***
9 июня 2024 г., 11:28
Весна — это цветение, запах пыльцы и фейерверков, ведь ученики только-только входят на порог социальной жизни. Азула помнила свою церемонию. Листья красного дуба отожествлялись с ее нацией и радовали глаз. Горячее солнце и холодный ветер были сонаправлены с ее характером. Однако стыдно признать, церемония запомнилась не только сладостной погодой.
Отнюдь, принцессе не забыть то, как директор академии зачитывала скучнейший текст, пока зоркий золотистый взгляд высматривал подруг, что затерялись в алом мареве. На глаза попалась Тай Ли. Азула ожидала ее видеть среди других шести — или семи? — сестер-близняшек. Такую же бесполезную сервизную чашку, которую она спасет от гниения скуки.
Но ее ждало удивление, когда Тай Ли мило ворковала с непонятной девицей. Совсем страх растеряла! Злость накрыла пеленой, однако ни один мускул не дрогнул. Принцесса не должна опускаться на уровень подобного плебса.
— Кажется, это мое место. — взгляд осы-стервятника пронизывал девчонку, которая посмела говорить с Тай Ли. Тай Ли та еще болтунья и слабохарактерная, в ее ветрености Азула почти не сомневается.
На нее смотрит янтарь, как огонь. Дерзкий, но так ловко скрывающийся под вежливостью.
— Прошу прощения, Ваше Высочество. — поклонилась девица, пока Тай ли глупенько моргала. Обезьянка! Ее личная…
Наглая девчонка смиренно уходит, и Азула мгновенно о ней забывает, отчитывая Тай Ли об очередной глупости. Розовощекая подружка тараторит, нелепо извиняется, говорит о том, какая достопочтенная Хирам хорошая собеседница. Благо, при первой же угрозе у этой обезьянки включается мозг.
Не думала она, что когда-нибудь встретит эту девчонку вновь, да и надолго останется в ее жизни.
***
Учеба шла как всегда прекрасно. Азула была несомненно лучшей… — Азула, смотри! — ахнула Тай Ли, оглушив рядом стоящую Мей. Она совершенно бескультурно тыкала пальцем на всеобщее табло экзаменов. У Азулы застучали виски от звенящего отсутствия элементарных правил приличия от подруги. Что она в ней нашла? Куда ее родители вообще смотрят?! — Ты на втором месте!Что?
Дочь Лорда Огня не верила собственным ушам. Головная боль сразу пропала, а мысль рассекала череп. Азула выискивала себя и… действительно. Первое место было выведено красивым почерком, но далеко не инициалами сестры Зуко.Хирам Рузо.
Теперь она точно запомнила эту девчонку. Принцесса вспомнила фамилию. Как-то однажды отец говорил, что хотел сосватать ее с Рузо-младшим, если бы в их семье родился мальчик. Улыбка вновь оказалась на бледном лице, несмотря на задетое чувство превосходства. Бедная девочка, которой явно были не рады родные. Естественно, их планы рухнули с ее первым входом! Теперь она пытается доказать всем — и себе! — что она чего-то стоит. Все просто. Она не стоит внимания, обычная малышка, которая хочет казаться сильнее. Надо забыть о ней. Надо.Но эта Рузо всегда напоминала о себе.
Азула слишком часто слышала эту фамилию, когда вручали поздравления победителям в разных конкурсах, олимпиадах, соревнованиях. Раздражала. Принцесса мельком замечала ее: тугая темная коса, косые пряди, обрамляющие квадратное лицо — она явно хочет скрыть этот факт — коренастая фигура, скрывающаяся за алыми шароварами — тоже скрывает, фальшивка! — и желтая лента. Последней каплей стало то, что Рузо перевели в ее класс, как лучшую. Какой вздор! Ногти Азулы царапнули учебный стол, хмурое выражение лица выдавало эмоции. Это еще больше раздражало. Улыбчивая, приветливая, однако всегда отстранённая, не подходит первая, не вступает первой в диалоги без надобности. Чем-то напоминает Мей, если бы та не была зашугана родителями. В диалогах эта Рузо чем-то напоминала Тай Ли, только более начитанной. Взяла хорошие качества ее подруг в ввела в абсолют… Раздражала. Однако Азула все еще была спокойна. Никакая чиновская дочка не могла превзойти ее. На какое-то время Хирам выветрилась из головы, принцесса отдалась усиленным тренировкам с мастерами на дому. — Здравствуй, Азула. — однажды к ней обратились. Нахальство, так имели право говорить только Тай Ли и Мей! Обернувшись, взгляд встретил знакомую косу с желтой лентой. — Поскольку я являюсь старостой и мне велели поставить спектакль в честь празднества Солнца Агни, хотела бы поинтересоваться, ты будешь участвовать? «Думаешь, я не помню, кто ты?» — Азула видела внимательный взгляд. Какое двуличие и бесстрашие. За пределами академии девица официально ее величает, а тут! Как предсказуемо так низко пользоваться своим положением! — Нет. — отвечает четко, на лице Хирам и мускул не дрогнул! — С детства ненавижу спектакли. Буду с семьей. Принцесса ожидала хоть капли эмоций, зависти, недовольства, чтобы эта Рузо оскорбилась, но нет. Как Мей. — Хорошо, так и запишем. — кивает, что-то записывает и удаляется мучить других учеников. Золотой взгляд провожал ее. Слишком широкая спина. Скрывала бы ее за одеждой, совершенно не элегантно. «Жаль она не играет.» — думается вскользь. — «Ей бы пошло быть стеной!» — от приятных мыслей и сравнений улыбка расплывается по точеному лицу. Дочь Озая действительно не хотела идти на спектакль. Никогда не ходила. Однако тянуло туда… Посмотреть, как падет спесь с этого квадратного лица! В столовой появляется знакомая фигура. Азула невольно провожает ее взглядом. Хирам всегда любила есть одна. Затворница. Брала всегда одни и те же блюда. Боится перемен и неизвестности. Читает книги, повторяет задания. Не хочет делать ошибок. Как же хотелось подойти и задеть ее самолюбие! Так хочет казаться умнее и лучше, чем есть! Как раз самое время! — Азула, ну ты не слушаешь! — проныла Тай Ли, буквально положив торс на стол. Грустными глазками заглядывает на подругу. Ребячество раздражало. — Прости, но мне не интересно по сотому разу слушать то, как тебе очередной мальчишка в любви признавался. — отпила чая принцесса, выкинув колкость. Чашка прятала улыбку. — Но в этот раз все было так… странно! — скосила серый взгляд вбок, вспоминая случившееся. — Это никому уже не интересно, Ли. — цокнула Мей, поддерживая Азулу. — Но он хотел сброситься в окно, кога я сказала, что не буду с ним встречаться! — пыталась хоть как-то заинтересовать подруг немаг. — И ты только из жалости собралась с ним быть? — усмехнулась Азула, поймав непонимающие серые очи. Глупенькая. — Пойми, ты не способна любить или что-либо чувствовать. Любишь играть с их эмоциями, как с куклами. Просто признай это. — Как ты можешь так говорить! — и сразу в слезы. Манипуляция. На нее это никогда не действовало. Золотой взгляд стреляет в сторону отдаленного стола. но ее ждало разочарование, Рузо была уже не одна. Мило ворковала с другими учениками. Ее ледяное выражение лица потеплело и стало невероятно располагающим. Даже голос она меняет. Играет, ничего не чувствует. Верно? Смотрит в сторону звуков. Тай Ли все также хнычет. Хочет, чтобы пригладили, пожалели. Никогда не вырастит. — Ладно, прости. — закатывает взгляд