Meeting With The Reality Of Being

Эми лежала в постели, читая очередной журнал, который она попросила купить недавно Джека. На удивление, жизнь как будто начала наконец улучшаться. Проблем с Оптимусом нет, крутые друзья, больше каких-то возможностей, не смотря на то, что Джаспер по сравнению с Лондоном коротышка, а не город. Личность девушки изменилась в лучшую сторону за этот год, возможно совсем чуть больше. На несколько дней. Может, это так влияет новый цвет волос? — Дорогая, я войду? — Джун улыбнулась и вежливо постучав, вошла в комнату. — Да, конечно. — Знаешь, дорогая, — начала миссис Дарби. — Ты уже довольно долго часть нашей семьи. Ты стала нам с Джеком очень дорога. В твой день рождения, полгода назад мне показалось, что ты моя настоящая дочь. Что я рожала тебя. Как будто у меня есть настоящая семья. И мой муж не умер. Все живы. Ты и Джек лучшие брат с сестрой в мире… Ах, Эми, Эми! Я очень и очень привязалась к тебе. В дверях стоял Джек. Он улыбался. А на щеках брюнетки снова проступили слёзы. И наконец, слёзы радости. Сон. Неизвестная часть натуры человека. Никто не знает их подноготную, происхождение и смысл. Кто-то не видит их годами, а кто-то каждый день и переживает поэтому поводу, и наоборот. Эми долго ворочалась во сне, страдая от боли в сердце. Невыносимой. Ну вот, только жизнь наладилась, как случайно сердце стало биться чаще. Не из-за каких-то проблем любовных, от которых наша героиня отвыкла. В отличии от родного города, здесь и правда довольно мало каких-то парней-экстремалов на байках или идиотов в узких джинсах на низкой посадке из женского отдела. Резко все мысли собрались в кучу и наконец-то сомкнулись. Сердце остановилось. Данные чувство описать трудно. Жизнь снова проносится перед глазами. Вся. И новая, и старая подряд.

***

— Эми! Эми! Она жива! Она очнулась! Дочь, ты слышишь меня? — лицо женщины с белокурыми окрашенными прядями, переходящими в золото, а точнее желтизну сквозь потрёпанный макияж благодаря слезам нависало над нашей героиней. — Эми! Доченька! — черноволосый мужчина с бледной кожей вскочил со стула как ошпаренный и схватил голубоглазое лицо в свои руки, поглаживая тощие скулы большими пальцами и прожигая их своей гетерохромией. — Эми! — маленький мальчик прыгнул на кровать рядом с телом брюнетки. — Мама… Папа… Стеф… — голос был томным и тихим, но пока что какие-то слова вылетали из горла. — Где я?.. И что со мной?.. — Ты была в коме. Мы отчаялись и думали, что скоро ты покинешь наш мир. Но врачи… Врачи молодцы! Мы больше никогда не будем оскорблять нашу медицину! Ты жива и здорова, ибо тебя буквально собирали по крупицам с пола. А Кит и Кристофер откупились от полиции. Не знаю, где нашли деньги, скорее всего украли у мистера Шпиро, но очень сильно виноваты перед тобой. И чувствуя эту вину, посещали тебя каждый день. Дролл даже за руку держал! — Правда, мама? Это были Кит и мистер Уокер? — Да, это они. Доченька, как ты себя чувствуешь? Тело не болит? — Нет, папа. Вроде ничего не болит, как будто я просто спала. — клиническая смерть, иронично с языка Эми. В палату ворвался рыжий хулиган. — Прости, прости, прости меня, и Уокера тоже! Он проспал. За это также извини. Мы не увидели тебя на дороге тогда! — чудоковатый парень упал на колени перед своей любимицей и держал за хрупкую ладонь. — Да ладно вам всем, самое главное, что я наконец тут, а не в Джаспере… — Эми закатила глаза и хихикнула. — Что? — вся компания в накинутых халатах на плечи спросила хором и приподняла по брови.