Я плохая — Ты хороший

***

      

— У «Королей» — новый тренер. Максим Стрельцов…

      Юлию Макееву прошибло холодным потом. Вдох-выдох.       — Серёженьке, значит, можно до Тебя дотрагиваться?!       У Стрельцова глаза — холод арктического айсберга. И перекошенное гневом лицо. Юля неуютно дёргает хрупкими плечами, пытаясь вырвать тонкое запястье из цепкой хватки. Крупные мурашки опаляют обнажённые плечи и ползут по позвоночному столбу под тонкой тканью нарядного платья.       — Макс… Отпусти! — Девушка глухо сглатывает душный ресторанный воздух, пытаясь оттолкнуть прочь крепкую фигуру. — Перестань, пожалуйста…       — Нет уж, Милая. — Обманчиво мягко протянул парень, наклонившись критически близко. — Я не позволю делать из Себя идиота. — Холодная ладонь непрошено скользит по тонкой талии, вжимая в стену без сожаления. — Слушай меня! — Очень громко. Больно очень.       — Максим, не кричи… Я не глухая… — Девушка прикусывает губы изнутри и сглатывает вязкий ком в горле.       — Так и Я — не слепой. — Глухо рычит хоккеист, притянув Юлю ещё ближе. Плевать и на новое платье и на дикую дрожь в голосе. — И никто не слепой! Вся команда смотрит, как Ты с Ним обжимаешься в центре зала!       — Хватит… Мне больно…       В праздничной атмосфере Нового Года динамичный танец — явление вполне себе обычное. Особенно, когда вокруг куча народу. Вот только Максим, очевидно, считает иначе.       Она знает: возражения и оправдания раздражают Максима до играющих желваков и зубного скрежета. Лучше просто зажмуриться и перетерпеть. Переждать. Вспышка гнева скоро сменится виноватым лицом и вполне убедительными обещаниями.       — Потерпишь. Я весь вечер терпел ваше милое щебетание.

***

      — Юлия Борисовна!       — Максим Эдуардович, какая встреча!       — Издеваешься?! — Глухое эхо вдребезги о возмущенный рык. Женщина инстинктивно отступила на полшага назад, дабы не угодить в непрошеные объятия.       — Зачем? — Выдавила из себя сквозь вязкое раздражение. — Стрельцов, какого чёрта Ты опять устроил?! Поединок идиотский… — Злость туманила перед глазами. — Мало Тебе, что Ты с Сергеем тогда сделал?       — Антипова, а у Тебя с совестью в порядке всё? — Усмешка скривила губы. — Ты скрыла от Меня моего сына, а теперь стоишь и о Серёженьке своём страдаешь… — Цепкие пальцы схватили хрупкие плечи.       — Антон — не твой сын. — Юлия сглотнула тошнотворный ком и отвела взгляд в сторону.       — А чей же, м? — встряхнул, заставляя распахнуть взгляд. — Врать нехорошо, Юлька…       — Макс, оставь Меня! — Нетерпеливо выпалила шатенка, оттолкнув Стрельцова. — Мой сын не имеет к Тебе никакого отношения. И лучше бы Тебе даже не мечтать в Его сторону.       Врала, как дышала. За столько лет научилась же. Не могло же у Юльки тогда никого быть… Разве что только… Тогда бы Антон наверняка носил фамилию главного тренера «Медведей».       — На льду Его видел только что… — Максим мечтательно закатил глаза. Внутри — немыслимо тепло. — Первоклассный хоккеист. Быстрый, чёткий, жёсткий. Будущий «Русский костолом…»       — Замолчи! — Звонкая пощёчина.

Выдох...

***