Взрослая с рождения

***

Эмма проснулась от шума посторонних голосов. Чему она была даже рада, кошмар не хотел отпускать ее добровольно. Приняв сидячее положение, девушка осмотрелась. Сначала сонный взгляд остановился на соседней камере, впиваясь в мужскую спину. Как можно так долго спать? Затем она перевела взгляд на двоих говорящих. Возле рабочего стола шерифа стоял сам Дэвид Нолан и незнакомая женщина маленького роста. Пара мило беседовала, даря друг другу улыбки. Эмма непроизвольно улыбнулась, эти двое выглядели хорошо вместе. Окликнув шерифа, Свон поднялась с места, не желая стать невольным свидетелем беседы. Такое было не в ее правилах. Две пары глаза устремили свой взор на нее. — Добро утро, мисс Свон, — первым заговорил Дэвид, пока незнакомка внимательно рассматривала блондинку, — Как спалось? — Доброе, шериф. Почти хорошо, вам бы матрас поменять. — Я учту, — Нолан улыбнулся. Ему нравилась девушка, в ней было что-то теплое и родное. Эмма перевела взгляд на молчаливую женщину: — Здравствуйте, миссис! — Мисс, — быстро подсказала женщина, — Бланшар. Но можно просто Мэри-Маргарет. Глаза блондинки расширились, когда она поняла кто перед ней: — Вы учительница Генри? — в голосе послышалось волнение. Она не хотела, чтобы у Генри были из-за нее проблемы. Не такого знакомства она ожидала. — Верно, — мисс Бланшар улыбнулась нежной, материнской улыбкой, — А вы? — Его биологическая мать. Эмма Свон. Рада знакомству, — ее нынешнее положение явно не подходило для знакомства с классной руководительницей сына, но выбора у нее не было. Пришлось довольствоваться тем, что имела. Мэри-Маргарет застыла на месте, почти не моргая. Воспоминание о внезапной вспышке в сознании всплыло в голове. Имя, которое она произнесла тогда, сама не зная почему, никак не хотело выходить у нее из головы. Оно будто въелось, проникая все глубже. А сейчас перед ней стояла светловолосая девушка, цвет глаз которой был такой же, как у нее только светлее и мудрее. Имя было таким же сильным и особенным, как и сама девушка. Ее сила чувствовалась даже на расстоянии. И Бланшар не могла поверить, что снова слышит это имя, но уже из уст другого человека. Ощущение, что скоро все изменится, повисло над головами каждого жителя городка. Грядут перемены. — Эмма?! — неуверенно переспросила Мэри. — Да, — Свон заметила, как изменилось состояние и поведение учительницы. Каждый день приносил все больше странностей, заставляя задуматься, все ли так просто, как кажется, — С вами все в порядке? — Да, все хорошо, — женщина тряхнула головой, отгоняя наваждение. Нервная улыбка украсила ее тонкие губы. Странное ощущение безопасности и тепла чувствовалось рядом со светловолосой девушкой. Эмма не поверила женщине, но наседать не собиралась. Лишь кивнув, Свон вернулась на кровать, залезая на нее вместе с ногами. Прижав колени к груди, она уронила на них голову. Четыре стены начинали ей надоедать. Кошмар, сопровождающий ее всю ночь, всколыхнул старые раны, из-за чего теперь адски болела голова. Девушка становилась раздраженной, она надеялась, что ее отпустят в ближайшее время. Свон несколько раз ловила на себе нечитаемый взгляд Мэри-Маргарет, но старалась не придавать этому значения. Но в компании учительницы и шерифа Эмма чувствовала себя комфортно, будто они знакомы уже несколько лет. Шли часы. Дэвид снова водил Локсли на допрос, но тот молчал. Еще немного и Эмма будет готова собственноручно заставить Робина говорить. Идиотская решетка, отделяющая ее от мерзавца, раздражала настолько сильно, что блондинка буквально пыталась расплавить ее взглядом. Чертов Локсли намеренно подливал огонь к переменчивому состоянию девушки. Свон никогда не теряла над собой контроль, но мужчина тал исключением из правил. Она не щадила обидчиков дорогих ей людей, превращая их жизни в ад, но в случае с Робином ее съедало только одно желание: заставить его страдать, долго и мучительно. И никто не может ее в этом винить. Время близилось к вечеру, когда дверь в офис шерифа с грохотом распахнулась. Темноволосый вихрь влетел в помещение, стремясь прямо к намеченной цели. Дэвид, как и Эмма, подпрыгнули на месте, даже Робина зашевелился во сне. Нолан перевел взгляд на запыхавшуюся женщину, которая выглядела взволнованной и напуганной. Темный взгляд казался светлее, дыхание сбито от бега или быстрой ходьбы. Шериф поднялся с кресла, намереваясь успокоить брюнетку, чтобы у нее не произошло. — Реджина, что…? — Она пропал! — перебила шерифа женщина. Голос дрожал, выдавая беспокойство. — Кто она? — мужчина нахмурился, не понимая, о чем именно идет речь. — Эмма! Эмма Свон! Реджина с самого утра решила посетить кафе и проверить блондинку, ведь та так и не перезвонила. Но девушки там не оказалось. Тогда женщину охватил страх и волнение. Первое, что пришло в голову, это Робин. От одной мысли, что Локсли мог где-то поджидать девушку, становилось дурно. Обойдя все места, где могла