Инструкция для чайников

      Сегодня Гермиону бесило абсолютно всё: вечно жующий Рон, шумный Симус, мелькающие перед глазами птички-записки Гарри⇄Малфой и эта чёртова канарейка, раздражающе жёлтая, быстрая и совершенно не желающая становиться тюльпаном, да хоть чем-нибудь растительным.       На трансфигурации всегда было шумно, но сегодня особенно. Звёзды определённо сошлись. Очень неудачно (или удачно) МакГонагалл вышла в кабинет директора. И Гермиону прорвало.       – Симус, заткнись наконец! Рон, хватит чавкать и заваливать меня крошками! А ты, Гарри, иди уже и сядь с Малфоем! Как же бесят ваши птички!       В притихшем классе прозвучал шёпот Рона:       – Герми, у тебя всё в порядке?       – Глядите-ка, у кого-то ПМС! – возвестил женский голос со слизеринской половины, и раздался дружный хохот. Парта под пальцами жалобно скрипнула.       – Что, зубрилка, мозги жмут? Так поделись ими с Поттером, а то он совсем не бум-бум, даже в зельях, – не удержался Драко. Снова хохот. Ну это последняя капля.       – Малфой! Предлагаю спор! Если Гарри на следующих зельях получит «‎превосходно» – с тебя желание! – Гермиона перешла на крик. Малфой тысячу раз проклял свой язык и затравленно осмотрелся.       – О-о-о, принимаю ставки!       – Соглашайся, Поттер совсем лох! – слышалось со всех сторон.       Малфой чуял подвох, но он сам постоянно твердит, что Поттер ноль в зельях. Отступать было некуда.       – Идёт, Гр-рейнджер. Но если он провалится, как обычно, – усмехнулся, внутри уже предчувствуя задницу, – то желание с тебя.       Они пожали руки, и Рон разбил. До Гарри запоздало дошло:       – Эй, почему спорите вы, а страдать мне?       – Заткнись, Поттер! – рявкнули на него с двух сторон. Ошеломлённый Гарри отпрянул.       – Что за... что вообще происходит?       Все вокруг обсуждали новое развлечение. Симус скрылся на задних партах. Рон пытался давать советы вдохновлённой новым делом Гермионе. Малфой ушёл в себя. И Гарри, оставшись в одиночестве, не придумал ничего лучше, чем сделать задание по трансфигурации.