говорящая, чувствуя внутри досаду. — Я не хотела звучать так… грубо. Маг огня не слушала то, что говорит подруга. Ее раздражало то, что не получилось насолить всезнайке Рузо, потому решила поскорее уйти, дабы не видеть ее воркующее выражение лица. Смешно признавать, но дочери Озая было интересно, как ведет дела Рузо. Вначале она хотела послать Мей или Тай Ли, чтобы те посмотрели и доложили все ей. Однако после того, как немаг отшутилась, что Хирам не выходит у нее из головы, оскорбленная Азула решила сама все разведывать. Так будет меньше вопросов. Рузо действовала по ситуации: мило уговаривала более покладистых, давила на слабые точки взъерепенившихся. Неплохо, неплохо… везде преуспела. Девушка сжимает ладонь на руке, когда видит, как Хирам спокойно общается с парнями. Те хоть не так к ней липнут, как к Тай Ли, однако трудно не заметить, как легко она находит общий язык. Говорит то, что хочет слышать собеседник, моветон! Злоба клокотала и грела тело. Почему у нее не так?! Почему парни сбегают при первой же возможности?! Слабаки! Неудивительно, им только подавай пустоголовых дур, на фоне которых они будут героями! — Азула? — удивленный голос выводит из транса. Девушка распрямляет скошенные брови и замечает Рузо. Впервые она видит на ее лица что-то, кроме холода и напускной улыбки. Маленькая победа. — Решила все-таки участвовать? — Отнюдь. — уголки губ острые. Ей стало весело, Азула чувствует свое превосходство, подходит ближе. — Хотела посмотреть, как ты справишься с… ответственностью. — злобный взгляд касается парня, который до этого общался с Рузо. Он сразу опустил его и ретировался. — Ловко ты управляешь стадом. — К каждому нужно просто найти ключ в виде личностных ценностей и пользы. — повела плечом староста. — Не кажется ли тебе, что через страх легче? — почему-то ей захотелось поглубже узнать эту девицу. Не так же проста. В чем-то лучше… никогда! — Мир, как и люди в нем, исключительно материальны. — интересное умозаключение. — Думаю, принцессе это более, чем известно. Унизила и похвалила. Удивительная наглость! Оставила собеседника без выбора. Либо соглашается, либо признает поражение. — Думаю, у старосты недостаточно средств, чтобы всем выделить выгоду. — Азула тоже не из робких. — Выгода — далеко не деньги. — качнула головой, и ее пряди качнулись в такт. — Важно найти потребность собеседника и сделать так, что только ты ее можешь предоставить. — Тогда какая у меня потребность? — ставила паузы перед каждым словом. Веселье щекотало гортань. Хирам так близко. Терпкие духи задели нос. Почти мужские. Огонь ее страны сейчас в глазах этой Рузо. Смотрит не менее внимательно, но не рассматривает. Изучает сейчас? Думает, что сказать, чтобы не разозлить ту, кто ее жизнь может превратить в пепелище? — Не думала, что принцесса имеет сложность с противоположным полом. От резкого попадания в точку спесь сестры Зуко рухнула. Тонкая бровь возмущенно дернулась, а золото в тумане стало злобно сверкать. — Хотела, чтобы было как-то иначе? — спрашивает вновь, чем больше задевает. Азула немного разочарована. Думала, Рузо умнее. — Отнюдь, мой статус позволяет выбрать любого. — все еще хочет возвыситься. — Жаль, что ты пытаешься восполнить чужим вниманием свои комплексы. — Я польщена, что императрица за мной наблюдает, замечает такие мелочи и что я не выхожу у нее из головы. — от приятного словца Азула чувствует, как внутри что-то сжимается, как грудь кольнуло легкостью. Удивление вышло наружу. — Однако этикет не позволяет действовать иначе с мужчинами, чем быть милой и начитанной. — У нас свободная страна, — начинает защищать ее? Как странно. Спишем на то, что Азуле понравилось то, как к ней обратились. — Женщина не обязана так прогибаться перед тупыми идиотами, тем более мы в академии, а не светском рауте, где они хоть что-то из себя представляют. Они говорили. Говорили, говорили, говорили. Так много! О мужчинах, о женщинах, о стране. Азуле казалось, что все слишком быстро и легко. Странно. Непривычно. Хотелось еще. И Азула брала свое. Порой она могла вылавливать — хотя себе же клянется, что не искала ее — Рузо во время перерыва, когда та обедала или отдыхала одна. Принцесса старалась изучить девушку, найти ее слабости, то, чем она живет. И ей поначалу казалось это легким делом, потому как собеседница особо ничего не скрывала… Но ее ждало разочарование. То, что девчонка говорила ей, она говорила всем, кто с ней говорил. Не было ни одной конфиденциальной информации, которую она могла бы доверить исключительно Азуле. «Либо она дура, либо гений.» — магесса Огня не могла точно ответить на собственный вопрос. Либо Рузо болтливее Тай Ли и ни секунды не думает о возможных врагах, либо все ее слова — напускная ложь. — «А, может, правда, но не дискредитирующая?» Честно, Азулу это раздражало. Очень. До боли в сжатых кулаках. Но она продолжала с ней общаться. Заставит раскрыться. Они общались много. Больше, чем нужно. И продолжали соперничать. Точнее, Азула не собиралась сдаваться. Больше учебников, больше ночей в библиотеке, больше тренировок. Она не понимала, как разобраться справляется со всем этим. Но есть то, в чем Хирам всегда проиграет. В лазурном огне и электричестве на кончиках пальцев. Она одна из первых гражданских увидела идеальный выпад. Как давно она стала вхожа на территорию дворца? Неважно! Главное другое! Золото цепко смотрело на единственного присутствующего. Она ждала реакции. Яркой, как собственное пламя, жаркое, завистливое. Азула хотела увидеть уничтоженное и растоптанной самолюбие «идеальной». — Ты настоящая императрица. — фраза, сказанная с размеренным чувством искренности. Ни визга Тай Ли, ни безразличия Мей. Нечто новое. Азула чувствует, как кольнуло сердце. Острой, раскалённой иглой. Душу наматывает. Ноги слегка ослабели, а кончики пальцев стали холодней, что отчётливо ощущается из-за разниц температур. — Рада слышать. — выпрямляется, вальяжно идет к ней, намеренно покачивая бёдрами. Хирам смотрит на неё снизу вверх, ожидает. Хотелось поправить и без того идеальный тугой хвост, однако рука принцессы касается щеки. Невесомо-легко. — Моя верная ищейка, лучшая из лучших. Тёплая нега волнами расслабляет тела. Они стали ближе, чем Азула ожидала.***
Тай Ли и Мей надоедали быстрее обычного. Однако с появлением Аватара Азула понимала, насколько они в выигрышном положении. Она их взяла в поход, и Рузо даже не обиделась. «Неужели ей настолько всё равно?!» — мысль въедалась слоновьей крысой. Принцесса думала о ней, но лишь единожды выслала письмо. И там не было ни грамма вопросов о насущном. Лишь одно — Аватар на мушке. Рузо не писала, не могла, потому как их королевские саламандры были быстрее почтовых ястребов. Только глубокими ночами — или почти под утро? — Азула могла расслабиться и отдаться кротким вспышкам-воспоминаниям о встречах. Вспоминала голос, уверенный и коленный. Он желал победы. Искренней и не фанатичной, с холодным разумом. Закрывая глаза, она видела Хирам рядом. Та сидит рядом, лицо расслабленно. С появлением Аватара Азула забыла о сне и спокойствии. Она не забывала о Зуко, своём теперь прямом сопернике. Это ничтожество явно знает обо всём. Ему не победить, она быстрее! В такие моменты Хирам просто брала за руку и молчала. Не хотелось ей говорить слащавых речей или показывать напускного волнения. Лишь одно — «действуй». И Азула следовала этому постулату. Ведь как только наступал день, ей приходилось забывать обо всём, кроме цели.***
