Глава ll. Эпилог
— Нарцисса, дорогая, ты только взгляни! — воскликнул Люциус, придерживая Драко, — Это наш сын! Наш великий дракон!
Сердце Нарциссы ёкнуло в тот момент. В их браке присутствовало совместное времяпровождение, такое как приёмы, балы, благотворительности, взаимное уважение и молчаливое понимание ещё со времён старших курсов Хогвартса, однако... Прежде в глазах Люциуса не было такой теплоты. Нарцисса улыбнулась, искренне и широко, и опустилась на колени перед Драко.— Иди ко мне, родной, — позвала она, протягивая руки.
Драко затопал ножками и не без помощи Люциуса преодолел маленькое расстояние, бросившись в объятия матери. Нарцисса задержала дыхание, словно боялась, что этот момент оборвётся, и она вновь обнаружит себя в постели с компрессом на лбу и едва способной пошевелиться. Без сына и мужа рядом. Пугаясь этой мысли, она крепко обвила маленькое тельце, и почувствовала тёплую ладонь на спине.
С того вечера прошло двадцать лет… Порой Нарцисса отказывалась верить в скоротечность времени, но и отказывалась цепляться за прошлое. За всю свою жизнь она пережила немало и не любила вспоминать. Боялась погружаться. Боковое зрение уловило движение обладателя кудрявых волос, рука с палочкой непроизвольно дрогнула. Двадцать лет прошло с момента, когда она последний раз стояла к своей старшей сестре спиной.— Трогательное зрелище, сестрица, — раздалось из-за спины, — Неужели тебе хватило наглости не уведомить о вечеринке его любимую тётушку?
— Ты могла бы сама проявить инициативу, Белла, — заметила Нарцисса, раздражённая тем, что их прервали.
— Я проявила, и вот я здесь! Хочешь сказать, я ещё и виновата?!
Переглянувшись с Люциусом, она крепче обхватила Драко и поднялась на ноги. Беллатрикс стояла в дверях, взмокшая от дождя и растрёпанная. Веко Люциуса дёрнулось при виде капель, падающих на идеально вычищенный паркет.
— Беллатрикс, — процедил он сквозь зубы. Его тон был встречен недоброжелательным оскалом, — Не думай, что имеешь право повышать голос на членов моей семьи. Это мой дом, и ты ворвалась в него... В таком виде.
— Напрасно ты читаешь мне нотации, Люцик, — пренебрежительный взмах рукой, — Лучше оставь нас.
Люциус не сдался бы так просто, если бы не одобрительный кивок Нарциссы. Секундное замешательство, и он, сжав челюсти, вышел из столовой. Стоило двери за ним захлопнуться, всё внимание Нарциссы обратилось к сыну и разговору с сестрой. Оказывается, перебирание его пушковых волос хорошо успокаивало.
— Зачем ты здесь?
— Цисси, что это с тобой? — потребовала Беллатрикс, выступая вперёд, — Ты ведь знаешь, я пришла, как только смогла!
— И тем не менее. Ты пропустила день рождение своего племянника, — сурово отчеканила Нарцисса, усаживая Драко в кресло позади и стоя к сестре спиной. Попросту не могла смотреть на неё, — И не только его.
Повисла тишина. Нарцисса бы даже усмехнулась, не устань она так сильно за прошедший день, что мышцы лица не желали двигаться. Она бы поставила десятку галлеонов на то, что Беллатрикс сейчас усиленно хмурила брови в попытке вспомнить, чей ещё праздник она могла пропустить в погоне за признанием Волан-де-Морта. Жалкое зрелище.
— О чём это ты? — осторожный, вопрошающий комментарий. Нарцисса выпалила на одном дыхании.
— У нас есть племянница. Неделю назад ей исполнилось восемь, а ты не в курсе, — и, не позволяя Беллатрикс переварить услышанное, съязвила через плечо, — День рождения Гермионы ты тоже пропустишь, сославшись на срочное задание?
— Не начинай, Цисси!
Молодая женщина обернулась, прижав руки к груди.
— Белла, произойдёт что-то плохое. Я чувствую! Прошу тебя, уйди от Него, пока не поздно.
— Не смей ставить мою службу под сомнение! — Беллатрикс ощетинилась, скрестив руки под грудью. Её ноздри часто раздувались, она злилась, но Нарцисса не могла себя остановить.
— Я не могу иначе! Ты приходишь за полночь, едва ешь, перестала обучать Гермиону и постоянно в разъездах, лишь бы Тёмному лорду было хорошо! Девочка скучает, я скучаю!
Палочка Беллатрикс заискрилась в кобуре. Хныканье Драко отвлекло бы Нарциссу, не будь она так поглощена спором, что не видела и не слышала ничего, кроме жалящих слов сестры и отторжения в её чертах.
— Я беспокоюсь о тебе, — взмолилась Нарцисса из последних сил, — Мы семья, разве не в этом всегда была наша сила?
— И я была с тобой, пока ты болела! — взмахом руки Беллатрикс отправила в горящий камин хрустальный бокал, но Нарцисса даже не дрогнула, — Заботилась о тебе, искала лучших лекарей, чаще навещала маленькую ведьму, лишь бы ты не переживала! И это твоя благодарность? Претензии?!
