Две стороны одной медали

Диана до конца так и не знала, что делала на этой вечеринке. Просто после встречи с одним из знакомых она без задней мысли согласилась приехать вечером на квартиру за компанию. Все равно планов на это время у нее не было, так что перспектива напиться в незнакомой обстановке выглядела если не привлекательной, то по крайней мере сносной. Арбенина сделала глоток из своего стакана, осматривая переполненную людьми душную комнату, и бодро пожала руки подошедшим поздороваться парням. Те признались, что знакомы с ее творчеством, и намекнули, что неплохо было бы сейчас сбацать что-нибудь на гитаре для всех присутствующих. Диана пожала плечами и без промедлений согласилась. Это была ее стихия: в обнимку с гитарой она чувствовала себя комфортно в любой ситуации. Тем более подвыпившее состояние само располагало что-нибудь сыграть. Услышав ее положительный ответ, ребята воодушевленно засуетились, достали откуда-то слегка потасканный, но вполне сносный инструмент, и гордо протянули Арбениной. Та критично осмотрела комнату, прикидывая, куда бы примоститься с гитарой, и заприметила удачно пустующее неподалеку кресло. Сидушка его, как оказалось при более близком рассмотрении, была залита алкоголем. Тот, конечно, уже почти успел выветриться, но оставил после себя незаметную с первого взгляда липкую поверхность. Почесав затылок, Диана махнула рукой и, подбадриваемая смехом ребят, залезла на кресло с ногами, присаживаясь прямо на крепкую спинку. Жестом попросила одного из парней подать ей стакан с виски, сделала крупный глоток и шатко примостила его на подлокотник. После чего удобно устроила гитару на бедре, подтянула струны, на слух проверяя строй, и сыграла незамысловатый перебор на пробу. — Поехали, — кивнула себе Диана и ударила по струнам. Она играла все, что придет в голову, чередуя запросы от слушателей и просто какие-то песни, что всплывали в памяти. Играла бойко, местами со смехом путая слова, но быстро подхватывала следующие строки. И с каждой песней ее скептический настрой уступал место пьяному веселью. Парни подбадривающе хлопали в перерывах между песнями и наперебой предлагали, что сыграть следующим. Арбенина охотно отвечала на вопросы, шутила и останавливалась только чтобы влить в себя очередную порцию алкоголя. Все шло отлично, пока в очередную паузу между произведениями, когда Диана задумчиво перебирала струны, ей не почудился знакомый силуэт на другом конце комнаты. Арбенина напряженно присмотрелась. Пальцы замерли на струнах, и гитара неуверенно замолкла. Света была здесь. От отголосков знакомого мягкого голоса на душе неприятно заныло. Сурганова стояла у стенки рядом с какой-то непонятной девушкой и о чем-то увлеченно болтала. Без тени смущения бросила мимолетный взгляд на Арбенину и проигнорировала ее присутствие, отдавая предпочтение разговору с незнакомкой. Арбенина сжала зубы и с усилием вновь заиграла на гитаре, не замечая жалобное дребезжание струн под пальцами. Внутри будто вновь затянулся старый узел. Диана демонстративно развернулась боком к той части комнаты, куда взгляд сам по себе тянулся. Если Сурганова может позволить себе игнорировать ее существование, то Диана ответит тем же. Ей было совершенно плевать на мелодичный заигрывающий голос и двусмысленные прикосновения когда-то родных пальцев к чужому предплечью. Вот только почему-то кровь все равно закипала, подгоняемая настойчивыми, противными, скользкими, пропитанными ревностью мыслями. Арбенина постаралась сконцентрироваться на парне, что сидел неподалеку от нее. Громко и, возможно, немного невпопад рассмеялась рассказываемой шутке. Парень оказался достаточно пьян, чтобы не заметить внезапной перемены ее настроения, и с энтузиазмом принялся дальше вести свой рассказ. — …И так я познакомился с творчеством Снайперов, — подытожил он, кивая в сторону Дианы. — До сих пор жалею, что не попал ни на один из ранних концертов. — Че жалеть-то, — пьяно возмутилась Арбенина. — Я тут полвечера с гитарой на всю братию хреначу. Не на каждой сцене еще такой разнообразный репертуар услышишь. — Да, но… — парень явно занервничал, отводя взгляд. — Я про те времена, когда… — Когда что? — холодно поинтересовалась Диана. — Когда коллектив был немного другой, — закончил