Я вам говорю это не так. — Ты задирала его. Мать мальчика рассказала, что у вас с начальной школы конфликт на конфликте не утихает. — Нет… — Помимо всего прочего, твоя репутация в школе весьма нестабильна… — Да причем тут моя репутация?! — проговорила Айлин, но её проигнорировали… В голове она повторяла себе: «Быть сильной, сдерживать эмоции, мыслить здраво». Но от слов следователя не становилось спокойнее. — Ты плохо учишься, пропускаешь занятия, учителя жалуются на твой несносный характер. Хулиганишь, дерёшься, а теперь всё дошло до ЭТОГО. Зачем ты вытолкнула парня из окна? — Так говорите, будто бы он умер… — Так это ты сделала? — Нет. — И снова нет. Ты умеешь говорить что-то кроме? Детка, ты в ужасном положении… Парень не сам выпал, а до этого ты его избила, поцарапала лицо и разбила губу, а после ударила лбом об подоконник и… Вытолкнула в открытое окно. Его слова звучали так складно… На секунду Айлин тоже поверила этому мелодичному голосу, но одернула себя. Он ведь блефует… Не знает, что было на самом деле… Но страх не отпускал девушку, её стена спокойствия стремительно рушилась. Он ей не поверит, все уже решено, мать его… — Я не толкала его! — И не избила? — Мы подрались, но это не… — То есть вы подрались? — мужчина поправил прилизанные волосы, но они растрепались еще больше. Он её перебивал, играл на её неуверенности. — Да, — Айлин, как ни старалась, не могла контролировать свои эмоции, на лице все было написано. Она боится… — Ну что ж, хоть к какому-то согласию мы пришли, чаю? — Нет! Он издевался над моей сестрой, надо мной! Вы просто игнорируете всё! Вы, блять, не знаете почему я ненавижу этог… — Айлин! — впервые подала голос директриса, перебив девушку. — Всё в порядке, — успокоил женщину следователь и вернул свой спокойный взгляд к Айлин. — Кстати, насчёт твоей сестры, кажется, она не совсем нормальная. — С ней все в порядке! — больше всего Айлин ненавидела, когда её сестру кто-то задевает или обижает. — Тогда почему она не ходит в школу? Почему пропускает занятия? Детка, твоя сестра — отдельный случай, весьма интересный, к сожалению, её существование сейчас тебе пользы не принесёт и не поможет выставить её как оправдание твоей нездоровой агрессии к окружающим. — Какого чёрта вы несёте… Что за чушь… — Вы ведь с Вилорой из приюта. Никогда не знали родителей, жили как попало и неизвестно где. Сказано, что ваш детский дом не далеко от Скуро. Родителей вы не знали, а рядом с демонами мало ли чего нахвататься можно. Так ни это ли причина твоей нестабильной психики? Как думаешь? — Причём тут мое детство? — А ты думаешь просто так такая дикая? Странным девочкам не место в нормальном обществе. Так скажи, ты толкнула Натана? — Я НЕ ЗНАЮ! — одна из стен рухнула. Айлин, считай, призналась во всём… Было так больно и обидно слышать все эти слова. Она ведь не виновата, что у нее не было нормальных родителей в детстве? Так в чём проблема оставить её в покое? Она и так мучается. Разве это не есть наказание? Ей хотелось высказать всё это, высказать всю обиду, засевшую в душе. Но сказать всё это — значит сломать ещё одну стену. — Не нет, и ладно, — улыбнулся мужчина, а Айлин скрестила руки на груди, всем видом показывая, что так же непоколебима, как и в начале разговора. Но за этим жестом скрывалась неочевидная «закрытость». У девушки закололо и запульсировало в груди, потихоньку разгонялся нездоровый жар по всему телу. — Что… Вы ещё хотите спросить? — М-м… Если ты настаиваешь, расскажи, что у вас с профессором Алнором? — по лицу было непонятно, что имеет в виду следователь, но Айлин дёрнулась. Так глупо и, о боже, неспециально, но это было зря, пульсация распространилась дальше по телу. — Он мой препод… — директриса застукала ноготочками по столу, кажется, её эта тема как-то касалась. — Какое отношение это имеет к делу? Или у вас личное? Подойдите после разговора, дам его номер. К сожалению, этот выпад мужчину не пошатнул, он только улыбнулся. — А вы часто проводите время вместе? — Он носится с моими оценками, следит за успеваемостью класса. — Он их курирует, — подала голос директриса, кажется, впервые, не считая одёргиваний Айлин. Она выглядела встревоженно. Теперь если коснулись её работников, то и она получается в шатком положении. — М-м-м, занятно. А вы, ничего странного за ним не замечали? Например, его частые больничные, которые очень чётко выпадают на определённые дни месяца? — Блять! Да ты можешь от темы не отходить?! — Айлин сорвалась. Больше слушать следака сил не было. Толчки пошли до головы, до висков. Казалось комната тоже пульсирует. Все вокруг невыносимо тряслось, фокусировать взгляд на ком-то конкретном не получалось. Но… Она