Ди-и-и-н...

«Ди-и-и-н…» — для кого-то всего лишь звук. Казалось бы, просто имя, ну и что здесь такого? Ведь в самом деле ничего особенного. Но только не для самого Дина, старшего из братьев Винчестеров. Сначала, когда-то много лет назад, «Ди-и-и-н» был просто «Ди-и-и». А все потому, что Сэмми был совсем малюткой и не умел полностью выговаривать имя старшего брата. Но уже в полной мере осознавал, какое действие это слово производит на него. Стоило один раз позвать, всего лишь разочек жалобно проскулить «Ди-и-и…» и свести брови домиком, как Дин — сам ещё ребенок — моментально оказывался рядом с младшим братишкой, готовый защитить Сэмми от любого чудовища, поделиться любыми игрушками или почитать любую сказку, которую только Сэм попросит. Дин еще тогда уверял папу и дядю Бобби, что Сэмми — очень умный малыш и, путаясь в буквах, пытался объяснить недавно услышанное слово «манипулятор». Шло время, мальчики росли, «Ди-и-и-и» превратилось в «Ди-и-и-н», но эффект остался прежним. Оба брата понимали, что, услышав заветное «Ди-и-и-н», обладатель этого имени хоть с другого конца света примчится на помощь Сэму. Один раз, перебрав виски после особенно удачной охоты на компанию демонов в Небраске, Сэм спьяну прямо в лоб и высказал всё это Дину, всё время упрямо стремясь обнять его за шею и там же задремать, повиснув на старшем брате. Дин вяло всё отрицал, называл Сэма «мелкой девчонкой» и «размазней», просил не нести чепуху и в то же время клялся самому себе никогда говорить Сэму, как сердце таяло от всех этих розовых соплей. За всю жизнь только один раз было наоборот. Когда Дину хотелось взвыть «Сэ-э-э-м», забыв обо всем на свете. В день, когда Сэм уезжал в Стэнфорд. Хотелось, чтобы Сэм подумал, как же он оставит Дина одного, Дина, не умеющего жить без него? Но вместо этого Дин молча открыл дверь родной Импалы, усадил Сэма на пассажирское сиденье, довез его до стэнфорда, вытряхнул все, что было в кошельке и карманах куртки, всунул деньги брату в руки и уехал обратно в мотель, к отцу. Всё так же, молча. Потому что нельзя дать слабину. Нельзя, чтобы Сэмми потерял веру в то, что старшего брата ничего не может сломать. А всю остальную жизнь — сплошное «Ди-и-и-н», большие, жалобные — как их называет Дин, «щенячьи» — глазки и бесконечная плещущаяся в них надежда, что брат — настоящий супергерой, сейчас он поможет, все исправит и всё простит. «Ди-и-и-и!», — когда 5-летний Дин разворачивал конфету, собираясь полакомиться ею. Конфета уже через полсекунды была отдана Сэму, а еще через секунду разломана папой напополам и поровну распределена меж сыновьями. «Ди-и-и-н», — когда младшеклассник Сэм подходил с тетрадкой к взрослому и умному брату и просил помочь с домашкой. Случалось это редко, ведь Сэм с детства любил читать и учиться, но с кем не бывает? Мало ли: задумался о своем, просто не успел на уроке что-то записать, отвлекал задира с парты сзади? Дин откладывал свои учебники и объяснял тему, а на следующий день Сэмми приходил из школы счастливый и хвастался всем и каждому ярко-красной отметкой «A». Дин гордо улыбался, глядя на братишку, и прятал собственные «C» и «D» поглубже в рюкзак. «Ди-и-и-н», — когда Сэм сидел у постели рядом с простывшим Дином после того, как он и в дождь, и в ветер две недели сутки напролет искал сбежавшего из мотеля Сэма. Сэм тишо шептал родное имя, взглядом умолял простить и не осмеливался спрашивать, как на его выходку отреагировал отец. Все равно Дин отшутится и попросит налить ему пива или виски вместо чая с лимоном, которым его поистине феерически настырно пытался лечить Сэм. И незачем говорить вслух то, что и так понятно: конечно, он простит. «Ди-и-и-н…», — робко протягивал Сэм-подросток, когда, краснея, просил совета, как лучше подкатить к девчонке. «Ди-и-и-н!», — когда, заливаясь краской пуще прежнего, Сэм смущенно просил перестать Дина ржать как лошадь после рассказа о том, как он подошел к той самой и со страху забыл всё, что ему насоветовал Великий Мастер Пикапа. Ну, в смысле, старший брат. «Ди-и-и-н», — когда Сэм просил брата перестать выпендриваться и пытаться идти с перебитой в хламину ногой, и позволить дотащить себя до Импалы. В конце концов уговоры оказывались достаточно убедительными, и две усталые фигуры, одна оперевшись на плечо другой, плелись к машине под Диново ворчание о «проклятых вервольфах». Охота на монстров, открытие врат ада, падение ангелов, Апокалипсис, да пусть хоть само первозданное зло вырвется на свободу и соберётся уничтожить всё живое — пока живы Винчестеры, всегда будет «Ди-и-и-н» и будут два брата. Будет старший — самоотверженный заступник, опора, сила, защита, и будет младший — поддержка, рассудительность, прикрытие, душа, причина жить для старшего.