Предательство… Что может быть хуже?! Отвратительно чувство задетой души! Азула была оскорблена, разбита! — Пустоголовые… Дуры! — не находилось цензурных слов, чтобы описать всю ненависть к ним, некогда подругам. Подругам! Как они могли, как посмели?! — Я убью их, превращу в прах и смешаю с грязью вместе с этим ничтожеством! Принцесса, которая только-только вновь смогла управлять телом, ходила из стороны в сторону. Тело не могло успокоиться, нужно было всю энергию куда-то деть. В голове ничего не укладывалось, только слова Мей остались о том, что просчиталась. В чем?! В чем просчет? Недостаточно надавила, дала страх? Мало было привилегий, ценностей?! — Лекарь просил тебя соблюдать постельный режим. — Рузо сейчас раздражала не меньше. Она сидела с каменным лицом на кушетке, принадлежащей королевской особе. — Заткнись! — злобе не было предела. — Это всё из-за тебя! Да… Да, из-за неё! На неё она сделала ставку, а эти дуры потеряли нужное давление, нужный контроль! Забылась, запустила ситуацию! — Если моё присутствие ухудшает ситуацию, я могу уйти. — бесстрастно предложила. Думает, сделает лучше?! Тупая! — Конечно, уйдёшь. — голос злобно понизился. Азула видела в ней мишень, причину всех бед. — Все уходят! — она сошлась на крик и даже визг. — И ты сбежишь, чертовка! В несколько шагов оказывается рядом, нависшую опасной тенью. Рузо не дёрнулась. Лишь продолжала смотреть… Смотрит, она всегда только смотрит! И правды Азула не видит в этих глазах, они как зеркало — отражают только то, что собеседник хочет! Лживая! Такая… Лживая! — Мерзкая дрянь, хочешь же сбежать, да?! — возмущается, не жалея голоса. Плевать, если услышат. Слишком больно. — Такая же слабачка, как и они! — Рузо снова молчит, даже губы не поджала. В комнате поднялся жар, источником которого была преданная. — Что молчишь? Что молчишь?! Сказать нечего? Я угадала, значит?! Лгунья! Такая же, как моя мать! Распустила руки. Сорвалась. Вначале просто толкала и кричала, но когда не увидела сопротивления и почувствовала отголоски ликующего кровоточащего сердца, то поняла, что это и есть тот самый шанс. Она что-то выкрикивала, казалось, из ноздрей выходят языки пламени. Когда руки дотянулись до шеи, то её запястья резко перехватили. Толчок в грудь выбил воздух. Сейчас на неё смотрит мёртвая и убийственная. Такая, которую ещё не видела. Её лицо исцарапано, а причёска выбита из-за цепких пальцев с длинным маникюром. Прищур глаз отдавал тьмой, но Азула лишь шире скалится. Не страшно! — Я лишь делаю то, что хочешь ты! — чеканит Хирам, сильнее сжимая запястья. Азула кривится, всякий плебс не может так с ней обращаться! Сразу вспоминается Тай Ли… — Что хочу я, да? — чаще дышит, пламя внутри съело кислород. Задыхается. — Шагу не сделаешь без меня, моего приказа! Вечно будешь рядом, как пёс на цепи! Это приказ! — Я с тобой не как пёс. — выплёвывает яд. — Я твоя подруга. — Подруга? Ха! Дружбы нет! — заливисто захохотала говорящей в лицо. Такая нелепица! — Это лишь очередной блеф для контроля! — Я и так с тобой! — вот, выходит из себя! Какое же это удовольствие! Не только ей страдать! — И я не собираюсь тебя бросать! — Бросишь! — кричала прямо в лицо. — Бросишь, бросишь, бросишь! Ты лживая, безмозглая… Её браваду прервал хлесткий удар по щеке. Секунды растягивались, как и нарастающее жжение. Перед принцессой всё стало залито красным, она повалила подругу, началась самая настоящая драка. В ход шло всё, что попадалось под руку: подушки, стулья, ногти, другие конечности, магия огня. Они не жалели друг друга, кричали, матерились. Даже лекарям и медсестрам попало не меньше. Пришлось вызывать охрану. — Ты бесстыжая слепая идиотка! — кричала не своим голосом Хирам. Азула специально больше била в лицо, чтобы испортить и без того мерзкую внешность. — Ненавижу! — без отдыха орала Азула, продолжая использовать магию, пока её не связали. Все её бросят, все!***
— Успокоилась? — раздражённо спрашивает Хирам, которая пришла навестить подругу спустя неделю… Или больше. Намного? Маг огня не помнит. Азула лежала на кровати и смотрела пустым взглядом на потолок. Всё те эмоции, что она пережила, высосали последние соки. Когда она отдавал приказ расправиться с несносными девицами, девушка почувствовала новый прилив сил. Однако после — пустота. Оглушающая, звонкая, холодная. — Что пришла? — Думаю, ответ очевиден. — нет той доброй Хирам. Есть Рузо, староста класса. Лишь расчетливость и недовольство. — Пошла вон. — говорит, отворачивается. Сейчас уже всё равно. Да, все равно! Никого не хочется видеть! Но почему же так больно?! В груди кроваво-гнилая дыра. Слышится протяжный выдох. Некоторое время тишина. Мысленно Азуле хотелось, чтобы Хирам исчезла. — Ну почему ты такая? — от её глупейшего вопроса тело напрягается от возмущения, что видно говорящей. — Со мной. Только из-за двух простушек ставишь под сомнение меня? — Чем ты отличаешься? — наигранно-глупо спрашивает, не поворачиваясь. Не хочет видеть этого взгляда. Удивление, разочарование… И всё в одном отблеске. Не нужно поворачиваться, это ощущается и спиной, каждой частичкой. — Такая же меркантильная, бросишь, как перестану быть удобна. Яд сочился, оппонент молчал. Долго, даже после всего сказанного. Не находила слов? Была оскорблена? Ха! Плевать! Слышаться шаги. И каждый — как молния. Всё в душу раненной. Скрип двери, тишина. Это бьет по самолюбию, по оставшемуся живому островку. Резко оборачивается, чтобы убедиться в полном одиночестве. Ушла. Предательница! Хотелось рвать и метать, испускать огонь, что опять облизнул обод ребер. Но… Замечает корзину с фруктами. В ней записка, и почерк Хирам.«Знаю, что скорее не будешь слушать меня, поэтому пишу. Надеюсь, прочтёшь. Знаю, каково тебе, я пережила тоже самое и понимаю, что ты можешь испытывать. Это больно, это подло, это разрушает. Поверь, не сможешь забыть. Не сразу. Далеко не. Я с тобой, я здесь, я буду этой принимающей стороной, этим берегом, на который будешь обрушать цунами и молнии. Мне будет неприятно, мне больно слышать всё то, что ты говоришь мне, но я знаю, что ты имеешь в виду не меня. Буду пытаться вернуть твоё доверие, не к людям, нет, к самой себе. Ты ведь такая прекрасная, многогранная и интересная, тебе всякий плебс не нужен, не твой уровень. Силе нужна сила, придут новые люди, обещаю. Пожалуйста, пусть твоё сердце не леденеет. Буду навещать тебя как можно чаще, пока не поправишься. Твоя ищейка.»
