все уйдут, но я останусь.

Морана резко распахнула глаза и тут же болезненно поморщилась. Голова раскалывалась так, будто кто-то со всей силы ударил её чем-то тяжелым. Она несколько секунд неподвижно смотрела в потолок, пытаясь понять, где находится. В висках пульсировала тупая боль, а перед глазами одна за другой вспыхивали картины прошлого. Она вспоминала. Вспоминала, как росла в Аду, как Асмодей шаг за шагом превращал ее в идеальное оружие. Бесконечные тренировки, кровь, боль, крики Ангелов, которых заставляли страдать ради очередного эксперимента. Но среди всех этих воспоминаний одно оказалось самым болезненным. Ее мать. Женщина, которая продала душу собственной дочери еще до того, как та появилась на свет. От этой мысли внутри стало неожиданно пусто. Морана медленно села на кровати, пережидая очередной приступ головной боли. Тело казалось чужим, ватным, словно после долгой болезни. Каждое движение давалось с трудом, но оставаться одной в комнате ей не хотелось. Опираясь рукой о стену, девушка вышла в коридор и направилась в военную комнату. За большим столом сидели Дин и Сэм. Они о чем-то негромко разговаривали, пока звук шагов не заставил их одновременно поднять головы. — Всем привет. - тихо произнесла Морана. Ее голос прозвучал почти виновато. Сэм удивленно перевел взгляд на брата. Еще вчера Дин всерьез собирался запереть Брукс в одной из комнат бункера, а теперь она просто стояла перед ними - растерянная, уставшая и удивительно спокойная. Дин несколько секунд молча смотрел на девушку. Он ожидал увидеть что угодно: агрессию, очередной приступ, демоническую ухмылку, но только не это. Перед ним стояла испуганная семнадцатилетняя девчонка. — Как ты себя чувствуешь? - наконец спросил он. — Нормально... Насколько это вообще возможно. - Морана едва заметно пожала плечами. Она медленно опустилась на ближайший стул и несколько секунд молчала, собираясь с мыслями. — Вчера... мне снился сон. Скорее... воспоминание. Будто я разговаривала сама с собой. - рыжеволосая нервно выдохнула. — Все, что делала... Все, чему меня учил Асмодей... Каким чудовищем я была. — Это не твоя вина. - спокойно сказал Сэм. Он говорил это уже не первый день. Снова и снова, будто надеялся, что однажды эти слова все-таки достигнут цели. Но Морана лишь медленно покачала головой. — Нет. - её голос прозвучал неожиданно твердо. — Это моя вина. - она подняла взгляд, в них была грусть. — Никто не заставлял меня получать удовольствие от этого. Мне нравилось мучить ангелов... Иногда людей. Сэм хотел было что-то возразить, но девушка не дала ему такой возможности. — Но дело сейчас не в этом. - она глубоко вдохнула. — Я вспомнила свою мать. — Хочешь найти ее? - Дин машинально поднял голову. Морана задумалась всего на секунду. — Да. - она кивнула сама себе, словно окончательно приняла решение. — Не знаю зачем... Наверное, хочу хотя бы понять, почему она продала мою душу. В комнате вновь повисла тишина. Дин сделал небольшой глоток давно остывшего кофе. Он избегал смотреть на Морану. После всего, что произошло за последние дни, ему было трудно воспринимать ее просто как подростка. — Имя помнишь? - спросил Сэм, открывая ноутбук. — Линда Сноу. — Что-нибудь еще? - пальцы Сэма быстро застучали по клавиатуре. — Я родилась в Лоуренсе. В комнате стало настолько тихо, что было слышно, как вентилятор ноутбука набирает обороты. — В Лоуренсе? - Дин медленно поднял голову. — Да. - Морана кивнула. Старший Винчестер ничего не ответил. Лишь крепче сжал кружку с кофе. Что-то внутри неприятно кольнуло. Совпадений в их жизни и без того было слишком много. — Все нормально? - осторожно спросила Морана, заметив, как изменилось