Back to school

Музыка в наушниках была хороша, а вот задачки в тетради шли совсем плохо. И нет, дело было не в том, что было что-то непонятно, а в том, что мысли то и дело уплывали куда-то. Хотя почему куда-то? Уплывали они конкретно в сторону одного альфы, следующих выходных, улиц Гусу, по которым они будут ходить только вдвоём. Как-то сами собой на полях начали появляться сердечки, звёздочки и… Стирал он это очень старательно… Так же старательно возвращался к математике, физике и химии. Но стоило только снова закусить кончик механического карандаша, как мысли снова плыли. Влюблённость определённо не делала его более продуктивным… Телефон завибрировал, и Усянь быстро схватил гаджет. Сердце на секунду трепыхнулось, ожидая сообщение от «него» (и как только дошёл до жизни такой?), но тут же успокоилось. И даже разочарованный выдох не удержался на месте, потому что сообщение было совершенно от другого альфы. От кого: Лань Ванцзи «Вэй Ин, мы можем поговорить?» Сообщение не было каким-то сильно раздражающим. Но, по правде говоря, он вообще не горел желанием общаться со своим… с Лань Чжанем. И всё же игнорировать, пусть и накосячившего, но друга совесть не позволяла.

Кому: Лань Ванцзи

«Говори»

Ответ прилетает практически мгновенно. От кого: Лань Ванцзи «Я возле твоего общежития, выйдешь?» Если бы Ванцзи в принципе умел пользоваться эмодзи, то наверняка прислал бы что-нибудь вроде плачущего кролика. Вэй Ин закатил глаза, прочитав сообщение. Вот так вот ставить перед фактом — достаточно манипулятивно, если так подумать. Но этот упрямец может простоять так очень долго, дожидаясь ответа, поэтому, отправив короткое «ок», омега поднимается со стула. Сделав пару наклонов в стороны, чтобы размяться, и пару скручиваний с той же целью, он подошёл к зеркалу и осмотрел себя. На самом деле пижаму бы, по-хорошему, переодеть, но надевать форму ради пятиминутного разговора? Вот уж увольте! По-быстрому скрутив растрёпанные волосы в пучок и переобувшись, он стянул с вешалки куртку. На самом деле торопиться желания не было. Зато было желание поскорее разобраться с этой ситуацией и вернуться обратно. Свежий ветер ударил в лицо, едва он вышел за двери, а яркий свет после полутёмного коридора заставил зажмуриться и сделать из руки «козырёк». — Вэй Ин, — бархатный голос, которым только аудиокниги начитывать, не даёт погрузиться в мысли. А высокая фигура закрывает собой свет. — Здравствуй. — Привет, — коротко здоровается в ответ Вэй Ин, убирая руку от лица. — О чём хотел поговорить? Облокотившись спиной о стену, спросил омега, закутываясь в куртку от холодного ветра. Застёгиваться, конечно, для слабаков. — Я хотел извиниться перед тобой, — красивое лицо, по обыкновению, ничего не выражало, и только какие-то печальные тени прятались на самом дне золотых глаз. — Передо мной? — Вэй Ин вздёрнул бровь. — Ты уверен? — Ты так разозлился на меня… — Разумеется, я разозлился, — Вэй Ин почувствовал, как внутри зачесалось уже, казалось, давно задушенное раздражение. — Ты обидел моего друга и даже не подумал перед ним извиниться! Ты вообще понимаешь, в чём ты был не прав? Альфа поджал тонкие губы, глядя сверху вниз. В разговоре повисла пауза, которая рисковала стать даже неловкой. Посверлив пару минут молчащего друга взглядом, Вэй Ин отвернулся, собираясь просто уйти, но Лань Ванцзи всё же решил подать голос. — Я не должен был ущемлять его гордость, — произнёс, как приговор самому себе. Произнес так, будто признать тот факт, что он в чём-то мог быть не прав, ему не просто трудно, а буквально физически больно. Произнес, будто признавая это, уязвляет уже свою гордость. Вэй Ин вернул взгляд собеседнику. — Почему извиняешься передо мной, а не перед Вэнь Нином? Слова бьют наотмашь, заставляя альфу снова поджать губы. Смотреть на человека, что полностью выбит из колеи, порой приятно, порой забавно, а порой очень сильно утомляет. На самом деле он уже давно не злился на Лань Чжаня за неаккуратные слова — всё же, если Вэнь Нин нашёл в себе силы отпустить ситуацию, он как минимум должен уважать его решение. Да и какой смысл в этой обиде? В конце концов, глупо злиться на собаку за то, что она лает, и на кота за то, что он точит когти. Лань Чжань родился с привилегией — с огромной привилегией, которую дают громкие фамилии и куча нулей на счетах в банках. Привилегией богатого альфы в альфийском мире. Привилегией говорить то, что думаешь, не опасаясь последствий. И если быть честным, никто другой (кроме, конечно, Усяня) не решился бы устыдить его. Да и сам Лань Чжань, если бы не дружил с Вэй Ином, то и не подумал бы извиниться. — Если… — снова нарушает молчание альфа. — Если ты поможешь мне с выбором, я бы хотел преподнести ему подарок в качестве извинения. Вэй Ин смотрит в лицо альфы, который пытался сделать хорошую мину при плохой игре, и старается понять, насколько он хочет быть стервой. — Я уже потратил свой пропуск вчера, — отвечает, не отводя взгляда. Выбор сделан, ставки приняты! — Ты можешь пройти по моему, нас пропустят, — настаивает Лань Чжань и даже делает шаг вперёд, едва не нарушая правило о метре между альфой и омегой. — Я ведь без твоей помощи не смогу выбрать. Лани, оказывается, умеют играть по грязному! — Тц, ладно, но у меня ещё уроки не сделаны, так что туда и обратно! Лань Чжань только кивает и чуть отходит, давая омеге пространство для манёвров. Идти куда-то совсем не хочется. Но, во-первых, грех не воспользоваться шансом внеочередной раз побывать в городе, а во-вторых, Вэнь Нин правда заслужил хороший подарок! Поэтому он быстро возвращается в комнату и меняет удобную пижаму на форму. Со столика осуждающе смотрит косметика. Вэй Ин тоже смотрит на неё с осуждением, потому что у него нет ни времени, ни желания на это. Но пучок он всё же распускает и делает, по своему обыкновению, высокий хвост (просто потому что не идти же с дулей на голове, верно?). Уже в дверях он на пару минут замирает. Телефон в руках, открытый чат, розовые сердечки в утренних сообщениях — прямо по нервам, луной походкой. Но хуже того — чтобы писать ему сейчас, объяснять что-то потом…