Наконец, Нарцисса опомнилась, услышав надрывный плач. Она тут же подхватила Драко и принялась укачивать его. Личико покраснело от натуги, и молодая женщина заставила себя успокоиться, глубоко дыша. Влага скопилась в уголках глаз, горло сжалось от подступающих рыданий. Дрожащий вдох сорвался с её губ. Нарцисса прижала сына к груди, как единственное светлое, что осталось в этом мире.
— Пойми, что я всегда хочу лучшего для тебя.
— Могу сказать то же самое, — глухой звук, будто что-то поставили на стол. За этим последовал тяжёлый вздох и стук каблуков, — С праздником, Драко.
Тогда она подарила плюшевого дракона. Белокрылого, с широким размахом и острыми рогами. Его серые глаза были совсем как у Драко. Нарцисса готова была поспорить, что игрушка до сих пор хранится на почётном месте в комнате сына, даже если заходила туда изредка. — Нарцисса? — рука легла на её плечо, — Ты хорошо себя чувствуешь? Женщина встретилась взглядом со своей старшей сестрой. К сожалению или счастью, с другой сестрой. Чьи кудри едва доставали до плеч, чья одежда всегда была комфортной для её обладательницы и никогда роскошной с тех самых пор, как она выбрала себя. Шоколадные глаза Андромеды искрились неподдельной тревогой. Нарцисса попыталась вспомнить, когда последний раз видела их так близко, что могла разглядеть отблеск огоньков гирлянды, но не смогла. — Со мной всё будет в порядке, — она уж было вытянула губы в вежливой улыбке, но, заметив скептицизм Андромеды, заверила спокойнее, — Всё хорошо. Андромеда вглядывалась в её лицо несколько секунд, прежде чем кивнула. — Я рада, — рука соскользнула с плеча и тут же спряталась в карман брюк, — Присмотришь за Тедди, пока Дора не появится? Мне нужно отойти. — Конечно, можешь на меня положиться. Андромеда будто хотела сказать что-то ещё, но ушла, больше не проронив и слова. Нарцисса с постыдным облегчением смотрела в удаляющуюся спину сестры, но быстро отмахнулась от этого ощущения. Они потеряли слишком много лет, играя в гордость. Рождество из раза в раз становилось отличным предлогом, чтобы собрать всех под одной крышей. Она осмотрела залу, выискивая глазами одну из бестий, но её отвлекли: маленький Тедди тянул к ней ручки, дёргая за край платья. Нахмуренный лоб разгладился при виде внучатого племянника, одетого в забавный костюм с нарисованным оленем. Кажется, он назывался кигуруми. — Тедди, — она охотно подхватила мальчика и устроила на руках, — Хочешь надеть звезду на ёлочку? — Да, да! — кулачки сжимались, волосы с каштанового на глазах преобразовались в пшенично-жёлтый. За пару визитов Андромеды Нарцисса ещё не научилась различать настроение метаморфа по волосам, но сейчас предполагала, что он испытывал радость. — Тогда я подниму тебя, а ты должен надеть её на самую верхушку. Справишься с этим? Мальчик оживлённо замотал головой. Нарцисса тепло улыбнулась и поставила его на ноги, вручив позолоченную звезду. Достав палочку, она произнесла левитационное заклинание. Тедди взвизгнул, когда его ноги оторвались от пола, и замотал руками, пытаясь удержать равновесие. Заклинание Нарциссы не позволяло ему упасть и удерживало в едином положении во избежание получения царапин или любого дискомфорта. Поднеся мальчика к самой верхушке ёлки, она удерживала заклинание, пока он с самым сосредоточенным выражением лица водружал звезду. Гирлянды в тот же миг заиграли цветом, отражаясь в блестящем паркете и витражных окнах. — Хочу ещё! — В следующий раз, дорогой, — вернув Тедди вниз и вновь прижав к себе, Нарцисса чмокнула его в нос. — Мама, что ты с ним как с маленьким. — Он и есть маленький, Драко, — усмехнулась Нарцисса, взглянув на сына через плечо, — Между прочим, мы с твоим отцом... — Да, мама, — Драко поспешно ретировался, уже зная, что женщина из раза в раз использовала его детство против него. Нарцисса, мысленно записав ещё одно очко в свой ни на что не влияющий счёт, обернулась на треск камина. Нимфадора, уже как два года Люпин, громко выругавшись, вывалилась из камина, вдобавок споткнувшись о свои же ноги. Нарцисса едва заметно скривилась, но быстро вернула нейтральное выражение лица. Племянницу она любила, хоть та и выросла совершенно не похожей на своих предков. Римус вышел следом, стряхивая с плеч влажный снег. — Тётя Цисса, Вы даже не представляете, как я Вам благодарна! — Нимфадора подлетела к женщине, забирая Тедди, чьи волосы стали такими же ярко-розовыми, — Нас не отпускали служащие Министерства, и мне потребовалось пригрозить им Вашим гневом, чтобы они наконец отстали! — Паркет, Дора... — Нарцисса с щемящим сердцем проследила грязные разводы от обуви. — О, я извиняюсь, Вы же меня знае... Бог мой, что это за красота? — Нимфадора устремилась к нарядной ёлке, с горящими глазами подмечая её размеры. — Я сам украшал её! — воскликнул