Вспомнить кто я и кто ты мне

Молчание давило сильно на протяжении поездки. Мы ехали прямо, никуда не сворачивая, как будто дорога вечно прямая. Можно с ума сойти, если ехать так в давящей для меня тишине. Даже тихая музыка, игравшая по радио, меня не успокаивала. Два брата сидели неподвижно, как камни. Я попытался сесть на сиденье, но боль в теле отдалась знатно, не давая шевелиться более активно. Я громко выдохнул. Эта ситуация уже от страха переросла в некую злобу. От злости, переполняющей твоё тело, можно горы свернуть, несмотря на боль и страх, так что моё тело выдержало резкий рывок вперёд. Мои ноги спустились на пол машины, руки начало жечь сильнее, а в тело вдарил ток. Вся моя злость утихла в момент, сменяясь попытками отдышаться от неожиданной смелости. Капля пота скатилась по моему виску, спина облокотилась на спинку сиденья, чтобы хоть как-то расслабиться. Дорога впереди была и правда без конца. Своим хмурым взглядом я оглядывался по сторонам, но видел лишь деревья по бокам. — Какого чёрта? — раздражённо прохрипел я, глядя на затылки обоих братьев, как будто хотел прожечь в них дырку. — Вы ответите мне или как? — Помалкивал бы ты, а то хуже будет. — сказал Дин. Голос его означал что мужчина недоволен, напряжен и ждет опасности. Его прошлый мягкий голос с мотеле только можно вспоминать, теперь похоже такой доброты не будет. — Вы меня, типа, украли? — я выгнул бровь и не весело усмехнулся. — Что с меня взять? Моя смерть что-то вам даст? Я опять тихо засмеялся и помотал головой, от тупости и глупости ситуации. Сэм со своего места прокашлялся, повернув голову ко мне. Его взгляд выражал осторожность в своих дальнейших словах, а мимика была зажатой. — Убить? — он нахмурился, было видно что мысли в его голове мчались быстрее ветра, когда его глаза встретили мои. — Дин хотел это сделал как только ты на него напал, но мы не убивать тебя везем. Я поднял брови, не очень веря его словам. Я помнил что уснул за столом и не нападал на Дина, я бы это не смог сделать даже если был под градусом. Опять было что-то странное, в очередной раз. — Я что-то пытался сделать? — слова выходили трудно из моего горла, был некий ступор. Воспоминания не приходили в голову, только чернота. — Я… напал на вас? Молчание воцарилась в машине и только очередной неловкий кашель Сэма наводил на мысли, что оба брата или в растерянности, или удивлены, ну или точно были сбиты с толку как и я. — Ты прикидываться будешь? — подал свой голос Дин, он был хриплый, будто он только проснулся. Он хмурился больше с каждым мгновением этой напряженной ситуации. — Я ничего не помню. — честно ответил я и вздохнул от боли в теле. — Я помню как уснул за столом, а вы продолжали смотреть телевизор. — я помолчал некоторое время, но потом шепотом добавил. — Что я сделал? Молчание опять воцарилось в машине, только звук ветра в приоткрытом окне был слышен и рычание движка. Я хотел ответов, еще хотел чтобы меня освободили от веревок и дали воды. Чувство беспокойства наполнило меня с новой силой, когда Сэм начал говорить. — Ты встал со стула и что-то бурчал про себя. Мы спросили в норме ли ты… но твой взгляд… — Сэм. — напряжено прервал своего брата Дин. Похоже старший не хотел чтобы младший говорил что-либо. — Дин. — хмуро произнес Сэм. Он не хотел мириться с тем что Дин все время его затыкал. — Твой взгляд, мимика лица, походка… — он продолжил со мной общаться и опять прочистил горло. — Это все было не твоим. Сначала мы подумали что в тебя вселился демон, так как защиты у тебя нет, но твой голос… — Сэм, ты… — Дин! — воскликнул младший на брата, который снова хотел его заткнуть. — Ты сам мне говорил что он похож на него, что ты видел. — Я думал об этом, но это не значит что такое может быть! — разозлился Дин и сквозь зубы говорил. — Может это нам показалось. Мне показалось. По этому мы едем к… — Такое не кажется, Дин. — прерывая брата, сказал более спокойно Сэм. — Зная его, то как мы за ним повторяли, мы выучили все. Артур не мог этого знать, это даже не повторить, то как он это делал и как говорил. Замолк Сэм и машина опять в давящей тишине. Я не понимал ни слова о чем они говорили, что имели ввиду под всем этим, мне только удавалось тихо слушать. В голове пазл не складывался, но частички догадок были, хотя догадки были страшнее чем я думал. Могло ли быть так, когда я вырубился на столе, очнулся уже не я, двигался и говорил не я, а Джон. Если размышлять в этом ключе, то мое тело от выпитого алкоголя включило режим воспоминаний Джона и начало вести себя как он. Самое последнее, что я выкинул потом из головы, это то, что дух Джона захватил мое тело. Но почему же я не помню ничего? Это пугало. Могло произойти что-то хуже и я даже этого помнить не буду. Под мои размышления два брата общались тихо, только под конец я услышал тяжелый вздох Сэма. Может уже пора было рассказать им все, но почему-то рот не открывался на эту тему. Машина завернула влево и я поднял взгляд на лобовое стекло. Сначала мне показалось что мы приехали на свалку машин. В этом месте много разобранных и ржавых автомобилей, которые ездить больше не смогут, но потом я увидел дом. Обычный дом с облупившейся краской, стоял среди этого мертвого железа. Дин остановил машину и вылез из нее, немного позже за ним последовал Сэм, оставляя меня одного в салоне. Оба брата вошли в дом, не закрывая за собой дверь, значит скоро выйдут обратно. Я поморщился когда пытался шевелить руками, чувствуя их холод своей спиной, побоялся что ампутация не за горами. Через