Кому: Сюэ Ян

«Я на пару часов в город с Лань Чжанем. Он попросил помочь выбрать подарок-извинение для Вэнь Нина. Не теряй»

От кого: Сюэ Ян «А разве можно дважды выходить по одному пропуску?»

Кому: Сюэ Ян

«Ланьские привилегии»

От кого: Сюэ Ян «Вот говнюки. Ладно, понял. Пиши, как вернёшься» Выдох облегчения вырвался как-то сам по себе. Не то чтобы он ждал от Сюэ Яна какой-то неадекватной реакции, но всё же сообщать «парню», что ты идёшь куда-то с «женихом»… Ситуация буквально анекдотическая. «Смешно, аж плакать охота». *** Только машина притормозила, как омега поспешил покинуть салон. А выйдя на солнечный свет и свежий воздух, с нескрываемым удовольствием потянулся и понемногу начал разминаться. Разумеется, на такси быстрее, однако он всё равно устал находиться так долго в одном положении. К тому же Лань Чжань какого-то чёрта ещё и дверь ему при посадке открыл (пижон), и сел по диагонали от водителя (пижон 2.0). — Что ты делаешь? — спросил альфа, когда машина отъехала. — Разминаюсь, а что? — ответил Вэй Ин, наклонившись в бок. — Ты так быстро вылетел из машины, я не успел открыть тебе дверь, — посетовал альфа. — М-м, — Вэй Ин прогнулся в пояснице, едва не встав на мостик. — Не заморачивайся. На эту его фразу ответа уже не последовало. Закончив с разминкой, он поправил форму и обернул свой взгляд к Лань Ванцзи. Тот, как и всегда, стоял рядом, как вырезанный изо льда ангел. Прекрасный — и без капли тепла в глазах… — Ну, куда пойдём для начала? — Вэй Ин натянул на лицо улыбку. — Ты вообще думал, что хочешь купить? Глупый вопрос, конечно. Лань Чжань едва ли действительно понимал, почему они сейчас здесь находятся. — Я не знаю, что ему нравится, — честно ответил альфа. — Знаешь, если бы ты чаще принимал наши приглашения на обед или поделать уроки, то, может… — Вэй Ин постарался подобрать слова, но они не шли. А Лань Чжань, просто смотрящий на него, совсем не помогал. — Ну, может, знал бы их лучше. Кое-как собравшись с мыслями, омега продолжил: — Знаешь, они ведь все классные ребята. Тебе было бы полезно расширить круг знакомых. Лань Чжань смотрел на него, и в золотых глазах только что голубой экран смерти не мелькал. В голове альфы как-то не складывались понятия «классные ребята» и компания Вэй Ина. Сплетник, что постоянно рисует скабрезности на последних листах тетрадей, ручной хомяк и слишком шумный альфа, который бесил тем, что постоянно был слишком близко… А теперь ещё и Король отбросов, который постоянно смотрел хищным взглядом, улыбался и был рядом. Как такие друзья могут быть хорошим и полезным знакомством? Однако сказать вслух, что тот, кому нужно пересмотреть взгляд на социальные круги, тут только омега, он не мог. Поэтому просто стоял и смотрел на него. — Ладно, — вздыхает омега. — Пойдём для начала в книжный? Лань Чжань на предложение кивнул. Книжный — это хорошо. Книжный — это практически его территория! Лёгкий ветер срывал листву с деревьев, и яркое солнце освещало ухоженные улицы небольшого, но очень аккуратного и хорошо спланированного города. Идти рядом было… Не похоже. Не похоже на то, что было обычно. Идя рядом с Лань Чжанем, Вэй Ин не ощущал такой потребности закинуть руку на плечо, как делал это с Цзян Чэном или с Не Хуайсаном. И пусть шли они совсем рядом — тепло чужой руки не щекотало кожу, заставляя желать взять за руку, как было с Сюэ Яном. И да, можно было бы легко сказать, что одно дело — когда ты в компании и обнимаешь друзей без подтекста и задней мысли, и совсем другое — хватать альфу, когда вы один на один. Однако если бы его спросили прямо сейчас, стал бы он вести себя так с Лань Чжанем, если бы они собрались своей типичной компанией, он бы честно ответил — нет. Колокольчик звякнул, пропуская их внутрь. Тихая музыка, правильное соотношение искусственного и естественного света, книжные полки из тёмного дерева и непередаваемый запах книг. Если бы кому-то понадобились декорации книжного для эстетичной фотосессии — он бы определённо мог просто прийти сюда. — Так, нам туда! Вэй Ин скорее на автомате подхватил чужой локоть и потащил альфу в сторону бестселлеров. Бегая взглядом от одной обложки к другой, он бегло читал аннотации, прикидывая, что из этого могло бы прийтись по вкусу Вэнь Нину. — Ты уверен, что нам нужно это? — с сомнением спросил альфа. — М-м, ну да, а что тебя смущает? — Это же совсем никак не поможет