он. — А, так тебе Светки не хватает, — Арбенина фыркнула и кивнула головой в сторону скрипачки. — Так вон она, во всей красе. Окружавшая ее компания резко обернулась в указываемую сторону и одобрительно воскликнула. — Господа, а вы знаете, что сегодня мы стали свидетелями исторического события? — объявил один из них на всю комнату. — Встреча двух снайперов, нынешнего и бывшего, под одной крышей! — Мне приятно думать, что снайперов бывших не бывает, — Света, будто только и ждала приглашения, начала подходить ближе. С каждым ее шагом Диана чувствовала, как уверенность внутри нее стремительно тает. Несмотря ни на что, она продолжала робеть в присутствии Сургановой. Краснела и смущалась как девчонка. Глупо. Стыдно. До скрежета в зубах обидно. — Это как посмотреть, — сейчас Арбенина была готова сказать что угодно, любую чушь, лишь бы уколоть Свету. Сделать так, чтобы она отошла подальше. Или встала ближе. Чтобы исчезла навсегда из ее жизни. Или не смела уходить от Дианы больше ни на шаг. — Снайпер — профессия тонкая, скрытная. Они за собой обычно целые оркестры не таскают. «Господи, что я несу?» — Диана поморщилась, как только фраза вылетела из ее уст. Это было так по-ребячески глупо… Но она не могла остановиться. Чувствовала себя пассажиром поезда, который на полном ходу мчится в обрыв под зрительские аплодисменты. Парни рядом захихикали, и Арбенина была искренне благодарна их пьяному состоянию. В такой поддержке она могла скрыть свое смущение. — Да неужели? — улыбка Светы была опаснее любого оружия массового поражения. — Как так? Снайперы с тонкой профессиональной организацией всего-то путешествуют в компании небольшой свиты из басиста, барабанщика, электрогитариста… Заведенная устной перепалкой и подгоняемая градусом в крови, Арбенина уже приготовилась высказать в ответ что-нибудь едкое, злое и колючее, но ее прервал один из гостей. — Ребят, может попросим наших снайперов спеть что-нибудь из старого репертуара? — его пьяный взгляд наткнулся на Диану, и парень подавился, заметив выражение крайнего неудовольствия на лице девушки. Арбенина должна была привыкнуть к этому. К постоянным сравнениям, шуткам, попыткам вспомнить прошлое, и обычно она могла спокойно пропустить любые слова мимо ушей, но именно сегодня ее состояние было крайне нестабильно. В ней бились на смерть нежная тоска и не менее бойкое отрицание, долгожданная близость Светы и раздражающая бездонная пропасть между ними. Диана ненадолго погрузилась в собственные мысли, пропуская часть разговора между Сургановой и парнями. Ее мучило желание внаглую поцеловать скрипачку прямо тут, на глазах у всех, и невыносимая тяга затеять с ней кровавую драку. — Но могу на гитаре что-нибудь наиграть… — продолжила Света. — Так наиграй, — Арбенина резко подключилась к разговору и легко бросила гитару в сторону девушки. — Что хотите услышать? — Света подхватила инструмент, присела на предоставленную кем-то табуретку и обвела взглядом притихших присутствующих. Поднялся небольшой спор о том, кто и что хотел услышать, а Диана тем временем не могла перестать жадно всматриваться в знакомые, родные черты. Ее бросало в жар от лезущих в пьяную голову непристойных мыслей. Арбенина упрямо поджала губы и сжала кулаки. Она была зла. На себя, на нее, на ситуацию, в которой они вместе оказались. В какой момент простая встреча на людях между ними стала превращаться в целую драму? Как смела Света так раздражающе открыто смотреть на нее, не мучиться от невозможности дотронуться, не краснеть от присутствия рядом? Почему Диана, не могла взять себя в руки, захлопнуть покосившуюся от постоянных тычков дверь в промежутке их отношений? Сурганова вела себя до тошноты дружелюбно, а Диане от этого хотелось выть и лезть на стену. Как можно было притворяться друзьями, когда кровь закипала от отголосков родного запаха? — Девочку хочу… — внезапно услышала будто со стороны свой хриплый голос Арбенина. Она не знала, почему ей вспомнилась песня, но хотела именно ее. — Можно и девочку, — Света наклонила голову. Ее выражение лица сложно было прочитать. — Вместе? — Нет, — отрезала Диана и отпила из стакана с виски с надеждой на то, что ее дрожащие пальцы не было видно со стороны. Арбенина не хотела напиваться. Просто нужно было занять