Флэш Рояль

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ КАЦЕМ МАКСИМОМ ЕВГЕНЬЕВИЧЕМ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА КАЦА МАКСИМА ЕВГЕНЬЕВИЧА, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ 18+

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ВАРЛАМОВЫМ ИЛЬЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧЕМ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ВАРЛАМОВА ИЛЬИ АЛЕКСАНДРОВИЧА, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ 18+

***

      На дворе — самый сладостный из всех дней в году. Может, самый лучший в вашей жизни. Первый день настоящей весны, начало апреля. Всё уже растаяло и только-только начинает расцветать. За холодную осень и суровую зиму уже начинаешь забывать, насколько яркой может быть трава: зелёная, свежая. Только что пробившаяся из-под слоя увядшей и желтой. Солнце мягко ложится на кожу, давая ей снова вздохнуть. Никакого холодного ветра и острого снега, стелящего глаза. Весна — период, когда в сердцах всех, включая стариков, будто играет новая жизнь.       Пританцовывая, с парой наушников, у одного из которых потерялся амбушюр ещё в начале года, рыжий и кучерявый студент спешит на пару. Как-то по-своему спешит, но идти он туда явно очень хочет. Никаких погодных препятствий, разве что побитая временем плитка, о которую не дай бог запнешься. Илья радуется каждой минуте этого дня, вдыхая самый настоящий весенний воздух. Свежий и чистый, не холодный. Зима выдалась довольно противной.       Варламов, полностью довольный этим днём, задумал коварный план. Спить своего лучшего друга, дабы отметить столь знаменательное событие. Через три месяца кончается 2-й курс, вот и каникулы рядом. Конечно, кто вообще будет бухать во вторник? Но Илья таким вопросом никогда не задавался. —Максим Евгеньич! — Кудрявый машет рукой, переходя на бег. По ту сторону тротуара (что, позвольте сказать был полностью убитый, не покрашенный и до предела ужасный), стоял его «сокамерник». Максим Кац, с которым они делили когда-то комнату в общежитии вместе с ещё двумя ребятами, ученик экономического университета. В такую жару, он предпочитал футболкам рубашки, хотя что ещё можно было ожидать от человека, вес которого составлял 55 килограмм при росте 186. Илья совершенно его не понимал, но откармливать время от времени старался. Какая никакая, но забота. —И тебе привет. — Бросил Кац. Политик заправил волосы за ухо, когда услышал радостные возгласы собеседника. Негоже диалоги вести с челкой на всё лицо. —Ну, как ваше политическое поживает? — Илья усмехнулся и легко толкнул парня в спину, похлопывая по выпирающим костям. Кацу никогда не нравился такой грубый вид коммуникации, но ему он позволял всё, что было пределом их близости. —Нормально. Сегодня вторник, мы вчера виделись. Я живу дни сурка, Илья, у меня ничего не происходит и ты об этом в курсе. — Манера речи Максима была полна заиканий и неловкости. Он старался избегать длинных фраз и предпочитал короткие ответы. Его повестка была небрежна и всегда сводилась к каким-то оправданиям, будто он виноват в чем-то. Варламова даже немного забавлял его стиль речи, словно мурлыканье. В принципе он казался ему забавным, но смеяться над ним было бы негуманно. Больно морда симпотная, пускай и похожа на раково больного. Нравилось ему сравнивать Каца и его мешки с разными болезнями. —Вот и плохо это, значит надо разбавить твой неумолимо однообразный быт, друг мой. — Илья хватает его за плечо и ведёт в здание. Величавое, до боли вычурное и бесящее. Как ученика архитектурного, так ещё и со вкусом стиля — Илья был в полном ужасе начиная с отделки здания, заканчивая покошенными стенами. Каца, как ученика политики и управления не устраивала система образования. Оба друга в какой-то степени были недовольны своим учебным учреждением, что их очень сильно объединяло.       На его размышления Максим только хмыкает, оголяя верхнюю челюсть в идиотской улыбке. Парни копошатся возле двери, пихая друг друга в бока, то отговаривая друг друга, то заговаривая пойти. Решение было принято на камень-ножницы-бумага, победу в которой одержал Кац. Илья был предсказуем, всегда выбирая камень. Итог: кудряша за ухо завели в раздевалку, словно отличник отчитывает своего непутёвого одноклассника-двоечника, хотя, пожалуй, оба учились на высшие баллы.       —Всё, ты меня услышал! Сегодня после пар у меня! – Илья выбежал из гардеробной, врезаясь в каждого мимо проходящего студента, махая ручкой Кацу. —У меня пары заканчиваются позже… - Он не успел ни договорить, ни отдать ему ключи, которые выпали с кармана штанов. В действительности, Кац даже не слушал его, думая о своём. Предугадать его мысли было тяжело. Немногословный, нечитаемый язык тела, многим не делится. Средь однокурсников слыл хиккой. Макс пропустил мимо ушей о чем толковал бывший сожитель и на кой чёрт вообще идти к нему. «Верну на перемене…» - с этой единственной мыслью он уходит в том же направлении, получая недовольный возглас уборщицы, что уже помыла полы.