в учёбе, — Лань Чжань действительно очень растерянно держал в руках какой-то триллер. — Эм, ну это и не должно помогать в учёбе, — Вэй Ин почувствовал, что держать улыбку на лице дальше очень трудно. — Мы же не для его табеля ищем подарок, верно? У нас задача — его порадовать, поэтому нам нужно… Окончание фразы потонуло, потому что омега снова зачитался аннотацией. Лань Чжань внимательно следил за жестами и взглядами омеги. За тем, как едва шевелились губы, когда он читал про себя. Как-то сам по себе взгляд остановился на запястье. Вообще-то правилами Облачных глубин были запрещены яркие и броские украшения. Под запрет попадали даже кольца и серьги у омег (допускался только один прокол в каждом ухе, а размер декоративной части — не больше четырёх миллиметров), но часы были элегантным способом обойти это правило. Поэтому многие ученики, чтобы продемонстрировать свой статус, покупали себе дорогие часы. Почему же Вэй Ин не носит те, что он ему дарил? — Ну тут ничего интересного, давай дальше посмотрим? — вырвал из размышлений голос, и Лань Чжань на автомате кивнул, роняя согласное «мгм». Мысли текли лениво, так же лениво по полкам скользил взгляд — скорее для проформы читая аннотацию, нежели чтобы действительно понять, подходящая это книга или нет. Автор или издательство высокопарно и с напускной интригой пытались завлечь читателя в «невероятное путешествие по терниям высшего общества» или предлагали узнать, «получится ли у “самого обычного омежьего имени” справиться со страстью на грани одержимости от босса мафии». «И кому только такое может быть интересно?» Сам по себе в голове возник образ омеги с зелёными глазами. — Лань Чжань! Снова вывел из раздумий звонкий окрик. С трудом сдержавшись от того, чтобы вздрогнуть, альфа обернулся на голос. Вэй Ин ярко улыбался и протягивал ему книгу в обложке, расписанной под какой-то поп-арт. — Взгляни, может, это? — с энтузиазмом спросил омега. Альфа принял книгу и открыл её на странице, где была закладка. Тут же рука дрогнула, а внутри всё сжалось и зажглось. С отпечатанных страниц на него смотрел омега в самой провокационной позе, которого покрывал альфа! Рука сама по себе поспешила перелистнуть подобное бесстыдство, но на следующей странице его ждало то же самое! И на следующей… И на ещё одной! — Что думаешь? — как ни в чём не бывало поинтересовался омега, любуясь на то, как покраснели мочки ушей альфы. Скабрезная книжонка выскользнула из длинных пальцев альфы, но упасть ей не позволили. Вэй Ин подхватил книгу и сам начал с интересом листать её. — Мда, анатомия тут, конечно, хромает на обе ноги. Даже Не-сюн рисует лучше, — как будто в пустоту сказал омега. А сам прислушивался — не повалил ли из ушей альфы пар. — Сейчас же верни! — подавляя рык, сказал альфа. — М? Зачем? — Вэй Ин состроил самое непонимающее лицо в мире. — Я думал, тебе не понравилось… Всё же хочешь почитать? Лукавая улыбка расползается по лицу. Потому что нельзя было не улыбаться, глядя на то, как маска строгости и беспристрастности идёт мелкими частыми трещинами по мрамору чужого лица. Дразнить Лань Чжаня было всегда интересно — как раз из-за этого. Хотелось увидеть что-то человеческое в этой идеальной личности. Личности, в которой всё правильно — от черт лица до манер. И даже светлые форменные брюки всегда с идеально ровными стрелками. Вот Вэй Ин на стрелки давно забил, за что периодически бывает строго отчитан. — Я не… — у альфы покраснели даже уголки глаз. — Я не собираюсь это читать… Вэй Ин слышит, как скрипят чужие зубы, и ликует про себя. — Тогда зачем просишь отдать? — чуть наклонив голову в бок и осмотрительно спрятав книгу за спину, интересуется парень. Интересуется — и слова его просто как пули, прямиком в чужой высокий и красивый лоб. Пуля, которая выбивает остатки разумного из черепной коробки и заставляет что-то очень древнее и звериное в альфе продемонстрировать клыки и утробно зарычать. И Вэй Ин почти ликовал внутренне, что смог довести друга до такого, но… — Лао Ванцзи, Лао Ин? Слышится спокойный голос из-за спины. Слышится — и заставляет всего на секунду обернуться, чтобы убедиться, что он знает обладателя. Но когда он возвращает внимание альфе, тот уже успел снова натянуть на себя свой идеальный, непробиваемый мраморно-нефритовый образ. Почувствовав лёгкое разочарование, Вэй Ин всё же улыбнулся знакомцу. — Привет, Су