Teacher's pet

      

19

      Пока Наён спала беспробудным сном, Джин разглядывал её обнажённое тело. Между бёдер были видны небольшие разводы крови, а на ягодицах подсыхала вязкая белая сперма. Всё-таки он был груб для её первого раза. Если бы он сделал всё нежно, крови бы не было. Да, её и сейчас было мало, но это всё равно больно резало по сердцу мужчины. Кое-где начинали расцветать фиолетовые синяки от цепкой хватки. Уже можно было разглядеть следы от пальцев на молочных бёдрах и заднице. Не смог сдержать себя. Не получилось. Об этом он будет просить прощения завтра у своей жены.       Спешно поднявшись с кровати, он направился в ванную, чтобы намочить тёплой водой полотенце. Пусть Наён и не сможет сейчас сходить в душ, Сокджин должен хотя бы её вытереть, потому что подсохшее семя приносит мало удовольствия. Он бережно протирал кровавые следы, стараясь не потревожить чужой сон, затем убрал белые разводы сзади, и только потом укрыл одеялом. Наён забавно жмурилась во сне и уже на подсознательном уровне льнула ближе к мужчине. А Джин и не смел отказывать в этом, крепко обнимая и прижимая к себе.       Проснулся Ким через несколько часов, почувствовав себя выспавшимся. Резко сев на кровати, Сокджин проморгался и потёр глаза руками. Наён продолжала спать, но уже, кажется, была недалека от пробуждения. Синяки, которые мужчина заметил ещё ночью, налились бордовым и фиолетовым, окрашивая нежную кожу некрасивыми цветами. Он поморщился и тут же почувствовал себя хуже. Злость на себя разгоралась с новой силой. Как только его жена проснётся, он сразу попросит прощения. Хотя такое сложно будет простить. Ладно, если бы это был просто один засос. Но нет, Джин, будто оголодавшее животное, пометил всё тело девушки. Вдоль позвоночника можно было увидеть следы от зубов, которые налились небольшими кровоподтёками. Мужчина тяжело выдохнул, поднимаясь с кровати. Душ должен был помочь остудить голову.       Когда освежившийся Сокджин вошёл в спальню, Наён уже сидела на кровати, придерживая одеяло у обнажённой груди. Всё ещё смущалась. Хотя несколько часов назад всецело отдавалась мужу в разных позах.       – Доброе утро, – голос девушки был хриплым из-за сорванного ночью горла. – Думала ты куда-то ушёл, но потом услышала шум воды и успокоилась.       Джин выглядел просто потрясающе после утреннего душа: на бёдрах было повязано полотенце, влажные волосы красиво обрамляли лицо, но только взгляд был какой-то побитый и уж слишком виноватый.       – Почему ты так смотришь? Будто жалеешь о случившемся.       Неприятная догадка тут же кольнула где-то глубоко в сердце, но брюнетка старалась не думать об этом. Не мог Джин жалеть об этом. Не мог же?       – Жалею.       Одно слово способно обрушить чей-то мир. Наён с болью и непониманием в глазах смотрела на мужчину, что так безжалостно только что разбивал чужое сердце.       – Что? – еле слышно спросила девушка.       – Жалею, что повёл себя как дикий зверь, который не видел до этого цивилизованного мира. Жалею, что сорвался с цепи. Жалею, что теперь твоё тело похоже на какое-то сине-фиолетово-красное нечто.       Брюнетка недоумённо хлопала глазами, пытаясь понять, о чём, чёрт возьми, говорил сейчас Джин. Наён чувствовала себя замечательно, за исключением небольшой слабости и тянущей боли в районе промежности. Но это было нормально после первого секса.       – О чём ты? Я прекрасно себя чувствую.       Мужчина быстро подошёл к кровати, хватая жену за руку и подводя к зеркалу.       – Смотри, – Джин откинул за спину её длинные волосы, обнажая шею и ключицы, которые были в засосах и укусах. – Видишь, что я сделал? И это ещё не всё, – он развернул Наён спиной к зеркалу, откидывая одеяло в сторону. Девушка повернула голову, чтобы рассмотреть, что пытался показать ей муж. – И так по всему твоему телу. Прости меня, если сможешь.       Он отступил на шаг назад, отводя глаза в сторону. Не мог выносить то, как Наён будет осуждающе смотреть. Но та только подошла ближе и подняла его голову, обхватывая тёплыми ладонями щёки.       – Ты такой дурачок, Джинни, – она впервые так его назвала. Так ласково и тепло. – Мне всё безумно понравилось. Я не жалею, что позволила тебе делать всё, что тебе только захочется. В какой-то степени мне понравилась та боль, которую ты причинял. Посмотри на меня и запомни, что мне было очень хорошо. И я бы с удовольствием повторила это снова.       – Нет, точно не сейчас. Пока всё не заживёт, я к тебе пальцем не притронусь. Нужно обработать заживляющей мазью… Всё это, – Ким обвёл всё тело девушки, быстро скрываясь в ванной в поисках нужного средства.       А Наён мечтательно улыбнулась и упала обратно на разворошенную постель. Она не врала. Ей, правда, всё понравилось. Нравился такой страстный и ненасытный в своём желании Джин. На безымянном пальце поблёскивало красивое кольцо, напоминая, что теперь она замужем за самым прекрасным мужчиной. Что могло быть лучше.       Сокджин вышел из ванной, держа в руках какой-то белый тюбик с мазью, и девушка быстро повернулась на живот, давая обработать спину. Движения пальцев были лёгкими и почти не ощущались на коже. От такой заботы и внимательности щемило сердце, и брюнетка прикусила губу, сдерживая улыбку.       – Не больно? – интересовался мужчина, втирая вязкую субстанцию в мягкие ягодицы.       – Нет, всё в порядке.       Закончив, Ким вытер руки влажным полотенцем, целуя кожу чуть выше копчика, на что девушка от неожиданного касания вздрогнула. Рваный выдох сам собой сорвался с губ, а кожа покрылась мурашками.       – Маленькая Наён так легко возбуждается, – в самое ухо проникновенным шёпотом.       Девичье тело так хорошо отзывалось на ласки, что заставляло возбуждение приливать к паху. Но Джин быстро одёрнул себя от запретных мыслей. Нельзя так быстро после первого раза подвергать Наён новым травмам. Тихий стон будто привёл в чувства, заставляя скользившую по бедру руку прекратить нежные поглаживания.       – Я не буду тебя трогать.       – Ну, Джинни, это нечестно, – обиженно пробурчала девушка.       – Тебе нужно восстановиться. Да и после первого секса должна пройти минимум неделя.       Сказав это, Ким поднялся с постели и направился на кухню готовить завтрак. Весь день был только для них двоих, и он планировал насладиться им сполна, просматривая сериалы и поедая вкусную еду. И рядом его жена. Это слово теплом отзывалось где-то глубоко в груди. До сих пор не верилось, что за такой короткий срок он сможет найти себе спутницу жизни. Так ещё и влюбиться как мальчишка. Без памяти. Очень сильно.       Уже завтра они вернутся в университет, где будут играть каждый свои роли. Преподаватель Ким и студентка Ли. Вернее уже студентка Ким. Собственник внутри сходил с ума из-за этого факта. Наконец он обрёл своё счастье.       

***

      После свадебного вечера и прекрасного приёма Чимин и Чеён отдыхали в своём семейном гнёздышке, занимаясь каждый своим делом. Девушка что-то увлечённо печатала на ноутбуке, пока взвинченный Чимин наблюдал за ней из кухни, сидя за столом. Уже несколько дней он неустанно думал, как сделать своей бестии предложение руки и сердца. Делать что-то слишком романтичное он не хотел, потому что Чеён не любила чрезмерные сопли. Вот и думал, как так подступиться, чтобы всего было в меру.       Пока размышлял, взгляд то и дело цеплялся за вытянутые на журнальный столик длинные ноги в таких же длинный тёплых чулках. Блондинка любила надевать своё коротенькое домашнее платье вместе с ними. Светлые волосы были собраны в небрежный пучок, делая девушку ещё милее. Его ангел была сейчас такой домашней, что хотелось занежить её, заобнимать до хруста костей. Решив отложить свои мыслительные муки, Пак поднялся со стула и пошёл в гостиную, где располагалась его любимая. Сел рядом с её ногами прямо на пол, начиная поглаживать тоненькую ножку, поднимаясь к острой коленке. Чеён бросила на него вопросительный взгляд, безмолвно спрашивая, что ему нужно. Но мужчина не ответил, продолжая разминать мягкие икры.       – Что тебе нужно? Я немного занята, Чимин, – она продолжала сосредоточенно смотреть в экран, поправляя сползшие очки.       Так она выглядела ещё горячее. Чимин заводился, как и всегда, рядом со своей девочкой.       – Ты мешаешь, малыш, – не отрываясь от своих дел, произнесла Чеён.       И она прекрасно знала, что после её слов Пак теперь точно не остановится. Девушка отставила ноутбук к самому подлокотнику дивана, переворачиваясь на живот, разрешая тем самым делать всё, что Чимин хочет. А он и делал. Забрался на диван и уселся на девичьи ноги, поглаживая гладкую обнажённую кожу на бёдрах, которая не была скрыта ни платьем, ни чулками. Чеён продолжала перебирать пальчиками по клавиатуре, пока платье медленно поднималось, обнажая молочную попку в кружевных чёрных трусиках. Надолго те не задержались на теле, быстро отлетая куда-то вглубь комнаты.       