Тедди, указывая пальчиком на самую верхушку. Пока Нимфадора принялась расхваливать мальчика, воркуя с ним и позволяя дёргать себя за куртку, Римус неловко переминался с ноги на ногу. А уж когда Нарцисса очистила паркет и обратила своё внимание на него, вовсе начал заикаться. — Мы приносим извинения за задержку, м-мадам Малфой. И за доставленные н-неудобства. Короткий взмах руки, коим Нарцисса желала прервать поток оправданий. — Просто Нарцисса. В конце концов, мы же теперь семья. — Для меня это честь. Должно быть, сами понимаете, всё это... — Драко, — не сводя глаз с Люпина, Нарцисса обратилась к снующему неподалёку сыну, — Подскажи, где можно оставить верхнюю одежду. Драко выступил вперёд и проследовал к противоположной двери, ожидая Римуса. Осознав, что разговор окончен, Римус пробормотал: «Конечно, благодарю», - и отправился за Малфоем. Нарцисса закрыла глаза, досчитав до десяти. Она плохо представляла себе, как Андромеде в голову взбрело одобрить брак собственной дочери с мужчиной оборотнем, ещё и вдвое старше. Однако, у Блэков, должно быть, в крови тяга к партнёрам с разницей в возрасте, и ей не привыкать. По правде говоря, ей тяжело воспринимать подобное без холодной отстранённости и саркастичных комментариев. Нарцисса помнила Гермиону маленькой девочкой, она росла у неё на глазах, стала ей другом и даже приёмной дочерью, а Беллатрикс просто... Просто в один день поставила её перед фактом, что теперь у них отношения. Нарциссу тогда едва не хватил удар, и даже Люциусу, — с окончания войны пребывавшему под домашним арестом, — позволили сопроводить её за территорию поместья, чтобы она не убила кого-нибудь в радиусе десяти метров. Было непросто смириться, что старшая сестра внезапно испытала к Гермионе нечто большее, чем чувство наставничества. Впрочем, Нарцисса пыталась понять, и даже думала, что Гермиона сама тянулась к Беллатрикс ещё до осознания чувств. Всегда спрашивала о ней, была рядом во время восстановления разума и сделала всё, чтобы старшую ведьму оправдали. Сердце маленькой Гермионы и вовсе было разбито, когда она увидела Нарциссу в день ссоры с сестрой.— Белла приходила?
Нарцисса размазанным движением утёрла слёзы со щёк и обернулась к Гермионе, стоящей в проходе. Волосы спутались после дневного сна, ночная рубашка немного помялась. Молодую женщину кольнуло сожаление, что девочке не удаётся почувствовать все радости детской жизни со сверстниками и детьми помладше. Но так было лучше. Она убеждала себя каждый день, что так лучше.
— Она просила передать тебе привет, — сиплость голоса выдавал с потрохами.
— Нарцисса, я достаточно взрослая, чтобы понимать, — подтвердила её опасения Гермиона, чуть насупившись, — Не нужно пытаться сгладить ситуацию.
Сердце почему-то сжалось. Прошло несколько лет, как Гермиона жила у них, и изо дня в день она показывала себя с лучшей стороны. Иногда Нарцисса думала, как бы сложилась жизнь, если бы однажды Беллатрикс не привела маленькую маглорождённую ведьму к ней на порог. Впрочем, она определённо была бы несчастней. Она подозвала Гермиону к себе, с теплотой проводя кончиками пальцев по её волосам.
— Ты растёшь так быстро.
Нарцисса не так часто показывала свои чувства к Гермионе, но заботилась о ней ничуть не меньше. Маленькую ведьму это всегда смущало — будто ей неловко от привязанности как таковой.
— Если хотите отдохнуть, я присмотрю за Драко и передам его эльфам через четверть часа, — пробормотала девочка, не зная, куда деть свой взгляд.
— Не нужно, он уже уснул, — Гермиона потупила глаза, и Нарцисса вдруг предложила, — Можешь посидеть со мной.
Гермиона взглянула на неё недоверчиво, но согласилась. Нарцисса распорядилась подать им остатки шоколадного торта со дня рождения и чашки горячего шоколада. На её памяти это был первый раз, когда за всё время они проводили время вместе так, расположившись вместе на диване в халатах. До сегодняшнего вечера только мимолётные слова заботы, неловкие объятия не дольше секунды и отстранённость. Но Нарцисса вдруг поняла, как много упускала. Гермиона росла, читала много книг, была себе на уме, и молодая женщина не представляла, о чём волновалась девочка больше всего на свете. Впрочем, долго гадать не пришлось.
— У Вас с Беллой разногласия? — как бы невзначай спросила Гермиона, пользуясь паузой в разговоре ни о чём.
Нарцисса замерла. Выходит, она слышала какую-то часть разговора, если не всю. Внезапная потребность защитить юный разум талантливой волшебницы подтолкнул сказать полуправду.
— Я бы назвала это временной трудностью, — она отставила чашку на блюдце, — Ты волнуешься?
Девочка потупила глаза в чашку, словно пыталась разглядеть что-то в шоколадной пенке. Рука сама потянулась к коленке девочки, и Нарцисса без задней мысли поддалась порыву, желая успокоить.