Азула сжигает открытку, желая, чтобы вместе с ней испарились и непрошенные слезы. Её мутит, хочется выблевать всё то, что внутри. Оно заставляет гнить, разлагаться. Почему так много эмоций, такие разные, яркие?! Невозможно их выдержать, так плохо! Девушка не знала, куда себя деть, металась, не спала ночами, кричала и плакала. Не верила. Ни единому слову не верила! И каждый день это только подтверждалось, ведь она не приходила. А Азула, черт возьми, ждала! Болела голова, ломило тело, жар и холод наполняло организм поочерёдно. И, вот, однажды она пришла. Хирам смотрела на неё, потную, растрепанную, и наслаждалась её жалким видом. Громко смеялась, чуть ли не складывалась пополам. — Какая ты жалкая! — злобное, демоническое лицо. Азула не могла пошевелиться. — Неудивительно, что тебя бросили! Ты ничего не стоишь, слабачка! Зуко станет Хозяином Огня, он поймает Аватара, а не ты! Рузо высказывала и высказывала, всё злобнее и злобнее. Била по самому свежему, Азула злилась на себя, ведь слезы еле получалось сдерживать. — Ты не нужна мне! — на этих словах она уходит во тьму. — Нет, нет, не уходи! — кричала, не жалея связок. Стало страшно, так страшно, что опять осталась одна, разбитая, брошенная и ненужная! — Вернись, ты нужна мне, нужна! Её начало трясти, собственный крик разбудил. Принцесса бегло осматривалась, всё вокруг кружило. Постепенно пришло ощущение чьих-то рук. Хирам. Перед ней была Хирам, которая нависла сверху и держала её. Именно она трясла? Рузо выглядит… напуганной? Тишина разбавлялась обоюдным тяжёлым дыханием. Азула всё ещё не верит в реальность, даже когда её обнимают. Тай Ли часто обнимала, но… Не так. Что-то в этих объятьях было иное. — Прости, — проходит над ухом. Рузо целует в мятую макушку. — Я рядом, не оставлю. — гладила по плечам, голове, везде, где могла дотянуться. Принцессу трясло, она старалась не дышать, чтобы никто не видел слабости в виде страха и слез. — Ты нужна мне не меньше, моя императрица. Приятно. Даже если бред из-за температуры, ей приятно. Хочется верить, но не может, не сейчас, как и говорила Хирам. Не та, которая её бросила, эта, что держит в объятьях и даже слегка укачивает, как ребёнка. — Моя милая Азула, такая сильная… — говорила всякую сладкую раздражающую муть. Всё эти слова, пусть и сказанные с искренним желанием помочь, для слабых! Они лишь подчёркивают её ничтожество во всей красе! Мать также потакала нытью Зуко с самого детства! Однако принцесса засыпает, чувствуя себя полностью утоптанной в собственные иллюзии.***
Они сблизились. Опять. Даже чуть сильнее. Но не без огрехов в виде ссор и даже драк. Азула не хотела верить в искреннюю доброту, потому проверяла на прочность. Не церемонилась в словах, избегала всякой признательности, пренебрегала. Конечно, терпения Рузо хватало не всегда. Вначале у неё были долгие беседы, потом молчание. Молчание убивало точнее, потому магесса всегда хотела задеть в ответ, в несколько раз сильнее. И тогда девчонка выходила из себя. Могла грубо выражаться, крепко сдерживать оппонентку, но не уходить. Или уходить, но приходить с чём-то вкусным или стаканом воды, чтобы остыть. Порой этот стакан был вылит на кого-то из них, но это меньше интересовало Азула и редко оставалось в её памяти. Дочь Озая старалась помнить о крепких объятьях и сладких речах, которыми её одаривали. Брюнетка тонула, потому старалась держать себя в руках. Злая тень Рузо всегда была рядом, появлялась, когда оригинал уходил. Однажды Азула просто крепко взяла руку подруги, когда та уже собиралась уходит, думая, что метательница молний и оскорблений уснула. В молчании магесса молилась, чтобы всё было понятно без слов. И Рузо ночевала в её постели. Не раз, не два, и все были важны. Она теперь всегда была рядом, даже служанки порой были дальше, чем она, её ищейка. Стало чуть легче. Доверять, конечно, Азула не стала. Всё ещё проверяет. Однако Тень ушла, не оставив ничего. Девушки стали ещё ближе, сестра Зуко даже рассказала о своей матери, как те предпочла слабого брата, а она «дочь своего отца». Нелюбимого мужа. Принцесса всё ещё не могла долго находиться в объятьях, потому Хирам просто держала ее за руку, просто гладила колено и проницательно смотрела.***
Но счастье не длилось долго. Аватар пришёл в столицу. Это было неминуемо, потому нация Огня готовилась. — Тебе следует уйти. — чеканит брюнетка, играясь пальцами в чужих волосах. Приятно пахло благовоние. — Тебе что-то принести? — без задней мысли спрашивает Рузо. Обычно Азула так говорила, когда вновь вспоминала о предательствах, и её в это время нужно или оставить на время, или обнять. — Ты не поняла. — садиться напротив, смотря точно в глаза, чтобы всё казалось серьёзным. — Уходи отсюда. Из дворца. А может и из города. — Причина? — глуповатая и не понимающая улыбка рассекла лицо. — Это приказ. — легко ведёт плечом, словно это само собой разумеющееся. — Разве нужно что-то ещё? — Хорошо. — так легко соглашается, что неожиданно бьёт дочь Лорда Огня. — Я вернусь, когда буду нужна. — Рузо встаёт и удаляется, поклонившись принцессе. Как глупо! Она так раньше никогда не делала! Азула осталась одна. Сердце слишком громко стучало, сбивая дыхание. Ей казалось, что вот-вот подруга вернётся, принесёт что-нибудь, и они дальше продолжат нежиться в объятьях друг друга… Но её не было. Ни через час, ни через два. Стыдно признавать, но Азула после спрашивала о том, где её семья. Они правда уехали из столицы в загородный дом. Где именно — неизвестно, но принцесса точно узнаёт… Когда в стране всё уладится. Так будет лучше. Пока. Она просто не может допустить, если с Хирам что-то случиться. Хочется верить, что девушка не обиделась и действительно понимает, для чего это было сделано. Однако мысли о ней не проходили. Организм требовал ту, ради которой восстанавливался. Её вновь ломило, но теперь была одна. Лекари раздражали напускными эмоциями. Это всё не то, где ее Хирам?! Почему она до сих пор не возвращается?! Бросила?! Мерзавка! Принцесса понимает, что разваливается, поэтому туже завязывает халат, усиливает тренировки, чтобы мысли не лезли в голову. Уснуть без сна — её выход. Но даже тогда, под тьмой, проглядывает янтарь радужки, мягкие руки, приятные духи. На утро всегда болело сердце, но девушка старается не обращать внимание. Все раздражали, поэтому работа служанок пошла под нож. Отец не должен видеть её такой, поэтому косметики чуть больше, чем раньше, ведь скоро её коронация. То мгновение, которое так долго ждала, так стремилась! Радость и триумф, несомненно, были, но… Не с кем было их разделить. В зеркале была Урса. Матерью её не мог назвать обидчивый ребенок. Как она посмела заявится сюда?! Лгунья, самая наглая! Говорит о том, что любит, конечно! Поэтому бросила! Поэтому любила брата больше! Хирам… Она не такая, она любит, она поддержит! Она спасала от этого! Но теперь… Где? Где её голос и руки?! Не на ней, не с ней! С кем же она? На кого посмела променять императрицу?! Обнимает себя. Крепко, до отметин. Не спасает. Разбитое зеркало явило все нутро, которое до этого скрывалось за ширмой иллюзий. Явило настоящую сломанную игрушку нации! Чуть качается, напевая то, что напевала Рузо. Колыбельная, хокку, просто что-то придуманное? Плевать! Это частичка Хирам, её милейшей ищейки… Она должна победить это ничтожество! И Зуко — тоже.***
Мудрецы Огня коронуют её. Казалось бы, всё закончилось, но, конечно, должен был появиться Зу-зу! Такой взлохмаченный, как бродяжка! Не зря его жизнь помотала, сегодня они явятся себя настоящих! Агни Каю быть. Его не миновать, как и Огонь, как комета Созина Великого, которая сейчас была вместо крови. Всепоглощающая энергия, пронизывающая самые отдаленные уголки сущего. Однако, в самой дали, прослеживалась фигура. Та самая, которую Азула желала увидеть, но при виде которой её бросало в бешенство. Она затмила собой все чувство могущества. «Почему ты пришла?!» — кричало сознание Хозяйки Огня. Синее пламя стало подобно зверю, ловко стало оружием в умелых руках. После каждого удара Азула смотрела в сторону Рузо. Та пугливо пряталась за стеной, смотря за сражение. Тупая дура! Подвергает всех опасности! Её внимательность порой теряла хватку, однако ловкость побеждала. Ещё пара бросков взгляда в сторону подруги, и она замечает водную плебейку. Отличная мишень! Да, не по правилам, но и плевать! Кто воспротивиться воле повелительницы Солнца?! Электричество из разлома в сердце переходит в ледяные руки. Наконец Рузо узрит истинного мага огня, свою великую императрицу! Всё пошло по плану, Зуко был обезврежен, а плебейку победить проще простого! Смех сам вырывался из груди. Вот она, победа! «Мы победили, Хирам!» — кричала она в своих мыслях, надеясь, что они так близки, что девушка услышит. Но её собственная слепота в собственном преимуществе предала. Вновь. Водная бродяжка смогла перехитрить. Превратила в лёд, припаяла цепью. Позорно! Злость кипела, вырывалась синим пламенем. «Хирам, беги, Хирам!» — слёзы ручьями побежали по её щекам, пока она повторяла, чтобы хотя бы подруга смогла спастись. Вот только той уже на месте не оказалось… Бросила? Оставила?! Клялась же, что не сделает так! Как давно она ушла?! Знала, что проиграет?! Она забрала с собой победу! Мерзкая, мерзкая, мерзкая предательница! Не смогла принять удар вместе со своей повелительницей! Ярость, гнев, боль — вот что заполнило тело преданной. и только звериные рыдания стали попутчиками.***