Ше, гуляешь? — Здравствуй. Пришёл за книгами для учёбы, — омега продемонстрировал парочку пособий в руках. Вэй Ин внутренне закатил глаза. Ну кто бы, собственно, сомневался! — Лао Ванцзи, добрый день, — обратился омега уже к альфе. Тот ответил только привычным «мгм» и вежливым кивком. — Тоже выбираете что-то для учёбы? — Нет, мы тут покупаем подарок, — отвечает за Ванцзи Усянь. — Ах, вот как… — Су Ше едва заметно скользнул взглядом по комиксу в руках омеги. И, разумеется, презрительно прищурился, когда понял, что именно держал в руках Усянь. На самом деле, если в мире и был человек, с которым говорить труднее, чем с Ванцзи, то это точно Су Ше! Вэй Ин познакомился с ним на одном из бесконечных мероприятий семьи Лань. Су Ше — наречённый кого-то из побочной ветви — вообще-то сам начал с ним разговор. И это было здорово и приятно, потому что обычно он не находил себе там компании. Было здорово и приятно — минут пять. А после Вэй Ину начало казаться, что он ведёт беседу с каким-то роботом. С роботом, у которого вообще нет никаких личных мыслей и стремлений. *** — Чем ты увлекаешься? — приветливая улыбка, которая обычно срабатывает как зелье дружбы на всех вокруг, сейчас почему-то даёт осечку. — Мне нравится классическая литература, а ещё я осваиваю игру на скрипке. Омега рядом говорит так, будто он на собеседовании. Говорит сухо и сжато. Говорит, не давая вообще никакой эмоциональной оценки — ни первому, ни второму. — Вау, звучит очень круто, — неловко потирая затылок, продолжил Усянь. — Особенно про скрипку, сложный инструмент. В ответ — только резковатый кивок. И никаких попыток продолжить диалог. Только внимательный взгляд из-под ровно подрезанной чёлки. — А куда хочешь поступать? — снова реанимирует диалог Усянь. — Родители советуют пойти на филологический. — А ты чего хочешь? — Я не возражаю против филологического. — А хочешь чего? *** — Я, наверное, вам помешал? — внимательно глядя на альфу, интересуется омега. — Да. — Да нет! — перебивает Усянь, неловко схватив друга за руку и помахав свободной перед лицом. — Может, я тогда могу вам помочь? — вопрос скорее из вежливости, и снова он почему-то адресован альфе. — Нет, спа… — снова начинает Лань Чжань. И снова его перебивают, дёргая за локоть. — Нет проблем, чем больше народу, тем веселее, верно? Су Ше только чопорно кивнул на это. Кивнул и встал по другую руку рядом с Лань Чжанем, особо даже не глядя в сторону омеги. «Вот и славно, пообщайтесь пока на каком-нибудь дельфиньем», — подумал Усянь и скрылся из вида обоих вместе со скабрезным комиксом. Книжные переплёты на строгих, выкрашенных под дуб полках услаждали взгляд. Палец скользил по ярким обложкам фэнтезийных романов, которые очень нравились Вэнь Нину. «Интересно, а какие книги читает А-Ян?» Когда он вернулся к оставленной компании, они были буквально в том же положении, в котором он их оставил. Как NPC из игры — которые шевелятся и говорят только в момент, когда игрок на них смотрит. Только появившийся на щеках омеги не очень яркий румянец говорил о том, что что-то да они обсуждали. — Я нашёл то, что ему понравится, — Вэй Ин продемонстрировал парочку увесистых томов. — Пойдём на кассу? — Мгм, — кивнул Лань Чжань и развернулся на пятках своих вычищенных до блеска (не, ну правда, вместе же по улице ходили — где брызги?) лоферов. Су Ше так и вовсе воздержался от комментариев и просто поспешил вслед за альфой, прижимая к груди пособия по учёбе. Оставшись буквально в хвосте, Вэй Ин запоздало подумал, что идея приглашать ещё кого-то может быть не очень… удачной. Думать об этом не хотелось. Да и не было времени, если честно. Потому что впереди у них кондитерский и… может, ещё в магазин косметики заглянуть? На входе он решительно вручил в руки альфе корзину и потащил его вдоль рядов. Молочные и персиковые конфеты? Сразу да! Желе из османтуса? Сразу да! Лотосовое печенье? Пару пачек нужно взять точно! Всего на секунду в голове мелькнуло то, с какой скоростью альфа уничтожил целую коробку печенья. Всего на секунду, но нежная улыбка всё равно тронула губы, а пальцы легко очертили острый контур коробки. Если бы он только знал тогда, что всё будет так… — Вы уже закончили? Су Ше снова вырывает его из мыслей. Вэй Ин смотрит на его корзину. В ней только «правильные» десерты — без сахара и глютена. «И без радости в жизни», — внутренний голос фыркнул