— Гермиона, — девочка вздрогнула. Неизвестно, от внезапного прикосновения или неприсущей Нарциссе материнской нежности, — Ты можешь поговорить со мной.
— Я... Я слышала, Вы думаете, что произойдёт нехорошее, и тоже давно это чувствую! Не могу объяснить, почему. Что, если... Что, если она больше не придёт ко мне? Я разочаровала её...
— О, милая, — Нарцисса призывно раскрыла руки, и Гермиона нырнула в тёплые объятия. По её личику бежали дорожки неутешительных слёз, и Нарцисса принялась гладить её по голове, — С ней всё будет в порядке, она просто занята.
Девочка прижималась к ней так доверчиво, и Нарцисса всё бы отдала, только бы никогда больше не отпускать.
— Я ведь могу ей как-то помочь? — послышалось между всхлипами.
— Только когда станешь старше.
До тех пор она обещала себе защитить маленькую ведьму от всего мира.
И она справлялась. До тех пор, пока Беллатрикс бездумно не подвергла её опасности, отправив на поиски крестражей. Нарцисса боялась представлять, что пришлось пережить Гермионе за месяцы скитаний по волшебному миру, куда она ни разу не выходила за всю жизнь. Она злилась на сестру ровно до момента, пока не выяснила о её пропаже. До самой битвы в мае она не представляла, где держат Беллатрикс и саму Гермиону, которая объединилась с мальчиком Поттером и Уизли лишь по слухам. Увидеть Гермиону с холодной решимостью во взгляде и потрёпанную, но целую и невредимую на первый взгляд, по ту сторону в Хогвартсе, рядом с Минервой МакГонагалл, стало для Нарциссы благословением. Она не страшилась Волан-де-Морта, что одновременно вызывало и гордость, и ужас. Последующая битва прошла для Нарциссы как в тумане. Она желала защитить своего сына и приёмную дочь, найти сестру и жить спокойно, чёрт возьми. Иногда, закрывая глаза, она видела яркий свет магии Гермионы, отражающей атаку Волан-де-Морта, и Гарри Поттера, восстающего из мёртвых не без подачи женщины. Магия молодой ведьмы была воистину прекрасна, Нарцисса любила сравнивать её с силой патронуса. Сейчас её сила только крепла, и никто в мире, ни Волан-де-Морт, ни служащие Министерства, ни кто-либо другой не способен удержать её. Нарцисса гордилась. Для многих маглорождённых Гермиона стала примером, чистокровные хоть и недоумевали, как Малфоям удалось скрывать такой потенциал, и крутили носами от чистоты крови, но уважали. Нарцисса точно это знала. А сама Гермиона вела отстранённый образ жизни. Столько лет вдали от общества не прошли бесследно, и девушка быстро уставала, предпочитая компанию книг и Беллатрикс всем прочим. Осознав, что многие уже устроились в комнате отдыха, Нарцисса разгладила невидимые складки на изумрудном подоле и прошла к ним, бегло взглянув на настенные часы над камином. — Ради Салазара, уже почти девять вечера, где их носит? — Спорим, что они появятся минута в минуту? — шепнула Нимфадора отцу, Теду Тонксу, так же официально приглашённому на семейный праздник. — Спорим! — Никаких пари в моём доме! — гаркнула Нарцисса, и Андромеда, уже занёсшая руку над рукопожатием, на секунду замешкалась. Нимфадора только фыркнула и откинулась в кресле, удерживая на коленках Тедди. — Все мы знаем, что пунктуальность Гермионы перевесит любовь тёти Беллатрикс к беспорядкам. — Как всегда права, Дора. Гермиона неспешно спускалась по лестнице под руку с Беллатрикс, придерживая подол серебряного платья, расшитого белыми нитями. Она прибрала волосы наверх, пряди подпрыгивали от каждого движения головой. Нарцисса помнила, как подарила это платье Гермионе несколько месяцев назад на тридцатилетие, и была неимоверно рада, что та решила одеться нарядно в праздник. Осматривая Беллатрикс на приемлемый внешний вид, она почти осталась довольна. Сливового цвета корсет с замысловатой шнуровкой, сшитый на заказ много лет назад, и атласный чёрный шлейф. Беллатрикс то и дело поглядывала на Гермиону, вместе с тем смакуя реакцию семейства на их внешний вид. — У тебя волосы растрепались, — вместо приветствия отчитала Нарцисса сестру, — Вы должны были спуститься не менее получаса назад. — Прости, Цисси, возникли трудности со шнуровкой платья. Этот атлас такой капризный, — примирительно проворковала Беллатрикс, на что женщина процедила. — Оно на молнии. Словно испытывая терпение сестры, Беллатрикс склонилась к Гермионе и захватила её губы в поцелуе. Девушка попыталась отстраниться, щёки раскраснелись от смущения под прищуренным взглядом Нарциссы, но спустя секунду она прогнулась в пояснице. Обаяние Беллатрикс никогда не могло оставить её равнодушной. — Фу, тётя Белла! — Драко скривился, — Она же росла под твоим начальством! Вспышка колдокамеры резанул по глазам. — Колдография на память! — Нарцисса ужасающе медленно обернулась на племянницу. Если бы можно было испепелять взглядом, Нимфадора уже раз двадцать оказалась собрана веником в