его лицо. — Да. - ответ прозвучал слишком быстро. Слишком резко. Дин поднялся из-за стола и, не сказав больше ни слова, вышел из комнаты. — Он меня ненавидит. - Морана виновато посмотрела на Сэма. — Поверь... если бы Дин действительно тебя ненавидел, ты бы это сразу поняла. - Сэм тихо усмехнулся. Она вопросительно посмотрела на него. — Ему просто нужно время. - нн закрыл ноутбук и откинулся на спинку стула. — Джека он угрожал убить, пока не узнал его лучше. Все наладиться. Морана невольно улыбнулась. Совсем немного. Но впервые за долгое время искренне. — Так что не списывай его со счетов раньше времени. - Сэм заметил её улыбку и улыбнулся в ответ. Девушка ничего не ответила. Она лишь подвинулась ближе к Сэму и заглянула в экран ноутбука, наблюдая, как он продолжает искать хоть какую-нибудь информацию о Линде Сноу. Кас и Джек остались в бункере. Никто не стал спорить, слишком многое было непонятно, а лишний риск сейчас был ни к чему. Импала уверенно рассекала пустую дорогу. Обычно в машине Дина всегда звучала музыка. Старые рок-хиты заполняли тишину, превращая даже самые тяжелые поездки в нечто привычное, но сегодня магнитола молчала, как и все, кто находился в салоне. Дин сосредоточенно смотрел на дорогу, крепко сжимая руль. Сэм сидел рядом, время от времени поглядывая в телефон, где был открыт адрес Линды Сноу. На заднем сиденье, за спиной братьев, молча сидела Морана. Она почти не смотрела в окно, хотя деревья, поля и редкие фермы сменяли друг друга, девушка видела совсем другое. Семнадцать лет. Семнадцать лет ее мать жила где-то совсем рядом. Что она скажет ей? «Почему ты продала мою душу?», «Почему выбрала демона?», «Почему позволила Асмодею забрать меня?». Вопросов было слишком много и ни одного ответа. Она даже не знала, хочет ли услышать правду. В какой-то момент Морана поймала себя на мысли, что ей страшно. Не Асмодей, не Ангелы, не её прошлое, а обычная встреча с собственной матерью. Это пугало сильнее всего. Она украдкой посмотрела на Дина, он выглядел напряженным, слишком напряженным. Мышцы на его лице были словно высечены из камня, а пальцы так сильно сжимали руль, что костяшки побелели. Морана уже не первый раз замечала это. Еще в бункере что-то изменилось, когда она сказала, что родилась в Лоуренсе, словно эта новость задела Дина сильнее, чем должна была, но спрашивать она не стала. Через несколько часов Импала свернула с трассы на узкую улицу, застроенную небольшими одноэтажными домами. — Здесь. - негромко сказал Сэм, сверившись с телефоном. Дин остановил машину возле старого деревянного дома. Некогда светлая краска на стенах давно облупилась, а небольшой палисадник зарос сорняками, вдоль дорожки тянулись засохшие цветы. Казалось, кто-то пытался ухаживать за ними, но бросил это занятие много месяцев назад. Дом выглядел... уставшим. Как и человек, который в нем жил. Морана молча вышла из машины, с каждым шагом к крыльцу ее уверенность таяла. Еще недавно она была готова ворваться сюда с криками, требуя объяснений, теперь же ей хотелось развернуться и уехать пока не поздно. Она остановилась позади братьев. Сэм поднялся на крыльцо и несколько раз постучал в дверь. Ответа не последовало. Он уже собирался постучать снова, когда за дверью послышались осторожные шаги. Замок тихо щелкнул. Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы в щели показалось женское лицо. Рыжие волосы. Карие глаза. Те самые глаза. Сердце Мораны пропустило удар. Она будто смотрела на собственное отражение, только старше. Женщина настороженно переводила взгляд с одного мужчины на другого. — Линда Сноу? - спокойно спросил Сэм. Она машинально кивнула. А затем ее взгляд остановился на Дине. Лицо женщины изменилось за считанные секунды. Сначала недоумение, потом узнавание и наконец...