короткое время, два брата вышли из дома. Дин открыл заднюю дверь где я сидел смирно и молчал, Сэм протянул свои руки ко мне, вытаскивая более аккуратно на улицу. Ноги дрожали когда я встал на землю, была слабость во всем теле и конечно же боль. Дин срезал веревки на моих ногах и я мог свободно передвигать хотя бы ими, это не могло ни радовать. Сэм помогал мне зайти, заводя под локоть в незнакомый мне дом. Обстановка дома была уютной, как будто тут живет семья, но фотографий я не видел на стенах, только разбросанные книги и старую мебель. Меня провели дальше и усадили на стул в середине гостиной. Мне открывался вид на кухню, потрепанную временем но годную для приготовлении разных блюд. Мой взгляд еще зацепил множество стеллажей с книгами с правой стороны от меня. Дин в это время пошел на кухню и вытащил из холодильника пиво, он жадно схватил горлышко губами. Сэм был где-то за моей спиной. Я слышал лишь шуршание напоминавшее бумаги или перелистывание страниц книги. Смотрелось это как немая сцена из фильма, когда герои решали что делать со злодеем в их истории, осторожно переглядываясь и не смотря на главную проблему их головных болей. Мои руки так и жгли, тело до поясницы меня уже не беспокоило своими острыми покалываниями, ноги тоже, только голова начала болеть, как будто делая ситуацию еще хуже. — На это уйдет больше недели. — позади меня вздохнул раздраженно Сэм. Были слышны перекладывания вещей на столе и звяканье стекла. — Бобби не поверит нам, когда вернется. — цыкнул Дин, облокотившись о косяк проема в гостиную. Они говорили так, как будто меня тут совсем нет. Я отвернул голову к окну, не хотел видеть очертание фигуры Дина, хотелось отвлечься. Вид в окне был скучен, старые машины заполняли почти все пространство даже тут, но потрепанный жизнью гараж давал немного разнообразия в картину. — Какая причина моего заключения тут? — мой голос был спокоен, я просто хотел ответов, больше ничего. — Что ты знаешь о Джоне? — голос Дина был ровным и твердим, будто это имя было мозолью, при упоминании которой могла начаться буря. Я опустил взгляд в пол и нахмурился от его вопроса. Я не знал как ответить, вернее знал, но не хотел говорить правду, хотел солгать. — Не смей мне врать. Не смей, Артур. Не та ситуация. — шаги Дина приближались ближе, тяжело, по скрипучему полу. — Мигренью тут ты не отделаешься. Рука Дина легла на спинку стула где я сидел, слегка нагибаясь над моей головой. Его пальцы еле касались моей лопатки, дыхание отдавало легким ароматом пива, а одежда дешевым одеколоном. — Не молчи. Не смей молчать. — напряженное выражение лица Дина я чувствовал на своем лице, как он говорит сквозь зубы. Но я не поднимал взгляд, просто сжал губы. — Почему ты так… так походил на него? Лицо, мимика, движения, глаза. Чертовы слова, Артур! Дин не выдержал и схватил мое лицо своей рукой, сжимая пальцами мою челость и поворачивая к себе. Наши взгляды встретились вновь, я видел как брови Дина дрожали от ярости моего молчания. Его глаза бегали по моему лицу бешеным зайцем, он хотел найти то что видел. Но видел лишь меня, не своего отца. — Ты не он. Не смог бы. Не смог бы повторить то что мы пытались когда-то. — старший Винчестер начал угрожающе шептать. — Отвечай. — Я не знаю. От удара по моему носу, у меня закружилась голова. Удар Дина был полон злобы. Я приоткрыл рот чтобы глотнуть воздуха и опрокинул голову, чтобы кровь не так сильно текла. Было больно, но не обидно, я понимал чувства и Дина и Сэма, они в тот вечер видели во мне своего отца. Я до сих пор не знаю что я делал, но это на столько задело братьев, что они начали все понимать или же были слепы но чуяли лож во всем что я скрывал, но что, для них не понятно. — Что тут у вас происходит? Мужской и хриплый голос прозвучал в стенах гостиной. Мой взгляд метнулся, увидев старого мужчину в кепке. Он был с сумкой в руках, недоверчиво осматривая меня, а потом братьев. — Вы ко мне студентов приводите на избиение? — поднял одну бровь мужчина. — Или опять перевертышь? Хотя не очень похож. — Бобби, нужно поговорить. — Сэм наконец подал голос и вошел в поле моего зрения. Дин к этому времени стоял спиной ко мне, на кухне, смотря в окно и глотая пиво как будто он был в пустыне. Я закрыл глаза и наморщился от дополнительной боли которая перекрывала боль в руках. В темноте век бегали искорки, они как Млечный Путь в небе. Я почему-то перестал слышать посторонние звуки, так что открыл глаза и осмотрелся по сторонам, но никого не увидел. Дина уже нет на кухне, Сэм с Бобби ушли, я тут был один. На задворках воспоминаний я вспомнил слова Джона о Бобби, то что он может помочь. Если Джон говорил так, это не значит что это правда, может он не так хорошо разбирается в людях. Смотря на свои колени, опустив немного голову в более удобное положение, думал что Джон точно не разбирается в людях раз доверяет мне. Шаги по направлению в гостиную были тяжелыми. Шел Бобби. Первое что пришло в голову, как будто я давно знал как он ходит, немного прихрамывая на правую ногу. Я поднял взгляд с колен на вошедшего мужчину, в его глазах можно читать недоверие, изучение, вопрос и решимость. Он был один, без Сэма и Дина. Оставили старика разбираться с их проблемой. Но думаю что Дин врезал бы мне еще раз, а Сэм бы добавил, так что это хорошо что Бобби был один, хотя такого доверия у меня к нему не было. Бобби взял стул с кухни, перетащил его ко мне, поставил на против меня на дистанции двух шагов и сел с легким выдохом через нос. Его взгляд напоминал взгляд Джона, такой уставший, но намеренный добиться своего. — Мы же не будем играть в правду и ложь, ведь так? — Бобби облокотил свои локти на колени и скрепил пальцы в замок. Я терялся в его взгляде, он хотел или помочь, или давить жесткостью чтобы я отвечал как помилованный. Было странное ощущение от всего этого. Бобби смотрел на меня почти не моргая. — Ведь так? — Я… *Бобби поймет.