совок, — Что? — Не понимаю причины твоих переживаний, Цисси, — добавила Беллатрикс, приобнимая Гермиону за плечи, — Моей ведьме должно доставаться всё самое лучшее. — Я разве не могу рассчитывать, что хоть один вечер пройдёт без возмутительных действий? — Извините нас, мы... И правда долго провозились с застёжкой, — словно в подтверждение, Гермиона расправила невидимые складки на лифе и струящемся подоле. Совсем как Нарцисса, когда о чём-то нервничала, — Платье прекрасно, Нарцисса, я жалею, что не надевала его раньше. — Из тебя выходит ужасная врушка, — гоготнула Беллатрикс. — Это не обязательно знать всем! — Умоляю, и так понятно, — Нимфадора откровенно веселилась, но для надёжности всё же закрыла уши возмущённому Тедди. — Давайте не будем посвящать нас в подробности! — Нарцисса всплеснула руками, — Здесь дети. — Цисси, не будь такой ханжой. — Я всего лишь хочу немного этичности в своём доме. Потому что у кого-то вообще нет жилья, — она многозначительно покосилась на Беллатрикс, — А чей-то дом на отшибе Франции слишком мал, — Андромеда тут же фыркнула. Поразительное сходство сестёр подкреплялось схожей мимикой и привычками, — И ещё... — Мы поняли, что ты выше нашего никчёмного общества, императрица Цисси, — Беллатрикс всхрапнула и повела Гермиону в столовую, где эльфы уже накрывали первое блюдо. За её спиной раздались смешки, а Нарцисса только и могла, что сжать двумя пальцами переносицу. — Почему в моём доме меня никто не воспринимает всерьёз? — Всё пройдёт отлично, мама, — Драко положил ладонь на её плечо, ободряюще похлопав, — У тебя иначе не бывает. — Я надеюсь, Драко, — она тепло улыбнулась ему, сжав его массивную ладонь, — И передай своему отцу, что ему вовсе не обязательно прятаться от остальных. Я хотела бы, чтобы он здесь был. Драко знал, что её «Хотела бы» всегда означало «Он должен спуститься немедленно», а потому кивнул и пообещал уведомить отца в ближайшее время. Нарцисса удовлетворённо вздохнула и прошла в столовую последней. Конечно, все расселись как хотели, не взирая на правила этикета, но оставив два места во главе стола для хозяев дома и правое для Драко. Астория не выразила желания присутствовать, сославшись на дурное самочувствие, но пообещала встретить с Малфоями Новый год. Что ж, Нарциссу это устроило. Винки, служащий эльф, отодвинул для неё стул, и женщина опустилась на него самым изящным образом. Оглядывая всех, в груди вновь появилось то странное, забытое чувство. Самые важне люди в её жизни за многие годы впервые вместе и, кажется, даже не собирались убить друг друга. Неужели они... — Тоби докладывает госпоже Малфой, на пороге гости. — Должно быть, это Гарри и Рон, — Гермиона поднялась, — Нарцисса, я открою? Не успела женщина ответить, Беллатрикс взвизгнула. — Ты позвала их?! Этот рыжий на тебя слюни пускает, а ты зовёшь его к нам за стол? — Беллатрикс, твоя ревность неуместна! — оскалилась Гермиона, в упор глядя на ведьму. — Цисси! — Беллатрикс обратилась за помощью к сестре, но та и бровью не повела: так удачно Винки подал бокал клюквенного морса. Можно спрятаться за ним. — Решайте свои любовные драмы самостоятельно. Беллатрикс надулась и выпятила нижнюю губу, пока Гермиона, разумно проигнорировав детскую выходку, удалилась из-за стола на несколько минут. Вернулась она быстро, жестом приглашая верных друзей войти. Нарцисса отставила бокал и поднялась. — Приятно видеть Вас в добром здравии, мадам Малфой, — Гарри приветственно протянул руку. Нарцисса, как положено леди, пожала её с самым нейтральным выражением лица, на которое только была способна. — Для меня большая честь принимать Вас, мистер Поттер, в своём доме. Мистер Уизли, — она сдержанно кивнула, — что было похоже скорее на судорогу, — рыжеволосому парню, разглядывающему в это время богатую убранство столовой, — Прошу, рассаживайтесь. — Надеюсь, Вы меня простите. Я надолго не останусь, Джинни будет беспокоиться, — Гарри отодвинул стул рядом с Люпином. Рону же, к великому неудовольствию Беллатрикс, досталось место напротив Гермионы. Нарцисса сдержала ухмылку. — То, что Вы смогли выкроить для нас время, уже праздник. Обмен любезностями подошёл к концу, и можно было приступить к трапезе. Люциус появился, когда подали горячее: бледный, как полотно, и едва шевелил деревянными от неподвижности конечностями. Нарцисса внимательно следила за каждым его действием, умоляя Салазара, чтобы с его рта не слетело что-нибудь провокационное в адрес Уизли или Люпина. Она старалась принять их в круг семьи, и ожидала от Люциуса едва ли меньше усилий. Всё же, Гермиона прошла с ними через многое, и доверяла. А Нарцисса безоговорочно доверяла ей. Беседа протекала спокойно. Никто не пытался надеть тарелку другому на голову или «случайно» отодвинуть стул, пока кто-то привставал, тянувшись за