Страх. — Дин?.. - почти беззвучно прошептала она. — Линда. - старший Винчестер едва заметно кивнул. В его голосе не было ни радости, ни удивления, лишь холодное спокойствие. Линда уже собиралась что-то сказать, но тут ее взгляд скользнул дальше. На девушку, стоявшую позади братьев. Время словно остановилось. Морана отчетливо увидела, как лицо женщины медленно побледнело, из него будто разом ушла вся кровь. Она сразу все поняла. Никаких вопросов. Никакого недоумения. Она знала, кто стоит перед ней. — Нет... - едва слышно прошептала Линда. В ее глазах читался настоящий ужас. — Уходите. Она резко потянула дверь на себя, собираясь захлопнуть ее, но Морана оказалась быстрее. Она выставила руку вперед, не позволяя двери закрыться. — Ты знаешь, кто я. - это был не вопрос. Линда молчала. — Посмотри на меня. - глаза Мораны почернели, а с губ сорвался крик. - Почему ты продала мою душу? Ответа не последовало. Вместо этого женщина резко вскинула руку. — Sta immotus et suffoca! - ее губы быстро произнесли слова заклинания. Воздух исчез. Морана резко схватилась за горло, легкие отчаянно пытались вдохнуть, но не могли. Девушка рухнула на пол крыльца, широко раскрыв рот в бесполезной попытке вдохнуть хоть каплю воздуха. Перед глазами стремительно темнело. — Морана! - крикнул Сэм, бросаясь к ней. — Линда! - одновременно с этим Дин сорвался с места и влетел в дом. Ответом стала лишь звенящая тишина. Комната была пуста, будто женщины никогда здесь не было. — Черт... Дин выругался и выбежал обратно. — Дин! - голос Сэма прозвучал резко и непривычно громко. — Она не дышит! Старший Винчестер мгновенно оказался рядом. Морана уже не двигалась. Ее кожа стремительно бледнела, пульса не было. На долю секунды Дин застыл. Он осторожно поднял девушку на руки, словно боялся причинить ей боль, и быстрым шагом направился к Импале. Дин осторожно уложил Морану на заднее сиденье машины. Ее голова безвольно качнулась в сторону, она не дышала. Он машинально коснулся двумя пальцами ее шеи, хотя уже знал ответ. Пульса не было. Тем временем Сэм вернулся в дом. Линда исчезла так поспешно, что даже не попыталась скрыть следы своего ремесла. По гостиной был разбросан засохший пучок тра, на полу белели линии защитного круга, начерченного мелом. В воздухе висел тяжелый запах воска, крови и полыни. — Ведьма... — тихо пробормотал Сэм. Он прошел дальше. На деревянном столе стояла большая чаша с темной, почти свернувшейся кровью. Рядом лежали высушенные травы, нож с серебряной рукоятью и несколько аккуратно разложенных черепов животных - от кроликов до ворон. Все выглядело так, будто хозяйка собиралась провести очередной ритуал, только не успела. Сэм открыл дверь спальни. Здесь было неожиданно чисто. Старая кровать, шкаф, комод. На нем стояла небольшая фотография в деревянной рамке. Он машинально взял ее в руки и застыл. На снимке были Дин и Линда, молодые, смеющиеся. Они сидели в каком-то баре, обнимая друг друга за плечи. Фотография выглядела очень старой, лет восемнадцать, не меньше. — Что за...