Дамоклов меч

— У наших противников новый глава. - Орочимару, находясь в форме змеи, устроился на руке у Мадары, обвив ее вокруг. — Хозяин, если нужно, я могу разузнать, кто это. — Не стоит, я уже знаю, кто он. - красноглазый ослабил галстук и сделал глоток виски. — Неужели? И каковы ваши догадки? — Это факт, а не догадка. Хаширама Сэнджу. Кроме него некому больше заменить их отца. — Их отца? - Орочимару сполз на пол и принял облик человека,после присев напротив своего хозяина. — Тобирама и Хаширама Сэнджу, сыновья Буцумы. Они давно были спрятаны где-то за пределами города. Отец слишком переживал за их безопасность. - Мадара достал папиросу и закурил, делая очередной глоток из граненого стакана. — Хозяин, отку... - Орочимару не успел договорить. — Откуда я об этом знаю? Я не стану отвечать на этот вопрос, потому что если я с тобой поделюсь этим, мне придется отсечь твою голову. - Глава Огня хищно улыбнулся и резким взмахом руки направил меч, возникший у него над головой за долю секунды, прямо к шее Орочимару. — Х-хозяин, прошу, не над-до. - он зажмурился. — Это будет твоим напоминанием, чтобы ты больше не лез в эту историю, пока я тебе не прикажу это сделать. И чтобы ты не задавал лишних вопросов. - меч остановился, лишь слегка царапнув шею змеиподобного. — П-понял, понял, молчу. Я, пожалуй, пойду... — Давай, понадобишься - позову. Орочимару кивнул и плавно выскользнул за дверь, закрыв ее за собой. Мадара тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла. Голову заполнили воспоминания из детства, раздирающие душу на тысячу частей. В немного опьяневшем мозгу возник вопрос, который Мадара произнес шепотом, словно боясь, что его подслушивают. — Хаши, интересно, как же ты сейчас выглядишь...так бы хотелось... - Глава резко мотнул головой, после чего начал массировать переносицу. — Мадара, стоп! Что за херню ты мелишь? Вы всегда были врагами, тогда это была ошибка...ошибка, которую нельзя повторять... - Глава клана Огня, осушил стакан до дна и с силой стукнул им по столу.

***

Тринадцать лет назад Мадара сидел на каменистом берегу узенькой речушки, шириной не более пяти метров, но имевшей огромную силу. Она делила Токио ровно на две части: Темную и Светлую, на территории, которыми правили главы кланов Листа и Огня. Холодная война между ними длится с момента основания города, сменила уже множество поколений, которые так и продолжали нести эту ненависть сквозь года и века. И Мадару это тоже ждет. Нести в своем сердце тьму. Может, ему бы этого и не хотелось, но за него уже сделали выбор. От размышлений его отвлек камушек, который пролетел буквально в нескольких сантиметрах от его головы. — Ой, хмурый мальчик, прости! Я немного не рассчитал силу. - на другой стороне реки стоял смугленький черноволосый мальчишка. Он помахал Мадаре рукой, после чего со смущением потер затылок. Тут же он резко отскочил в сторону, увернувшись от ответного камня, летевшего ему прям между глаз. — Эй, я вообще-то извинился! - незнакомец надул губки и скрестил руки на груди, обидевшись. Мадара, увидев эту картину, с трудом сдержался, чтобы не засмеяться. — В вашем клане все такие нежные? — Лучше быть нежным, чем мстительным, как ты! - незнакомец высунул язык. — Мстительность и ненависть текут в моей крови. — Кровь не определяет, каким ты станешь. Все зависит от тебя. — Какой же ты милый, аж тошнит. - Мадара сунул два пальца в рот, имитируя рвоту. — Меня Хаширама зовут. А тебя? - он уселся на каменистый берег, вытянув ноги. — Что ты ко мне прицепился? Я не горю желанием заводить друзей. — Так я и не дружить предлагаю. Просто у меня предчувствие, что мы с тобой похожи. — И чем же? — Не знаю, это же предчувствие. — Мы не можем быть похожи. Вы ангелочки с пушистыми крылышками, которые решили, что все те, кто не желает жить по вашим правилам, заслуживают смерти. А мы хотим жить свободно, без цепи на шее. — Без правил начнется хаос. Людям нельзя давать полную свободу... — Ну вот о чем я и говорю. Мы абсолютно разные. - Мадара поднялся на ноги, собравшись уходить. —...но и полностью ограничивать их волю тоже нельзя. Тогда люди становятся рабами. Но мой народ искренне верит, что это правильно, и так оно и должно быть. - Хаширама тяжело вздохнул, и так же поднялся. У Мадары что-то щелкнуло после его слов. Он задумывался о том же самом, смотря на то, что творится внутри его народа. Нет, у них были минимальные стражи порядка, которые просто не позволяли убивать всех подряд. В остальном же была полная вседозволенность. Наркоманы, предлагающие дозу в центре «города», проститутки, оказывающие услуги на глазах у детей. Про воровство и говорить бессмысленно. Он обернулся, но мальчишки уже не было.