Жизнь в камере была по-настоящему отвратительна. Серые мягкие стены, такой же пол, железные двери. Удивительно, что братец решил поднять вопрос ментального здоровья преступников. Бывшей принцессе предстоит быть одной из подопытных? Как благородно. Особенно блевать хотелось на суде, когда Зуко говорил всякую розовую муть про сестру, говорил что-то про влияние тоталитарного отца, того, что она всего лишь ребёнок… Он умолял Аватара не забирать у неё магию. Жаль, так не было причин вообще жить. Хирам… Она оказалась предательницей. Не помогла ей в тот роковой день, сбежала, поджав подмерзший хвост. По убогой камере раздается стук каблуков сапог. Хозяйка одиночной комнатушки не желала поднимать взгляд. Ее никто никогда не навещает, кроме свинокуриц-лекарей со своими лекарствами-ядами. А их рожи она совершенно не хочет видеть. Однако Азула уверена, что в этой паршивой холодной похлёбка точно что-то понамешивают, ведь однажды, в одной из охранниц… Потому что увидела её. От шока Азула не могла сказать и слова, хотя хотелось так много сказать! Оскорбить, унизить, ударить, расплакаться и простоту тонуть в объятьях. Вернулась… Она вернулась ради неё! Наверное, девушка сейчас видит ее как воплощение смерти: бледное, исхудавшее нечто, желающее собственной кончины. — Такая сильная, — произносит ласково, совсем не боясь того, что видит перед собой. Тень от былого человека. Сердце колышется, так давно не было этих слов в ее адрес! — Я с тобой, я вернусь. — садиться на колени, Азула подползает к решётке, тянет руки, хочет почувствовать тепло. Так давно его не было. — Я обязательно приду за тобой, только дождись. И уходит, растворяется в дымке слез. Девушка кричит, испепеляет всё вокруг, бьётся в агонии, пока не прибежали лекари и не вкололи ей что-то, из-за чего могли течь беззвучно только слезы. Брюнетка искала её в лицах всех тех тупоголовых девиц, которые посещали её. Каждый шаг был отзвуком её надежды, его только кто-то перешагивал за порок камеры, всё тут же испарялись, поставляя горечь и злость.***
Когда-нибудь должно было случиться возмездие. И духи были сегодня на стороне заключенной, ведь дорогой Хозяин Огня решил поискать свою мамочку. Благо, у девушки все было схвачено, отец хотел говорить исключительно с ней о том, в каком именно тайнике хранилось все упоминание об этой падшей женщине. Манипулировать Зуко всегда было просто. Казалось, он будет в ногах ее ползать, если Азула клянётся не сжигать письмо матери, в котором была дискредитирующая информация. Ей было плевать на Урсу, некогда Хозяйка Огня хотела сбежать и встретиться с предательницей. Посмотреть и выколоть ее лживые глаза, оторвать столь лживо-мягкие руки. Она за столько лет не пришла к ней! Конечно, лететь с командой Аватара не было удовольствия, но выбора ей никто не дал. Водные плебеи всё ещё боязливо косились на неё. Было забавно. Золотые очи буравили ту, которая обманом победила. Ничтожная букашка! Она победила только из-за того, что Азула думала о подруге! Катара же старалась не смотреть на улыбку, подходящую больше на оскал. Боиться, считает ненормальной, сумасшедшей. Вспомнила о Рузо и новая сила полыхнула тело. Спрыгнуть с бизона — лёгкая затея. Никто бы за ней не прыгнул, кроме монашка, но и на этот случай у неё был план. «Наш Миротворец не смог забрать мою магию, так пусть почувствует результат своей колоссальной ошибки!» — с этой мыслью пациент психлечебницы поджигает планёр, что даёт ей фору. Конечно, команда летела за ней, но густой лес не давал Аппе спокойно приземлиться. Потерять из виду юркую тонкую девицу было вопросом времени. Дебри леса были практически не проходимы. Здесь явно не ступала нога человека. Невольно вспомнились времена поиска Аватара, Азула тогда отдавала всю себя без остатка. Не предали Тай Ли и Мей… Лишь однажды после приговора они встретились по инициативе принцессы Огня. Всё также гнили в тюрьмах, без воды и еды. Смешно, что Зу-зу их быстренько выпустил. На одной даже женился. Глупо с его стороны, обрекать свою империю на предательница и дуру. Вторая так и вовсе оставила страну и перекочевала на вражескую территорию. Не удивительно. Ну Рузо… Она вновь впечаталась в сознании, вновь вызвала шквал неконтролируемых эмоций. Злость и обида были теперь подругами Азула, которая с низкочастотным рёвом поджигает листья. Благо, они свежие, и горели не долго, оставляя жженый аромат повсюду. «Жаль, это не твои волосы.» — нахмурила брови маг огня. Она всё думала о её словах тогда, в камере. Почему она пришла, как смогла пробраться? Ни на один из вопросов не было чёткого ответа. Только доводы, ничем не подкреплённые. Ночь выдалась отвратительная. Постоянные звуки леса отвлекали, заснуть было невозможно. Спать где-то в корнях дерева тоже была так себе затея. — Азула? — голос, от которого внутри всё подскочило. Принцесса вновь видит перед собой мать. Всё такое же печальное лицо, всё такой же бордовый наряд. — Ты в порядке? Девушка теперь понимает, что эта женщина — плод её фантазий. Не могла Урса быть в одеждах Огня в таком месте. Выходит, Хирам… Во что та была одета? В что-то своё или какую-то униформу? Не помнит, черт возьми! Это было так давно! Со всей злостью кидает в мираж первое, что попалось под руку, и бежит, не желая видеть, прошёл ли камень сквозь женщину или нет. Слезы застыли в глазах, как и нечеловеческий вой.***
В ночи сияет слабый огонь в лампе возле храма в цветах Огня. Совершенно маленькое здание. Азула знала, что это что-то на подобии аббатства для заблудших не только путников, но и душ. Как комично. Но как раз здесь можно было бы спрятаться от дождя, который вот-вот должен был пойти, учитывая страшные грозы… Она любила грозы, раскаты грома… Потому ли, что всё это напоминало её императрицу? Азула просто хотелось в это верить, даже если это не так. Пустующее здание с минимумом комфорта для жизни, не удивительно. Девушка ненавидела такой отсталый выбор существования. — Ты хранитель? — грозно спросила она, уставившись на человека в одежде её нации. — Да, путник. — на неё смотрит Хирам. Самая настоящая, живая. Вот он — призрак и страшный кошмар! Живое воплощение ее психозов! Ее разрушение! — Что ты тут… — не находились слова. Просто не понимала, как так. — Ты же сказала мне идти, помнишь? — чуть приподнимает бровь. Совсем не ее жест. или ее? Уже не помнит?! — Я нашла это место. Для нас. — Для… нас? — девушка тушуется, когда к ней поднимается подруга. Слегка пятиться назад, все еще не доверяя. Сердце трепетало, оно хотело верить, но разум… он еще был с ней. От нее пахло дождем, но не духами. — Да, Азула, теперь мы можем жить вместе, вдали от проблем! — такая радость на лице… — Ты меня бросила! — принцесса отталкивает предательницу. — Думаешь, я забыла?! Оставила меня гнить, хотя сама здесь прохлаждалась?! — Бросила? — скулит, почти как карманная собачонка. Напоминает Тай Ли. — Я же тогда дала тебе склянку, чтобы ты выпила и на какое-то время твое сердце остановилось. Тебя бы выпустили, и мы вместе… — Замолчи! — завопила девица, хватаясь за голову. Столько информации! Она вновь и вновь прокручивала в голове сцену, которая теперь была выжжена в груди. Нет, четко же помнит, что ничего не протягивала, даже не коснулась! Или… Не помнит! Не помнит, не помнит, не помнит! Почему? Почему уже забыла? Что тогда было на самом деле?! — Азула, милая… — от мягкого прикосновения пальцев к мокрым щекам сестру Хозяина Огня бьет током, парализует. — Я так рада, что мы вместе. Думала о тебе, каждое мгновение. Приятно. Как приятно! Сердце, оно бежит, оно давно не принадлежит Азуле. Оно хочет к своей хозяйке. — Я так скучала, — проводит пальцем по щеке, убирая слезы. — И лишь мечты о твоих губах могли меня держать на плаву. Гу… бах? Неужели… она тоже? Душу сковывает в тиски. Во рту сохнет. Золотые очи опустились на чужие губы. Они должны быть сладкими и с привкусом яда, должны. То порочное, что гнала от себя принцесса. То греховное, что она не могла в себе принять. Дыхание остановилось, когда Рузо стала приближаться для того самого… неминуемого. Того, что всегда хотелось и порицалось. Азула искренне… боялась. Боялась думать о таком, принять себя такую. — Но… ты же думала о Тай Ли, верно? — из транса будит грубый вопрос. Принцесса не понимает, почему не чувствует родных губ. — Эта милая, безмозглая обезьянка… сорвала тебе голову, верно? Перед ней не Хирам. Даже не Рузо. Что-то чужое, потустороннее. Чужая колкая улыбка, зловещий прищур. Там плескалась ее погибель, принцесса это видела. Чувствовала, как хватка лица стала болезненнее. — Скажи, как давно ты ее представляешь? — вновь гладит по щеке, но как какое-то животное. Без эмоций, лишь ожидая услышать ответ, который уже знает. — На месте меня. — Этого не было! — оправдывается, но собеседница лишь смеется в лицо.Стоп.