бы быть Эмма, она решила использовать свой последний шанс. Наведаться в участок шерифа. И вот сейчас наполненная страхом и переживаниями, она стоит перед шерифом, прося о помощи. Миллс с надеждой во взгляде смотрела на Дэвида, который все также хмурился. Реджина была готова треснуть его по голове. — Реджина, — брюнетка выпрямилась, как натянутая струна, сердце забилось с огромной скоростью. — Эмма? — брюнетка обернулась, услышав родной голос. Миллс поймала любимый взгляд. Облегченный вздох сорвался с пухлых губ. Будто груз всего мира упал с ее плеч. Последний раз она чувствовала себя так, когда Генри сбежал из дома. Женщины смотрели друг другу в глаза, казалось, что весь мир исчез, оставляя их одних. Сердца бились в унисон, играя собственную мелодию. Они говорили, не произнося ни слова. Еще с первой встречи была ясна связь между ними, им не нужны были слова, достаточно всего лишь нежного взгляда и невесомого касания. Дэвид прокашлялся, разрывая связь между женщинами. Реджина нахмурилась, только сейчас обратив внимание на решетку. Глаза удивленно распахнулись, масса вопросов заполонила голову. — Дэвид? — Миллс повернулась к шерифу, вопросительно подняв бровь, — Почему Эмма за решеткой? Нолан вздохнул, она уже и сам хотел отпустить девушку, но не мог: — Мистер Локсли заявил, что мисс Свон избила его, когда он хотел познакомиться с ней. — Что?! — Реджина не смогла остановить удивленный и злостный вскрик. Со стороны второй камеры раздался шорох. Брюнетка перевела взгляд, встречаясь с насмешливыми глазами обидчика. Дрожь пронзила тело, кончики пальцев заледенели. Реджина застыла на месте, без возможности пошевелиться. Эмма сорвалась с места, пытаясь привлечь внимание брюнетки к себе: — Реджина! — Свон прижалась к решетке, стараясь быть как можно ближе, — Реджина, посмотри на меня! — но Миллс не реагировала. Робин поднялся с кровати, не переставая смотреть в карие глаза: — Добрый вечер, мисс Миллс! Рад вас видеть! — Локсли улыбался, глаза горели злостью и похотью. Эмма зарычала, подскакивая к решетке. Дэвид, не успевший понять, что только что произошло, подбежал к Реджине. Брюнетка тяжело дышала, чувствуя, как нарастает паника. Никто не мог предугадать такой реакции. — Шериф, открывай! — крикнула Эмма, послав Робину убийственный взгляд. Дэвид не стал спорить, подбежал к решетке, выпуская блондинку наружу. Свон рванула к Реджине, отворачивая ее от Локсли. Изумрудный взгляд со страхом изучал задыхающуюся брюнетку. Робин попытался еще что-то сказать, но Дэвид не церемонясь толкнула того на кровать, вынуждая заткнуться. — Реджина, милая, пожалуйста, посмотри на меня! — темный потерянный взгляд пытался сфокусироваться на лице человека перед ней. Эмма обхватила ладонями лицо брюнетки, большими пальцами поглаживая нежную кожу. Зеленый взор бегал по лицу Реджины, выхватывая каждую эмоцию. — Дыши, дорогая! Вот так, молодец! — женщины дышали вместе, подстраиваясь под единый ритм. Карие глаза стали проясняться. Эмма не отпускала ее взгляд. Дыхание понемногу выравнивалось, позволяя вздохнуть глубже. Когда блондинка удостоверилась, что Миллс полностью с ней, то она прижала ее к себе, обхватывая сильными руками. Почувствовав нежные и родные прикосновения, Реджина расслабилась. Она чувствовала себя в безопасности, рядом с Эммой она была дома. Блондинка одной рукой гладил напряженную спину, а второй — темную макушку. Эмма как можно крепче обнимала женщину, стараясь обезопасить ее. Она была благодарна Дэвиду, что тот заставил Робина замолчать. Сейчас она не хотела, чтобы им кто-либо мешал. Тяжелые шаги приближались к женщинам. — Вы можете идти, — сказал Нолан, похлопав Свон по плечу. — Я вернусь, — ответила Эмма, благодарно кивнув шерифу. — Не надо. Я все понял. Эмма кивнула. Нолан подарил девушке улыбку, его взгляд был наполнен теплом: искренним, отцовским. Реджина, которая так и не выпустила блондинку из объятий, тихо всхлипнула. Свон, прошептав на ухо брюнетке успокаивающие слова, повела ее к выходу. С этого момента женщины могут вздохнуть свободно.

***

С того дня прошла неделя. Робина женщины больше не видели, Дэвид сделал все необходимое для этого. Девушки часто проводили время вместе. Но о чувствах до сих пор молчали. Миллс пришла в норму, благодаря поддержке Эммы и Генри. Мальчишка пытался разузнать больше, но получил лишь короткую историю со счастливым концом. Эмма с радостью проводила время с Реджиной и Генри. Они могли просто сидеть в тишине, но она никогда не была тяжелой и некомфортной. — Мама! — Генри незаметно привлек внимание темноволосой матери, глазами указывая на блондинку. Реджина улыбнулась и кивнула: — Эмма, — блондинка тут же нашла глазами родной взгляд, — Придешь сегодня к нам на ужин? Эмма улыбнулась широкой улыбкой. Проводить время с этими двумя всегда было ей в радость: — Конечно! В семь? Парочка кивнула, даря Свон счастливые улыбки. Вечер обещает быть незабываемым.

***