Teacher's pet

      

16

      Оставшиеся дни до свадьбы пролетали с бешеной скоростью. Сокджин пропадал то на работе, то ездил к родителям, чтобы согласовать все свадебные детали с матерью. Наён он запретил трогать категорически. Девушке нужно было учиться, а лишний стресс совсем не способствовал благоприятному обучению.       Они не виделись нормально уже четыре дня, лишь изредка пересекаясь утром или вечером. Но этого было недостаточно для дорвавшегося Джина. Он физически чувствовал себя плохо, когда не мог обнять или поцеловать свою уже почти жену. Уже послезавтра они станут мужем и женой, и мужчина терпел изо всех сил. Просто нужно пережить свадьбу, а после неё у них будет больше времени друг для друга. Да, поехать в свадебное путешествие они не могут, но провести несколько дней вместе – вполне. Его существование буквально держалось на этих мыслях. Сокджин уже ясно мог представить, как станет самым лучшим мужем, как залюбит и заласкает свою Наён. Но, как только мысли уходили в сторону интимной близости, Джин сразу мрачнел. Он уверен, что сможет подарить девушке неземное удовольствие, о котором она даже не подозревает. Только вот не уверен, что они смогут зайти дальше. Сокджин просто боится, что Наён его оттолкнёт, узнав, что он не самый нежный любовник, когда дело доходит до проникновения. Боится, что разочарует её своим пристрастием к грубому и местами жёсткому сексу. Ему никогда не нравилась вся эта ванильная чушь. Да, он всегда заботился о своих партнёршах, всегда изводил их долгими и нежными ласками, но когда дело доходило до его удовольствия, Джин брал своё сполна. Он становился совершенно другим человеком. И это его пугало больше всего. Казалось, если Наён его не поймёт и не примет, он просто сойдёт с ума.       Эти мысли съедали его всё больше. И даже сейчас, сидя в клубе у Чимина на собственном мальчишнике, его мысли были далеки от всеобщего веселья. Друзья давно заметили настроение своего хёна, но выжидали, когда он сам обо всём расскажет. Только вот тот молчал, покачивая в руке стакан с янтарной жидкостью и о чём-то усердно думая. Сокджин даже не заметил, как все замолчали, глядя на него.       – Хён, у тебя всё в порядке? – Намджун не выдержал первым. Было неприятно смотреть на такого старшего брата.       Сокджин несколько раз моргнул и только коротко кивнул, до сих пор витая где-то в своих мыслях и переживаниях.       – Ты передумал жениться? – Тут не выдержал уже Юнги.       – Что? Конечно же, нет.       – Тогда говори, что происходит. Твоё молчание уже заебало.       Юнги злился. Да, он переживал, как и все остальные, но из них всех Мин был самым нетерпеливым и вспыльчивым.       – Поделись с нами, хён. – Мягкий голос Чимина заставил смотреть ему прямо в глаза. – Что тебя так тревожит, что ты сам не свой все эти дни? Что-то не так с Наён?       – С ней всё хорошо. – Начал тихо Джин, собираясь с мыслями. Возможно, рассказав всё друзьям и братьям, он найдёт какое-то приемлемое решение его проблемы. – Я просто боюсь, что наврежу ей.       Его голос был настолько тихим, что остальные едва его смогли услышать.       – В каком смысле? – Не понимал Хосок.       Все, кроме Юнги, выглядели озадаченными. Они тоже не понимали, о чём идёт речь. И только Мин смотрел с пониманием в глазах, сразу зная о переживаниях Сокджина.       – Секс.       Юнги сказал только одно слово, и все сразу опустили взгляд, потому что знали, какие были предпочтения в постели у их старшего хёна. Джин опять кивнул и устало прикрыл глаза.       – Тебе нужно с ней поговорить, – заговорил Тэхён, – она поймёт тебя. Ты ведь ей небезразличен. Просто скажи, что ты любишь не совсем стандартный секс.       – Как ты себе это представляешь? – Джин начинал злиться и выходить из себя. На него дико давила сложившаяся ситуация, выхода из которой он не видел. – Что я ей скажу? Извини Наён, но в твой первый раз я сначала тебя всю заласкаю, а потом вытрахаю из тебя всю душу. Ты так это себе представляешь? Нет? Вот и я не знаю, как это всё вообще можно сказать вслух. Она заслуживает прекрасного и нежного первого секса в её жизни, который я не смогу ей дать.       – Тэхён прав. – Хоби с укором смотрит на Сокджина. – Ты должен ей сказать, потому что молчание в этой ситуации не есть хорошо. Просто представь, вы поженились, вы влюблены. Секс – неотъемлемая часть всех семейных отношений. А ты к Наён не прикасаешься. И что она подумает?       На этот вопрос отвечать даже не нужно было, потому что все прекрасно знали, что может подумать девушка, к которой не прикасается её же муж. Конечно, что она его не привлекает достаточно, чтобы с ней переспать. Или ещё хуже. Что Джин изменяет.       – Ладно. Вы правы. Я должен с ней поговорить. Только как? Как ей об этом сказать?       – Просто скажи, как есть. – Подал голос Юнги. – Если для неё такое не приемлемо, то вы должны вместе подумать над компромиссом. И вообще, может ей тоже понравится жёсткий трах. Нельзя исключать и такой исход.       – Ну, не в первый же раз! – Гневно воскликнул Сокджин.       – Тогда есть ещё один вариант. – Ответил Юнги и многозначительно замолчал.       – Юнги-хён, не тяни кота, сам знаешь за что, и говори.       – Можешь отдать её мне. Уж я-то о ней позабочусь в её первый раз. – Лукавые глаза Мина так и сочились вызовом. – Ей будет настолько хорошо и сладко, что после меня, она даже не захочет к тебе возвращаться.       Ким резко поднялся со своего кресла и поднял Юнги за ворот его чёрной рубашки, гневно смотря в его глаза.       – Как ты смеешь такое говорить? Она моя будущая жена и любимая девушка. Закрой свой рот.       Джин, и правда, был настолько зол, что остальные уже были готовы разнимать двух дерущихся мужчин. Только вот Юнги ни капли не испугался, всё также смотря с вызовом на разъярённого друга.       – Тогда собери свои яйца и иди поговори с ней, идиот. Сидишь и сопли распускаешь. Сколько раз я тебе говорил, что нужно, блять, разговаривать для решения своих проблем. Возьми себя в руки, Сокджин. Реши этот вопрос, не будь маленьким мальчиком. Ты уже давно вырос. – Мин тоже перешёл на крик.       Он редко так делал, но если и делал, то всегда был прав. Так и сейчас, все молчали, а Джин приходил в себя после их спора. Оба тяжело дышали и пытались успокоиться.       – Хорошо, прости, что вспылил. – Проговорил Ким уже спокойным тоном. – Ты прав. Нужно собраться и поговорить.       – Ты тоже прости, что нёс всю эту чушь. Я не претендую, ты же знаешь.       Сокджин кивнул и крепко обнял Мина. Конечно, он прекрасно понимал, что лучший друг не посмеет никогда прикоснуться к его Наён, но только разозлённый Джин не смог сразу понять, что это просто способ вывести его на эмоции и доказать, что он не прав.       – Я сегодня же с ней поговорю.       – Вот и славно. – Хосок сразу повеселел и принялся разливать всем алкоголь. – Время выпить, потому что меня напрягает это напряжение.       Всё же Джин смог расслабиться после разговора с друзьями и братьями, и остаток мальчишника прошёл очень даже неплохо.       