случайно подняла голову и встретилась взглядом с парнем у окна. Священник… Чёрт, она про него забыла. А парень смотрел так внимательно, не отрывая своих голубых… Нет, подождите, его глаза были карие, но сейчас голубые… Он тоже… Маг? Или… В висках запульсировало. — Айлин! Прекрати хамить следователю! Это просто невыносимо, непозволительно! Я поставлю тебя на учёт! Твоим родителям выпишут штраф! Безобразие! — распалилась директриса, но, видимо, следователю было неинтересно её слушать. — Ну если детка просит вернуться к теме, давайте вернёмся, — после такой мерзкой паузы, в которую и вставить нечего. В голову куча мыслей лезет моментально. Он продолжил: — Ну так вот, Айлин. Ты враждуешь с Натаном и… — Если бы он не залупался, я бы даже пальцем его не тронула! Чёрт, да даже ногтем! Думаете мне приятно постоянно драться с парнем, который выше меня раза в два?! — Айлин больше не сдерживалась — сил не было. Она говорила на повышенных тонах, все ещё не видя ничего вокруг. — Ясно, так ты говоришь, что не дралась с ним в тот день? — Да блять! Чёрт, я с ним подралась, точнее пыталась. Он меня просто шманает по коридорам, а я могу только царапать его рожу! СКОЛЬКО?! Сколько вы меня ещё здесь будете держать?! — голос задрожал, интонация изменялась неконтролируемо. — Пока не признаешься, что это ты вытолкнула парня из окна...— и тут Айлин все поняла. Им не нужна никакая правда… С самого начала это все было просто дурацким эмоциональным аттракционом… Следак видимо наслаждался произведённым эффектом. — Он жив и здоров. Вывихнутая рука и парочка царапин не повод раздувать конфликт. Этот сукин сын на уличных потасовках колечится сильнее, чем из-за меня. Его ебаная неосторожность не повод, блять, клевать меня. Сука, если хотите, гляньте, блять, что он делает со мной, — Айлин задрала футболку до подбородка — на ребрах уже зеленели синяки, некоторые уже почти прошли, но никакой реакции это не вызвало. Пространство так знакомо сузилось в одной только грудной клетке девушки. — Ясно. Все вы уроды грёбаные. Почему ВЫ вершите правосудие только, непонятно… — Айлин встала, пошатнулась, но пошла к двери. Она думала, что ее сейчас повяжут, но никто даже с места не двинулся. Девушка громко хлопнула дверью. Оказавшись в коридоре, магнит в груди отключился, переставая притягивать пространство, но тело все еще била внутренняя дрожь. Ей удалось отойти от кабинета директора достаточно далеко, и ноги перестали её держать. Девушка без сил сползла по стене, а после обхватила колени и закрыла глаза. Профессор Алнор сказал сегодня думать о хорошем, чтобы успокоить магию… Но что хорошего в мире? Нет… Пожалуй, ничего. Все люди мерзкие твари. Они считают, что святые и, что могут вершить правосудие… Что могут решать всё… — Чёрт! Девочка, что с тобой, ты в порядке? — знакомый голос… Правда, он впервые матерится, и пожалуй, ему это не подходит. — Нелепо… — Что? — Алнор помог вялой Айлин подняться и опереться на него. — Материшься неловко говорю… — улыбнулась Айлин и с таким трудом посмотрела на лицо своего куратора, а тот улыбнулся в ответ, но во взгляде был испуг и тревога… Он довёл девочку до своего кабинета и завёл в коморку. Это была небольшая комната с кучей полок и документацией разного характера на них, и на любой плоской поверхности тоже… Алнор смахнул со стула бумажки и усадил туда девушку. — Коллекция макулатуры? — Я смотрю, ты уже хамишь, не так всё с тобой и плохо! Давай, вставай, иди домой, звони родителям! — мужчина может и говорил тихо, и чуть с наездом, но… Он был таким же человеком, как и Айлин. Он переживал. Ему было больно и плохо, ему было обидно, и страшно, и выходки Айлин сейчас не вызывали безобидную подколку в ответ. — Прости… — Да… — стало так неловко. И Алнору за то, что сорвался, и Айлин за то, что наговорила лишнего… — Что это у вас тут за семейная драма? — поинтересовалась Сиена Миракл, входя в комнатку с чашками в одной руке и чайником в другой. — Сиена. — Мисс Миракл! — одновременно воскликнули Айлин и её учитель, что вызвало у женщины только улыбку. Она сообщила Айлин, что позвонила её родителям, и те скоро приедут, а после налила чай девочке и приказала пить, а профессора Алнора вывела из кабинета. — Ал, ты понял, что произошло? Директриса бушует просто. Видимо, девочка наговорила всяких… Ну… Ты понимаешь! Святой и следователь еще здесь… Я видела их мельком, они что-то так одними губами обсуждали, ни-ичего не понятно. Вот что она там сделала, а? Может нам с камер запись посмотреть?! — Тише, успокойся, мы не будем нарушать закон. Мне кажется, Айлин, как всегда, в своём стиле ругалась, так же как с тобой и со мной… — И ты хочешь сказать, что