- нн перевернул рамку. Никаких подписей, только дата. Сэм медленно выдохнул. На прикроватной тумбочке лежал потрепанный кожаный дневник. Он быстро пролистал несколько страниц. Почерк был неровным, местами торопливым. Это точно были записи Линды. Не раздумывая, Сэм забрал дневник и фотографию. Когда он вышел на улицу, Дин все еще сидел возле Импалы, локтями упершись в колени, он не сводил глаз с заднего сиденья. — Нашел что-нибудь? - спросил он, даже не оборачиваясь. — Нашел. - Сэм протянул ему фотографию. Дин машинально взял ее. Несколько секунд он просто смотрел. Потом тихо усмехнулся без капли веселья. — Линда... Он сразу вспомнил. Бар, дешевое пиво, несколько часов разговоров, одна ночь. А утром каждый пошел своей дорогой. Ничего особенного, так ему тогда казалось. — Она ведьма. - спокойно сказал Сэм. — Ты знал? — Нет. - Дин нахмурился. — Понятия не имел. Сэм молча кивнул, теперь это выглядело вполне логично. Линда сумела столько лет скрываться именно потому, что была ведьмой. Он открыл дневник. — Посмотрим, что она успела написать. Дин молча продолжал смотреть на фотографию. Будто пытался вспомнить хоть что-нибудь еще. Сэм перевернул несколько страниц. Первые записи были бесполезными. Ритуалы, зелья, какие-то имена. Потом он остановился. — Нашел. - он начал читать вслух. — «14 мая. Сегодня познакомилась в баре с парнем по имени Дин. Кажется, он охотник. Забавно. Он даже не понял, кто я такая. Зато ночь была отличной». — Очень смешно...- Дин тяжело вздохнул. Сэм перевернул страницу. — «26 июля. Я беременна уже месяц. Это ребенок того самого охотника. Ошибки быть не может». - повисла тишина, но Сэм уже продолжал читать. — «Я думала избавиться от ребенка, но потом появился демон, его зовут Асмодей». - слова будто повисли в воздухе. Сэм сглотнул и перевернул страницу. — «8 декабря. Я заключила сделку с Асмодеем. Ему нужна душа моей дочери, взамен он даст мне силу. Я согласилась. Ребенок все равно станет лишь обузой». - Сэм резко захлопнул дневник. Несколько секунд никто не произносил ни слова. Даже ветер стих. — Она продала душу собственной дочери... ради магии. - тихо сказал Сэм. Дин смотрел перед собой невидящим взглядом. Слова брата словно не сразу дошли до него. Он медленно перевел взгляд на заднее сиденье, на неподвижную Морану. Потом снова на фотографию, словно пытался убедить себя, что все это какая-то ошибка. — Она... мой ребенок. - голос предательски дрогнул. Он произнес это почти шепотом, будто сам боялся поверить. Все вдруг потеряло значение: то, что у нее не было души; то, что она была создана как оружие; то, сколько людей погибло от ее рук. Перед ним лежала его дочь. Дочь, которая двенадцать лет жила в Аду. Дочь, которую он даже не пытался искать, потому что не знал о ее существовании. — Господи... - Дин закрыл лицо ладонью. Ему вдруг вспомнился сегодняшний разговор. "Он меня ненавидит." Он ничего не ответил тогда. А ведь она действительно так думала. И от этой мысли становилось только хуже. — Дин... - осторожно начал Сэм. Он нечасто видел брата таким. Растерянным, почти сломленным. — Я понимаю, принять такое непросто... — Нет. - Дин резко покачал головой. Он все еще смотрел на Брукс. — Это не трудно принять. Это невозможно принять. - его голос стал хриплым. — Если бы я только знал... Он не договорил. Потому что продолжение было слишком болезненным. Если бы он знал...Морана никогда бы не попала к Асмодею, никогда не стала бы оружием, никогда не убивала бы. По крайней мере, именно в это ему сейчас отчаянно хотелось верить. Сэм ничего не ответил. Он прекрасно понимал, что это неправда. Дин не ушел бы с охоты, не стал бы идеальным отцоми в 23 года, но он точно сделал бы все, чтобы его дочь не оказалась в руках демона. И этого было достаточно. Импала медленно тронулась с места. Дорога обратно в бункер казалась бесконечной. В салоне снова воцарилась тишина, только теперь она была совсем другой. Каждый думал о своем. И никто не был готов к разговору, который ждал их впереди. Морана медленно открыла глаза. Первым, что она почувствовала, была боль. Грудную клетку будто сдавили тяжелыми железными тисками. Каждый вдох отдавался жжением в легких, а горло саднило так, словно его разрывали изнутри. Она тихо закашлялась. Последнее, что она помнила - лицо Линды, слова заклинания и отчаянную попытку вдохнуть. Получилось так себе. Девушка медленно повернула голову. Она снова была в своей комнате в бункере. — Выпей. - от неожиданности Морана вздрогнула. Она резко обернулась и ее глаза почернели. Дин сидел в кресле в углу. — Тихо, это всего лишь я. — Извини...