нотками, подозрительно похожими на голос Не Хуайсана. — Да уже почти, — Вэй Ин кивнул, и третью коробку всё же оставил у себя в руках. — Ты набрал столько сладкого, — Су Ше придирчиво оглядел чужие покупки. — Я же говорил, мы выбираем подарок, — с улыбкой ответил Вэй Ин. — Подарок должен отвечать вкусам того, кто его получит. Су Ше только недовольно поджал губы. — А для кого это? — решил всё же поинтересоваться омега, пока они стояли в очереди на кассу. — Для Вэнь Нина. — О, Ванцзи-сюн помогает тебе купить подарки для твоего… — секундная пауза для подбора слова. Правда, всего секундная, но такая красноречивая, что руки зачесались дать пощёчину. — Твоему однокласснику. — Вообще-то это я помогаю подобрать Лань Чжаню подарок, — Вэй Ин не убирает с лица своей обычной улыбки и наблюдает за тем, как на лице омеги за секунду меняется несколько выражений. — Оу, — только и произносит он. — Вот как. Мерзкие писки прибора для считывания штрихкодов и шуршание бумажного пакета, в который продавец аккуратно укладывал все покупки. Когда корзина опустела, Лань Чжань потянулся к коробке в руках омеги, но тот живо спрятал её за спиной. — Нет! Это я оплачу сам. В золотых глазах была растерянность, а протянутая рука так и замерла на том месте, где всего секунду назад была цветастая коробка. — Это для Не-сюна, — пояснил Вэй Ин. И альфа как будто бы принял такое оправдание. «Понял, принял. Без проблем». Принял такое оправдание и просто развернулся обратно к кассе, доставая из картхолдера чёрную безлимитную карту. Положив на прилавок коробку, Вэй Ин приготовил телефон для оплаты. Нервы почему-то обострились. Почему-то взгляд золотых глаз стал очень острым. Почему-то пульс чуть усилился. Почему-то… — Хорошего дня, — пожелал ему продавец, протягивая маленький бумажный пакет с коробкой печенья. — Благодарю. *** Воздух больше не был свежим. Он не был даже холодным. Наверное, потому что вдыхаемый дым был тёплым. — Курить вредно, — как будто в воздух сказал Су Ше. — Особенно для омег. Вэй Ин, который специально шёл на пару шагов дальше от пары, чтобы дым на них не летел, всё равно это услышал. Су Ше ведь хотел, чтобы он это услышал, верно? — Особенно для омег? — Вэй Ин вздёрнул бровь. — Почему? Я же вроде ртом курю, а не дырой. — Вэй Ин! — строго отозвался Лань Чжань, заслышав речи на уровне с бранью. — Не выражайся! — А что я такого сказал? — состроив искреннее непонимание на лице, спросил омега. — У нас же дискуссия, верно? Я просто интересуюсь. — Курение вредно для психики и для репродуктивной системы, — задрав нос, пояснил свою позицию Су Ше. — Знаешь, экзамены тоже вредны для психики, но сдавать их нам всё же приходится, — отшучивается Вэй Ин. Отшучивается, потому что понимание того, что если эти двое в итоге начнут свою вечную шарманку, он просто не выдержит. И вообще-то в том, что они трое сейчас идут на площадь, смысла не больше, чем в полном нуле. Купив открытку и упаковку, они могли вызвать такси к самому магазину, но Лань Чжань какого-то чёрта предложил пойти на площадь для этого. А Су Ше, вместо того чтобы продолжить прогулку до законных шести часов, какого-то чёрта пошёл с ними. И сигарета должна была просто скрасить это хождение по мукам, но даже в этом сообщество ЗОЖнутых на всю голову ему решило отказать. — Ладно-ладно, — сказал Вэй Ин, делая подряд две особенно крупные затяжки. — Уже выкидываю. Сигарета печально отправляется тлеть в мусорку. Как и его желание находиться здесь хоть минутой больше положенного. — Заказывай уже такси, у меня ещё уроки, — почти командует омега. Почти командует — и тут же отводит взгляд в сторону, не желая пересекаться с печальным золотым взглядом. *** На постель он почти рухнул. Эта «прогулка» забрала у него почти все силы, которых и так было не то чтобы много. К тому же ему ещё и пришлось самому отдавать подарок, потому что Вэнь Нин был под капельницей (вход альфам в омежье общежитие и так заказан, а ещё и в лазарет к течному — да вы смеётесь?). Сменив форму опять на пижаму, он наконец сел за тетради. И на сей раз процесс шёл куда быстрее. Наверное, потому что уставший мозг не отвлекался на постороннее. Например, на то, кому на самом деле предназначены лотосовые печенья в бумажном пакете. Вибрация от сообщения тревожит мысли только когда он уже возвращается из душа и снова валяется на кровати. От кого: Сюэ Ян «Как погуляли?»

