Лорд драконов

Отшвырнув в сторону еще одного стража, Арсений вошел в зал. Два дракона бросились на чужака, а стражи в человеческом обличии наставили на богатыря клинки. Мужчина в который раз подумал, зачем вообще использовал заклинание маскировки, скрывшее черты лица, если по дороге все равно не встретил черных драконов, хотя кто бы мог его узнать? Да и узнали бы, что такого? Лорд, сидевший на троне, сделал знак рукой и драконы расступились. — Ты сильный воин, это видно. А терять своих драконов мне не хочется. Так скажи, зачем же ты пришел ко мне и, быть может, мы сможем решить все миром? Миром! Да он издевается предлагать такое богатырю! Драконы, жалкие создания, которые недостойны существовать после своих злодеяний. Хотя и винить всех их в преступлении одного тоже глупо. Да! Этот мерзкий дракон должен умереть! А остальные… остальные ему ничего не сделали, да и кроме того, с появлением Лорда они живут мирно, не нападают на всех и вся почем зря. Впрочем, и Лорд их появился после того случая. — Хочешь решить все миром? Что ж… — Стоит ли вообще ему говорить? — Мы не сможем разойтись мирно, я хочу уничтожить того дракона, что отнял у меня самое ценное. Отдай его мне…нет, позволь нам сразиться. Я хочу лично убить его и тогда мы разойдемся относительно мирно. Лорд в серебряной маске молчал. Видны были лишь его глаза, что с интересом изучали нахального богатыря, посмевшего выдвигать свои условия. Жаль, что с такого расстояния глаз не рассмотреть. Интересно, какие они у него? — Кого же отнял у тебя дракон, что ты зашел так далеко? — Друга. — Друга… — Я знаю, ты отпустил всех людей, которых поработили драконы, когда стал Лордом. И, уверен, если бы мой друг был жив, он вернулся бы домой, поэтому… — Хорошо, — перебил его Лорд. — Я позволю тебе сразиться с драконом, ноне прикажу ему поддаваться. Знаешь ли ты, что за дракон это был? — Черный. — Вот как… Хорошо, пусть будет так. Пойдем, удобнее сражаться на арене, не стоит крушить замок.