***

      Спустя три дня Гарри проклял всё и вся. Гермиону с её ПМС, Малфоя с его стёбом и свою собственную тормознутость. Ну почему он вовремя не вмешался. Чёртовы зелья заполонили собой всё его свободное время. Казалось, что он вызубрил уже не только учебник, но и половину библиотеки, причём вместе с запретной секцией. Гермиона вылавливала его повсюду, предсказывала каждый шаг. Только чудом ему удалось скрыться в туалете. В другой ситуации он бы никогда не додумался прятаться под мантией-невидимкой в заброшенном женском туалете рядом с Плаксой Миртл. Он даже радовался её нытью, пока она не начала повторять всё в пятый раз.       Затем это место стало ничем не лучше гриффиндорской гостиной. До отбоя оставалось ещё целых два часа. В коридорах был большой шанс столкнуться с кем-то и Гарри принял решение подняться в астрономическую башню. Завтрашние зелья, как, впрочем, и все предыдущие и последующие, отскакивали у него от зубов. Он был готов даже экзамен сдать прямо сейчас. Башня тоже оказалась не пустой. В этом замке вообще пустых комнат не осталось? Но, если подумать, уж лучше молчаливая компания Малфоя, чем бесконечные причитания Миртл.       Гарри как можно тише присел через колонну от слизеринца. Тот вздохнул. Заходящее солнце почти скрылось за горизонтом, и небо стало стремительно чернеть. Еще один вздох. Завтра этот кошмар закончится.       – Чертова зубрилка, он и так таскается с ней 24 часа в сутки! Мало ей что ли?! – зло пробормотал Малфой.       Гарри удивлённо откинулся назад и уставился на его спину. Смысл слов был ясен, но неужели это о нём? То есть все эти вздохи из-за того, что они не общались эту неделю? Да не, бред какой-то. Наверное, он просто бесится из-за будущего проигрыша.       – А если она загадает не общаться с ним вообще? Вот же гр-р-р... И спланировала всё так грамотно... – вздох. – Сам дурак, так глупо попался. Чёрт, чёрт, черт...       Не может быть, они же враги. Чем он не доволен? В последнюю неделю они даже не дрались, ну не считая толчков плечом мимоходом. Не то что раньше. Вспомнив их последнюю встречу перед этим злосчастным спором, Гарри стало жарко. Сначала он решил, что зол, но не мог вспомнить почему. Слова, сказанные тогда, напрочь вылетели из памяти, зато яркими образами отпечатались толкающие в грудь руки, сверкающие сталью глаза, запах яблочного шампуня, губы, кривящиеся в насмешливой ухмылке. Злости не было, было что-то другое.       Малфой сидел, уткнувшись лицом в колени. Он же не собирается плакать, правда? Гарри почувствовал, как что-то сжимается в груди. Он тоже не хотел прекращать стычки с этим придурком. Нужно поговорить с Гермионой. В любом случае он не обязан выполнять её задание. Чертовски сильно хотелось сказать об этом Малфою, но раскрывать себя сейчас было бы смерти подобно. Потому он прокрался к выходу и поспешил разыскать причину своего недельного геморроя. Как и ожидалось, Герми караулила его в гостиной.       – Что ты загадаешь завтра? – прямо в лоб спросил Гарри.       Уже набравшая воздух для тирады девушка поперхнулась и сбилась с мысли.       – А ты так уверен, что получишь «‎превосходно»? – строго спросила она.             – Уверен!       – Ха, сомневаюсь, – в голосе сквозила обида.       – Герми! Что ты собираешься загадать? – молчание. – Если это снова будет как-то связано со мной, то даже не рассчитывай, что я подчинюсь! И я не собираюсь прекращать с ним стычки и переписки, как бы тебя это не бесило! – последняя фраза вырвалась из него на эмоциях, заставив тут же пожалеть о несдержанности. Повезло, что гостиная было почти пуста. Прикорнувший у камина Нэвил даже не проснулся.       Лицо Гермионы вытянулось от удивления. Паззл в голове сложился, и её пробило на хи-хи.       – Почему ты смеёшься? – опешил Гарри.       – Боже, Гарри, успокойся. Я не собираюсь выступать злодеем в мелодраме. Меня ваши фанаты сожрут.       – Ч-что? Какая мелодрама? Какие фанаты? Герми, ты о чём? – на минуту показалось, что Гермиона слегка тронулась. Стало жутко.       – Спроси потом у близнецов, – отмахнулась рукой. – Но я обещаю, что моё желание будет повеселее, и тебе потом даже понравится, – похихикивая, Гермиона отправилась в свою комнату.       – Что понравится? – уже в пустоту прозвучал вопрос.       – Всё понравится, – откликнулись сверху. Гарри передернуло. Показалось, что это был голос Белатриссы, и он от греха скрылся в спальне.       Главное он уяснил: их с Малфоем скорее ждёт унижение, чем расставание. На мгновение даже захотелось нарочно проиграть, но представив, что способен придумать такой раззадоренный Малфой, он отмёл эту мысль.       Сон не шёл. Перед глазами стояла сцена в башне. Руки чесались что-нибудь написать слизеринцу.       «Скучаешь... по моим тумакам? Ха-ха» и картинка, на которой человечек с темными волосами держит за воротник человечка со светлыми. Ожившие фигурки стали толкаться и прижимать друг друга к краям листочка. Снова вспомнив ту стычку, Гарри покраснел, быстренько свернул птичку и отправил. И только потом до него дошло, как двусмысленно звучал текст записки.       Драко уже засыпал, как вдруг ему прилетело в лоб. На автомате схватив птичку, он едва не вскрикнул: «‎чертов Поттер», но вовремя спохватился, не хотелось будить соседей. Припрутся ещё узнать, от кого ему приходят записки после отбоя. Подсвечивая палочкой и щурясь, он привычно расшифровал каракули и впал в ступор. Прочитал ещё раз. Не, по-другому никак. Поттер что, флиртует? Сон словно рукой сняло. Или это розыгрыш? И человечки эти... Дерутся они или обнимаются, вообще не разобрать. Вот какого он написал, как теперь спать-то?