Кому: Сюэ Ян

«Это была не прогулка, это была пытка!»

Своё сообщение Вэй Ин подкрепляет кучей плачущих смайликов.

Кому: Сюэ Ян

«Мне пришлось пройти кучу магазинов, а ещё с нами ходил этот зануда Су Ше!»

От кого: Сюэ Ян «Хочу тебя увидеть»

Кому: Сюэ Ян

«Я тоже. Очень хочу…»

Отправляет ответ Вэй Ин и тяжело вздыхает. Бумажный пакет на тумбочке прятал цветастую коробочку с лотосовыми пирожными. Наверняка совсем не такими вкусными, как те, что готовит его шицзе, но всё же… От кого: Сюэ Ян «Я на крыше» Вэй Ин дёрнулся от сообщения. Сердце пропустило удар. Пропустило удар, а после забилось быстро-быстро.

Кому: Сюэ Ян

«У меня волосы мокрые. Подожди пять минут, и я поднимусь»

Быстро отправив сообщение, он подорвался с места и поспешил к столику, чтобы воспользоваться феном. И даже как-то плевать сейчас было и на термозащиту, и на все остальные штуки для волос. Главное — просушиться достаточно, чтобы не заболеть снова. Быстро сменив тапки на ботинки и натянув куртку, он поспешил к своему окну. Было уже темно, часы на экране телефона показывали ровно девять часов. Шагов коменданта он не слышал. Вообще-то следовало поторопиться, если он хочет вылезти незамеченным. И поэтому он быстро откинул телефон на тумбу, вместо этого прихватывая пакет. Зажав ручки в зубах, чтобы они не мешали подниматься по отвесной лестнице, он поспешил на крышу. Сюэ Ян действительно был там. И как только над парапетом показался чёрный пучок, подскочил к краю, подавая омеге руку. Подавая руку, помогая подняться — и сразу же оттягивая от края дальше и ближе. Ближе к себе. Вэй Ин улыбается, когда у него изо рта забирают бумажный пакет и небрежно откидывают. Шаг. Ещё шаг. Руки, что обнимают крепко. Крепко. Почти отчаянно. Утыкаясь куда-то в надплечье и что-то бормоча… — А-Ян, — шепчет уже он сам. Шепчет, ощущая, как коленки стали предательски (предатели!) ватными и подгибаются. Горький и свежий запах полыни щекочет нос. Он ощущается гуще, чем обычно, как будто альфа специально отпустил свой запах — отпустил, чтобы… Чужие губы накрывают его — накрывают в почти хищном поцелуе, заставляя потерять нить всех мыслей, что были в голове. Остаётся только горький вкус табака на языке. И тепло чужого тела. И головокружение… правда, он не был уверен — было ли дело в близости альфы или в нехватке кислорода. Сюэ Ян оторвался от губ омеги. — Почему ты не дышишь носом? — спросил он с насмешкой. И даже в практически кромешной тьме Вэй Ин был готов дать руку на отсечение, что увидел этих озорных чертят в его глазах! — Ты слишком резкий, что за нападение?! — в шутку возмутился омега, слегка стукнув парня по груди. — Резкий? Разве ты не хотел того же? — голос альфы — такой наигранно непонимающий, такой заискивающий… вот как на него можно долго злиться? — Дурак! — Вэй Ин снова ударил его по груди, а после сам притянул к себе для более нежного и чувственного поцелуя. Ну что уж тут поделать, ему правда нравилось целоваться с этим парнем! Нравились сильные руки, что окольцовывали его талию. Нравились собственные пальцы в коротких, жёстких прядках. Нравился горький, но свежий запах полыни, что окружал его. Нравилось чужое дыхание на губах, над ухом, у основания шеи. Нравилось, как сильно стискивали его спину чужие пальцы, силясь подавить желание укусить. Вэй Ину нравилось острое. Сколько себя помнил, он любил острые блюда, соусы — и, заказывая что-то в кафе или в лавочках на вынос, всегда просил двойную порцию халапеньо, табаско или фирменного острого соуса. Он любил, когда жгло язык и дыхание становилось горячим. Когда внутри всё вспыхивает от перца. И сейчас, стоя в чужих руках, он чувствовал что-то похожее, но в разы круче. Сюэ Ян был острым. С его тёмными глазами, с ухмылками, с