* Я задышал глубже от этого глубокого голоса Джона, как будто за своей спиной. Он знал что Бобби рядом. Но видел ли он сейчас нас? Вроде он говорил что не видит и просто чувствует кто рядом со мной. Мысли ушли в другое русло, я опустил глаза которые щурил в попытке понять. Джон в моей голове или он в призрачном видении стоит за моей спиной? Почему он говорит мне что Бобби поймет? Он чувствует мои сомнения по поводу этой ситуации? Почему он не может сказать больше? — Ты меня слышишь? — Бобби наклонил голову ниже, чтобы заглянуть в мои глаза которые я прятал в своих ногах. — Дин тебе последние мозги отбил или ты прикидываешься растерянным? Его слова я слышал чище воды, так что поднял взгляд на него и просто кивнул. Засохшая кровь над губой раздражала кожу добавляя дискомфорта когда я отвечал. — Я не намерен играть. — выдохнул и повторно кивнул на свои слова. — Я готов отвечать. Бобби кивнул и выпрямился на стуле, облокачиваясь на спинку спиной, кладя руки в замке на свой живот. — Тогда ответь мне честно. Что у тебя в голове? Вопрос был для меня сложным. Ответов было много. Каша, буря, чужие воспоминания, чужая жизнь, мои терзания, моя и чужая боль. Было еще больше, но я не мог говорить все, моя душа не хотела. Но слова Джона звякнули в голове. Нужно доверять Бобби, он ничего не сделает плохого. Да? — Сложно описать. — начал я, смотря на Бобби думая как он может помочь мне. — Но беспокоит меня одно. — опять ступор в словах, опять не хотел говорить то что нужно, не веря в то что мне помогут или же банально боялся реакции. Бобби тяжело выдохнул от моей заминки, он как будто видел меня насквозь, что я не хотел говорить правду. — Послушай, мы взрослые люди, уже понимаешь что ситуация не легкая. — у Бобби был такой же взгляд, он не менял его как и свою позу. — Дину и Сэму сейчас не легко. Мальчики давно в деле охоты, много видели того, что не могут видеть другие и чувствуют большую ношу. Когда они встретили тебя, все пошло еще хуже. — Бобби вернулся в позу в которой был до этого, упер логти в колени, немного сгорбившись. — Ты начал с чего-то вдруг напоминать им их отца. Это как чистый бред. Я смотрю на тебя и вижу студента воришку, а в твоей голове кашу. Мужчина нахмурился и отвел взгляд за это долгое время впервые, посмотрев в окно, а потом на пол. Я поджал губы от его слов и до ужаса не хотел знать продолжение. — Я их видел такими только после смерти Джона. По особому нервные, Дин зарылся в себе, перечитывая дневник отца, Сэм рассеянный и опять трет себе пальцы в успокоении. Я вижу все и знаю, что в тебе, Артур, что-то не так. — Бобби понизил голос почти до шепота и хрипотца в его голосе стала больше заметна. — Расскажи мне все. Расскажи что в твоей голове. Я закрыл глаза и закусил губу. Я отчаянно не хотел ничего говорить, хотел чтобы меня оставили в покое, не трогали. Но изнутри билось птицей слова о помощи, тянулись руки к Бобби, тело тянуло видеть Винчестеров. Меня разрывало на части. Я не понимал чьи чувства об этом были, мои или Джона, кто из нас хотел что-то из этого. Я открыл глаза и они слезились смотря на Бобби. Хотелось высказать ему все что твориться со мной, как отцу, как близкому, как будто знаю его много лет. — Бобби, я… Мне плохо. — начал я и моя нижняя губа дернулась от легкого дрожания. Рук я уже не чувствовал, нос не болел. Болела душа. — Я не знаю где мои воспоминания, а где чужие. Я запутан, потерян в своем же теле. Мне страшно что будет дальше. Бобби молчал ровно две минуты, пока стрелка часов не упала на три часа дня. — Что ты имеешь в виду? — он заметно начал изучать мое лицо детальнее и сжимал колени ладонями. — Кто в твоей голове? — Он. Джон в моей голове. — я опять прикусил губу, хотел плакать. Я опустил глаза в пол, смотря на грязные носки обуви Бобби. — Это началось за день до первой встречи с Сэмом и Дином. Я был привязан к стулу в старом и на вид давно заброшенном домике в лесу, моя бывшая работа не была из лучших и исход был таким. На потолке дома была пиктограмма нарисована, под ней мне было плохо, я видел, как мне казалось до этого, бред. Картинки семьи. Женщина и мужчина, дети, большой дом. Было больно видеть такое, я не понимал из-за чего. Я вдохнул полной грудью и ком в горле застрял, делая мои слова тише. Я пытался отдышаться от порыва слов, хотелось рассказать все. Говорил все сбивчиво, не углубляясь далеко в детали. Я так же смотрел в пол полузакрытыми глазами. — Я списал все это на бред, переутомление от работы и стресса. Но когда мы с моей бывшей… — я вспомнил Лили и прикупил язык на секунду. — Когда мы с моей бывшей коллегой по работе, Лили, не смогли убежать от Сэма и Дина на кладбище, я видел его, я видел Джона. Он показал опустить оружие, не стрелять и я послушался. Я не знал что делал, я верил ему даже не зная кто он. — я замотал головой и было слышно как натягиваются веревки на руках, когда сжал кулаки. — Потом сны. Сны где я видел маленьких Дина и Сэма. Тогда я понял что Джон это их отец. В дальнейшем он мне все рассказал. — Джон говорил с тобой в твоем сне? Видение? — до этого долго молчавший Бобби, спросил с более тихим