***

      Наступил тот самый день. Ставки приняты, ставок больше нет. Все предвкушали ожесточенный баттл между Поттером и Снейпом. Однако, вопреки большим ожиданиям, всех ждал большой облом. Ночью как-то особенно расшалился Пивз. В результате одна из кладовок с зельями превратилась в локальный ад, и профессор Снейп оказался весьма занят.       – Все, кто справится хуже, чем «‎удовлетворительно», отправятся со мной на ночную охоту за Пивзом. Приступайте, – он написал на доске задание и нырнул в боковую дверь.       Угроза подействовала. В классе стояла тишина, только шуршали нарезаемые ингредиенты и бурчало в животе у Рона. Спустя полчаса на столе преподавателя выстроились ряды пронумерованных пузырьков.       Снейп, пребывая мыслями где-то далеко, быстро прошёлся по кабинету, заглядывая в котлы, затем осмотрел каждый пузырёк и выставил оценки в журнал.       – Мисс Паркинсон зачитает оценки, домашнее задание на доске. Мистер Уизли и мисс Браун за мной. Остальные свободны, – он стремительно покинул кабинет.       Спотыкающаяся и теряющая на ходу вещи парочка полетела следом. Ошарашенные таким поворотом студенты отмерли и наперегонки бросились к журналу.       – Ну что там? Не тормозите!       – Читай уже Паркинсон! Что у Поттера?       – Да читаю, тихо! – рявкнула Паркинсон, пихая локтями подвернувшихся неудачников. И начала медленно и злорадно читать по списку. – ... Забини - превосходно, Уизли - отвратительно, Грейнджер - превосходно, Поттер - ... Да ну!       – Что? Что там?       – Поттер - превосходно!       – Не может быть! – поднялся гам, кто-то пытался выяснить свою отметку, кто-то настырно пробирался к журналу, участники спора пребывали в шоке. Никто, кроме Поттера, не мог поверить в такой исход. Сам Поттер светился от радости. Первое «‎превосходно» за зелья. Возможно оно того стоило.       – Я выиграла! – Гермиона наконец выбралась из толпы вокруг стола. Все притихли. Малфой обреченно подошёл ближе.       – Ну и где ты взяла столько Фелициса?       – Не понимаю о чём ты, всё было честно! Гарри получил «‎превосходно». С тебя желание. Или хочешь слинять?       – Я держу слово! – возмутился Малфой. – Чего ты хочешь?       – Вот! – под обалделыми взглядами Гермиона протянула пухленький свиток.       – Эй, мы договорились на одно желание!              – Это всего лишь подробная инструкция, – насмешливо улыбнулась Гермиона, – на субботу. В указанное время я проверю, как ты всё запомнил.       Под прожигающими любопытными взглядами Драко спрятал свиток в карман мантии и вылетел из кабинета едва ли не быстрее, чем Снейп накануне.       – Гермиона, что там? Расскажи!       – Это вас никак не касается! – схватив под локоть опешившего Поттера, она протолкалась к выходу. Зелья сегодня были последним уроком. Она завернула в тупик второго этажа и развернулась.       – А это твоя часть.       Гарри тупо смотрел на протянутую к нему руку с таким же пухлым свитком.       – Что? – он не торопился брать свиток. Хотя было донельзя любопытно, что там. – Какая часть? Почему я вообще должен что-то делать? – возмущение, копившееся всю эту неделю, начало прорываться наружу.       – Посмотри сначала, потом будешь жаловаться, – Гермиона насильно впихнула ему свиток.       – Чёрт, вот ты всегда так, – бурча под нос Гарри всё же открыл его и вчитался.       «‎Свидание с Драко Малфоем, подробная инструкция для чайников».              Тупо перечитав это раз десять, он закрыл глаза рукой и истерически засмеялся.              – Гарри? Гарри!