клыками и сильными руками. Как перец чили, как заточенный клинок! И за рёбрами у юноши точно не какой-то скучный орган, который девчонки и омежки рисуют как перевёрнутую задницу, а шашка динамита! По-другому и быть не может, потому что, стоя на продуваемой со всех сторон крыше, он чувствовал себя теплее, чем в комнате с отоплением и пледом! Внутри всё горело. Внутри. Всё. Взрывалось! Он отрывается от губ альфы — и между ними так по-блядски тянется ниточка слюны. Но ещё более по-блядски выглядел сам альфа, когда облизал нижнюю губу. Внутри всё горело и сворачивалось узлами. Что-то отдалённо похожее он испытывал во время течки… Закусив губу, Вэй Ин чуть отстранился, не отрывая взгляда от альфы. — Ты так меня затискал, что теперь я весь пахну полынью, — нарочито жалобным тоном сказал омега. — Запах сандала нравится больше? — Нет, — не задумавшись даже на секунду, отвечает омега. — Хочу пахнуть тобой ещё сильнее. И с этими словами он сделал большой шаг вперёд. Большой шаг вперёд, чтобы обнять поджарое, крепкое тело. Большой шаг вперёд, чтобы уткнуться в чужую яремную ямку (и не холодно ведь ходить в одной футболке!). Уткнуться и почувствовать кожей чужой пульс, чужой запах (не чужой! А Сюэ Яна!), и руки, что тут же снова обняли в ответ. Обняли, поглаживая спину под курткой. Поглаживая по ткани пижамной кофты, не позволяя себе пробраться к коже. Не позволяя себе опуститься ниже поясницы. Так уважительно не позволяя себе ничего лишнего… Но даже сквозь ткань, там, где проходились руки альфы, кожа горела. — А-Ян, — снова выдыхает Вэй Ин, роняя лоб на чужое надплечье. Колени всё же подводят его, но упасть не даёт альфа. — Да? — спрашивает альфа и пятится с повисшим на его руках омегой к стене мансарды. — Я не мог выкинуть тебя из головы весь этот день, — произносит он, когда его заботливо перехватывают и помогают боком сесть на бёдра альфы (не сидеть же на холодном бетоне). Висок встречается с грудью альфы, и над головой слышится лёгкое фырканье. — Это я не мог выкинуть тебя весь день из головы, — произнёс альфа, обняв одной рукой омегу, а второй начал рыться в кармане куртки. — Всё время только и думал о том, как ты рядом с этим напыщенным индюком ходишь за ручку. На сей раз фыркает Вэй Ин. Фыркает, но прижатую чужими пальцами к губам сигарету принимает абсолютно спокойно, разжав губы. Разжав губы — и сам начал шарить в поисках зажигалки. Пальцы, губы, щелчок зажигалки — и сначала тусклый свет озаряет лицо омеги, а затем и профиль альфы. Облако сигаретного дыма, бесконечное небо над головой и руки так резко ставшего особенным человека. Наверное, именно так рождаются особенные воспоминания. Те самые, которые потом мелькают во взрослой жизни отголоском бесконечно счастливой юности. Запахом парфюма, маркой сигарет, знакомым именем в толпе. Воспоминание, что накрывает всего на секунду, заставляя забыть о потоке дел и планов в бесконечной суете. Воспоминание о времени и о людях, с которыми ты его делил. Даже если ваши дороги давно разошлись. — Дурак! — выдыхает дым со словами омега. — Я не держал его за руку. И, наверное, чтобы слова казались весомее, он слегка ударяет по плечу альфу. — Я даже не хотел держать его за руку! — Честно? — вопрос над макушкой звучит с насмешкой. Но рука, что его обнимает, прижимает ближе. — Честно, — отвечает и даже на секунду не задумывается. — А кого хочешь? — вопрос лукавый до невозможности. И даже не видя его глаз, Вэй Ин готов поклясться, что в них снова заплясали черти. — Напрашиваешься на признание? — усмехнувшись, спрашивает он. Вместо ответа на макушку опускается поцелуй, заставляя на секунду зажмуриться. И вместе со вкусом дыма во рту это делает с ним что-то волшебное, что-то такое спокойное