голосом. — Да. Господи, да. Он сказал что наши с ним воспоминания сливаются из-за того, что я был в его хижине где он прятался от демонов до его смерти. Под его пиктограммой, которая была не стабильна. — я сглотнул и слезы уже не хотели упасть с моих глаз, становилось лучше, как будто камень с души упал. — Его воспоминания в моей голове, они такие ясные, такие четкие, что я на себе могу их ощущать. Джон убедил вам все рассказать, потому что вы можете мне помочь. Я честно не хотел вам говорить об этом, но становилось всё хуже. Все стало настолько плохо, когда моё тело начало вести себя как тело Джона, перекрывая мои привычные действия, слова, взгляды или даже мимику, на его. Когда поднял глаза на Бобби, я перевёл взгляд потом немного дальше на кухню. На кухне стояли Дин и Сэм, они как будто были тут вечность, весь мой рассказ который я говорил только Бобби. В ушах стучала кровь, сердце бешено колотилось от одного только взгляда на этих братьев, на их лица. Дин без эмоций. Сэм без эмоций. Я начал дышать ещё глубже и потерянно перевёл взгляд на Бобби, который также смотрел на меня пытаясь понять и сложить всю картинку у себя в голове. — То что произошло вчера, из-за чего вы меня привезли сюда, в это место, я не помню. Я не знаю что я сделал, что сделали воспоминания Джона с моим телом. Но факт того, что моё тело может забрать в любой момент кто-то чужой, мне не дает покоя. Я не знаю что мне делать, не знаю что будет дальше если оставить все как есть. — мой взгляд переместился на двух братьев. — Я боюсь потерять самого себя. Я только сейчас ощутил как мои плечи немного подрагивали от того, что всё им рассказал. Все что было у меня в голове, на душе, я рассказал всё. Во мне как будто не было терпения, хотелось рассказать им всё и быстрее, не вдаваясь в подробности, не рассказывая глубокие терзания, просто хотелось чтобы меня выслушали впервые по нормальному. Я сжал челюсть от того, что было больно осознать только сейчас во что я влип, во что превратилась в моя жизнь. От своего же рассказа стало тошно, как будто я рассказывал несколько сцен из фантастического фильма который казался мне эффектом тёмный долины. В голове стало пусто, как будто нечего больше мне рассказывать или что-то дополнять ко всему этому, так как мои чувства я все уже высказал. Это было не в мельчайших подробностях, но мне хватило даже этого, чтобы с души упали те крохи, которые весили очень много и давили на меня. Никто бы не поверил что за такой короткий период времени можно обрести все беды сразу, но к сожалению такое бывает. Я никогда не выставлял себя жалким или же мне хотелось чтобы меня пожалели, но сейчас мне хотелось просто человеческого понимания, хотелось чтобы меня выслушали и поняли наконец мою проблему. Не то чтобы мне было всё равно на помощь, совсем наоборот, я хотел помощь, я хотел быть услышанным. Я не знал почему только сейчас это понимал, когда с моей души свалились все секреты которые хранил в себе. Были мысли, что рассказав всё это, мне будет ещё хуже, но стало наоборот, стало легче от того, что я перестал врать даже самому себе. Нет смысла скрывать правду от себя, а тем более от тех людей с кем связано твоя проблема. К сожалению, я понял это только сейчас. Мой взгляд опустился вниз, я не знал что они могут сделать с этой информацией, смогут ли меня спасти или же просто оставить все как есть, молчание давило не сильно но все равно было не приятно. Глухие шаги начали исходить из кухни, приближаясь ближе, звук скрипа стула на котором сидел Бобби, а потом еще шаги. Они ушли. Просто ушли все из гостиной, оставив меня со своими пустыми мыслями. Мне стало грустно, но знал что им нужно время принять мои слова, а верить мне или нет, уже им решать, так как от этого уже не уйти. — Они мне не поверят и выкинут меня. — мой шепот сквозь еле открытые губы прозвучал почти не слышно. — Ты этого хотел, Джон? Вопрос был адресован воздуху, но я знал что где-то там меня слышит мужчина, но он не появляется чтобы хотя бы еще раз заверить меня что все будет хорошо. Но ничего хорошего сейчас не было, особенно такой тихой реакции семьи Винчестеров. Минуты шли медленно и мучительно, а мои мысли оставались пустыми до той поры пока в голову не ударила одна мысль. Сбежать. Я приподнял бровь и проморгался. Это бред или хорошая идея? Я не знал. Но тишина в доме давила и я не был уверян что сейчас делают мужчины, где они находились и о чем говорили. Я два раза сжал кулаки и разжал их чтобы сбросить чувство затекших запястий. Сбежать. Эта идея уже не казалось плохой, даже может быть хорошей. Но мне нужна помощь от этой семьи, да? Да, это так. Но какой процент уверенности есть у меня? Очень маленький. Мой взгляд метался к двери на кухне и к окну. Окно я не открою, мои руки связаны, а дверь на кухне была приоткрыта. Мое тело не было привязано к стулу, ошибка это или нет, но Винчестеры похоже не удерживали меня тут как одержимого который мог их убить. Но очередной вопрос вырезался мне в голову. Если я сбегу, повлияет это на их веру в мои слова? Может быть. Если я сбегу то они могут подумать что я опять врал им, хотя с моими эмоциями которые я показывал сложно поверить что я врал. Но это же семья охотников, им могут врать профессионально но они смогут раскусить правду все равно. Смешались два мнения и я уже не знал что делать. Время шло, нужно было решать быстрее. Я придурок. Я отмороженный ублюдок без чувств самосохранения. Я всегда знал это, так даже Лили говорила когда я порвал украденную картину из музея которая