***

      Долгие часы изнурительно скучных пар, одни делают вид, что учат, вторые делают вид, что учатся. Максим крайне не любил подобное, но отучиться хотя бы второй курс было необходимо, больно много сил он вложил сюда. Ещё одна пара, пересечься с Ильей никак не выходило, смски не доходили, в сети не появлялся. Кац почти заснул на паре муниципального управления, на которой препод совершенно нехотя рассказывал заученный материал из методички. Складывалось ощущение, что ни студенты, ни преподаватели не знают ни черта. Слушать бесполезный бубнёж было непродуктивно. Дабы снова не проспать все посиделки – Макс прикрывается свитером на парте, вяло вытягивая руки к передней парте. Спало почти пол аудитории, так что стыдиться было некого. Разве что, бюджетники, которые прогуляли весь семестр и пытались хоть сколько-то нагнать предметы.

***

      —Эй, Кац. – рука сжала его плечо, раскачивая из стороны в сторону. —Кац! Ты проспал всю пару. Вставай, у нас закончилось учебное время. – Голос знакомый, но рассматривать лицо собеседницы совсем не хотелось. Парень зарывается в локти, отказываясь куда-то идти. —Тебя закроют в аудитории. Пробудешь тут до самого утра. – Катя Патюлина. Хорошая знакомая, вечно отчитывающая Каца когда он спит или намеренно прогуливает с Ильей. По словам второго - у Екатерины абсолютно точно была симпатия к нашему главному герою вечера, но сам Кац полностью отрицал это. Либо не интересовался ей, либо в отношениях в принципе. Отношения с ней были хорошие, она много рассказывает ему об интернете и довольно часто сходились с ней во взглядах на политику, но чувств к ней кроме лояльно дружеских не возникло. То ли из-за депрессивности Максима, то ли из-за него смешанных чувств по поводу отношений. Сам молодой человек довольно либеральных взглядов и в принципе ничем не скован, в том числе взгляды на ориентацию были такими же компромиссными. Окажись он Геем или вообще импотентом - не удивился бы ни разу, но пока осознать хоть что-то из этого было трудновато. Опыта недоставало. Екатерина, конечно, женщина красивая, уверенная в себе и амбициозная, да и Кац такой же. Некая фанбаза у него образовалась, но в сердце ни разу не колыхнуло или хотя бы не зажглось что-то.       Макс устало слезает с парты и со стула, потирая глаза краем своей кисти. В ответ на вопросы Патюлиной о его планах на вечер, он зевает и машет ей рукой, удаляясь из аудитории. Похлопывание по карману подтвердило наличие ключей Варламова, но проверка в твиттере плодов не дала. С самой первой пары ни ответа, ни привета. На звонок также не ответил. Решение - поехать к нему же и увидеть рыдающего мужчину с бородой у двери собственной квартиры. Забавная картинка бы получилась.       —О! Макс! - с пустого и уже темного коридора послышался отклик Ильи. Он сидел на скамейке и тоже был вымотан, хотя должен был оказаться дома ещё часа два назад. —Ну и ну... Ты всё это время тут ждал? - Будущий политик снова зевает, поправляет сумку и возвышается над радостным Варламовым. Ещё минута и тот точно завиляет хвостом при виде Макса. —Да! А теперь пошли. - С радостной собачьей мордой, рыжий хватает соседа под ручку и выбегает с ним из университета. —Погоди ты, не умею я так быстро бегать. - И то верно. С столь хрупким и слабым телосложением, жизненный образ зожника Ильи - для Макса оказывался пыткой. Парень неуверенно держится за свою сумку, кривя лоб от недовольства ситуацией.       