и вместе с тем будоражащее. Током на кончиках пальцев. И запахом полыни. Вэй Ин тушит окурок об стену и утыкается носом в межключичное пространство альфы. Ему бы всю жизнь так провести, не слезая с чужих ног. — Я купил тебе печенья, — говорит омега. — Они вряд ли такие же вкусные, как те, что делает моя шицзе, но я хотел их тебе принести. Над головой слышится смешок. — Жестоко выбирать гостинец любовнику на свидании с женихом. Любишь так шутить — люби и более ощутимые удары в плечо. Вэй Ин недовольно пыхтит, однако ни чужие объятья, ни чужие бёдра покинуть не торопится. — Ай, не злись, — альфа чуть смеётся и снова прижимается губами к макушке. — Давай просто забудем об этом, окей? Не хочу больше говорить об этом… Нефрите. — Ты сам завёл о нём разговор, — посетовал Вэй Ин, но в итоге всё же согласно кивнул. — Ладно, забыли. — Но пирожные твоей шицзе были правда фантастическими, — решил сменить тему альфа. — Вау, ты всё-таки почувствовал тогда вкус? — чуть хохотнул подросток. — Приютовская привычка, — пожал плечами парень. — Прости, если выглядело не очень. — Да не, всё нормально, — старается успокоить Вэй Ин и, чтобы подтвердить свои слова, начинает рукой поглаживать плечо альфы. — Знаешь, если бы вы встретились, она бы тебе понравилась. Да и ты ей, думаю, тоже. — Ха-ха-ха-ха, смешно. — Что смешного? — Я не тот парень, которого обычно могут одобрить близкие, — говорит альфа как само собой разумеющееся. Как будто этот факт его совсем не оскорбляет. — Шицзе ты бы понравился, — уверенно повторяет Вэй Ин. — Не знаю, как остальным, но ей бы точно. Она не такая, как большинство людей в этом мире. Возможно, она вообще одна такая. У неё золотое сердце. Губы чуть дрожат, когда он начинает говорить о сестре — шицзе. В его голове осталось мало воспоминаний о родной матери, как и о родном отце. Он был ещё ребёнком, когда они погибли. И каждый раз, когда он пытался раскопать в голове образ матери, сначала на ум приходила шицзе… — Она всегда на моей стороне, — продолжает он. — Можешь мне не верить, но если бы мы пришли к ней рука об руку, она бы искренне порадовалась за нас обоих. Вэй Ин ощущает, как альфа выдыхает. Он не уверен, что его слова возымели тот эффект, который он хотел. Что его чувства были правильно поняты. Однако настаивать сейчас на чём-то и портить момент не хотелось. — А ты? — спрашивает он, закидывая голову. — Что я? — непонимающе хмурится альфа. — У тебя есть кто-то, с кем бы ты хотел меня познакомить? Разглядеть лицо человека в такой темноте трудно. Не помогает ни рассеянный свет от маячка на краю крыши, ни глаза, привыкшие уже, казалось, к темноте. Однако то, что парень оказался выбит из колеи вопросом, можно было понять и ощутить даже не видя резко поджавшихся губ и округлившихся глаз. — Да, — выдыхает всё же альфа. — У меня есть люди, с которыми я бы хотел тебя познакомить. Но… Он прерывается, чтобы немного прокашляться. — Но я пока не хочу знакомить их с тобой. Вэй Ин кивает, как будто что-то понял. В любом случае, они же ещё не так долго вместе, чтобы делать такие широкие шаги, как знакомства с родными. — Например, с А-Цин? — всё равно зачем-то спрашивает омега. — Это твоя… — Шимэй, — не дожидаясь конкретного вопроса, отвечает альфа. — Но и не только с ней. С моим учителем. Он… он простак, конечно, позволяет всем пользоваться собой. Но… но на деле парень неплохой. — Вот как, — Вэй Ин разворачивается на бёдрах, и теперь его колени утыкаются в холодный бетон. Зато он лицом к лицу с альфой. — А-Ян, поцелуй меня ещё раз. Я так по тебе весь день скучал. И Сюэ Ян с радостью выполнил просьбу, припадая к губам омеги. Наполняя лёгкие запахом лимона, имбиря и шампуня. И губы у его омеги были слаще самого сахарного печенья.