- черная пелена, затянувшая радужку Мораны, медленно исчезла. Глаза вновь стали привычного карего цвета. Дин ничего не ответил, просто протянул ей стакан. Морана осторожно взяла его обеими руками. Горло горело так сильно, что первый же глоток показался спасением. Она выпила почти всю воду сразу. — Спасибо... В комнате снова стало тихо. Так тихо, что было слышно, как где-то в вентиляции гудит воздух. — Знаешь... это даже смешно. - Морана криво усмехнулась. Дин вопросительно посмотрел на нее. — За всю жизнь я провела рядом с матерью минут пять и этого хватило, чтобы она снова меня убила. - она тихо рассмеялась. Дин отвел взгляд. Он уже несколько часов пытался подобрать нужные слова. И каждый раз понимал, что никаких правильных слов просто нет. — Морана... - Она подняла голову. Дин глубоко вдохнул. — Мне нужно кое-что тебе сказать. - он никогда не умел разговаривать о чувствах. Демонов убивать было куда проще. — Мы нашли дневник Линды, она писала о тебе. - девушка молча ждала продолжения. — И...- Дин запнулся. Впервые за долгое время он действительно не знал, что сказать. — Черт...Я твой отец. Тишина. Морана смотрела на него так, словно не поняла услышанного. Несколько секунд никто не двигался. — Мы нашли фотографию, дневник, там все написано. - Дин не пытался оправдываться, он просто говорил правду. — Я не знал, что Линда была беременна, не знал, что ты вообще существуешь. Клянусь, если бы знал...Я бы хотя бы попытался тебя найти. Хотя бы попытался защитить. Морана все еще молчала. Она смотрела куда-то мимо него. Будто услышала слишком многое сразу. Отец. Это слово было для нее почти чужим. Все детство ей говорили только об одном человеке, об Асмодее. Он воспитывал, учил, наказывал, ломал, но никогда не был отцом. — Дин...- она произнесла его имя почти шепотом, потом медленно покачала головой. — Хватит. - она не злилась, просто больше не могла ничего слышать. Слишком много всего произошло за один день. Морана осторожно легла обратно на подушку, отвернулась к стене и закрыла глаза. Несколько минут в комнате стояла полная тишина. Дин не двигался. Он смотрел ей в спину. Ему хотелось сказать еще хоть что-нибудь, но все слова казались бессмысленными. «Прости.» - слишком поздно. «Все будет хорошо.» - неправда. «Я рядом.» - она вряд ли сейчас в это поверит. Поэтому он просто сидел. — Он делал ужасные вещи...- Дин поднял голову. Морана все еще лежала к нему спиной. — Асмодей. Он вкачивал в меня благодать Ангелов, заставлял пить кровь, убивать голыми руками. На моих руках столько крови...- её голос впервые дрогнул. — А ты...ты все это время был где-то совсем рядом. — Я не знал. - Дин медленно опустил взгляд. Он ненавидел собственные слова. — Знаю. - Морана впервые за весь разговор согласилась с ним. — Я не виню тебя. Можно я немного побуду одна? Дин молча кивнул, спорить не хотелось, да и не имело смысла. Он поднялся с кресла и медленно направился к двери. Уже взявшись за ручку, он остановился. Несколько секунд смотрел на спину девушки. Потом тихо сказал: — Теперь это и твой дом, Морана. Он не стал ждать ответа. Дверь негромко закрылась. А Брукс так и продолжала смотреть в стену. Впервые за всю свою жизнь у нее появилась семья. И она совершенно не знала, что с этим делать.