***

      В это же время в квартире Сокджина трое самых близких друзей медленно выпивали соджу и вспоминали прошедшие годы. За два года, что они вместе, Чонгук, Чеён и Наён стали по-настоящему самыми родными людьми друг для друга.       – А помните, как Чеён перепутала кабинеты на первом курсе и просидела всю пару на математическом анализе. – Смеясь, говорила Наён. – Так потом ещё получила выговор за прогул от красавчика-препода.       – Как хорошо, что за пару подмигиваний он не стал никуда докладывать.       – А потом сладкая встретила своего папика и вступила во взрослые и серьёзные отношения. – Закончил Чонгук. – Какая скукота.       – Ты просто завидуешь, малыш Чонгук~и. Но не отчаивайся. Ты тоже скоро встретишь своё счастье.       – Когда ты рядом со мной, сладкая, мне никто не нужен. – Проникновенным шёпотом отозвался Чон.       – Фу, Чонгук. – Наён скривилась. – Хватит уже.       – Детка, для меня ты тоже всегда будешь важна. Не стоит ревновать.       Чеён звонко рассмеялась, укладывая голову на крепкие бёдра своего друга, а Наён, закатив глаза, улеглась на его плечо. Было тепло и спокойно в их тесном кругу. Им никто не был нужен. Казалось, будто они знакомы всю жизнь. Наён очень повезло, что у неё такие друзья. Чон любовно гладил волосы своих подруг, улыбаясь каким-то своим мыслям.       – Я не хочу вас терять.       Прозвучавшее в тишине гостиной признание, заставило двух девушек подняться и посмотреть в большие чёрные глаза Чонгука. Наён вплела свои тонкие пальцы в чёрную копну волос, нежно массируя кожу головы.       – С чего такие мысли? Ты нас не потеряешь. Мы всегда будем рядом.       – Ты уже послезавтра выйдешь замуж. Да и Чеён, уверен, скоро последует за тобой. У вас уже серьёзные отношения, а я останусь один.       Чеён быстро поднялась и оседлала бёдра Чонгука, схватив его за щёки.       – Замолчи! Не смей так говорить. Мы втроём будем вместе всегда. Как же мы тебя бросим? Наши мужчины уже привыкли, что ты идёшь с нами в комплекте. – Чеён забавно хохотнула, крепко обнимая друга.       – Спасибо за такие слова. Я, правда, очень боюсь, что вы отдалитесь.       – Никогда. Обещаю.       Они ещё долго обнимались втроём, не говоря ни слова. Будто передавали через тёплые объятия все невысказанные слова любви и поддержки. Их связь была чем-то особенным, которую никто, кроме них, не понимал. Да и остальным не нужно было их понимать. Главное, что они есть и всегда будут друг у друга.       – Так, – начал говорить Чон, – отставить грустное настроение. Лучше скажи мне, детка, чем вы там с профессором занимались все выходные? Даже трубку не брала, когда мы звонили. Уже переживали, что он тебя там сожрал.       Двое по-доброму рассмеялись, а Наён полностью залилась краской от одних только воспоминаний о прошедших выходных.       – Ну, почти.       Смех резко прекратился, и Чонгук с Чеён удивлённо уставились на подругу.       – Ли Наён, – строго проговорила Чеён, – сейчас же всё рассказывай. Я же вижу, ты что-то скрываешь.       – Да нечего особо рассказывать. Мы много гуляли, узнавали друг друга, объедались вкусной едой, которую вместе и готовили. Так и прошли выходные.       Опущенный и смущённый взгляд явно говорил о том, что это точно не всё, чем они занимались в свои выходные. Чонгук толкнул язык за щёку и пристально осмотрел брюнетку.       – Ты засмущалась. И ты сказала, что он почти тебя съел. Я хорошо расслышал. Мы ждём, детка. Давай же, расскажи нам все ваши грязные делишки.       – Господи, когда ты так говоришь, я ничего не хочу рассказывать. – Прикрыв лицо руками, протараторила Наён.       Чеён отодвинула её руки и выжидающе смотрела на подругу.       – Ладно. Я скажу. Ничего не было, если вы вдруг подумали об этом. Ну, почти ничего. Мы целовались.       – Ох, первый поцелуй моей детки, как волнительно. – Чонгук предвкушающе заёрзал. – Ну, а дальше что?       