Так уже было. Да… было! Это была Тень! Это не ее Хирам! Она бы так не думала о ней, точно! Все так, именно так. И Азула злиться на этот мираж. Она посылает в него огонь, но, на удивление, пламя дошло до цели. На секунду. Лишь на секунду ей показалось, что это настоящая Рузо. В следующее мгновение ее лицо исказилось, став демоническим. Теперь все ясно. Это все была ложь. — Ты не она, и не смей порочить ее! — рычала принцесса, искренне ненавидя этого скалящегося духа. — Она всегда предана мне! Девушка убегает прочь из храма-ловушки. Бежит так быстро, как может, игнорируя сбитое дыхание и сердце. В голове туман, но она повторяла лишь то, что все предатели, кроме нее. Только Хирам она нужна, отец… отец помнил ее и хотел, чтобы дочь свергла несносного наследника. Но только Рузо видела в ней человека. Вот только… все это было ложью! Хирам не любит ее, не ищет! Предала, просто предала, а глупая маленькая Азула верила в этот блеф столько лет! Наверное, уже живет где-то с каким-то парнем и проблем не знает! Чертовка! «Ненавижу тебя!» — теперь это была ее мантра. Дочь Озая не потерпит к себе такого отношения! Какая-то плебейка не будет унижать ее достоинств! Не любит, ха! Магессе плевать на это, ей никто не нужен! Все предатели, все будут наказаны!***
Время вновь ускоренно бежало. Боль по утрате ушла на второй план, как и большинство воспоминаний о ней. Теперь принцесса стала предводительницей сумасбродный девчонок, обиженных на жизнь. Горела новой целью. Плевать на эту Рузо, ей нужно сделать Зуко достойным наследником. А кто это может сделать, кроме как лучшей из лучших? План был прост — переодеться в духов и украсть детей. Кемурикаге… детская страшилка для Азулы, которая сейчас сыграла хорошую роль. Лордишко обязательно бы начал решать этот вопрос в первую очередь. Мало ему было восстания озаистов! Как предводитель, принцесса также заглядывала в дома и искала детей. Она тенью впорхнула в распахнутое от засушливой жары окно. Свечи и благовония уже погасли. Такой знакомый аромат, напоминает деньки, которые так хотелось забыть. Откинув непрошенные назойливые мысли, девушка продолжала искать детей. Однако, пойдя к кроватке у изголовья кровати, она увидела знакомые черты лица. В постели рядом с люлькой спала Хирам. Тело напряглось, казалось, холодный пот проступил. Азулу слегка трясло, ей не хотелось верить в те, что все это реальность. Но все равно подходит ближе, напрочь забыв о первоначальной цели. Зажигает слабый огонь, и в лазурных тенях смотрит на спящую. Вновь мираж? Или совпадение?! Она не может быть здесь, это не поместье Рузо! Касается прядей, лица. Все такое же мягкое, овал все такой же странный. Но ей правда идут распущенные локоны. Оказывается, лидер Кемурикаге никогда не видел Рузо с распущенными волосами. Они делают ее лучше. Взгляд неспешно рассматривает спящую. Азула помнила ее такой, но… все равно было нечто новое. Девушка никогда не видела ее спящей, такой… беззащитной. Ночная сорочка слишком тонкая, слишком прозрачная, слишком притягательная. Вырез небольшой, но из-за расположения конечностей можно увидеть многое. Азула хочет. Странное вожделение поднесло пальцы к вырезу. Нужно лишь приподнять, лишь оттянуть, чтобы увидеть… На лидера Кемурикаге резко напали, резко ударив каким-то предметом в голову. Черепушка звенела. Принцесса просчиталась. Хирам не спала, явно знала о том, что детей начали воровать. Была всегда начеку… Действительно настоящая. — Да как ты посмела?! — рычит не своим голосом принцесса, посылая в наглую девицу огонь. Злость захватила сознание. Почему Рузо спокойно живет своей жизнью, пока ее императрица мучалась?! Ей настолько плевать?! — Азула?! — ахает от удивления напавшая. Это какой-то новый тембр голоса, совсем непривычный. Благо, от ожога ее спас тот предмет, которым она ранее нанесла удар. — Что, не ожидала, да? — даже через маску чувствовалось, как сестра Хозяина Огня криво усмехается. — Думала, что сможешь избавиться, да?! — О чем ты? — хмуриться некогда староста. Однако сжимает орудие сильнее. Боится?! — Как ты могла спокойно жить без меня?! — возмущалась преданная. Теперь ей есть, что сказать этой мерзавке! — Не думала обо мне, не искала, просто бросила так, в темнице! — ей не хотелось слышать оправданий. Просто сжечь на месте! — Зачем ты тогда пришла ко мне?! Нравилось смотреть, как я проигрываю на Агни Кай?! Нравилось видеть меня в психбольнице, связанной?! Предательница! — Что? — шепот Рузо отдается в ушах гулом. Эта дура действительно не понимает? Или притворяется, думая, что трюк сработает?! — Я предана тебе и предана тобою, Азула! — эти слова были острее ножа, они оставили незаживающую рану. — Ты меня бросила, оставила, кинула! Ты наплевала на мои чувства! Ты сама предательница! Что? Предательница?! Что за вздор! Азула жила для Хирам, сбежала, чтобы найти ее! Бросила попытки свергнуть Зуко! А эта пигалица будет ее обвинять?! Она сама ничего не сделала для их отношений! — Заткнись! — кричит и вновь нападает, как в старые времена. Теперь Рузо сражалась жарче, не церемонясь оставлять синяки на бледной коже. Комната начала гореть, проснулся ребенок в кроватке, и от его рева Азулу осенило, обдало холодом.Это сын Хирам!