приправой. Это немного напоминало Нарциссе благотворительные приёмы в поместье Блэк, когда она была совсем маленькой. Мама держала под контролем всё, до чего могла дотронуться, Нарцисса едва могла уловить её движение: в одно мгновение она держала отца под руку и искусственно смеялась, прикрывая лицо веером, а в другой активно жестикулировала, раздавая указания эльфам. Маленький разум восхищался этой женщиной, теперь же Нарцисса понимала, что ничего, кроме лицемерия, на лицах гостей не было. Вдруг и сейчас все притворялись? Она слишком сильно надавила на нож, из-за чего неприятный скрежет резанул по ушам. Несколько голов обернулись к ней, и она старательно сделала вид, что не заметила их изучающих взглядов. Гермиона прочистила горло. — Рада сообщить вам, что мы с Беллой записались к психологу и неделю назад имели честь познакомиться с ней. Довольно приятная женщина. — Это большой шаг, Гермиона, поздравляю, — Андромеда искренне заулыбалась, — Мне кажется, Белле было бы полезно полагаться не только на твою магию. Беллатрикс нахохлилась, искривив рот. — Очередная странная затея со странными магловскими замашками. — Может, ты перестанешь считать её таковой после следующего сеанса, — нейтрально предположила Гермиона, резким движением разрезав мясо. Нож с неприятным скрежетом прошёлся по тарелке. Нарцисса прикусила кончик рта, чтобы не улыбнуться сходству между ними. В ответ Беллатрикс пробубнила что-то неразборчивое, но Гермиона услышала. — Волшебный мир не стоит на месте и спешит развиваться, Белла. Пора бы понять, что это к лучшему. — Утка прелестна, Нарцисса, — похвалил Тед, стремясь разбавить накалившуюся атмосферу, — Передай от меня похвалу повару, кто бы это ни был. — Вообще-то, он сидит за нашим столом, — незаметно Нарцисса указала глазами на свою старшую сестру. Способность испепелять взглядом не приобреталась с годами, нет — она передавалась в крови с рождения. Малфой послала сестре самую невинную улыбку. — Беллатрикс, неужели? — Да, да, овации потом, — отмахнулась ведьма, но Тед не переставал. — Это восхитительно! Где ты научилась так чудесно готовить? — Белла, он прав, — подхватила Гермиона, — Будь я ресторанным критиком, дала бы перспективу на годы вперёд. — Это должно было остаться в тайне, — прошипела Беллатрикс, уткнувшись носом в тарелку, — Просто кто-то слишком мстителен. — Кажется, у нас закончилось вино, — в подтверждение Нарцисса потрясла пустым бокалом и поспешно встала, — Я распоряжусь подать ещё из погреба. Беллатрикс стукнула кулаком по столу. — Цисси, чёрт бы тебя побрал! — Не выражайся за столом!༺♡༻
25 декабря, 2001 год — поместье Малфоев Часы показывали пол второго ночи, когда Рон попрощался с Гарри и Гермионой и отправился домой через камин. За ним последовал Римус, пообещавший вернуться, как только уложит спящего Тедди в кроватку. Гермиона же подозревала, что он попросту нашёл причину отстраниться от колючего взгляда Нарциссы и пережить душевную травму. Она захватила десерт с собой, устроившись на диване в уединённой зоне отдыха, откуда открывался обзор на нарядную залу, где веселились остальные. Кроме одной конкретной ведьмы. Аромат сандала проникнул в ноздри, распущенные кудри щекотнули лицо, когда Беллатрикс склонилась, оставив смазанный поцелуй на щеке. Гермиона расслабленно выдохнула, с удовольствием нежась в её объятиях. — Ну, и как тебе вечер? — горячее дыхание обожгло ушную раковину, а затем ведьма отстранилась. Потеря тепла была худшей пыткой. Гермиона инстинктивно потянулась следом, стремясь вернуть прикосновение, чем вызвала широкую ухмылку. — С каждым годом всё лучше и лучше, — она похлопала по сидушке рядом, приглашая присоединиться. Стоило ведьме сесть, девушка закинула ноги на её колени, — Помнишь, что было в первое Рождество? Беллатрикс загоготала, откинув голову. — Подпалённая сова принесла кричалку от Андромеды с Нимфадорой, твои дружки при виде меня захотели всех эвакуировать, а Драко просидел в своей комнате до утра, — она залпом опрокинула в себя остатки эльфийского вина и с грохотом поставила стакан на журнальный столик, — Весьма забавно. Зато теперь у нас есть это! Она выудила из-за спины распечатанную колдографию и потрясла ею. Гермиона бархатно рассмеялась, принимая снимок из рук Беллатрикс и с упоением рассматривая. Выражение лица Драко умиляло, напускная строгость Нарциссы вызывала улыбку, а торжествующее выражение на лице Беллатрикс, когда она целовала её, стоило всего. Нимфадора определённо умела подбирать моменты, живые моменты, ради которых стоило продолжать существование. — Ради такого определённо стоило подождать, — вслух сказала она, возвращая листок. — Повешу её в золотую рамку в своей спальне! — рассмеялась Беллатрикс, бережно положив колдографию на подлокотник, — Жаль у меня нет увеличенного экземпляра лица