Our next summer

      На краю крыши стоит Чанбин и смотрит на восход. 5:00. 30 секунд. Потом он прыгает. Истошный крик Чана наверное разбудил весь дом.       После смерти Чанбина прошёл почти год. У Чана часто спрашивали как он. А парень не знал, что ответить.       Первый месяц прошёл как в тумане. Из головы Криса никак не выходила картинка Чанбин на крыше: восход, край крыши, Чанбин… Секунда, и его там уже нет. Ещё одна, и Чан истошно кричит.       Когда Бан сбежал вниз по лестнице, кто-то из прохожих уже вызвал скорую и полицию. Чан сидел возле безжизненного тела своего парня около получаса. Что было потом Крис помнил смутно: больница, участок, дом, похороны…       Чан пришёл в себя только через месяц после смерти Чанбина, когда пришёл к нему на кладбище. Именно тогда Бан осознал, что вся его жизнь имела смысл только в младшем. Сейчас его не было, и парень не знал, что ему делать; есть ли смысл что-либо делать без него?       Кристофер стал больше времени уделять учёбе, тренировкам и музыке. Это помогало не думать о том, что это он виноват в смерти Бина. Не дай своему мозгу убить себя. Хорошая фраза, Со Чанбин. Чан очень старается, чтобы его мозг не убил его. Получается не всегда.       Крис каждый месяц приходит на могилу Чанбина. Он смог собрать всю коллекцию погод, которые только могут быть. Чан приходил в октябрьский ливень и июльский зной, в августовскую грозу и февральскую метель, в майский лёгкий дождик и сентябрьский листопад, в июньский град и январский мороз, в мартовскую капель и ноябрьский гололёд, в декабрьский снегопад и апрельское солнце. Чан собрал всю коллекцию двенадцати месяцев. Парень просто приходил и молча плакал там, где сейчас лежал его возлюбленный.       Без Чанбина жизнь не имела таких ярких красок. Крис пытался отпустить его, но быстро понял, что любит слишком сильно, чтобы забыть.       «Ты был прав, Бин~и. Это было наше последнее лето», — думает Крис, когда проходит в парке мимо их любимой полянки. Там сейчас сидят какие-то парень и девушка. Они что-то обсуждают, весело смеясь. От них веет любовью. Чан грустно улыбается, глядя на молодую парочку.       — Уже почти год прошёл, тебе пора его отпустить, Крис, — говорит Минхо, друг Чана, поглаживая старшего по плечу. Бан с ним согласен: ему уже пора отпустить Чанбина и перестать по нему страдать. Но что сделать Чану, если у него это выходит совсем из рук вон плохо?       — Я не могу, Минхо… Каждую ночь, когда я засыпаю, мне снится один и тот же сон — тот самый день… Я просто не могу его забыть, — Чан потирает переносицу и прикрывает глаза. Минхо лишь поджимает губы.       Чан не знает что ему делать, он живёт по инерции, той энергией, которой его когда-то подзаряжал Чанбин. Минхо прав, уже почти год прошёл. С этим надо что-то делать, вот только что?

***

      Завтра ровно год, как Чанбин совершил самоубийство. Он просто спрыгнул с крыши, а Чан не успел его удержать. Сегодня за целый день Крис так сильно устал, что у него просто нет ни на что сил, поэтому парень ложится спать, как только приходит домой. Он быстро принимает душ, выпивает стакан воды и ложится в кровать. С того дня у него появилась одна маленькая привычка: он всегда спит в той футболке младшего, что случайно надел в то утро.       Все вещи Чанбина хранятся на отдельной полочке в шкафу, а на холодильнике так и висит записка с обещанием приготовить печенье. Чан проходит мимо неё, отмечая про себя, что им теперь это никогда не удастся сделать.       Парень ложится в кровать, прокручивая в памяти события годичной давности. Крис вспоминает, как Бин пришёл к нему после ссоры с матерью, как он его потом отпаивал чаем и успокаивал в своих объятьях; как Чанбин спал рядом с ним, в его футболке, что на несколько размеров больше, прижимаясь к старшему в поисках защиты и безопасности.       Чан засыпает с мыслью, что всё бы отдал лишь за то, чтобы спасти Чанбина.