Девушка опять смущённо прикрылась руками, собираясь с мыслями. Ей очень хотелось поделиться с друзьями, но это было так смущающе, что Наён просто не могла подобрать слов. Да и прямолинейный Чонгук совсем не облегчал её положения.       – У тебя был оргазм.       – Чонгук! – Вскрикнула Наён, грозно глядя тому в глаза. Чеён же просто молчала и ждала, когда подруга всё расскажет. – Да. У меня был оргазм. Доволен?       Чон похабно улыбнулся и ответил:       – Более чем. И как наш профессор в деле? Хорош?       – Даже слишком.       Молчавшая до этого Чеён всё же заговорила:       – Ох, я так рада за тебя, дорогая. Я же говорила, что он по тебе с ума сходит. Мы счастливы, что вы всё решили между собой.       Чонгук согласно закивал, мягко при этом улыбаясь.       – Спасибо. Я тоже очень рада. Он сказал, что хотел бы настоящую семью. И я, правда, хочу с ним попробовать.       – Мы абсолютно точно тебя в этом поддержим.       – Спасибо большое. Я не знаю, что бы без вас делала.       Беззаботная атмосфера быстро вернулась на своё место. Они опять предавались воспоминаниям и пили соджу.       Ближе к полуночи Чонгук и Чеён решили, что пора бы уже домой, потому что скоро должен был вернуться Сокджин, и голубкам нужно побыть наедине. Наобнимавшись в коридоре, девушка отправила всех по домам, закрывая входную дверь.       Настроение было приподнятым после такого тёплого вечера в кругу самых близких. Девушка мыла посуду, улыбаясь своим мыслям. Джин скоро будет дома и они, наконец, смогут немного побыть вдвоём. Всё-таки она очень по нему скучала в эти дни. Хотелось поскорее попасть в сильные и такие родные руки. Погрузившись в свои мечтания, Наён не услышала, как щёлкнул замок, открывающий дверь.       Настроение Джина становилось серьёзным, когда он подъезжал к дому. Предстоял важный разговор, и он не знал, как начать говорить на волнующую его тему. Он застал Наён на кухне. Девушка мыла посуду и никак не среагировала на его приход. Это позволило Сокджину немного перевести дух и собраться с мыслями. Несколько минут Ким просто стоял и смотрел на любимую, гадая, как та отреагирует, когда всё узнает. Тревожные мысли опять заполоняли голову, и Джин решил больше не медлить.       – Я вернулся.       Девушка испуганно вздрогнула и повернулась к Джину.       – Фух, испугал. Совсем не слышала, как ты пришёл. Задумалась. Как прошёл мальчишник?       На полных губах Наён застыла очаровательная улыбка, которая постепенно сползала, когда она увидела серьёзное выражение лица своего будущего мужа.       – Что-то произошло?       – Нет, всё прошло прекрасно. – Поспешил успокоить девушку Сокджин. – Но нам нужно серьёзно поговорить.       Наён слегка испугалась, но присела на диван, вопросительно смотря прямо в тёмные глаза.       – О чём?       – О нас, Наён.       Страх сковал всё хрупкое тело девушки, не давая нормально вдохнуть.       – Ты передумал жениться? – Тихо спросила она.       – Что? Нет-нет. Я никогда не передумаю. Я очень хочу на тебе жениться. – Поспешил успокоить Сокджин. – Дело совсем в другом. Чёрт, я даже не знаю, как об этом сказать.       – Ты меня пугаешь, Джин.       Ким начал нервно расхаживать по гостиной, пытаясь успокоиться и перестать пугать свою девочку. Он заставил себя подойти к Наён, поднять её и крепко обнять, зарываясь носом в её длинные волосы. Их запах приносил умиротворение, позволял немного совладать со своими эмоциями. Сокджин мягко отстранился, усаживаясь на диван и утягивая на свои колени девушку.       – Извини. То, что я хочу сказать, правда, очень важно для меня. Не буду ходить вокруг да около. Ты же понимаешь, что в скором, у нас будет секс?       – Конечно. – Тихо отозвалась Наён. – На самом деле я думала, что это произойдёт в нашу брачную ночь.       