***

Настоящее время — Хаширама, я тебе еще раз повторяю, идти к нему самоубийство! Что ты хочешь этим добиться? Чтобы дикари взяли, и поменялись? - Тобирама, восседавший на белоснежном кресле, нервно постукивал пальцем по столу. — Мадара не дикарь, с ним можно заключить перемирие и постепенно начать менять то, что мы имеем сейчас. - брюнет стоял около окна, держа в руке бокал красного вина. — Это то же самое, если ты пойдешь ко льву, и скажешь, чтобы вместо антилопы он жрал траву! Они уже несколько поколений живут в полном беспорядке, они не смогут привыкнуть жить так, как живем мы, как ты этого не поймешь? — А я и не собираюсь их приучать к нашим правилам. Я желаю получить баланс между абсолютным подчинением и вседозволенностью. — Ты совсем с ума сошел?! - блондин вскочил и развернул брата к себе. — Тебя устраивает, как мы живем?! Наш порядок держится на сильнейшем страхе людей перед наказанием! - Хаширама откинул от себя его руки. — Брат, так и должно быть... — Нет, так быть не должно! Детям нельзя рисовать мелками на асфальте, иначе родителям придет штраф, размером с их годовую зарплату! Это по твоему нормально?! — Я все равно не позволю тебе объединится с этими животными. Меняй правила здесь, ты теперь глава. Но по ту сторону реки даже не смей лезть. — Почему ты так против строить мир во всем городе? Там же тоже люди, и не все они с прогнившей душой. — Вспомни, что эти ублюдки сделали с Итамой, и получишь ответ на свой вопрос. - Тобирама сел обратно и закрыл лицо руками. — А теперь вспомни, кто на самом деле виноват в этом. Если бы отец не решил убить неразумное дитя, которому просто стало интересно, как мы живем, этого бы не произошло. Ты же помнишь, что он сделал с Изуной? — А вдруг он был заслан, чтобы вынюхать что-то? — Да даже если и так, он был ребенком. И знаешь, чем чаще я вспоминаю его истерзанное пытками тело, тем больше задаюсь вопросом, чем мы лучше, после того, что сделали? — Мы лучше. Мы соблюдаем правила порядка. — Правила, правила, правила! Хватит, надоела эта чушь! - брюнет с силой ударил кулаком по стене. - Хочешь ты этого или нет, но на следующей неделе я позволю жителям той стороны присутствовать на мацури*. — Ты совсем головой ебнулся?! - блондин подскочил к нему и схватил за пиджак. - Ты хочешь, чтобы они к чертям тут все разнесли?! — Не волнуйся, я уже продумал всю технику безопасности. На пропускном пункте каждому желающему наденут специальные браслеты, которые будут полностью блокировать их способности. Так же около трех сотен сотрудников охраны будут контролировать порядок во время проведения мероприятия. Они чисто физически не смогут ничего сделать. — Все равно сам факт приглашать их полный бред! Даже если и так, я сомневаюсь, что кто-то из них пойдет. Подумают, что это ловушка. — Это священное празднество, запрещены любые разногласия и конфликты. А мы же всегда следуем правилам, так ведь? Да и тем более, как ни крути у многих и по ту, и по эту сторону есть родные. Я хочу дать им возможность побыть вместе. - Хаширама убрал его руки от своего пиджака и обнял. - Тоби, они прекрасно знают, что мы им ничего не сделаем, поэтому они придут. Доверься мне, хотя бы раз. Тобирама тяжело выдохнул и тоже обнял его. — Ладно, но на пропуске буду находится я. Еще не хватало мне тут шлюх и нариков. — Как скажешь. - Хаширама похлопал его по плечу, и, отпрянув, сделал глоток полусладкого.