Возбуждение Пака уже неприятно упиралось в ширинку, и он быстро поправил рукой стоящий член, лаская другой рукой мягкие половинки. Блондинка даже не подавала вида, что её как-то трогает происходящее, хотя внутри уже всё приятно скручивало от приятных поглаживаний. Но Чимин не торопился. Наслаждался открывшимся видом.       Указательный палец скользнул между уже влажных складочек, вызывая дерзкую ухмылку на мужском лице.       – Кто-то уже такой мокрый. Ай, как нехорошо, ангел, – томно говорил Пак, медленно кружа по клитору. – Отвлекаешься от учёбы. Плохих девочек нужно наказывать. А ты будешь продолжать печатать, пока я беру своё. Поняла?       С этими словами он крепко ухватился за блондинистый пучок, оттягивая назад голову. Чеён только коротко кивнула, закусывая полную губу и стараясь не издать и звука. По правилам сегодняшней игры нельзя было отвлекаться от своего занятия, а значит, и стонать было нельзя. Хотя так хотелось, потому что пальцы Чимина вытворяли что-то неземное с её телом. Было так хорошо. Чеён только позволила себе ненадолго зажмурить глаза, пока Пак освобождал себя от джинсов. Оставшись до пояса обнажённым, мужчина уселся обратно, продолжая томительную ласку. Его ангел была уже такой мокрой.       Решив, что терпеть уже больше нельзя, он нетерпеливо приставил налитую головку к мокрым складкам. Чеён едва заметно вздрогнула, но быстро взяла себя в руки, начиная снова с усердием набирать текст. Было очень сложно сосредоточиться, но она старалась изо всех сил. И когда Чимин резко толкнулся в неё на всю длину, не издала ни звука, ненадолго задержав дыхание. А мужчина не дал времени привыкнуть к себе, начиная быстро двигаться с оттяжкой. Пальцы крепко вцепились в нежную кожу на боках, не давая дёрнуться даже на сантиметр в сторону. Потом точно останутся синяки, но Паку было плевать.       Приподняв немного таз, Чимин пробрался к набухшему комочку нервов, тягуче поглаживая. Его ангел была такой послушной. Не стонала, не пищала и даже, кажется, не дышала. Чеён боролась сама с собой, а когда мужчина стал поглаживать клитор, чуть было не испортила их игру. Но сдержалась, продолжая покорно принимать в себя твёрдый и толстый член. Пальцы промахивались по буквам, да и было всё равно. Потом всё исправит. Нужно было хотя бы создавать видимость того, что она усердно трудится, не обращая внимания на отвлекающие факторы.       Кончила Чеён тоже беззвучно, Чимин только почувствовал, как гладкие и горячие стеночки плотно и ритмично сжимались вокруг его возбуждённого органа. Перестав себя сдерживать, он рвано толкнулся по самое основание несколько раз и вышел, заливая горячей спермой покрасневшие ягодицы.       Дыхание обоих было тяжёлым и загнанным. Будто пробежали марафон. Чеён позволила себе, наконец, выдохнуть и с протяжным стоном упасть расслабленно на диван. Чимин заботливо сходил за влажными салфетками и вытер всё до последней капли, натягивая обратно задранное платье.       – Пойдём, перекусим что-нибудь, ангел, – проворковал в покрасневшее ушко Пак.       Блондинка лениво скатилась с дивана, следуя за своим мужчиной. Чимин взял всё в свои надёжные руки, и девушка только наблюдала, как тот нарезает сэндвичи и заваривает кофе. Глупая улыбка сама собой расползлась на лице. Ей так с ним повезло. Чеён каждый день благодарила все высшие силы за то, что два года назад они встретились. Лучше человека она и не смогла бы найти себе в пару. Десять лет разницы вообще никак не чувствовались, потому что они гармонично дополняли друг друга.       Ели молча, поглядывая друг на друга. А к Чимину снова вернулись съедающие его мысли о том, как лучше сделать предложение. И сейчас почему-то не хотелось ничего выдумывать. Захотелось просто сделать это здесь и сейчас. Когда Чеён такая растрёпанная и домашняя, увлечённо жует и отхлёбывает свой горячий кофе. Такая милая и красивая. С этими блондинистыми прядками, которые выбились из причёски.       Мужчина поднялся со своего места и решительно подошёл к недоумевающей Чеён. Вырвал из её рук оставшийся сэндвич и заставил слезть со стула.       – Что происходит?       А Чимин стоял и с теплотой смотрел прямо в глаза, добродушно улыбаясь. Пока девушка с непонятками во взгляде дожёвывала свой перекус. Несколько крошек прилипли к уголкам губ, и Пак подумал, что вот этот момент был самым идеальным. Когда оба были просто рядом, совершенно неидеально выглядя. Хотя его ангел была всегда идеальной для него. Даже сейчас. С этими маленькими хлебными крошками. С распахнутыми вопросительно глазами, в которых было видно, как она сильно любит.       – Чеён, мы с тобой уже больше двух лет вместе, и я тебя люблю до бесконечности.       Чеён как-то подозрительно посмотрела на своего мужчину, неосознанно подбираясь всем телом, ожидая продолжения.       – Люблю твой взбалмошный и местами милый характер. Люблю каждую твою родинку и морщинки вокруг глаз, когда ты лучисто и заразительно улыбаешься мне или кому-либо ещё. Люблю твою преданность и самоотдачу. Твоё сострадание и желание всем помочь и поддержать. Ты самая добрая и восхитительная на всей планете. Без тебя я не знаю, где бы сейчас был. Наверное, так и жил бы один, в этой огромной квартире, где не было бы этого уюта и тепла, что ты принесла с собой, когда согласилась переехать. Ты самое лучшее, что случалось в моей жизни, я в этом уверен. С тобой я не боюсь ничего, и чувствую себя всесильным. С твоей поддержкой я могу горы свернуть. И я хочу сказать тебе спасибо, что когда-то дала мне шанс и поверила в меня. Что полюбила так сильно, – мужчина ненадолго замолчал, оглядывая застывшую Чеён, которая смотрела ещё внимательнее. – Ты сейчас, наверное, гадаешь, к чему я это всё затеял и что за речь тут толкаю. Но мне захотелось сказать это именно сейчас. Не знаю, почему. Просто уже не будет момента лучше. Да его и не нужно ждать, если ты хочешь что-то сказать именно сейчас. А я хочу.       Он отошёл к выдвижному ящику на кухне, доставая ту самую коробочку, которая уже столько дней томилась в ожидании. У девушки перехватило дыхание, когда она увидела, что в руках Чимина. Бархатная квадратная коробочка тёмно-синего цвета. Её любимого. И вот Пак становится перед ней на одно колено. Прямо здесь, на кухонном полу. На холодной плитке. И поднимает голову, смотря своими тёмными глазами прямо в душу.       – Пак Чеён, окажешь ли ты мне честь стать моей женой?       Ну, вот он и сказал, что так давно хотел. Не стал ждать какого-то более подходящего момента. Потому что он прав: его просто не существует. Когда ты любишь и готов прожить с человеком всю жизнь, совершенно неважно, когда и при каких обстоятельствах прозвучат эти заветные слова. Главное, чтобы оба чувствовали, что готовы и любят очень сильно.       Чеён стояла и даже как-то глупо моргала, осмысливая, что только что сказал Чимин. Она, конечно, ждала предложения, но не так скоро. Не на следующий день после свадьбы лучшей подруги. Но то, как на неё смотрел Пак, заставляло вообще не задумываться о подходящем времени. Его просто не было. Были только они: влюблённые и молодые. Готовые прожить вместе ещё очень и очень долго.       – Я согласна, – ответ прозвучал еле слышно, но Чимин всё понял, тут же поднимаясь с колен и увлекая в самый нежный поцелуй, на который сейчас был способен.       Губы сминали друг друга, а языки сплетались в чувственном танце. Не было пошлости. Была только безграничная и чистая любовь. Мужчина нехотя оторвался от Чеён, доставая красивое и утончённое кольцо из розового золота с небольшим камнем в центре. Он не хотел покупать что-то большое и помпезное, потому что его ангел совсем не была такой. Кольцо отражало её характер, её сущность. И это было так приятно. На глаза навернулись слёзы, и несколько солёных капель всё-таки сорвались по щекам вниз, пока Пак надевал на тонкий палец символ его любви.       – Ну, не плачь, мой ангел, – Чимин тепло улыбался, вытирая мокрые дорожки с любимых щёчек.       – Это от счастья. Я люблю тебя, Пак Чимин. И никогда не перестану.       – Я знаю, Чеён, знаю, – он уткнулся лбом куда-то в шею, оставляя чувственные поцелуи и там. – Я тоже тебя люблю. До луны и обратно. И очень рад, что ты согласилась стать моей. Навсегда.       – Я не могла не согласиться.       Весь вечер прошёл в такой лёгкой и романтичной атмосфере. Сегодня был только их день, в который они решили шагать вместе одной семьёй.