они ничего не сделали?! — Да, думаю их не интересуют подростки-хулиганы. Но интересует нечто более тайное. И именно это напрягало мужчину больше всего. — И правда, Ал… Священнику-то зачем понадобилось быть здесь? Мы же не дело о магии расследуем… Да, впрочем, мы-то ничего не расследуем, всё и так понятно! Этот Натан мелкий уродец. И мамулька его тоже, со своим этим кривым крысиным носом. — Ты на себя посмотри, говоришь так, будто она демон, а не ты, Сиена, успокойся, а то ещё и тебя допрашивать будут. — А я им понятным языком и скажу, чтобы шли в свою чертову церковь! — женщина так яростно шептала, что её лицо покраснело. — Тише… Айлин, сидя в одиночестве за закрытой дверью, выпила чай и немного успокоилась. Теперь комната не расплывалась, к ногам и рукам вернулась сила. Потихоньку приходило осознание. Чёрт, что она сказала… Половину в памяти вряд ли можно было восстановить, но, кажется, ничего хорошего она не сказала. Отчислят и ладно, но если… Айлин одернула себя, от плохих мыслей снова начинала болеть голова. Нужно было рассказать профессору и мисс Миракл всё. Айлин подошла к двери и прислушалась. Она хотела просто открыть и позвать преподов, но зацепилась ухом за чужой разговор, внезапно открылась дверь. Профессор Алнор и мисс Миракл удивлённо уставились на девушку. Тогда Айлин рассказала всё, что помнила. — Этот следователь… Они не пытались узнать правду. Спрашивали, КАК я вытолкнула Натана или ЗАЧЕМ я это сделала, и ни одного вопроса о том, что я на самом деле делала и чувствовала, — в голосе поселилась печаль и обида. Действительно, эти двое будто что-то разнюхивали, их взгляды были такие пристальные и облизывающие… — И они спрашивали, что между нами, ну типа вопрос с подвохом. Я хз, правильно ответила или нет… Сказала, что вы мой препод. — Неважно, что ты скажешь, ты всё равно будешь чувствовать себя неправильной. Тебе просто не дадут оправдать себя, — мужчина сочувствовал Айлин. Она не заслужила быть прокрученой через эту мясорубку. Она и так слишком много испытала для семнадцатилетнего подростка. Вскоре приехали приемные родители Айлин, и только они вышли из машины, Амроа подошла к Алнору и завела с ним тихий разговор о случившемся, а её супруг обнял Айлин и шепнул на ухо, что всё хорошо. И эти слова так нужны были Айлин… Она не хотела создавать проблемы демонам, к которым была привязана, но все это получалось само собой. — Нужно было мне приехать раньше, — Амроа оглянулась на обессиленную девочку и потёрла переносицу. — Глупо было с моей стороны оставлять всё это только на плечи девочки, кто знал, что все настолько серьёзно… — Кто знал, что она не скажет вам о своих проблемах. — Я должна была догадаться. Она всегда была слишком самостоятельной… Не хочет доставлять нам неудобства. Будто чувствует вину за что-то… Будто обязана нам… — женщина обречённо взлохматила свои волосы и взглянула на Алнора. В его взгляде читалось понимание. Благодарно кивнув, Амроа вернулась к машине и села на переднее сиденье. Вскоре они выехали со школьного двора и женщина набралась сил, чтобы заговорить. — Детка… Мы поможем тебе и Лоре, несмотря ни на что. Прошу, доверяй нам… — Айлин угрюмо молчала, скрестив руки на груди. В тёмном салоне авто не было видно её лица, но Амроа знала, что девочка хмурится. «Я должна быть сильной, ради себя и Лоры», — не утихало в голове девушки, и Амроа догадывалась о чём думает её дочка. Между ними всегда была эта неприступная стена. Будто Айлин сама закрылась в этой крепости и не хотела принимать ничью помощь. С детства старалась быть такой взрослой, такой сильной. И этот факт расстраивал женщину, которая как ни старалась, но не смогла подарить настрадавшимся детям безмятежное детство. В это время где-то по темной улице Тимбрука неспешно прогуливались двое высоких мужчин. Один в чёрном пиджаке, ну во всяком случае, в темноте он выглядел чёрным, а второй в белой мантии длиной до щиколоток и с причудливым узором перьев на спине. — И что ты думаешь? — сухо и безэмоционально спросил мужчина в мантии. — Я её раздавил, еще чуть-чуть и она бы взорвалась. — Я почувствовал. — Знаю, она, кажется, поняла, что ты тоже не человек. — Вряд ли запомнила моё лицо, она слишком непостоянная и не контролирует себя. — Да и насрать, мы накроем её раньше, чем она поймёт кто и что ты такое, — мужчина тихо хмыкнул, удовлетворённый своей шуткой. — Это будет на твоей совести. — Совесть  —  удел рабов, — но тут брюнет рассмеялся. — Точно, для вас же все вокруг рабы. Святой не ответил. Ложь  —  смертный грех, а в молчании можно скрыть истину, не очерняя свою душу. Они шли так, пока их не встретил белый автомобиль с эмблемой Церкви Святых Сил.