Небеса лгут?

Михаэль поднял глаза на дверь, когда в неё постучались. Не проронив ни слова, он поднялся с кресла, откладывая работу и раздражённо вздыхая. Он же просил не беспокоить его. Кто бы это мог быть? Обычно к нему редко заходили братья, чаще Адам, но последний всегда врывался без стука, а тут всё так прилично. Открыв дверь, он замер, увидев за ней подругу своего парня. Девушка была, мягко говоря, не в порядке. Её рука и кровь на теле говорили о чем то ужасном. Архангел напрягся, хмурясь. -Что случилось? -Сэр.. — она взглянула на нимб в руке, медля и протягивая его собеседнику так, будто ей было очень больно его отпускать, -..Он погиб. Мужчина подумал, что он просто неправильно понял, поэтому решил переспросить. -Кто погиб? — сердце его внезапно забилось медленно-медленно, боясь того, что он сейчас услышит. -Адам. Старший тупо смотрел на ангела. В её глазах не было ни капли наигранности, только серьезность и, возможно, тоска. Переведя взгляд на диск в руке экзорцистки, он, пробиваемый лёгкой дрожью, принял его из рук коллеги возлюбленного. Белый нимб уже не светился - золотой свет покинул его, как и дух тело партнёра. В ушах загудело. Это был тот самый нимб. Тот самый, который он забирал и гладил, зная, что это смущает цыпленка. А теперь он держит его, теряя землю под ногами. Лют не хотела продолжать диалог. Ей было плохо, а видя состояние вышестоящего, она не захотела попадаться под его горячую руку. Миша не обратил внимания. Он закрыл дверь и еле как дошел до собственного стола, садясь за него. Он видел здесь Адама чаще, чем дома, потому что бывал здесь больше, а тот просто приходил повидаться, поцеловаться и поговорить обо всём, что только придет в голову. Иногда это бесило серафима, но несмотря ни на что от работы он отрывался крайне редко, только если был какой то действительно важный повод. Ангелок, конечно, таковым не являлся. Слеза скатилась по его щеке, а руки затряслись. Осознание не хотело приходить. Как этот идиот мог погибнуть в аду? Он же говорил ему, что не нужно туда идти, что можно выместить пыл иным способом, однако его не слушали, и к чему это привело! Он обнял себя крыльями, дрожа всем телом. Ему бы сейчас не помешали объятия, только просить об этом было не у кого. Все остальные заняты, им не будет дела до него, а единственный человек, который всегда был ему рад, мертв. Парень коснулся губами нимба, мягко целуя. Это бы произвело реакцию на Адама, будь он рядом.. мыкнув от боли, он зажмурился и прикусил губу, сжимая челюсть. Как страшно. Он прижал нимб к груди и зарыдал, когда золотая кровь стекла по подбородку. Его оставили одного. Он стал часто дышать. Почему это произошло. Он взвыл. Никто уже не будет встречать его дома. Объятия своими же крыльями принесли ему небольшой дискомфорт. Адам умер. Ему не понадобилось много времени, чтобы открыть окно и вылететь наружу. Больше всего сейчас хотелось оказаться дома. Там, где ещё оставалась хотя бы какая то часть того, кого он видел утром в последний раз, и кому не подарил прощальный поцелуй, потому что спешил. Он был в истерике, сжимая кольцо так, будто оно могло в любой момент пропасть, распасться на малейшие частицы. На горизонте появился большой дом, в который он влетел, как птица в воду. Двери толкнул крыльями, закрывая их. Не разуваясь, Михаэль оказался в их спальне. Запах присутствутвия ангела ещё не скоро выветрится отсюда, поэтому открыв гардероб, он достал вещи партнёра, игнорируя свою полку. Черт. Ему панически хотелось взять всё, связанное с ним, и обложиться этим, не покидая дом ещё ближайшую пару недель. Его горе было так велико, что