***

      Через час на астрономической башне.       Смущенные Гарри и Драко сидели на скамейке и старались не смотреть друг на друга, а Гермиона с преподавательским видом ходила перед ними и наизусть диктовала список дел на завтра, повторяя пункты по нарастающей по какой-то заумной методике.       – ...затем вы возьметесь за руки, пойдете в Сладкое королевство и купите там...       На седьмом круге она дошла до 56 пункта. Гарри не знал сколько их всего, просто не успел дочитать до конца этот справочник. Он старался не заснуть сидя, Драко тоже начал клевать носом.       – Пункт 94, последний и самый главный! – Гермиона повысила голос, и парни встрепенулись. Неужели конец? – У ограды Воющей хижины вы поцелуетесь.       – Что? – переспросил Гарри. Может послышалось?       – Не спи Гарри! – возмутилась девушка. – Возле ограды Воющей хижины вы поцелуетесь.       Щёки парня запылали.       Драко с сожалением глянул на него. В голове крутилось, что после такого Поттер даже видеть его не захочет, не то что разговаривать. Очень умно Грейнджер, 10 очков Гриффиндору.       – А теперь вопросы!       – Насколько долго? – спросил Поттер, и Драко удивленно посмотрел на него. Он ожидал криков возмущения или просто отказа. Если подумать, Поттер вообще не обязан что-либо делать. А он спрашивает, как долго его целовать?       – Думаю часа два хватит, – задумалась Гермиона. Драко прыснул.       – Д-два часа? – Гарри выпал в осадок. За два часа они губами прирастут друг к другу.       – Ну да, не думаю, что понадобится больше времени, – Гермиона недоуменно посмотрела на него. Драко еле сдерживался от смеха, но всё же вклинился в этот каламбур:       – Грейнджер, он про последний пункт, – эх, пропал шанс провести последние два часа их с Поттером общения настолько приятно.       – А, ха-ха, минуты достаточно. С секундомером стоять не буду, но если смухлюете, то заставлю повторить. Ещё вопросы? Нет? Тогда до завтра, – и, плотоядно ухмыляясь своим мыслям, она покинула площадку. Страшная женщина.

***

      Парни выдохнули. Неловкая атмосфера сгущалась. Оба судорожно думали, как жить после завтрашнего позора. И что более важно – что сделать, чтобы не прекращать общение. Сидеть рядом было неловко, но это был последний вечер, когда они ещё могли притвориться врагами и сделать вид будто ничего не произошло.              Гарри вдруг понял простую истину: если завтра для них наступит неотвратимый конец каких бы то ни было отношений, то сегодня он может сказать и сделать всё, что взбредёт в голову, хуже всё равно не будет. И его отпустило.       – Знаешь, я вчера осознал, что это может быть последний вечер, когда мы можем поговорить.       Драко удивленно повернулся. А затем на его лице промелькнула надежда. Быть может, шанс ещё есть.       – Только вчера?       – Я, знаешь ли, был очень занят в эти кошмарные дни.       – И что же изменилось вчера?       – Ну я... – Гарри вспомнил, смутился и пробормотал: – прятался.       – Прятался? – Драко хохотнул. – Золотой мальчик остановил сам-знаешь-кого, но прятался от девчонки?       – Эй, будь ты на моём месте, тоже бы... сбежал от неё.       – Ха-ха, хорошо, что я достаточно умный, чтобы не быть на твоём месте.       – Кажется, я сегодня уже доказал, что не тупой! – возмутился Гарри, и Драко понял, что ещё капля и он психанёт. Надо сменить тему, срочно.       – Кхм, да, точно, так, где ты прятался? – Гарри немного опешил. Малфой согласился с ним?       – Эм-м, сначала в туалете с Миртл, – проговорил он на автомате и повернулся на смех.       – Ха-ха, Миртл показалась более приятной компанией?       – Не то чтобы у меня был большой выбор, – состроил кислую мину Гарри.       – А потом?              – Потом... – Гарри задумался: насколько хуже будет, если он скажет? Вспомнил, что завтра всё закончится, и решился. – Потом пришёл сюда.       – Сюда? – веселье Малфоя схлынуло мгновенно. – Но я же был здесь вчера весь вечер и не видел... – он осёкся.       – Ну да, не видел, – они отвернулись друг от друга. Повисла тишина.       – И как много ты услышал? – Драко судорожно пытался вспомнить, что говорил вслух.       – Эм-м, немного совсем.       – Ты поэтому вчера прислал записку? – осенило его. – Кстати, что это было вообще?       – Да, я просто... хотел немного подбодрить тебя, наверное.       – Подбодрить? Что ж, у тебя вышло, я долго не мог после этого уснуть. Всё гадал, что же делают нарисованные человечки, – подколол Малфой. Гарри вспомнил. И о чём тогда думал тоже. Лицо начало заливаться краской.       – Дерутся они, как мы тогда, – пробурчал он и отвернулся. А Драко попытался понять: тогда это когда. Молчание затягивалось, и он всё-таки спросил.       – Когда мы ТАК дрались? – в его тоне не было насмешки, только какое-то искреннее любопытство: с какого момента Поттер стал видеть их драки с такого ракурса.       – Ну... – Гарри задумался, пытаясь вспомнить точный день. – В позапрошлый четверг? – Малфой понял. Правда, это была пятница, но определённо «‎драка» та.       В какой-то момент Поттер завис минуты на три и тупо пялился на его губы. А потом просто свалил, ничего не ответив на его такую остроумную тираду. Для кого, спрашивается, старался!       – Это всё объясняет. И правда похоже, – хихикнул он. Гарри смутился ещё больше.       – Скажи Д-драко, – Малфой застыл от такого непривычного собственного имени, – ты никогда не думал о том, чтобы прекратить эти детские потасовки?       – Прекратить?       – Ну да, в смысле, эм-м, ну мы вот уже долго разговариваем и не пытаемся убить друг друга, – вздохнул Гарри, как же тяжело подобрать правильные слова. – Быть может мы могли бы... – что же сказать дальше, что будет не слишком?       – Могли бы, – утвердительно повторил Драко. И внезапно загорелся азартом. – Тогда раз уж на то пошло... Как ты смотришь на то, чтобы сделать завтра всё по-настоящему?       – По-настоящему сходить на свидание? – Гарри уже давно не удивляли однополые отношения, у волшебников это было нормой жизни. Скорее было странно слышать такое предложение от того, кого считал врагом последние четыре года.       – Да. Мы всё равно пойдём завтра гулять, в кафе и куда там ещё, так может хотя бы попробуем получить удовольствие от этого спектакля?       – Хорошо, давай попробуем, – несмело улыбнулся Гарри. Драко улыбнулся в ответ.       Дальше разговор как-то не клеился. Оба, немало ошарашенные таким поворотом, просто не находили слов.       – Тогда пошли на ужин, уже время кажется.       – И правда.       Было странно так вот спокойно идти рядом. Не переругиваться, не толкаться, не искать тысячу и один способ вывести Драко из себя. Зачем же он делал это раньше?