стоила как целая тонна почек. В тот момент я просто был злой, а сейчас я напуган и… Да, я придурок. Я побежал. Тело двинулось вперед как по реакции, мои ноги двигались быстро вперед по скрипучиму полу. Тут только глухой может не услышать как я сбегаю и толкаю дверь своим плечом. Сердце билось быстро как в уличных гонках, меня трясло как внутренне так и внешне. Мои ноги несли меня по сухой траве, огибая старые машины которые годятся в утиль. Резко захотелось в туалет. Это было из-за нервов которые взрывали мою голову. Деревья, кусты, шум листвы на ветру, тупые белки на деревьях, тупая грязь под ногами, тупой я. Я это признаю. Я сделал может быть хуже сам себе. Но как попасть в семью Винчестеров? Быть ебанутыми как они, делать все что противоречит нормальному. По этому я бегу дальше в лес, слыша лишь свое сердце в ушах и мой топор который отдавался пульсацией в моих связанных руках. За мной кто-то бежит? Я не знаю. Я не слышу. Оборачиваться страшно. Я наверное описаюсь от страха если увижу позади себя лицо Дина который бежит за мной. Представляя это, я еще быстрее передвигают ногами по мокрой земле. Тут болото, много мха и уже меньше кустов, значит я глубоко в лесу, там где не ловит связь и где мое мертвое тело не найдут. — Джон, я придурок. Я… Я конченный идиот… Джон… Я повторял имя мужчины как мантру, как будто он был моим отцом и мог дать свой гневный комментарий по этому поводу. Но Джон молчал, я его не видел и не слышал. Я умер на том моменте когда споткнулся о кору дерева и упал на землю которая хлюпнула под моим телом. Только сейчас я начал слышать как я тяжело дышал, как лошадь после бега, как паровоз что выдувает свой дым из трубы. Я лежал на груди, а запах мха был приятный в носу несмотря на ситуацию. Я сжал зубы и задержал дыхание. БАМ. БАМ. БАМ. Стучало мое сердце в груди и больше ничего. Тишина в лесу кроме ветра. Никто не приближался ко мне, никто не кричал вдалеке. Слеза скатилась с моего правого глаза. Эта была тишина и свобода? Вряд ли. Причиной этому были мои смешанные чувства. Я уебок? Да, потому что сбежал. Я умный? Нет, потому что сбежал. Я в опасности? Я в жопе! Но зато свободный от чужих взглядов. Мне за это точно руку не пожмет Джон, скорее даст подзатыльник. Перевернувшись на спину, веревки намокли на моих запястьях и удивительно могли свободнее двигаться. Эти веревки растянулись из-за активных действий, а еще они мокрые, что давало свободу тому чтобы двигать запястьями более свободно и попытаться их снять. Повернувшись на бок, я начал дергать руками, постепенно наращивая темп. Каждый рывок был больнее но моя ладонь начинала выскальзывать из захвата. Пару минут таких действий и наконец-то руки свободны. Плевать что веревка все еще обвита вокруг второго запястья, но я наконец смог выгнуть плечи свободно в другую сторону. Первым делом я обнял себя за туловище. Боже. Это было хорошо. Мокро и грязно от земли, но хорошо. Прибывая в таком состоянии я все еще слушал окружение леса. Тишина и ветер. Нет Сэма, нет Дина, нет Бобби, нет Джона… Хотя этого мужчину хотелось увидеть сейчас или услышать. Не знаю почему, просто хочу его мнение, его слов. Нельзя было лежать так долго в мокром мху, я мог заболеть или меня кто-нибудь найдет тут. Я встал медленно, не спеша, пытаясь привыкнуть двигать руками перед своим лицом и телом. Выпрямляясь, осматриваюсь по сторонам. Глухой лес был везде. Ровные и кривые деревья, мох, грязь, вода, тупые белки. Я даже не помнил откуда бежал, мох был везде ровный и не оставлял видимых отпечатков моей обуви. Взглянув на небо, оно было чистым, солнце светило с левой стороны, давольно высоко. Опустив взгляд обратно вперед, я решил идти по тому пути в какую сторону сейчас смотрит мое тело. Сейчас шаги были более скованными, не было адреналина в крови, было как-то пусто в теле, ничего меня не питало к достижению цели. Цель? Она у меня вообще есть? Вернуться куда? У меня нет дома, у меня нет машины, у меня нет друзей, у меня нет ничего. С каждым шагом по хлюпающему мху и редкой траве, мной начала одолевать усталость и нерешимость к следующим действиям. У меня уже нет цели. Это так прискорбно звучит в моей голове что я расстроился. Вроде бы я свободен, но с другой стороны мне плохо. Мне так плохо… Мне так… — … плохо! Ты никогда не понимал. — Я учу тебя не быть тряпкой. Тебя и твоего брата. — Но я не хочу убивать его. Почему ты не понимаешь? — Потому что ты сделаешь все ради того чтобы ты и твои близкие не были голодными, чтобы они были за твоей спиной, а не направляли на тебя оружие… Это часть твоей жизни, Дин. — Но… — Поднимай ружье и целься как я тебя учил. Оглушающий выстрел заглушил другие звуки в моих ушах. Это было так не приятно, так громко и больно, что я оперся рукой на ствол дерева. Опять эти ведения или воспоминания. Плевать что это. Это опять происходит. Краски леса изменились плавно, стали ярче, искусственно яркие цвета как в фотошопе. Такой неприятный искусственный мир воспоминаний. Дин стоит неуверенно, но держит тяжелое ружье в своих руках ровно. Боже. Он тут маленький, а уже держит оружие в руках. Рядом с ним стоит Джон, он почти не изменился, он выглядел таким же как в прошлом воспоминании в доме. Мои глаза были направлены на них, я примерно в десяти метрах от них. Джон поднимает руку и что-то говорит мальчику, я уже не слышу, звуки пропали. Его палец ровно показывает в мою сторону. Я нахмуриваюсь когда Дин пытается целится. Он стреляет. Я с писком отпрыгиваю в сторону. Пуля попала рядом со мной, куда-то