Это ничтожество посмело заиметь от кого-то детей! Теперь понятно, почему дом совсем иной. Это дом ее мужа! Пелена черной ярости сожгло душу. Принцесса хватает ребенка. Сильно, желая тому сломать кости. — Не трогай его! — рявкнула Хирам, бросаясь броненосным тигром на лидера похитительниц детей, однако Азула была ловчее. — Теперь твоя очередь думать обо мне! — напоследок успела промолвить беглянка, после чего впорхнула в окно, как и до этого, после ловко взобралась на крышу, дабы проклятия не дошли до ее изломанной души. Однако брюнетка чувствовала, как пристально Рузо следила за ней. ровно также, как и она когда-то, верно?! Пора платить по счетам! Сердце стучало, и мысли затмевал детский плач. Этот червяк раздражал. Как же хотелось его заткнуть! Но убивать тоже нельзя, иначе Рузо не придет. Хотя его убийство было бы самой достойной местью для такого ничтожества!***
— Зачем ты притащила этого ребенка к нам в лагерь?! — возмущалась Чию. Она была недовольная тем, что экс-принцесса подвергает их лагерь опасности из-за своих хотелок. — Все же дети в другом месте! — Твое дело лишь выполнять, а вопросы задаю я! — оскалилась брюнетка, на что получила недовольное цоканье. Дочь Озая ненавидела бестолковые вопросы. В команде начался разлад. Многие были возмущены неоправданным поступком командира, и Азула совершенно скупилась на какие-либо объяснения. Только держала мальца в своей комнате на одной из заброшек. Золотые очи въедались в этого ребенка, как во врага народа. Она пыталась найти в нем что-то. Что это было? Внешность Рузо? Внешность ее хахаля?! Не знает, просто не знает! Ничего не находилось! Значит… он пошел в своего отца… Как же противно, ее просто тошнит! Как же хотелось свернуть шею этому бельму на их отношениях! Как же Хирам могла предать ее?! Они же… Они же что? Азулу вновь ударило током. У них же ничего не было. То признание было не от Хирам, а от демона. Рузо же не любила ее! Как прискорбно… Так почему же снова больно? — Выполняйте приказ. — холодно бросила брюнетка. Ее люди должны были наблюдать за Хирам и докладывать все, что с ней происходит. — Зачем нам следить за какой-то чиновской дочерью?! — возмутилась Зирин и на нее лишь злобно посмотрел командир, заставив замолкнуть. — Это так просто нам с рук не сойдет, Азула. Но Азуле было плевать. Ее только вымораживало то, что девушка ни капельки не страдала, словно ей было плевать на собственного сына! «Какая ты плохая мамочка, да, Хирам?» — слащаво лепетала девица, кривясь на сына подруги… предательницы! Почему это такое поведение ей напомнило Урсу. Однако мысли шли прочь. — Ты даже матери своей не сдался, червяк! — хохотала в маленько личико командир Кемурикаге. — Лучше бы сдохнул еще в утробе! «И не мешал бы нашим отношениям!» — осталось невысказанным. Однажды Азула заметила в складках одежды одной из следящих за Рузо сверток. В нем было послание от самой матери этого червя. Наглая девица поставила ей ультиматум, что ждет встречи у фонтана. Девушка злиться, письмо быстро сгорает и развевается по ветру. Однако секундой после губы вновь рассекает улыбка. Ей не победить настоящего наследника престола!***
Брюнетка весь день думала о долгожданной встрече. наконец сможет достойно отомстить! Азула действительно приходит к фонтану в назначенный час. Возле этого фонтана они часто гуляли… пока не появился Аватар! — Рада, что ты пришла. — бесстрастно произнесла Рузо. — Оставь речи при себе! — злобно бросила экс-принцесса. — Хочешь этого ребенка обратно? — Азула ядовито улыбается. Хочет увидеть хоть каплю страданий или раскаяния, но фонари играли на ледяном лице. Сейчас действительно напоминает ту самую Рузо. — Для начала отзови людей. — Хирам вскинула голову во все стороны, где были Кемурикаге под прикрытием. «Все такая же внимательная!» — сжала челюсть оппонентка. Как она могла забыть об этом?! — Иначе диалога не будет. — Не ты тут ставишь условия, дура! — все-таки эмоции взяли сознание под контроль. Зирин, что была на крыше, вытащила из корзины сына и направила прямо над землей. Если он упадет, то точно умрет. Командир смотрит на безразличное лицо Рузо, и ее начинает трясти от негодования. Почему ей настолько плевать?! Что за уловки?! — Тебе же он жить мешает, — леденящий голос. Это ее Хирам? — Так давай! — и улыбается… совсем как та Тень! Опять мираж?! Почему?! Нет, девчонки тоже же видят ее, верно?! — Чей это ребенок? — шипит змеей негодующая. — От кого?! — переходит на рев. — Каких же идиоток ты взяла себе на попечение, — вдыхает полной грудью, и принцесса не сразу понимает ее слов. — Как же плохо они следили за мной, что не доложили тебе элементарную истину. — Говори, дрянь! — нервы натягиваются, как струны, который вот-вот отсекут ей голову. Азуле нужна правда! — Это мой младший брат, мать умерла из-за родов, ей все-таки было так много… С плеч будто сошел груз всего мира, всей вселенной. Брат. Всего лишь брат! Какое облегчение! — И мой отец мне ищет жениха. — добавила деготь в бочку меда. Азула уже хочет убить этого старика! Как он смеет трогать ее ищейку?! — Идем со мной. — приказывает принцесса, вновь вернув себе лоск, будто до этого не напоминала разъяренного зверя. — Тебе здесь делать нечего. — Не могу. — простой ответ, который скрывает так много причин. — Не хочу быть среди остальных свинокуриц. Мне интересна только ты. Сердце затрепетало вновь, черная зияющая была стала наполняться цветами, но это продлилось отравляюще недолго. — Тем более нам с тобой не по пути, — легко пожимает плечами, словно говорит обычный факт. — У тебя свой путь, у меня — свой. Прощай. Она разворачивается и уходит. Молча. Опять! Все как тогда. Нет! Брюнетка в несколько шагов оказывается рядом, больно хватает разгоряченной ладонью, еле контролируя собственную бушующую магию. Разворачивает собеседницу лицом к себе. — Ты моя и только я могу указывать, когда первой завершать диалог! — Твоя? — и вновь хохочет, словно от какой-то нелепицы. Задевает. — Говорит мне та, которая променяла меня на ораву тупых подхалимок, которые при первой же возможности предадут тебя! Давай, докажи обратное! Девушка не находит слов, ее переполняет злоба. Однако в диалог резко врывается Чию, которая доложила о приближающихся солдатах. пришлось бежать, но Азула точно знала, что этот разговор не окончен.***
Зу-зу все-таки раскрыл ее тайну, спас всех детей… кроме одного. Один из солдат, которые устроил облаву, передал ей записку, в которой говорилось о приватной встрече. Конечно, в записке был шифр, о котором Хирам часто слышала от подруги, поэтому найти логово Кемурикаге было не сложно по наводке. Конечно, она полная дура, что пошла туда в одиночку, но зато предупредила отца, где именно ее искать в случае пропажи. Почему-то в этот раз она верила, что Азула захочет с ней поговорить наедине. Всю дорогу девушка размышляла о некогда принцессе. Несомненно, она слышала и об Анги Кай, и о проигрыше, и о суде… она много что знала, но никак не могла помочь. Ее не пускали во дворец, сам Лорд Огня запретил. Также ее отец стал в нелюбимчиках у брата Азулы… Жизнь стала невероятно сложной. Потом эти озаисты… отец просто хотел, чтобы их семья не знала проблем, поэтому теперь у Хирам и ее брата была фамилии матери, теперь они живут в другом месте и практически не имеют связи с отцом. Азула встретила ее в обмундировании командира, только маски не было. Очень недальновидно с ее стороны, ведь экс-Рузо могла прийти с гвардией. Однако в деревьях заметила тени, и все стало понятно. Принцесса выглядела бледно, у нее залегли розовые синяки под глазами. Девушка заметно исхудала, но не потеряла своего лоска и могущества…даже в каких-то темных лохмотьях, чтобы походить на духа. «Интересно, почему она взяла такую тему их сброда обиженных девиц?» — невольно промелькнула мысль. Хирам чувствовала, что на этот раз подруга все решит рассказать. — Я одна, а ты? — вопрос-намек, и командир, закатив взгляд, отзывает подопечных. — Что хотела? — Поговорить. — жестом приглашает в обитель в виде заброшки, которую кое-как переделали для комфортного проживания. Девушки садятся на лавку, Азула наливает чай. Молчат, хотя хотели поговорить. Хирам не знает, что спрашивать, что говорить. Знает прекрасно, как зла на нее сестра Зуко, вот только она была в бешенстве не