***

      Гермиона волновалась. Прошёл уже хороший час, а Гарри всё еще не вернулся в гостиную. Неужели она ошиблась, и они там затеяли драку... Может, по дороге в столовую зайти в лазарет на всякий случай? Не, чушь какая-то. Их драки никогда не доходили до такого. А в последнее время вообще на драки перестали походить. Максимум потискаются немного. Успокоившись, девушка направилась на ужин и не ошиблась. Гарри уже сидел на своём привычном месте целый и невредимый, даже какой-то просветлённый и радостный. Чего нельзя было сказать о Роне. Тот походил на бомжа: грязный, растрёпанный и с фингалом под правым глазом. Уже предчувствуя поток жалоб, она села между парнями. Рон как-то особенно горестно вздохнул перед тем, как излить потоки слезливых и определённо невыдуманных историй.       – ... а потом он как двинет мне шкафом и вот! – грязный палец указал на правый глаз.       – Болит наверное? – вежливо спросила Гермиона.       – Да-а, то есть нет конечно! – спохватился Рон, оглянувшись куда-то влево.       – Ну и хорошо. Гарри, всё в порядке? Ты еще ни слова не сказал, как вернулся.       – Да, отлично, – улыбнулся тот.       – О, точно! Я же всё пропустил! Как ваш спор? – спохватился Уизли.       – Я выиграла, – похвасталась Гермиона.       – Правда? Вот это повезло! И что загадала этому хорьку?       – Завтра узнаешь, – кажется, эту фразу она сегодня повторила раз сто, если не больше.       – Почему?       – Потому что.       – Ну Герми, мы же друзья, ну скажи мне, – Рон состроил, по его мнению, умилительную рожицу. В совокупности с грязными разводами и фингалом это скорее вызывало жалость и отвращение.       – Нет.       – Ну ты же по-любому рассказала Гарри, почему мне не расскажешь?       – Гарри не разболтает об этом через десять минут всей столовой.       – Не буду я болтать, когда такое было вообще! – Рон возмущался и продолжал поглядывать куда-то влево. – Ну Герми, ну пожалуйста.       Решив, что дружеский долг на сегодня она уже выплатила, Гермиона допила свой сок и направилась к выходу из столовой. Краем глаза она заметила потрепанную Лаванду Браун, сидевшую как раз слева от них. Закатившиеся глаза Герми обозрели заколдованный потолок большого зала от и до.       Гарри, словно проснувшись, последовал её примеру. На ходу он глянул на зелёный стол и увидел Драко, задумчиво улыбающегося своей тарелке. И на собственном лице начала расплываться такая же улыбка. Завтра будет хороший день.       – Ну куда вы, я же ещё не поел! Подождите! Герми! Гарри! – следом, запихивая в рот и карманы всё, что хваталось со стола, спешил Рон.