он не мог остановиться, рыдая без остановки. Люцифер тихо окликнул его. -Михаэль?.. что произошло? Что ты делаешь? — он не был заперт в темнице, ведь "любящие" хозяева позволили иногда прогуливаться по дому. Вот и сейчас он просто гулял, когда услышал громкий шум в спальне близких, решил проверить, а тут.. это. Архангел обернулся, а в руках его были вешалки с различной одеждой погибшего. Он также не выпускал и нимб. -... — ему было очень тяжело говорить. Но сейчас это и не требовалось. Позади него был виновник произошедшего: Люцифер дал начало демонам, которые в последствии убили его дорогую душу. Он прошел к кровати и положил на неё все вещи, а потом столь же беззвучно подошел к ящику, открывая его магией. Бездонное нечто содержало всю его броню и вещи, которые на обычном складе не держали. Там же был и его меч. Огненное оружие оказалось в его руке, когда он вновь взглянул на брата, но уже без страха. Он может отрубить ему голову в любой момент и он сделает это, лишь бы уверить себя в том, что Адам хотел бы этого. Сатана шарахнулся. Зачем ему меч?.. это ведь.. тот самый?.. -Стой.. Михаэль, подожди, что ты делаешь?.. — нервно усмехаясь, он попятился назад. Сейчас, без сил, он ничего не мог противопоставить воину света. А тот не ответил. Он подлетел ближе, подставляя лезвие к шее чёрта. -Я.. я сделал что то не так?.. -... — он надавил на чужое горло, -Т-твои демоны убили Адама. Эти гребанные мрази растерзали моего парня. Да я их блять всех перебью! Он оскалился. -Но пожалуй.. — крылья его поднялись, -Я начну с тебя. Не начни ты весь этот кошмар, он бы не мучился всю свою человеческую жизнь и не помер бы от каких то шавок, развлекаясь в твоём мирке. Я ненавижу тебя. Он не дал дьяволу открыть рот. Взмахнув мечом, серафим вместе с костями, кожей и мясом отделил голову ублюдка от тела. Это был его брат. Когда то. А сейчас он стал простым куском плоти. Прокаженной и всеми ненавистной плоти. Даже жена и дочь бросили его, так что выводы были вполне обоснованы. Он опустил огненное орудие, угрюмо смотря на растекающуюся лужу золотой крови на полу. Как мерзко. Щёлкнув пальцами, он избавился от этого безобразия и вернулся на кровать, по ходу беря фотографию на тумбочке в свои руки. Раздевшись, он сменил свою одежду на одежду своего златокрылого. Он вдыхал знакомый запах и смотрел на их фотографию, держа нимб как можно ближе к себе. Вино появилось в руке. Не бокал, но бутылка скоро оказалась пуста. За ней ушла и вторая, третья, четвертая.. всё это время он плакал, а на второй даже закричал, просто чтобы выпустить ужас. Кричал он долго, срываясь на хрип. И всё же ничего не помогало. Спать в постели, которую они выбирали вместе, было как никогда больно. Он отрубился после очередного глотка. Священный символ не покинул его рук. В последующие месяца он никак не мог оправиться от потери, а так как Сера отказывалась что либо делать, он пошел в ад сам. Руки его окрапила кровь адских созданий, меч его опалил ни одну тварь, а глаза мстительно горели, видя, как те мучительно погибают. Также, как когда то погиб и первый человек. Наверняка ему было безумно больно. Может, он даже думал о Мише в свои последнии моменты жизни. По крайней мере тот хотел, чтобы это было так. Естественно, пришел он не один. Лют и отряд экзорцистов не были против покарать неугодных, а первая дралась по настоящему агрессивно. Страшная волна тогда прошлась по аду. Но небеса ничего не видели, а значит ничего и не было. Чарли не могла стать для него угрозой, поэтому никто, даже дети, не скрылись от кармы. Стало чуточку лучше. Только вот сколько не убивай, Адам не вернётся.