***

Тринадцать лет назад — Мое имя Мадара. Хаширама от неожиданности вздрогнул и резко обернулся, уставившись на парня. Тот в свою очередь протягивал ему руку. —Так, во-первых, приятно познакомиться, во-вторых, какого хрена ты тут делаешь?! А если кто-то из горожан увидит! - Хаширама засуетился, оглядываясь по сторонам с нескрываемой тревогой. — Боишься гнева с их стороны? - огненный убрал руку, сунув ее в карман. — Да мне ничего не будет, а вот тебе может грозить опасность. - он вскочил на ноги и подхватил Мадару под локоть, поведя его за собой. — Э, ты куда меня тащишь?? — Туда, где безопасно. Не отставай. — Почему я должен тебе верить? — Ты не должен. Хаширама перешел на бег, все так же держа мальчишку. Спустя примерно десять минут он остановился около огромного дуба и задрал голову. Мадара повторил за ним и уловил еле заметное очертание домика. — Как я понимаю, нам туда? — Ага, все верно. — И как мы туда поднимемся? — Нуу...надеюсь, ты никому не расскажешь? - он потер затылок, смотря на парня. — Знаешь ли, мне так-то в принципе запрещено тут находится. Не особо хочется быть выпоротым, поэто... — Короче, мне когда скучно, я ковыряюсь в папиных записях. У него очень много всяких свитков, техник призыва и тому подобное. И однажды я наткнулся вот на такое. - он положил ладонь на ствол дерева, после чего оно засветилось голубым огнем и из него начали выступать ступеньки, складываясь в круговую лестницу. — Это как ты так..? - Мадара сначала хотел возмутиться, что его перебили, но от увиденного будто язык проглотил. Его поразило, что столь юный малец уже может так управлять своей силой. — О, это не сложно. Техника древесной конструкции. С помощью нее можно сделать что угодно, главное подобрать правильную комбинацию! Кстати, домик я так же сделал. Пойдем. - Хаши ловко поскакал по лесенкам вверх — Эй, подожди! Мадара устремился следом. Преодолев последнюю ступеньку он очутился в небольшой постройке. На полу лежал пушистый ковер, на котором валялась куча книг. — Я тут нахожусь только тогда, когда хочу побыть один. Ну, а теперь похоже еще и с тобой. Хаширама плюхнулся на пол и сложил все книги в стопку, после чего отодвинул ее к стене. — Просто, но уютно. - Мадара сел напротив него, вытянув ноги. — Я старался. Прости, напитков не предложу, сам видишь. — Да мне и не надо. — Так значит, Мадара? - Хаши с интересом разглядывал огненного. Ему была интересна его внешность. Длинные и черные, словно смоль, волосы, красные бездонные глаза. Острые скулы и бледная кожа, как у фарфоровой куклы. Кто-то бы сказал, что это уродство, но Хаширама любовался этой необычной красотой. — Да, Мадара Учиха. — Да ладно?! Учиха?! - мальчишка с восторгом воскликнул, пододвинувшись ближе. - Так значит, ты будущий глава? Или у тебя есть старший брат? — Брат есть, но младший. Мой свет в этом мире. - Мадара слегка улыбнулся. — Значит, я прав? По поводу твоего «восхождения на трон»? — Да. И надеюсь, у меня получится что-то изменить во всем происходящем на моей стороне. — Так забавно, отец рассказывал, что Учихи это зло во плоти, самое ужасное, что только породил Бог. А ты таким не кажешься. — Может, твой отец прав? И я забалтываю тебя, чтобы ты ослабил бдительность, и я тебя убил? — Хм, ну, можешь попробовать. Но почему-то мне кажется, что у тебя нет таких намерений. - он пожал плечами и растянулся на полу, раскинув руки в разные стороны. — Обычно когда слышали мою фамилию, в ужасе бежали. А ты спокоен... — Я не из трусливых. Папа говорит, что мне это от мамы досталось. — Какая у тебя фамилия? - Мадара так же лег, рассматривая профиль нового знакомого. — Я думаю, тебе пока не стоит знать. — Слышь, я же сказал тебе, хотя рискую своей жизнью. А ты загаситься решил? — Я боюсь, что после того, как ты узнаешь, общаться больше не захочешь. А мне бы хотелось, чтобы...может, мы стали друзьями? — Говори. - силуэт Мадары вспыхнул алым пламенем, а глаза начали гореть от злости. — Ладно-ладно, не злись! Сэнджу. Я Хаширама Сэнджу. Парни синхронно сели. Мадара ошарашено смотрел на Хаши, а тот в свою очередь перебирал пальцами браслет из нежного голубого топаза, потупив взгляд в пол. — Слушай, я пойму, если ты уйдешь. Лестницу я не убирал... — Нет. Все нормально. Значит, мы оба «голубых кровей». Иронично получается, двух будущих правителей по воле судьбы свел камень, который чуть не пробил мне голову. - Парни засмеялись. Они болтали до глубокой ночи. О планах, что они хотят поменять, чего добиться, и с нескрываемым восторгом понимали, что у них одна цель.