Цисси! Изрядно подвыпившая, она чаще вызывала у Гермионы высоко поднятую бровь и скрещённые руки, чем положительную реакцию, но сегодня девушка обещала себе расслабиться. И завтра тоже, по возможности. Утром они откроют подарки все вместе, позавтракают панкейками с шоколадным сиропом и проведут следующие дни лениво, ожидая празднования Нового года. Гермиона мечтательно прикрыла глаза, думая, что это были бы идеальные каникулы. — Ты... Знаешь, ты извини что я, ну, сказала о твоей идее, — вдруг сказала Беллатрикс. Гермиона распахнула веки, немного сбитая с толку. — Думаю, всё в порядке, — она пожала плечами, — И не злись на Нарциссу, что она раскрыла твой секрет раньше времени. Вероятно, она не хотела, чтобы ты осталась в тени. На челюсти Беллатрикс заиграли желваки. — Я знаю. Просто столько людей было сегодня. Ну, ты знаешь. — Ты можешь не продолжать, если не хочешь. — Нет! — слишком резко ответила ведьма, прерывая попытки заботы, — Нет, я понимаю. Всё нутро на изнанку выворачивается, стоит мне начать откровенничать. Коротко взмахнув кистью, девушка направила сгусток энергии к Беллатрикс, которую, как она подозревала, продолжали мучать головные боли. Облегчение разгладило напряжённые черты, и, хоть ведьма не признавала этого, она зависела от магии Гермионы. И не принимала во внимание заверения, что девушке в радость колдовать, не сдерживая себя с тех пор...— Какая чес-с-сть видеть тебя, юная Гермиона, — шипя, Волан-де-Морт приблизился. Слишком близко, слишком небезопасно. Давящая на виски аура тёмной магии оседала тяжёлым грузом на плечах, — Но где же? В рядах с-с-смертных. Я знал, что ты разочаруешь меня, девчонка.
Подбородок приподнял острый кончик волшебной палочки, впившейся в нежную кожу горла.
— Скажи мне. С-с-стоило ли оно того? — он надавил, и где-то сбоку ахнула профессор, — Умереть первой, не сделав ничего? К чему было это сопротивление?
Она молчала, сжав кулаки.
— Прекрас-с-сно. Беллатрикс тоже не боролас-с-сь.
Беллатрикс не боролась?
Внутри что-то оборвалось.
Он развернулся, отходя на несколько шагов. Определённо, чтобы убить, даже не имея чести смотреть ей в глаза. А внутри девушки вдруг зародилась уверенность, неведомая прежде. Гарри не мёртв, она чувствовала его на подсознательном уровне. Просто нужно потянуть время. В неё бы ударило Непростительным, но она не хотела сдаваться так просто. Подбородок вздёрнулся сам собой, как учила Нарцисса.
— Стоило.
— Прости?
Она взглянула ему прямо в лицо, повторив громче.
— Оно того стоило.
И отпустила. Первородная магия вырывалась из неё, разрывала тело на части. Боль была адской, грудь горела огнём, но сила подчинялась, следуя её командам. Она знала, что могла умереть, чувствовала, как силы стремительно покидали её, но отступать было поздно. Алые зрачки Волан-де-Морта впервые на её памяти расширились от удивления, когда энергия обволокла его кругом, отражая Непростительные в него самого. Второй раз, когда суматоха возобновилась и Гарри рухнул наземь с рук великана, вступив в бой.
И третий, когда Гарри одолел его.
Гермиона мотнула головой, прогоняя дурное наваждение. Магия была её союзником с детства, но до тех пор она слабо представляла, на что способна. Отражение смертоносного Непростительного до тех пор было под силу лишь мальчику, который выжил. Так его звали в волшебном мире. И не сказать, что Гермиона рада была стать новой знаменитостью, будучи измотанной до предела. Но с тех пор она хоть и знала свои пределы, но не сдерживалась в страхе быть замеченной. Не было нужды прятаться. Беллатрикс огладила её колено, возвращая в реальность. — Ты помнишь нашу первую встречу? — тёмные, слегка мутные от градуса глаза следили за её реакцией, — При каких обстоятельствах она произошла? Гермиона нахмурила брови, вспоминая. — Смутно. Помню грохот обвалившихся стен, осколки, на которые напоролась в попытке от чего-то убежать и силуэт. Позже я приняла его за твой. — Войска Тём... Волан-де-Морта убили в тот день твою семью. Мои войска. Сердце Гермионы пропустило удар, что определённо отразилось на лице. — Не лучшая тема для обсуждения в такую ночь. — Ты винишь меня? — А ты себя? Беллатрикс замешкалась с ответом. — Нет. Если бы этого не произошло тогда, я бы не была сейчас здесь, — она неуверенно дотронулась до запястья Гермионы. Та немедленно переплела их пальцы. — Пока я была в бегах несколько раз думала об этом. От меня никогда не скрывали, что я не Малфой, не чистокровная ведьма, и вы с Нарциссой помогли развить мой потенциал, — пошевелив пальцами, Гермиона создала сгусток светящейся белой энергии. Складки на её лбу тут же разгладились. Тепло в руке внушало спокойствие, — Когда-то у меня, может, и была и другая семья. Родители, бабушка, дедушка, или только какая-нибудь дальняя тётка. Я не знаю. У меня не осталось