в землю. Ох черт. Дуло ружья следит за мной как будто Дин видит меня, видит меня как цель. Я начинаю двигаться рядом с деревьями, то ближе к ним, до дальше от них. Каждый выстрел был ближе к мои ногам или к голове. Это страшно. Очень страшно. Мое тело испуганно дергаться назад когда пуля попала спереди меня в трухлявое дерево. Я зажмуриваю глаза. БАХ. Звук был громким и неприятным. Что-то рядом свалилось, издавая рваные зыки. Я открываю глаза. Это олень. Средний по размерам олень который умер от попадания пули в голову. Я со страхом поворачиваю голову и вижу как Джон лишь тихо хлопает один раз по плечу мальчика. Дин опускает оружие и с видным выдохом берет нож который ему протягивает его отец и начинает идти. Я злюсь и мне страшно. Это какая-то игра? Я начинаю спешно подходить ближе. Дин проходит мимо меня, он меня не видит, а вот Джон, сукин сын, видит меня и смотрит на меня. — Это что, блять, сейчас было?! — я взрываюсь как бомба, меня рвет на части. Лицо Джона темное, плохое и недовольное, оно до этого тоже было таким. Когда я останавливаюсь перед ним, только три прямых шага было между нами. Сощуренные глаза мужчины смотрят на меня с очевидным призрением и даже ненавистью. — Да ну… Джон, ты же знал что я не смогу поладить с твоей семьей. Ты у меня частично в голове! — я выкрикнул и взмахнул руками. — Это человеческий фактор! Я человек и боюсь твоих сыновей! — я сглотнул сухость во рту и было чертовски неприятно это признавать. — Ты думаешь что сбежать из дома было правильным решением. — Джон не спрашивал, он говорил прямо. Он сделал шаг вперед. — Ты повел себя как придурок. Я говорил что им можно доверять. А сейчас… Знаешь что сейчас? Джон резко дотянулся до моей одежды и сжал ее в кулаке, притягивая близко. Честно? Мне страшно опять. Их семья на меня влияет совершенно рандомно. Я могу злится, но потом бояться до дрожи в руках. Я не сопротивлялся, лишь схватил запястье Джона чтобы не упасть от такого рывка вперед. — Сейчас они точно будут считать тебя лишним грузом, сумасшедшим придурком, а еще хуже, одержимым. — Джон говорил сквозь зубы, смотря в мои по детски широко открытые глаза. — Они найдут еще причины тебе не доверять или убить тебя. Ты этого хотел добиться? Мои губы дрогнули. Конечно. Что я мог ожидать? Похвалы? Простой удар? Нет. Джон давил морально и душевно. Он не бил или кричал, он говорил правду. Это самое худшее. Он прав, а я сделал ошибку. — Твое молчание для меня лишь правда что ты тупой. Но твои глаза говорят мне что может быть ты понимаешь свою ошибку. — Джон меня не отпускал, а я не старался шевелится. — Я все еще тебе доверяю, я пытаюсь тебе помочь, а ты этот шанс рушишь своими действиями. — Мне жаль. — я хрипло ответил, понимая что я не прав во всех своих действиях. — Мои воспоминания в твоей голове сжирают твою голову, заменяют твою личность. Я чувствовал как Дин и Сэм были напряжены, как были напуганы. — Джон ослабил хватку на моей одежде но не отпускал меня, так же смотря в мои глаза. Я удивился. Оба брата боялись? Это было что-то новое. Джон нахмурился сильнее. — Я не хочу чтобы они видели меня в тебе и так же я не хочу чтобы мои воспоминания поглотили твои воспоминания. В итоге от тебя останется ничего, а старый я, буду в твоем теле. Мысль о том что старый Джон из воспоминаний займет мое тело и будет делать что хочет, а я исчезну навсегда из своего же тела, на самом деле ужасала. Меня в общем пугала эта вся ситуация, как будто страшный сон приснился и я не могу выбраться из него. Моя рука опустилась с запястья мужчины и тело в общем было слабым. — Я полагаю что не смогу ничего изменить? — мой голос был тихим и неуверенным. Я понимал что вариантов я не имею на выбор. — Они мне не верят. Джон фыркнул. Он знал свою семью больше чем я, так что мог опровергнуть все мои слова. — Они могли поверить если бы ты не сбежал. Может быть Сэм поймет тебя через силу, а вот Дин и Бобби уже вряд ли будут верить тебе просто на словах. У тебя в голове столько разного говна что ты сам запутался и этим самым лишил себя помощи. Джон отпускает меня так же резко и делает шаг назад. Я точно уже ничего говорить не буду, я проебался и сам это понимал. Но Джон не исчезал, смотрит на меня так же хмуро, но менее недовольно. Я оглядываюсь на мальчика вдалеке. Дин возится с оленем, как будто заезженная пленка в одном движении поднимает нож, а потом происходит отмотка времени и он снова садиться рядом с оленем и поднимает нож. Значит воспоминания останавливаются и заедают на одном моменте когда Джон разговаривает по мной. Я чувствую руку на своем плече и поворачиваю голову. Джон тоже глядел на Дина, сдержанно, не хотя показывать эмоций. — Послушай меня, парень. Последний шанс исправить ситуацию у тебя есть. — начал говорить мужчина более низким голосом. Его глаза снова встретились с моими. — Но если ты опять просрешь этот шанс, я уже помогать не буду. Как я сказал, я доверяю тебе и мое доверие стоит дорогого, так что слушай меня внимательно, второй раз повторять не буду. Я кивнул с легкой задержкой, думая что скорее всего второй шанс будет тоже провальным. Так было всегда, даже в моей работе поганым воришкой второй шанс исправить ситуацию не помогал. Это не игра, не фильм и не книжная история, где главные герои первый раз делают ошибку, а на второй раз побеждают всех и вся, это слишком ванильно, на то это и выдуманные истории и снятые сценарии. — Одна охотница. Бетани. — начал Джон после моего кивка. — Она живет рядом с Су-Фолс, в Хартфорде. Ее мама моя старая