Любимый идиот

Цзян Ваньинь сидел с племянником за столом, на котором были поставлены две миски с горячим супом. Он просто сидел и смотрел на этот суп и не мог поверить, что перед глазами действительно суп, как у шицзе. От него шёл такой же запах, как и у её супа. Попросив сегодня чужака с таким родным лицом приготовить еще две порции, он и сам не понял, зачем сделал это. Может быть, из-за того, что удивился, что кто-то еще может его приготовить, а может как раз из-за его лица. То, как он смущался, как его уши полыхали, так завораживало, Ваньинь бы там кинулся его сжимать в объятиях, если бы это был его Усянь, если бы он не был чужим, если бы он не обращался к нему на Вы. — дядя, у нас сегодня суп на ужин? — из мыслей его вырвал племянник, кажись, мальчик был удивлён, что кроме супа почти ничего не подали. — да, Цзинь Лин, я хотел бы рассказать тебе, что это за суп, выслушаешь? — угу, — согласился ребенок, условившись на дядю. — когда я был чуть старше тебя, твоя мама приготовила свой первый суп, этот суп стал нашим любимым, мы постоянно просили сестру его приготовить, и каждый раз он получился всё вкуснее, — впал в воспоминания Цзян Ваньинь, перед глазами мелькали картинки из прошлого, — мама? А кто мы? — задал вопрос Цзинь Лин, его очень удивило, что дядя говорил во множественном числе. — я и... Еще один твой дядя. — еще один? У меня их три? — да, можно и так сказать. Так вот, этот суп приготовила не твоя мама, но по вкусу он должен быть похож, — ответил ему он, беря в руку ложку. Набрав ей немного супа из миски, он поднёс её ко рту. Почувствовав на языке тот самый вкус, в уголках глаз начало щипать от собирающихся слёз, но он не спешил из вытирать, он вообще замер, пытаясь впитать этот вкус в себя. — дядя, ты плачешь? — в глазах маленького ребёнка было недоумение, это впервые, когда он видел, как его дядя пускает слёзы. — нет, пробуй суп, — ответил ему Ваньинь, утирая слёзы рукавом, — этот тот же вкус, как у супа твоей матушки. — хорошо, дядя. Мальчик, также черпнув супа, отправил ложку в рот, ему понравился его вкус, на языке ощущались лотосы. Когда он был поменьше, дядя дал ему попробовать их семена, и сейчас он ощущал их вкус. — ну как тебе? — поинтересовался Ваньинь. — вкусно, а кто это готовил? — папа Земина, — немного помолчав, ответил он, ему все еще непривычно называть его так. — папа Земина вкусно готовит. — да, ешь, пока горячий. Так в тишине и прошёл ужин у главы Цзян и его племянника, а семья попаданцев также ужинала полным составом у себя. — папа, твой суп, как всегда, самый вкусный, — отправляя последнюю ложку супа в рот, произнес их сын. — спасибо, мое солнышко, но тебе стоит поблагодарить свою тётю. — почему? — потому что твоя тётушка научила твоего папу готовить его. — ответил ему Цзян Чен вместо мужа. — ого, а я думал, почему у тебя и у тети похожие супы. — мне тогда было шестнадцать, и меня в школе отсадили от твоего отца, а главное пересадили к дяде Ванцзы, и А-Чен тогда так обижался и грустил, поэтому я спросил у шицзе, чем можно поднять ему настроение, а она научила готовить суп. — а почему отец был грустным? — ну, на самом деле, твой отец очень сильно не любил дядю Ванцзы и... — Вэй Ин, молчи, — произнес немного красный Цзян Чен. — да ладно тебе, пусть знает, каким его отец был ревнивым, — смеясь над мужем, произнёс омега, — и как сильно любит своего мужа. — а меня тоже любит? — скорчил грустную мордочку мальчик. — разве тебя можно не любить? Конечно, мы тебя любим. — я тоже вас люблю, — заулыбался их сын. Они закончили ночную трапезу и, уложив сына спать, и тоже отправились в свою комнату. Лежа в объятиях Вэй, Ин рассказал мужу о сегодняшней встрече с Ваньинем. Тот только немного нахмурился. — ты находишь его привлекательным? — естественно, он буквально выглядит как ты, кстати, тебе идут длинные волосы, а еще у него тоже накачанное тел... ой... — прервался омега, с улыбкой смотря на мужа. — а ты откуда знаешь? — я видел его, когда он тренировал своих учеников. — значит, ты пялился на него? Как не стыдно? Вэй Усянь, омега, да еще и замужняя и с меткой, к тому же является папой двух детей, а засматривается на других мужчин, как же обидно его мужу. Ах, ты так жесток со мной, мой дорогой муженёк, — начал в шутку обижаться Цзян Чен. — о, дорогой супруг, не бойся, этот никчёмный никогда не променяет своего альфу на кого-либо, ведь мне нужен только он сам. Ну все, прекращай дуться, — покрывая его лицо поцелуями, начал жалеть его Вэй Ин. — ты не никчёмный, ты мой самый любимый муж омега и просто человек, — взяв его кисть в свою, притянул к губам и нежно поцеловал ее. — ах, А-Чен, ты такой романтик. Я влюбляюсь все сильнее, — с покрасневшими ушками произнес он, пряча лицо у мужа в грудной клетке. — твой запах стал сильнее, правда, я отчётливо чувствую, как он перемещался с ароматом сладкой локвы и чего-то еще, никогда не чувствовал такого запаха. — интересно, что это... — когда окажемся дома, попробуем понять. — поскорее бы, только вот... — омега на секунду прервался. — что? Ты не хочешь домой? — нет, я хочу, очень хочу, но здешний Цзинь Лин... Мне его так жалко, судя по всему, А-Бао его первый друг, он выглядит очень счастливым, мне так грустно от мыслей, что он останется один. — не беспокойся, он здесь дружит еще с несколькими Ланями, вроде копией Сычжуя и кем-то еще, я слышал, как они вчера обсуждали это, когда рисовали. — о, тогда ладно, надо будет как-нибудь увидеть А-Юаня. — ты забыл, нам нельзя попадаться на глаза. — но Лань Чжань меня видел и тебя тоже. — это другое. И почему ты зовешь его первым именем? — не ревнуй, я все ровно люблю тебя, он просто лучший друг после тебя, конечно же. — я тоже тебя люблю. Так они и заснули в объятьях друг друга, тихий ветер и звук воды за окном очень склонял ко сну. Вся Пристань Лотоса опустилась в сновидения, только глава ордена вновь проснулся от кошмара, тяжело дыша и весь покрытый потом.