***

      Вопреки раннему пробуждению, Гарри выспался. Это уже само по себе было хорошим событием. Методика Гермионы работала несмотря на то, что он точно проспал половину её лекции. Он, согласно задолбленной в мозг инструкции, выполнил все гигиенические процедуры, надел одежду, описанную в инструкции вплоть до носков (у Малфоя такие же подробные указания?), и спустился к выходу из замка. Филч, как обычно, едва не обнюхал разрешение и нехотя выпустил его.       На лестнице, опираясь на перила, уже ждал Драко. В маггловской одежде Гарри даже не сразу узнал его. О чём думала Гермиона, когда писала эти списки... О рок-концерте? По крайней мере, они выглядели так, словно туда собирались.       – Доброе утро! – улыбнулся Драко.       – Доброе, круто выглядишь!       – Ага, мне тоже нравится, – он покружился на месте, как маленькая девочка в новом платье. – Не зря учил трансфигурацию.       – Ты сам это сделал? – удивился Гарри.       – Да, целый час убил, чтобы вышло как на картинке.       – Вау.       – И это всё, что ты можешь сказать? – самодовольно ухмыльнулся Драко. – Ну же, хвали меня полностью.       Гарри засмеялся, и до прихода надзирательницы они, похихикивая и толкаясь, придумывали комплименты несравненному и очень скромному мистеру Малфою. Гермиона была разочарована. Она уже представила, как вся такая прозорливая открывает глаза двум придуркам на их чувства, вкладывает руку в руку и пендалем отправляет их в счастливое будущее. А тут такой облом... Они уже счастливые, и даже пендаля дать некому.       – Привет! Готовы? – парни вздрогнули и настороженно отпрянули от неё.       – Привет, Герми, – Гарри вопросительно глянул на Драко, – да, готовы.       – Тогда чего стоим, кого ждём? Взялись за ручки и вперед!       – Не забывай вычёркивать пункты, зубрилка, и не говори потом, что не видела! – Драко взял покрасневшего Гарри за руку и повёл по дороге к Хогсмиту. Пункт 12: прогулка вдоль берега Чёрного озера.       Стоило отойти метров на двадцать и напряжение немного отпустило. Студентов в десять утра на улице была всего парочка, и те, определённо, не узнали в их чёрных фигурках нашумевших недавно спорщиков. Гермиона шла где-то сзади и не вмешивалась. По дороге даже завязался разговор, неожиданно, на тему растений. И вот они уже завтракают в уютной чайной Розы Ли. Пункт 27... Гуляют по магазинчикам, покупая смешные мелочи. Пункт 43... Выбирают леденцы в Сладком королевстве. Пункт 56... Делают смешные колдографии. Пункт 71...       Гарри даже успел забыть про злосчастный список и просто наслаждался отдыхом и весельем. На контрасте с угнетающей атмосферой прошлой недели это был лучший день в его жизни. Казалось, они побывали в каждом закутке этой деревушки. Что они будут делать на других свиданиях?       Гарри внезапно остановился. Он сейчас подумал о том, что хочет и другие свидания?       – Что случилось? – обернулся радостный Драко. – Хочешь ещё что-то в Сладком королевстве? – они остановились как раз напротив.       – Н-нет, просто... Ничего. Что дальше по плану?       – О, тебе понравится! Пункт 88: покормить друг друга в кафе мадам Паддифут! – он рассмеялся. – Надеюсь, ты любишь клубничное мороженое, потому что именно оно значится в пункте 89.       – Да, люблю, – задумчиво ответил Гарри, словно не на этот вопрос. – Подожди, это же то розовое кафе для парочек?       – Именно! Только представь эти вытягивающиеся лица!       – О Мерлин... – простонал Гарри, закрывая глаза свободной рукой.       – Ну ты чего, расслабься! Мы же договорились повеселиться, Гарри, – Драко аккуратно отвёл его руку от лица и заглянул в глаза. – Ведь совсем немного осталось, – тихо и как-то грустно добавил он. И так захотелось развеять эту грусть, никто ведь не умирает и не уезжает. Они после этого дня никому ничего не должны. К чему эта грусть...       – Точно, давай сделаем наше первое свидание незабываемым, – Гарри улыбнулся так широко, как смог и потащил опешившего Драко в розовый Ад.