меньше. — Где мой брат? — спрашивает, принимая чашку. Брюнетка обиженно улыбается. — Будешь много о нем говорить — вообще не увидишь. — и мило улыбается. пытается шантажировать. Знает, что пришла исключительно за ним. — Как поживаешь? — Учитывая падение страны и неблагоприятные последствия для моей семьи… неплохо. — Хирам не собирается пить в незнакомом месте, даже если чай пахнет знакомыми ягодами. — Раз огрызаешься в таком положении, то действительно в порядке. — довольно кивает хозяйка комнаты. — Знаю, что не ответишь, но все же… для чего все это? — бросает взгляд на подругу, не ожидая ответа. Но Азула говорит. И много говорит. О брате, о предназначении, о возмездии, о слабости и силе, даже возрождение как-то затронула. Девушка не понимала, почему брюнетка хочет такими варварскими методами «обучить» брата быть настоящим правителем, которому нужно уметь делать жестокие и античеловеческие решения во благо страны и граждан. Хотя, может, в этом был какой-то неуловимый смысл. Азула всегда любила управлять исподтишка. — Ты нашла свое призвание, это хорошо. — кивает собственным словам говорящая. — Рада за тебя. — Идем со мной. — опять начинает свою пластинку сестра Хозяина Огня, и это начинает раздражать. — Жизнь в палатках рядом с предательницами — это не мой путь, Азула. — виновато улыбается, хотя видит, как закипает напиток в ее чашке. Сейчас точно что-то будет. — Мы, в роде, это уже обсудили. — Думаю, мы найдем общие ценности, дорогая Хирам. — слащавым голоском произносит брюнетка, после чего делает выпад огнем, но намеренно не касается кожи подруги. Та с криком отскакивает, валиться на пол, что подмечает Азула, которая прижимает всем весом сверху. — Ты моя и должна слушаться! — хватает за волосы и прижимает голову к каменному полу. — Верно, моя ищейка? — Не дождешься. — шипит и скалиться поваленная. Ее оскорбляет такое отношение. Эта дура променяла ее, сама бросила, поэтому теперь она не смеет говорить, что она принадлежит ей! Азула почувствовала, как резко взмокла у лона. Сегодня ночью она мечтала о Хирам. Представляла до мельчайших деталей их разговор, каждый выпад, каждый жест или фразу. Та Рузо смотрела также с ненавистью и обидой. Чувства… вот они, чувства! Она не безразлична своей ищейке! Она все еще чувствует к ней что-то. — Мне не нужен никто, только ты! — рычит, желая подавить волю вырывающейся. Все как во сне. Рузо также кричала проклятья, также оттягивала за волосы, пыталась ударить в живот. И от каждого ее оскала командир понимала, что начинает таять. Сходила с ума по прикосновения, по их отсутствию. А теперь все так жарко, все так ярко и резко. Да, без грамма нежности, но плевать! Хирам сейчас злиться на нее, ей было больно, что Азула сказала ей тогда уйти. Она не хотела этого, хотела быть со своей императрицей! — Ты останешься со мной! — Остановись! — пытается отдышаться Рузо. Она уже почувствовала, как штаны оппонентки взмокли совершенно не от пота. Ее также бросило в жар, Азула в этом уверена, видит по глазам, по иссохшим губам. Желание. Там в них желание! Все взаимно! — Иначе потом будем обе жалеть! Обе. Обе, обе, обе! Все действительно так! Сердце наконец окажется в руках полноправной хозяйки. Все как во сне, сейчас Азулу будут сжимать с остервенением, злостью и страстью! — Это приказ твоей императрицы! «Ну же, целуй!» — молит и скулит про себя принцесса, не в силах сделать этот первый греховный шаг, хотя умирает от вожделения. Хирам, проведя в одиночестве много недель, приказывала себе не сорваться, не поддаться этим глупым чувствам, которые давно должны были сгинуть, как огонь без горючего. Но сейчас все было иначе. Азула была другой, Азула любила и даже хотела ее. или опять потом предаст, бросит, как ненужную игрушку, когда получит свое? Не может думать, тяжело дышать из-за тела сверху. Девушка будоражила ее сознание. Она не понимала, как они смогли так низко пасть, как дошли до этого. Однако стоны Азулы сводили с ума. Брюнетка подставлялась под укусы, прижимала рукой сильней, чтобы вся была в срамных отметинах, о который так долго грезила и не признавалась себе. Командир прижималась бедрами сильнее, желая сжечь ненавистную ткань, чтобы клитор мог отчетливее проходиться по лону подруги. Все как во сне, пока девушка мастурбировала на свою ищейку. Именно такими она представляла засосы — болезненные, черно-фиолетовые, везде. Именно такими должны быть прикосновения — жаркие, властные, требовательные. Если поцелуи, то рваные, мешающие дышать. Плевать на кислород, если сердца вырываются из клеток! Страсть, которая долгие годы пряталась под слоями обид и недопониманий, бушевала огненным штормом. Они словно наперегонки пытались раздеть друг друга, срывали непрошенную одежду, которая в итоге стала мягкой подложкой для влюбленных тел и скрепленных душ. Азула наконец могла видеть грудь, о которой грезила. Могла ее пробовать, трогать, чувствовать аромат. — Прекрасная, какая же ты прекрасная. — голоса слились и нельзя было понять, кто что говорит. Обе забылись, растворялись в комплиментах и поцелуях. Хирам выгибалась под юрким языком Азулы, пока та играла с сосками. Брюнетка властно положила руку подруги себе на лоно. Ей уже мало было простых поглаживаний! Было видно неумелость Рузо, которая вскоре нащупала клитор, пыталась предугадать нужный ритм по реакции подруги. Чем больше та стонала и сбивалась с покусывания сосков, тем правильнее действовала ладонь. Они забыли себя, желая всю любовь отдать партнеру. Вместо слов они перешли к действиям Им не хотелось быстро кончать, поэтому интенсивные ласки переходили на более романтичные. Вновь перешли на поцелуи, теперь Рузо покрывала тело своей императрицы цветами любви, к этим бутонам она языком рисовала стебли, желая наконец попробовать нечто запретное, о чем даже мечтать боялась. Принцесса развела для любимой ноги, чтобы доступа было больше. Пальцы сами запрятались под темные пряди, помогая Хирам в таком непростом деле. Девушка горела, когда Рузо целовала лоно, когда посасывала половые губы, давила языком на клитор и пыталась собрать им всю смазку. Просто один вид подруги между ее ног сводил с ума. Если это было продолжение того сна, то пусть никогда не проснется. Не хочет жить в реальности, где нет Хирам! Девушка не смогла выдержать и достаточно быстро кончила, прижимая партнершу так сильно, что та не могла продохнуть. Комнату опалило синее пламя. Азула упала будто замертво, пытаясь собрать себя по кусочкам. она же будто фейерверком взорвалась! Видеть влажные губы и подбородок было мало. Она начала властно целовать, слизывать всю смазку, которую ранее отдала. Когда Рузо оказалась у нее на лице — Азула уже готова была от этого кончить. Когда она была снизу, то Хирам выглядела такой смущенной. Она волосами прикрывала лицо, стыдясь того, в каком положении оказалась. Принцесса достаточно сильно сжала ей бедра и с какой-то невероятной жаждой. Брюнетка прислушивалась к стонам, ее сводило с ума то, как девушка сама выгибалась, двигала бедрами, чтобы увеличить нарастающее удовольствие. Командир Кемурикаге поняла, что готова все это испытывать вновь и вновь, питаться исключительно той смазкой, которая водопадом стекала ей на язык. Она забыла обо всем, кроме того удовольствия, что дарила Хирам. И готова была все испить, что только сможет получить. Это были новые эмоции и звуки, которые давала ей Рузо, ранее такого не было никогда. и ей вновь и вновь хочется изучать этот многогранный драгоценный камень, свою собственность, свою ищейку… Дальше — каскад эмоций перешел в планомерный штиль. Они обнимались, как в старые времена. Азула могла укутаться в чужие руки. Теперь она ощущала себя дома, однако точно не знала, что будет завтра или через несколько часов, когда их тела остынут. не знала, будут ли они вместе или это их единственный всплеск неконтролируемых чувств. Боялась думать, боялась предательства. Знала, что ее ищейка ее не оставит, но… не знала, как им вместе жить. Просто существовать в стране брата желания у Азулы не было, а жить как кочевые беглецы уже Рузо не желала. Но все расставит по местам реальность…с которой всю жизнь боролась и будет бороться дочь некогда Хозяина Огня.
Примечания:
Как же долго я писала. Еще с момента, как увидела заявку. Надеюсь, оно того стоит.