знакомая. Не знаю какая у них ситуация сейчас, но Бетани и ее мать Розали помогут тебе найти корни грибов Дормау. Это малая часть которая нужна для ритуала. — Ритуал? — я поднял брови и сразу нахмурился. Ну да, я же не думал что выпью волшебное зелье или кто-то похлопает в ладоши чтобы из меня исчезла проблема. Я видел что Джон не собирался объяснять, это было видно по его напряженной линии челюсти от моих слов. — Ладно, ладно. Значит мне нужно к этой семье… но ты думаешь что они просто так меня впустят? — Конечно они могут начать тебя допрашивать и подумать что ты какой-то странный для них, но если ты сделаешь как я тебе говорю, а не будешь думать своей тупой головой, тогда они возможно тебе помогут. — Джон отпустил мое плечо когда на моем лице появилось кислое выражение лица от слов мужчины. — Скажешь Розали что за глаз ведьмы она так и не смогла выстрелить из лука в банку пива и все еще должна мне. Я выгнул бровь и не понял сначала о чем говорит Джон. Но постепенно понимал что скорее всего эта ситуация с глазом ведьмы и стрельбе из лука связанна только с ними двумя, только они знают эту ситуацию. Логично подумать что если я скажу это Розали, она поймет, может быть, я надеялся на это. Джон видел мое медленное осознание и отошел на два шага назад. — Их дом на территории леса с номером 2677. Ты найдешь его если будешь идти по дороге из красного кирпича и мха. Это последнее что Джон мне сказал перед тем как исчезнуть, просто раствориться в этом ненормально ярком лесу. Краски леса чернели, становились реальными, темными и грязные. Я моргнул от неожиданной сухости в глазах. Лес стал самим собой, тот который был точно неприятен мне. Я глубоко вздохнул и выдохнул, начиная теперь идти в сторону солнца, надеясь выбраться из этой глуши. Я прислушивался напряженно, слышал хруст веток которые случайно падали на землю, звук земли под ногами и еле слышный звук машин. Участки где росли деревья, где не слышно других людей, тут были редкими и не большими, так как рядом был город и так же дальше от города отстроенные дома тех кто хотел иметь иллюзию того что он живет не в городе, а среди дикой природы. Дорогу я нашел не так быстро, но приятен тот факт что хотя бы нашел ее. Конечно же телефона, бумажника и хотя бы какой-то мелочи в моих карманах не было. Я может быть благодарен за то что эта семейка оставила меня в живых, но отбирать у меня все было как-то обидно. Теперь я не знаю как буду добираться до Хартфорда так как денег у меня нет. Я шел вдоль дороги, куда ехали редкие машины и задумался о том что похоже придется использовать свои ловкие пальцы. Да, воровать. Я прикусил слегка кончик языка и нахмурился. Хотел я оставить воровство в прошлом, но тут не было выхода, я не работаю, у меня все отобрали и я выгляжу точно как воришка который живет возле мусорки с крысами. Я опустил взгляд на свою одежду и не прекращая идти, начал отряхиваться от уже засохшей на моих штанах сухой травы и кусочков листвы. Как вдруг я услышал звук медленно притормаживающую машину позади себя. Мои руки замерли на ткани своих джинсов, остановился, а сердце усилило свой стук. Боже, пожалуйста, надеюсь это не та развалюха, не моя смерть. Я выпрямился когда я увидел черную морду машины. Я выдохнул так как будто меня окунули в холодное озеро. Это был джип, черный лакированный джип, а за рулем девушка в солнцезащитных очках. Стекло окна на посажирском сидении рядом с ней было опущено когда она полностью остановила машину. — Эй, ты в норме? Это первое что я услышал когда глядел на нее. Ее волосы коричневые, а когда она опустила солнечные очки ниже, ее глаза карие. Ее голос слегка грубый. Из машины пахло сигаретами. Не удивительно что у нее грубый голос, на вид ей тридцать или сорок лет, наверное долго прожила свою жизнь закуривая очередную сигарету утром на веранде, попивая горячий кофе. — Здравствуйте. Да, я в порядке, просто заблудился. — я ответил не так быстро потому что рассматривал ее лицо. Я не подходил близко к машине так как она может подумать что я очередной грабитель, хотя так почти и было, который может залезть к ней в машину, убить не и украсть саму машину. Таких людей в Штатах полно, но делают это ночью чтобы было меньше свидетелей и так гораздо страшнее. — Заблудился? Давно ты по этой дороге идешь? — она расспрашивала так как будто мы друзья и давно не виделись, но она спрашивала для своей же безопасности потому что скорее всего хотела меня подвести. — Наверное двадцать минут. У меня нет телефона с собой, не знаю сколько времени был тут. — я ответил как можно спокойнее, но с легкими нервными нотаками, давая понять что я вроде в норме, а вроде хочу быстрее выбраться от сюда. Я знал что будут вопросов больше и видел что она приоткрыла свои губы чтобы спросить, так что я ее опередил. — Дом моей девушки рядом с этим лесом. Я решил пойти прогуляться потому что поругался с ней, чтобы она остыла и я тоже. Как вы понимаете я не знаю этот лес и… да, я потерялся и надеюсь иду правильной дорогой. Я врал как последний ублюдок но особо выбора нету, а правду говорить, как даже тупой понимает, я не могу. Врать не преступление, но то что у меня было в голове это уже преступление и мне было жалко эту женщину за то, что она, надеюсь, сможет меня подвести до города. Пока я молчал, женщина думала, осматривала меня, мои грязные колени и руки, а потом она увидела веревку. Черт. Веревка на моей второй руке все еще висела, я ее не снимал, забыл… Черт. — Мы поссорились во время секса. — Я покраснел слегка