***

      Сначала мадам Паддифут обрадовалась такому знаменитому посетителю как Поттер, затем обрадовалась вдвойне, заметив зашедшего следом богатенького Малфоя, и решила, что это какой-то бредовый сон, когда они попросили столик на двоих и одну большую порцию клубничного мороженого.       – П-п-простите, я, наверное, неправильно расслышала, не могли бы вы повторить? – всё так же мило улыбаясь, выдавила она из себя.       Гарри с серьёзным видом повторил, как бы невзначай выставляя их руки немного вперед.       – Ох, вам, наверное, нужен столик поуединеннее? – заискивающе предложила мадам, и Гарри был готов согласиться, но Драко его опередил:       – Нет, что вы! Вот этот голубенький в центре мне нравится! А тебе, дорогой? – самым слащавым голосом обратился он к Гарри, сдавливая руку и незаметно подмигивая.       – Да, мне тоже, – едва не захохотал Поттер и добавил: – ты же знаешь, что мне понравится всё, что ты выберешь, милый.       Мадам на секунду показалось, что даже пышные розовые банты, её гордость, выглядят тускло на фоне этой милоты. И она растроганно приложила руки к груди.       – Ах, конечно, конечно. Проходите, присаживайтесь! Лучшее мороженое будет буквально через мгновение, – и упорхнула за прилавок.       Титанических усилий стоило не засмеяться и продолжать этот спектакль. Они сели за столик и сцепили уже обе руки. Парочки вокруг стали с любопытством поглядывать на них и перешептываться. Какая-то девушка вылетела из кафе и через минуту вернулась с подкреплением.       – Ну что, готов к богатству и славе великого актёра? – еле слышно прошептал Драко, по-прежнему сладко улыбаясь. Если бы не вся эта абсурдная ситуация, от такой улыбки у Гарри бы точно остановилось сердце, и он только надеялся, что его лицо сейчас выглядит хотя бы вполовину также мило.       – Разумеется, любовь моя, – уверенно ответил Гарри, и вокруг многоголосо ахнули.       Припорхала мадам Паддифут с каким-то нереально огромным сооружением: мороженое перемежалось с цветами, ягодами и возвышалось над вазой на добрый фут.       – А вот и мой особый рецепт, вдохновленный вашими прекрасными чувствами! – громко провозгласила она, и девушки со всех сторон завизжали и зааплодировали.       – Благодарю, мадам! Вы так мастерски передали всю гамму моей необъятной любви! – Малфой склонил голову и прикрыл рукой лицо. Плечи его подрагивали. Гарри был готов поспорить на второй такой заход, что он бессовестно ржёт. Он пересел на подлокотник кресла Драко и приобнял его:       – Ты так тонко чувствуешь, моя прелесть! – плечи затряслись сильнее.       – Ах, любовь так и витает в воздухе! – стоило мадам отчалить от их столика, как на неё тут же посыпались заказы. Кажется, это розовое чудовище сегодня попробуют все.       – Там блёстки, Гарри, блёстки! Мы завтра почувствуем себя радужными единорогами! – истерически шептал Драко.       – Ты в курсе, что если сейчас заплачу и я, то это будет фиаско? – шептал в ответ Гарри.       – Прости, это было выше меня. В актёрском мастерстве ты лучший! – плечи уже почти не вздрагивали. Он вздохнул и убрал руку от лица. Гарри аккуратно вытер большими пальцами собравшиеся в углах его глаз слезы. Вокруг в который раз ахнули.       – Акт второй, – шепнул Поттер.       – Надеюсь, ты помнишь, что мы обязаны съесть всё?       – Ты ведь не шутишь сейчас?       – Нет. Пункт 90.       – Спасибо, слёзы теперь будут искренние!       – Я предоставлю тебе свою грудь или колени на выбор, но после того, как скормлю половину этого ужаса.       – Идёт! – Гарри вернулся на своё кресло и зачерпнул ложечкой самый розовый и блестящий холмик. – Открой ротик, любимый! – мило улыбаясь, протянул её Драко. У того, кажется, задёргался глаз, но он стоически принял этот удар судьбы.