Парни бегут вместе, крепко держась за руки. Жизнь весной ощущается легко и дышится так же. Все проблемы остаются за спинами, в кабинетах универа и за столиками в парке, с осуждением смотря на цветущие молодые организмы. Листья уже были зеленые, весь парк выглядел прекрасно, даже имея какую-то свою собственную атмосферу ещё СССРского времени. Поломанные скамейки, что Варламов ненавидел, выложенные кирпичом тропинки, густо усаженные деревья. Вечереть начинает поздновато, но небо обретало фиолетовые оттенки. Где-то в горизонте уже и рыжий цвет алел. Жить в такое время хотелось. Хотелось куда больше, чем когда-то ещё.       Кац еле поспевает за Ильей, задыхается и иногда запинается о свои же длинные, неуклюжие ноги. Но в этом тоже было что-то своё. Впереди бежит веснушчатый парень со странной причёской, искренне счастливый от каждого мига с Максом. В груди прорастают почки, ещё миг и они станут листьями или цветами. Ощущение уюта и дома в воплощении человека. Максиму он безмерно нравился, с ним всегда можно было поговорить даже о глупых вещах. Да и молчать он умел, что Кацу было важно. Солнце, что грело в самые холодные вечера своими тупыми шутками в твиттере. Тёплый рыжий кот, что ложился на грудь и мурчал, заставляя позабыть о всех неприятных вещах в мире, а потом с тобой же их и обсудивший. Его лучший друг - Илья Варламов. Самый светлый и искренний человек в жизни Каца, который в первую же встречу вызвал шорох бабочек в животе, приятно ласкающие его сухие чувства.       Оба запрыгивают в последнюю секунду в вагон трамвая. Желтого и пошарпанного, что неприятно проскрипел от таких скачков. Бедный не спортивный Кац свалился на сиденье, упираясь коленками в соседнее. Проблемы высоких людей. —Варламов, ещё... - Он попытался отдышаться — хоть раз мы так будем бегать... — У Макса уже явно перехватывало диафрагму, но наругать Илью было важнее. Варламов пропустил его бубнеж мимо внимания, открывая бутылку "колокольчика" и затыкая ею нюню. Жидкость была только только из холодильника, так что Кац быстро заткнулся, всасывая в себя жидкость. Это облегчило боли в ребрах, но ноги всё ещё гудели.       Илья вытащил его из вагона до того, как зашла контролёр, а затем затащил обратно. Трамваи это хорошо, но благородный принц не запланировано потратился на бутыль живой воды, зная как Кацу бывает плохо от физических нагрузок Варламова. Миновав оплату билетов - они спокойно доехали до куда нужно, а Кац всю поездку, упираясь лбом о холодное окно, пытался восстановить ритм дыхания. Утверждая, что "вот-вот помрёт прям тут". Ещё раз они выходят, но уже окончательно, волочась к многоэтажкам. —Я думал мы уж никогда ко мне и не сходим. Ты всё дома, да дома. Либо вообще... В Лас-Вегасе. —Фу, не напоминай. Город хороший, но в покер я больше не ногой. - Кац поправил растрёпанную челку. Илья улыбнулся, наблюдая за прихорошениями соседа. Обворожительно.       Ещё одно испытание - подняться на 5 этаж. Кац совсем заглох, хрипя как астматик. Вот только кудрявый хотел потянуться за ключами, но обнаружил пустоту карманов. —Слушай, Макс, ты не вид-... - Кац перебивает его, вкладывая в руку связку с брелком Эйфелевой башни.