чем-то руки, отвлечься от раздражающей нервозности, пронизывающей тело. Сурганова пожала плечами и заиграла, расслабленно отбивая по струнам заразительный ритм песни. — Милая девочка, со мной не шути. Если поймаешь вдруг пламенный взгляд, значит ты можешь сбиться с пути, — с первых строк голос Светы был для Арбениной сравни смертному приговору. — Значит рискуешь не скоро вернуться назад. Диана могла пережить многое: плавные и точные движения тонких пальцев по струнам, игривую, бессовестно очаровательную улыбку, даже призывно выглядывающую из-под сбившегося воротника рубашки ключицу, но не этот чертов голос. Проклятый, глубокий, невыносимо сексуальный, завораживающий, опьяняющий, поглощающий мысли, чувства и силу воли голос Светы. Арбенина знала, что это конец. Она проиграла. От несправедливости происходящего хотелось рычать. — Остановись, опусти глаза. На встречу не двигаться, не смотреть, — Сурганова пела как ни в чем не бывало, заигрывая со слушателями и мучая Диану задорным блеском серых глаз. — Шаг в сторону, шаг. Еще на четверть, на треть… Арбенина сама не заметила, как подалась вперед. Не могла иначе. Все ее инстинкты тянулись к Свете, к ее мягкому, соблазнительному тембру. Диана сжала челюсти и мысленно зацепилась за последние крохи самоуважения. Света бойко ударила по струнам и приглушила их, оставляя звучать только голос. — Остановись, опусти глаза. Предупреждение последнее: стой, — Сурганова сделала небольшую паузу, приподняла бровь, отвечая на пристальный взгляд Дианы, и ее голос опустился ниже. — Шаг в сторону, шаг… Ну вот ты снова со мной. Света заиграла бой с новой силой, допевая последний куплет песни. Окружающие хором подхватили знакомые слова, но Арбенина не обращала на них никакого внимания. Она заворожено впитывала каждое движение, каждую интонацию Светы, не в силах оторваться. Наконец прозвучали последние слова песни. Диана будто очнулась от гипноза и резко спрыгнула с кресла. Сбоку послышался жалобный звон: кажется, от резкого движения стакан опрокинулся на пол. Плевать. Бросив пару фраз о том, что ей нужно покурить, Арбенина пулей выскочила из квартиры. Диана понимала, что это позорное бегство не останется незамеченным, но оставаться дольше она была не в силах. Кубарем промчавшись по лестнице, она вытолкнула себя из парадной на свежий уличный воздух. Непослушное сердце стучало громко, сбивчиво, жалко. В ушах все еще звучал проклятый голос. Диана нырнула в спасительную полутьму ближайшей арки и торопливо закурила. Затягивалась жадно, рвано, глубоко. Дым практически не чувствовался. — Боже, что я творю, — бормотала Арбенина, с усилием проводя ладонью по лбу. Будто пыталась выдавить опасные мысли из шальной головы. Получалось откровенно хреново. — Есть закурить? — шутливый голос Светы застал ее врасплох. Диана молча подняла взгляд и не нашлась, что ответить. Чертово сердце, будто по указке, пропустило удар. Скрипачка подошла ближе и без предупреждения вытащила сигарету изо рта обомлевшей от такой наглости Арбениной. — Эй! — Диана ошалело смотрела, как Сурганова неспеша, со вкусом делает затяжку. — Слишком крепкие, — Света поморщилась, но затянулась еще раз, прежде чем протянуть сигарету обратно. — Магазин в той стороне, — буркнула Арбенина и забрала обратно украденное. Слегка поколебавшись, осторожно поднесла еще теплый от чужих прикосновений фильтр к губам. Легкие заполнило спасительным дымом. — Может, я хочу твои? — Света наклонила голову, заглядывая в глаза Арбениной. Диана тут же подавилась и почувствовала приливающий к щекам жар. Сурганова в ответ лишь довольно усмехнулась, вызывая внутри Арбениной очередной прилив гнева. — Сурганова, тебе че надо-то? — выдавила из себя наконец Диана. Ее порядком достала роль жертвы сегодняшнего вечера. Если Света надеялась повеселиться за ее счет, то Арбенина с радостью готова была познакомить скрипачку с суровой реальностью облома. — Понимаешь… — Сурганова начала говорить, но тут же отвлеклась на голоса неподалеку. Их новые знакомые с вечеринки стояли у выхода из арки и неуверенно махали в их сторону. Диана сначала закатила глаза на этот бессмысленный обмен приветствиями, но тут ее взгляд зацепился на одну из стоявших в группе девушек. Ей оказалась та самая незнакомка, с которой