***

      Когда они наконец выбрались из кафе, скулы уже сводило от улыбочек, а мороженое грозило сниться в кошмарах. Несмотря на это, к Воющей хижине они добирались безудержно хохоча.       – Ха-ха, не ну ты видел, она съела их целых три и плакалась парню, что его любовь не заслужила особого рецепта! Ха-ха.       – Ха-ха-ха, наша любовь Оскар заслужила, не то что особый рецепт.       – Что такое Оскар?       – Лучшая награда для актёров.       – Точно заслужила. Может и правда в кино подадимся? Никогда не думал, что играть так весело!       – Значит моя любовь для тебя только шутка!? – схватился за сердце Гарри.       – Что ты, душа моя, как ты мог такое подумать!? – они снова рассмеялись.       – Я смотрю, весело вам? – грозный голос Гермионы прервал смех.       – Кхм, ну да? Это же свидание! – парни недоуменно переглянулись. – Всё по плану, пункт 92: посмеяться над шуткой, – отрапортовал Малфой.       – Вы над ней два часа смеялись? – возмутилась девушка.       – Ну почти, – захихикали в ответ. – Мы её два часа готовили.       – В смысле?       – Гр-рейнжер! Я же предупреждал: вычёркивай пункты и не говори, что не видела!       – Пф-ф, на что там, в кафе, смотреть-то было?       – О-о-о, ты тако-о-е пропустила! Я больше не могу смеяться, у меня болят щёки и живот, – пожаловался Гарри.       – Тогда можешь поплакать, мои грудь и колени к твоим услугам! – Драко присел на ограду Воющей хижины и распахнул объятия.       – Драко-о, – Гарри театрально упал в них и затрясся.       – Ну-ну, любовь моя, зато пресс подкачали, а морщины – это ерунда, я знаю хорошее заклинание, маменька посоветовала...       – Ы-ы-ы.       – Что вообще происходит? Чем вас там накормили? Это вообще законно?       Новый взрыв хохота. Малфой поднял руку, останавливая поток вопросов.       – Ничего больше не спрашивай, иначе мы тут умрём от смеха или от старости. Лучше сама потом сходи к мадам Паддифут. Заодно попробуешь на вкус нашу любовь. Ха-ха, – Гарри отлип от коленей Драко, вытирая слёзы и разворачиваясь.       – Эм-м, ладно, – неуверенно протянула Гермиона, – тогда давайте разберемся с последним пунктом, и я пойду уже. Замерзла вас ждать.       И весёлое настроение испарилось окончательно. На его место проникло какое-то романтическое. Сразу все прикосновения, до этого весёлые и невинные, приобрели смущающий оттенок.       – Кхм, да. Разберемся с последним пунктом, – Драко слез с ограды и прижал к ней Гарри. У того перехватило дыхание. Они смотрели друг другу в глаза. – Ты готов? – спросил он шепотом.       – Нет, то есть да, то есть... – вздохнул Гарри, решаясь, – не спрашивай, – и потянулся за поцелуем. Глаза сами собой закрылись, и он почувствовал клубничный вкус чужих прохладных губ, затем шустрый язык, не такой острый, как казалось со стороны, руки на талии, теплая кожа щеки под пальцами. Звук удаляющихся шагов. Шагов. Это значит — они теперь свободны. Гарри порывисто разорвал поцелуй, а потом пожалел об этом. Что если это конец?       Они тяжело дышали. Открывать глаза не хотелось. Вообще двигаться не хотелось. Пускай это мгновение длится вечно.       Внезапно от Хижины раздался громкий скрип, и оба, вздрогнув, открыли глаза. Всего лишь ветка по стене мазнула.       Гарри попытался убрать руку со щеки Драко, но тот перехватил ее и прижал обратно.       – Мы можем продолжить, если хочешь, – определённо, это предложение относилось не только к поцелую.       – Хочу, – не раздумывая, ответил он.       Возможно, изначальное задание провести за этим занятием два часа не было таким уж невыполнимым.