***

На круглую широкую арену спустился черный дракон. Несколько таких же черных спикировали на площадку за ареной, напротив трибун, расположенных полукругом. Некоторые, приняв человеческий облик, заняли каменные ступени-скамьи. Подлетевший опустил голову, то ли кланяясь, то ли присматриваясь. От одного его присутствия нахлынули воспоминания, которые богатырь так долго прятал внутри. Страшно, как же страшно видеть его вновь. Радостно-мерзко отвратительной радостью мести, что вряд ли принесет облегчение, лишь оставит послевкусие, еще горше, чем раньше. — Человек, — пробасил черный зверь, ударив по песку арены хвостом, — Я Олглав, нынешний глава клана Черных драконов Юга, королевства Карнар. Мне неведомо, кто из наших собратьев похитил твоего человека. Скорее всего, это был наш предыдущий глава, но сейчас он стар и слаб, потому не в состоянии сразиться с тобой. Коли тебя устроит, я готов принять бой за него. Арсений просто кивнул. И бой начался. Какая разница каков дракон, если для него они все на одну морду черные, словно близнецы. Арсению был важен лишь цвет, потому что он все равно не отличит «того самого». Так что перед ним нужный. Он пронзит сердце зверя насквозь, разрывая мышцу. Да, он отомстит, хоть и знает, что это его не спасет. Но он слишком далеко зашел, слишком долго ждал, слишком долго этого хотел, чтобы сейчас отступить. Дракон увернулся от удара меча и попытался сбить богатыря хвостом, но наткнулся на созданный волшебством щит. Не давая передышки, дыхнул черным пламенем. Арсений перекатился в сторону и, собрав ветряной порыв под подошвами сапог, рывком подлетел вверх, ударив по черной коже крыла. Разлетелся и повис в воздухе металлический запах крови. Драконы следили за боем. Звери рычали, царапая ногтями землю, но никто не смел вмешаться. На одном из возвышений стоял Лорд, держась рукой за перила. Он любил род черных драконов, зачем вообще согласился на этот бой? Потому что не смог бы убить человека. Он вырос среди людей. Среди хороших, добрых к нему людей. Пусть на войне и приходилось убивать, защищая свои земли, своих драконов. Но сейчас, когда наступил мир, он не хочет понапрасну проливать кровь. Не хочет лишать богатыря жизни, но и смерти своего дракона не хочет тоже. Поэтому все сильнее сжимает пальцы на железном поручне. Битва долгая, изнуряющая. Не на жизнь, а насмерть. Богатырь устал, почти истощил свое волшебство, по руке из раны текла кровь, но он упрямо продолжал наносить удар за ударом. Дракону не лучше. Дракон изранен и давно задыхается. На пламя не хватает воздуха в легких, огненный жар бежит к ранам, в попытках залечить, но это невозможно сделать в бою. Арсений криво улыбнулся, остановившись, приготовившись к удару. Это будет последний удар. Он вложит всю оставшуюся силу и вонзит меч зверю в сердце. Хоть и придется для этого снять маскировку с лица. Убьет ли его потом Лорд за смерть своего дракона? Или растерзает озлобленный клан? Ему не важно. Он отомстит. Не заполнит пустоту в сердце, но будет знать, что сделал все. Все, что мог. Зверь еще не поднялся с песка, но уже скреб ранеными конечностями. Этого хватит. Хватит нескольких секунд. Арсений готов. Маскировка спала, ветряной рывок, и он со всей силы вонзил меч…в пустоту. Железо наполовину потерялось в темной дымке, не достигнув дракона. Поразив того, кто принял его удар на себя. Сердце Арсения упало вниз. Кого? Не хотел он ранить других. Мир вдруг стал фильмом с замедленной съемкой. Богатырь повернул голову, скользя взглядом вокруг. И это действие, казалось ему, длилось не одну минуту. На возвышении трибуны клубилась дымка. Его меч пронзил Лорда, который вытянул руку, направив заклинание. Лорда, который, так же медленно для Арсения, снял маску, что гулко ударилась о каменные ступени и зазвенела, как лопнувшая струна. Лорда, что… улыбался ему… нет. Арсений в ужасе. Ему улыбался Антон, одними губами шепча: — Успел. Рев поверженного дракона разорвал гул удара маски. Зверь извернулся всем телом, как настоящая змея. Схватил зубами меч и в одно мгновение вырвал его сквозь слои пространства. Отшвырнул далеко в сторону, только кровавые капли сорвались раньше, украсив и без того разноцветный песок. Страж, который стоял рядом с Лордом, не дал тому упасть. Израненный черный дракон, не найдя сил взлететь, заспешил к трибуне, хромая. Какой-то молодой дракон с ревом бросился на Арсения, но наткнулся на призрачный барьер в нескольких десятках сантиметров от богатыря. Только Арсению было все равно. Он смотрел на драконов, окруживших Антона и не верил. Это же сон. Дурной сон. Нет, он не мог, даже во сне не мог ранить вновь обретенного друга. Мир плыл перед глазами, ноги отказались его держать и богатырь упал на колени. Где-то затерялся вдавленный в песок меч, буйный молодой дракон бил лапами крепкий купол, не его заклинания, и рычал, разбрасывая песок. Но разве имело значение хоть что-то. Арсений не мог… убить его.

***

Богатырь поднял голову. Кажется, этот дракон звал его не первый раз, но, поняв, что его не слышали, просто дернул мужчину за рукав. Лампы ярко освещали коридор, белые стены и диванчики. Но мужчина, вынырнув из густого тумана мрачных мыслей, увидел подошедшего только сейчас — Зайдите. — Просто сказал дракон, видимо устав от попыток дозваться. Он ушел, а Арсений так и остался сидеть, не в силах сдвинуться с места. Сколько прошло времени? Сколько он смотрел в пустоту и не видел ничего? Подняться не сложно, а открыть дверь и сделать шаг внутрь… Пальцы сжимали дверную ручку. Не откроет сейчас, потом уже не сможет. Арсений зашел в палату. На деревянных ногах дошел до стула и уставился в пол, не смея поднять глаза. — Я так рад, что ты пришел. Арсений сглотнул ком в горле и почти решился перевести взгляд на Антона… — Я боялся, что мы больше не увидимся. Пытался тебя искать, но ты ушел из деревни и никому не сказал куда. Я рад, что ты меня не забыл. — Я… Хотел бы Арсений ответить хоть что-то. Сказать, как долго искал, как надеялся на встречу, что никогда не желал причинить боль. Но слова словно застряли в горле, царапались, толкали друг друга, не находили выход. — Ты чего? Не плачь. — Другу не нужны слова, он все читает по родным глазам. Волнуясь, Антон попытался подняться. Тело пронзило болью, и он со стоном откинулся на подушки. Арсений подскочил к кровати и… А что он может сделать? Так и остался стоять, склонившись рядом с изголовьем кровати. О, он так долго мечтал увидеть эти глаза и так боялся их больше не встретить. Взгляд беспомощно скользил по лицу друга. Такому же, как когда-то давно, только повзрослевшему. А глаза все такие же, изумрудно-зеленые, не потерявшие живого блеска. Только уставшие. Смотрят так же, как раньше, укутывая в тень зеленой листвы жарким летним днем. Антон улыбнулся и, протянув руку, погладил Арсения по голове. Тот сел на краешек кровати. Перехватил руку и прижал к себе. — Я так рад, что тебя нашел.