***

      Крис просыпается гораздо раньше обычного. Он зачем-то проводит рукой по кровати. Там никого нет, но… Постель рядом с парнем ещё тёплая. Чан сонно тянется к своему телефону и смотрит время. 4:52. Тут Бан понимает, что на нём нет футболки Бина, хотя он точно ложился спать в ней. Парень ничего не понимает. Он, на всякий случай, смотрит на дату. 27 октября. Всё так, как и должно быть, но что-то не так. Чан внимательнее смотрит на число и понимает — в дате указан прошлый год. Разве такое может быть? Или это Вселенная решила сжалиться над парнем и дать ему шанс всё исправить?       Чан быстро встаёт и идёт на кухню. На холодильнике он видит ответ на свою записку и ещё один листок. Парень начинает с записки. «Мы ещё обязательно встретимся и приготовим вместе что-нибудь вкусное». Холодок волнения и страха пробежали по спине Бана. О нет, он слишком хорошо знает, что будет дальше.       Старший берёт листок и быстро идёт в комнату. Он наспех надевает первую попавшуюся футболку. Чанбина. Ту самую.       Он бежит на крышу, только в этот раз не читая письмо. Предсмертную записку. Он знает, что там написано. Чан уже выучил её наизусть. Добравшись до крыши, Чан скорее забегает туда.       На краю крыши стоит Чанбин и смотрит на восход. 5:00. Крис, не теряя ни минуты, подбегает к младшему и крепко обнимает его. Он не даст ему прыгнуть второй раз.       — Пожалуйста, Бин~и, не делай этого… — Чан утягивает парня на себя и разворачивает его лицом к себе. Боже, как он по нему соскучился. Чанбин смотрит потерянно и отрешённо, но это только первые несколько секунд. Потом его взгляд немного оживляется.       — Чан~и… — тянет парень.       — Пожалуйста, только не делай этого… — на глазах Чана наворачиваются слёзы. Парень падает на колени перед Со и утыкается носом тому куда-то в живот. — Пожалуйста, Чанбин~и, не прыгай… Я не смогу жить без тебя… — старший уже откровенно рыдает.       Чанбин приходит в себя. Он хотел совершить суицид. Со медленно опускается вниз, словно на него давит вся тяжесть осознания своего поступка. Чан поднимает на него своё заплаканное лицо, неуверенно протягивая руку к щеке. Чанбин прикрывает глаза и чувствует прикосновение родной ладони.       Парень снова смотрит на Чана. И тянется к его щекам, чтобы стереть с них солёные дорожки, как старший делал это сегодня ночью.       — Я не прыгну, обещаю тебе, Чан~и-хён, — младший притягивает Бана ближе к себе для объятий, крепко стискивая его бока. Крис прижимается как можно сильнее, вдыхая такой родной, но уже немного забытый запах Чанбина, и чувствуя его родное тепло. Он так давно об этом мечтал.       Чан не опоздал. Он успел вовремя. Ему хватило той самой минуты, чтобы удержать своего любимого. Ему хватило четырех лет нескольких секунд, чтобы спасти своего парня и смысл жизни.       Парни сидят на крыше ещё какое-то время, прежде чем замёрзнуть и вернуться в квартиру. Там они забираются под тёплое одеяло, и Чан снова крепко обнимает Чанбина со спины, боясь его потерять. Минут через пять младший разворачивается в объятьях Криса, и утыкается ему в шею. Чан обнимает его ещё крепче. Он боится, что когда проснётся утром, этого ничего не будет. Будет только футболка Чанбина да его предсмертная записка.       Когда Бан через несколько часов открывает глаза, Чанбин всё ещё спит в его объятьях, мерно дыша и забавно дёргая носиком. Чан улыбается, понимая, что это всё не сон. «Ты был не прав, Бин~и. Это было наше не последнее лето. У нас ещё будет следующее лето», — думает Крис, крепче обнимая Чанбина и снова проваливаясь в сон.       — Мы обязательно приготовим вместе твоё любимое печенье, — шепчет в полусонном состояние старший.       Судьба дала им второй шанс, чтобы всё исправить и испечь вместе любимое печенье младшего.