воспоминаний о той, другой жизни. Изучив несколько медицинских справочников, я могу предположить, что мой мозг самостоятельно заблокировал травмирующие воспоминания, связанные с прошлым. Сгусток погас в сжавшемся кулаке. От пессимистичного настроя её отвлёк громкий смех. Они с Беллатрикс одновременно повернули головы к источнику звука. Тед нацепил на себя длинную пушистую бороду Санты и, почти стоя на коленях умолял Андромеду быть его миссис Клаус, изображая приступ горя от отказа. Нимфадора преследовала Драко с оленьими рогами в руках, крича: «Ты кое-что потерял, дорогой кузен!». Люциус под конец вечера вёл себя более уверенно, но не прекращал держать Нарциссу за руку, а та позволяла и вела тихую беседу с Гарри, получившему добро от супруги на ещё несколько часов в поместье Малфоев. Подозрительно похоже на... Семейную идиллию. — Я прежде не рассказывала, — задумчиво начала Гермиона, не поворачиваясь к ведьме, — В ту ночь, когда ты поведала мне о крестражах и велела бежать, я остановилась в поместье Блэков. Состояние было плачевным: выбитые окна, обвалившаяся крыша, облезлые стены, поросшие мхом и грязью. Никто давно не поддерживал состояние дома даже с помощью элементарных заклинаний, меня тогда это очень расстроило. Внутри я… — она неуверенно запнулась, но взяла себя в руки, — Обнаружила портретную галерею. Многие давно выцвели, золото на узорчатых рамах осыпалось. Я шла и видела историю твоей фамилии. Множество семей и пять поколений до вас с сёстрами. И вы возвышались над всем этим. В самом конце залы висел и ваш потрет. Ты ведь знаешь об этом? — Помню отчётливо. Мы с сёстрами и родители позади нас. Цисси самая прилично одетая, как тогда выразилась мама, — усмехнулась Беллатрикс. — Я рассматривала твой вздёрнутый подбородок. Ты смотрела так, будто художник не заслужил доверия. За твоей спиной мужчина и женщина, ваши родители. Нарцисса держала Друэллу Блэк за руку, а на плече лежала массивная ладонь Сигнуса. И рядом с тобой Андромеда, — Гермиона вновь сфокусировалась на громком хохоте, и сама невольно улыбнулась, видя, как Тед атаковал свою жену щекоткой, — Поразительное внешнее сходство. С возрастом оно только усилилось, как считаешь? — Только внешнее, — скривилась Беллатрикс, дёргано потерев шею, — Мы с Андромедой похожи меньше всего. — Твоё право, — не став спорить, согласилась Гермиона, — И я согласна с тобой. Это может прозвучать грубо, но я рада, что всё так случилось. Здесь я обрела новый дом, обрела тебя. Это... К лучшему? — она пожала плечами, слабо усмехнувшись, — Но за квалифицированных специалистов плюс всё же идёт в карму маглов. — Ну конечно же ты не могла не упомянуть их, — всхрапнула ведьма, скрещивая руки под грудью. — Это часть меня. Пусть моя магия велика, но по крови я навсегда останусь маглорождённой волшебницей. Той, кого пытались убить месяцами. И я горжусь, что выжила, — черты лица вновь приобрели ледяную решимость. — Несомненно. Беллатрикс огладила её запястье большим пальцем, выводя круговые движения. Гермиона сделала пару глубоких вдохов, успокаивая накалившиеся нервы. Винки как раз проходил мимо с подносом лимонада, и Гермиона без раздумий взяла себе, стараясь остудить пыл. Но тут Беллатрикс огорошила её, из-за чего лимонад едва не встал поперёк горла. — Ты сказала, что расстроилась, увидев состояние поместья. А Цисси с каждым годом всё сильнее сетует на то, что мы слишком громкие. Брови Гермионы приподнялись. Пришлось несколько раз прокашляться, прежде чем выдавить. — Хочешь сказать, что готова к чему-то большему? Беллатрикс поёрзала на диване, не рискуя смотреть на девушку прямо. Волновалась. — Я могла бы. Министерские снобы перестанут докучать проверками уже через два года. Чем не повод начать обустраивать собственное жильё? Бой настенных часов заставил обеих ведьм подпрыгнуть и негромко засмеяться. Вдали от суматохи, в своём собственном уголке, они открывались друг другу постепенно без лишней головной боли. — С небольшим опозданием ты угадала моё заветное желание, — прошептала девушка, подаваясь вперёд и проводя ногтями по предплечью женщины. Беллатрикс наклонилась навстречу, крепко поцеловав Гермиону. Пальцы запутались в складках струящегося платья, невовремя взятый бокал выскользнул из девичьих пальцев прямо на пушистый ковёр. Нарцисса не обрадуется новому пятну, но обеим не было до этого никакого дела. Гермиона была вынуждена лечь под весом ведьмы, обхватив на удивление тонкую талию, спрятанную под корсетом. — С Рождеством, моя маленькая ведьма. — С Рождеством, Белла. На следующее утро на тумбе в спальне Беллатрикс стояло уже две колдографии: одна с начала вечера, сделанная Нимфадорой открыто, а другая исподтишка, где две ведьмы так же целовались и обнимались крепче обычного, думая, что успешно уединились от посторонних глаз.