Света так удачно флиртовала ранее. — Все, задолбало, — гневно плюнула Диана и попыталась уйти, но удивленно обнаружила сопротивление со стороны Сургановой. — Согласна, — Света внезапно ответила со всей серьезностью в голосе, и от ее взгляда Арбенина почувствовала слабость в коленях. Начался дождь. Группа поспешно отступила обратно в дом, но никто из девушек уже не обращал на это никакого внимания. Диана настороженно смотрела на Сурганову, готовая в любую минуту к ссоре. Но вместо этого с удивлением обнаружила себя в объятиях Светы. Вздох. Арбенина ощутила на губах терпкий вкус поцелуя. Крышу сорвало окончательно. Диана растворялась во властных движениях Сургановой. Жадно целовала в ответ, дрожала от нежных прикосновений к чувствительному затылку, дышала близостью со Светой, охотно отдавалась и торопливо брала в ответ. Как давно она мечтала об этих губах, комкая ночами бесполезные холодные простыни, как мучила себя постыдными, сладкими, запретными мыслями. Из горла Арбениной сам по себе вырвался глухой, хриплый стон. В ушах шумела кипящая кровь. Пути назад не было. Желания возвращаться тоже. Света торопливо, влажно, страстно целовала Диану. Терзала губы, подбородок, шею, ключицы. Арбенина тонула в поцелуях, укусах, нежных, властных, требовательных и умоляющих. Плавилась без остатка, ощущая жадные движения горячих ладоней под своей футболкой. Терялась в родном, любимом, дурманящем запахе, что окружал со всех сторон, не оставляя других вариантов, кроме совместной безоговорочной капитуляции. В какой-то момент Света подтолкнула Диану спиной к кирпичной стене арки. Арбенина зашипела сквозь зубы от внезапно холодного прикосновения и уже хотела возмутиться, но ее протесты тут же были подхвачены очередным нетерпеливым поцелуем. Между бедер проникла спасительная коленка, и Диана не смогла сдержать рваного всхлипа. Пульс зашкаливал. Мир вокруг окончательно потерял свои очертания. Центром вселенной была только Света. Ее сбивчивое, обжигающее дыхание, низкий, хриплый от возбуждения голос, крепкие руки и разгоряченные, влажные, преступно нежные губы. Арбенина плавилась в ее объятиях, бесстыже терлась о коленку, ощущая сладкое давление грубой ткани собственных джинсов, уже не пыталась подавить рвущиеся наружу сбивчивые стоны. Спустя постыдно малое количество минут, Диана с силой вжалась в Свету, захлебываясь в нахлынувшей волне наслаждения. — Хорошая моя… — от нежного голоса Сургановой хотелось плакать. Диана откинулась назад, с неохотой разжимая руки и смущенно осмотрела себя, потом Свету. Девушки одновременно захихикали. — Капец, Светка, — счастливая улыбка сама собой расплылась на лице Дианы. — Умеешь ты внимание привлекать! — По-другому ты не замечаешь, — Сурганова очаровательно смущенно почесала затылок. — Поехали домой, а? — К тебе или ко мне? — вопрос сложился сам собой, и Диана готова была за него выдать себе оплеуху. Это была одна из тех тем, которая могла привести их к очередной ссоре. А ругаться Арбениной сейчас не хотелось совсем. На всякий случай Диана отвернулась и подошла к выходу из арки, фокусируя внимание на идущем во всю дожде. Протянула руку, задумчиво наблюдая за тем, как крупные капли бьют по ладони. — К нам, — от ответа Сургановой сердце Дианы затопило нежностью и щемящей тоской. Света встала рядом. — Вряд ли дождь скоро закончится. Чтобы хоть как-то охладить пылающую голову, Арбенина поддалась внутреннему порыву и шагнула вперед, прямо под ливень. — А слабо так до трамвая? — с напускной бравадой выдала Диана. Света улыбнулась в ответ и без промедлений встала под холодные капли. — Блин, Свет, ты ж щас простудишься, — в голосе Арбениной смешались удивленное восхищение и беспокойство. Света гордо стояла рядом, ничуть не пытаясь скрыться от дождя, и призывно улыбалась Диане. — Ты тоже, — Сурганова уверенно взяла ее за руку. — Так что, где там твой трамвай? Диана несколько секунд пораженно вглядывалась в полные доверия и ласки серые глаза. — Погнали! — Арбенина сжала прохладную ладонь и торопливо потащила Свету в нужную сторону. Девушки бежали, громко хохоча и топая по лужам. Арбенина время от времени поворачивала голову, проверяя, не отстает ли Света, после чего цеплялась за ее руку сильнее и ускорялась. Любовь накрыла их с головой.