Сокджин прислонился лбом к обнажённому плечу, переводя дыхание. Наён была готова отдаться ему уже после свадьбы. Не мог в это поверить. Он думал, что ей понадобиться гораздо больше времени, чтобы привыкнуть к нему. От такого заявления всё внутри предвкушающе скручивалось, но и пугало. Потому что разговор будет проходить ещё тяжелее.       – Чёрт! Ты совсем сейчас не помогаешь, говоря мне такие вещи. – Джин тяжело дышал, пытаясь унять дрожь в пальцах. – Я хотел поговорить про наш первый раз. И вообще, про мои предпочтения в принципе. Я пойму, если ты решишь, что между нами ничего не будет. Потому что такое непросто принять.       – А что не так с твоими предпочтениями? – Перебила его Наён.       – Они, скажем так, не совсем стандартные.       Было видно, как мужчина старается подобрать более правильные и подходящие слова. А Наён продолжала спокойно смотреть на Джина, не понимая, что такого страшного может хотеть Джин в постели.       – Ты практикуешь БДСМ?       – Боже, конечно нет.       – Тогда в чём дело? Чего ты боишься?       Нервничая, он вдохнул и выдохнул несколько раз. Нужно было всё сказать прямо сейчас. Нельзя больше тянуть.       – Я боюсь тебе сделать больно, – он резко замолчал, давая себе время, – потому что я предпочитаю жёсткий секс, который тебе точно навредит в твой первый раз.       – Но в твоём загородном доме ты совсем не был со мной груб. – Озадаченно отозвалась Наён.       – В том то и дело. Когда я дарю тебе удовольствие, я никогда не буду жёстким и грубым. Но когда речь идёт о моём удовлетворении, я становлюсь совершенно другим.       – И как же это проявляется?       Наён никак не хотела успокоиться и продолжала заваливать вопросами. Она не боялась, просто хотела узнать, что может её ждать. Где-то на подсознательном уровне она знала, что Джин точно ей не навредит. Поэтому была так спокойна.       – Я могу быть, нет не так. Я точно буду с тобой груб. Я не люблю нежный секс, он совсем не приносит мне удовольствия. Мне нравятся совершенно другие вещи.       – Какие именно? – Прошептала Наён, а кожа на шее Кима была уже вся в мурашках.       Как-то совершенно не вовремя они начинали заводиться, но этот разговор нужно было закончить, потому что безопасность и комфорт Наён были для Сокджина на первом месте.       – Ты должна знать, что я жуткий собственник. – Джин начинал поглаживать спину, спускаясь ниже к талии. – Поэтому всё твоё тело будет в засосах и укусах, которые потом точно будут болеть и причинять дискомфорт. Я люблю, когда подо мной кричат громко от удовольствия, смешанного с острой болью. Поэтому темп внутри тебя будет слишком быстрым. До звонких шлепков по коже. До красных отметин на твоих ягодицах, которые я точно буду крепко сжимать и часто шлёпать. – Голос становился всё ниже и соблазнительнее, отчего девушка начинала мелко подрагивать, представляя всё это. – Твоя тонкая шея будет болеть, потому что я крепко ухвачусь за неё, когда буду брать тебя сзади, наматывая твои прекрасные длинные волосы на свой кулак. Чтобы ты даже не смогла двинуться, чтобы не смогла уйти от моих прикосновений. Как думаешь, сможешь с этим справиться? Потому что это только крохотная часть от того, что я хочу с тобой сделать.       Наён уже плохо соображала, потому что почти расплавилась от томного голоса и крепко сжимающих её тело рук. Нужно было что-то ответить. Нужно было успокоить своего мужчину. Показать, что она не боится его желаний.       – Звучит… – Она сделала длинную паузу, сглатывая вязкий ком в горле. – Очень возбуждающе.       Глаза Джина тут же шокировано раскрылись:       – Что?       – Я не боюсь тебя. Там в домике у озера, когда ты меня ласкал, ты несколько раз меня укусил. Мне это понравилось больше всего. Может, мы вместе сможем решить, что нам нравится? Не отталкивай только меня. И не сдерживай себя. Я сильнее, чем кажусь на первый взгляд.       – Хорошо. – Джин рвано выдохнул и утянул Наён в ласковый поцелуй. На душе сразу стало гораздо легче после этого откровения. – Пойдём спать. Завтра сложный день.