от своих же слов. — Я не… Я не спрашивала, чувак. Но думаю что тебя могут понять не правильно, как я сейчас о тебе думаю. — она прокашлялась и потянулась вперед, открывая дверь на пассажирское место. — Садись, бедолага. Но учти, у меня пистолет рядом с сидением. Я судорожно выдохнул и медленно сел в машину, закрывая дверь за собой. Я выдвинул руки так чтобы они лежали на моих коленях, понимая что напрягаю женщину. — Спасибо большое. Мне жаль что выгляжу так, но я очень вам благодарен. Я не буду шевелиться, обещаю. Она лишь кивнула на мои слова и начала ехать прямо по дороге. Я ощущал ее косые взгляды в мою сторону, а я, как студент, сидел прямо с руками на коленях, боясь что сделаю что-то не так. Все же я делаю это все для того, чтобы она мне хотя бы немного доверяла, хотя бы она единственная. Но огорчение придет позже когда я начну действовать, будет грубо и неприятно. Очень странные мысли заполняли мою голову. Мы подъезжали почти к городу, я видел знаки на дорогах и быстро осматривал периметр спереди. Ага, там дальше был пустой дом без машины. Там нужно будет остановиться дальше от дороги чтобы не было свидетелей. — Вот. Вот этот дом. — Я указал пальцем на дом с серой крышей. Выглядит он плохо, давно кто-то ремонт тут не делал, но надеюсь она не заподозрит ничего. Женщина заторможенно кивнула когда осматривала дом и заехала на территорию которая не огорожена забором. Машина остановилась сбоку дома, потому что тут была легкая горка с которой мы съехали, она бы не смогла остановить машина на спуске и выехать нормально обратно. — У твоей девушки давольно старый дом. Но я даже не дал ей продолжить следующие слова, как схватил ее за волосы и начал бить ее головой об руль. Я мразь. Все что звучало у меня в голове когда из ее носа пошла кровь, а ее сопротивления остановились. Я отдернул руки от ее волос и схватился за свои. Нужно было успокоиться, просто успокоиться. Я какой-то ненормальный в последнее время, идеи, чувства, мне даже ее в тот момент не было жалко. Я закрыл глаза и глубоко вдохнул. Да уж, не удивительно почему я такой странный, всегда был странным с появлением Джона внутри себя, вернее его старой версии. Я глянул на женщину и сжал зубы от того как ее волосы закрывали ее лицо, кровь из носа капала медленно ей на колени, когда ее лоб упирался в руль. — Я даже не знаю твоего имени. Прости меня. Не было смысла говорить этого, все равно ничего уже не исправить. Вор, мразь и бью невинных женщин. По голове меня не погладят за это в аду. Я начал делать ту работу к которой привык. Воровал. Залез в бардачек, в ее карманы, в ее карманы джинс и осмотрел салон машины. Теперь у меня был бумажник, телефон и нож. Нож я нашел в бардачке, обычный складной ножик. Я отрезал веревку со своего запястья и даже не заботясь оставил валяться ее на полу машины. Я вышел из машины, захлопнул дверь за собой. Мои руки потерли свое лицо от сбитых мыслей, одна каша в голове которую не могу понять. Не понимал что со мной. Так… приятно? Тупые мысли, нужно от них избавится. Я покачал головой и пошел через тропинку в лесу к городу который был не так далеко. В городе как всегда люди, машины и очередная болтовня. Раздражало это. Я вытащил бумажник, там были фото, документы и деньги. Денег было достаточно чтобы я доехал до Хартфорда и купил себе еды. Когда группа мужчин прошла мимо меня, я вытащил всю наличку и выкинул в мусорный контейнер белый кошелек, он мне не нужен, как и документы или банковские карты. Даже если кто-то надет его, например полиция, то отпечатков не будет, я давно стер свои пальцы наждачкой и делал это регулярно, все же я не просто мелкий воришка. Стирал я кожу на пальцах часто, раз в три месяца, так же делала и моя умершая коллега. Как ее зовут? Я остановился когда зашел в магазин и опустил взгляд. Я забыл как зовут ту девушку с которой я работал. Почему? Я не могу вспомнить ее имени. Я нахмурился и пытался вспомнить, но имя не выскакивало в воспоминаниях которые очень туго шли в моей голове. Черт, я начал все забывать. Как Джон говорил, я начну забывать свое, а чужое начнет заполнять мою голову. Этот период был новым и на самом деле пугал внутренне. Тут я ничего уже не сделаю. Пробыв в магазине меньше двух минут, я вышел с бутылкой воды и с сэндвичем, ничего другого я брать не хотел. Подходя к ближайшей скамейке, я присел и открыл прозрачную коробочку, доставая половину сэндвича. Второй рукой вытащил телефон с фиолетовым чехлом и конечно же на нем не было пароля. Все пока шло хорошо. Я сбросил телефон до заводских настроек чтобы он был чистым, отключил геолокацию и начал шерстить карты, отслеживая путь автобусов до того места который мне нужен. Я нашел правильную остановку, стоимость билета и видел что автобус приедет через десять минут. Я жевал еду, запивал водой и чувствовал что все же что-то не так, не ощущаю я каких-то чувств сейчас. Слишком спокойно, слишком апатично и непривычно. — Джон, что со мной? Это ты так себя чувствуешь? — мой тихий вопрос остается без ответа как всегда. Я и не надеялся. После нескольких быстрых минут поедания давольно обычной еды, я выбросил пустую упаковку в мусор и схватил только бутылку воды когда шел на остановку. Автобус приехал вовремя, так что я оплатил, занял свое место и наконец-то закрыл глаза. Последняя остановка была Хартфорд, так что если усну то меня разбудят. Ехать тридцать минут, но если будут пробки, то целый час будем ехать. Автобус тронулся и я наконец-то расслабился под звуки тихого бубнежа и мотора автобуса.