Последний подарок

- По шкале от одного до семи клубней - на сколько? - спросили его с весёлой улыбкой. Брок подумал, что он отбит не на всю голову, а потому лишение жопной девственности в ванной его мальчику точно не грозит. Но вот распускать руки и губы ему никто не сможет помешать, а потому честно сознался: - Четыре-пять. Видимо, это был правильный ответ. Под тёплыми струями воды, в облаке цитрусовых ароматов так приятно потереть жёсткой мочалкой спину, а потом подставить свою. Гарри вдумчиво намыливал, не пропуская ни дюйма; потом проводил пальцами, обводя рельефы мускулов; потом смывал, проверяя ладонями - чисто ли. Смотрел - задумчиво и с удивлением. - Ты красивый. - Ты тоже красивый, котик. У обоих стоял. Расстояние между ними было не больше ладони, и они постоянно задевали друг друга; замыкалась цепь, искрило - невидимо, но чувствительно. Брок хитро улыбнулся: - Если ты чего-то хочешь, достаточно просто попросить. Словами. Гарри покраснел - Брок в очередной раз мысленно улыбнулся - и сказал: - Я хочу, как на кухне. - Как именно на кухне? - вкрадчиво спросил Брок, но в ответ получил нахмуренные брови и сузившиеся глаза. - Что, не помниш-шь, кого и как трахал на своей кух-хне? Через мгновение злое выражение лица сменилось растерянным, а потом расстроенным и смущенным. "Это кто у нас такой ревнивый?" - умилился Брок, но вслух сказал без всякой насмешки, предельно серьезно: - Котик, я прекрасно помню, что у нас было на кухне. Я просто хотел, чтобы ты сказал. И чтобы ты знал - одноразовых на кухне не трахают. Их трахают... В туалете клуба. За углом бара. Приводят домой в спальню, а потом отправляют на такси. На кухне трахают любимых. - Обними меня, - попросили, не глядя в глаза. Брок обнял так крепко, как мог, постоял немного и потянулся за полотенцем. Вытер спину и плечи от струек воды, стекающих с длинных волос, обернул вокруг бёдер и слегка шлепнул по заднице, намекая на завершение водных процедур. Потом вытер себя, завернулся и вышел. Картофелеметр показывал ноль. Гарри сидел на краю кровати со странным лицом, и на секунду Броку захотелось научиться читать мысли, чтобы узнать хотя бы примерное направление забега тараканов внутри этой красивой головы. Но потом он решил действовать старым проверенным способом. Сел рядом. - Малыш? Гарри обернулся и внезапно толкнул его в грудь, опрокидывая на кровать. Навис сверху, напряжённо всматриваясь в глаза, а потом поцеловал в губы, в подбородок, в шею, в грудь. Брок сначала даже не поверил, что это все происходит с ним, а потом, желая увидеть каждую секунду в подробностях, отполз назад и подтянул подушку себе под голову. Сердце застучало, как бешеное, рассыпавшись на множество пульсирующих точек. Ему облизывали и прикусывали соски, неотрывно наблюдая за реакцией. Брок вздыхал и плавился, ерзал задницей и комкал пальцами одеяло, а когда дорожка поцелуев и укусов дошла до лобка, закусил нижнюю губу. За это его немедленно наказали, чувствительно ухватив зубами за выступающую над тканью тазовую косточку. Брок тут же перестал заниматься преступным сдерживанием эмоций и улыбнулся, ощущая одновременный прилив педагогической гордости и крови. Гарри размотал полотенце, взял его член в руку и несколько раз мягко провел ладонью вверх и вниз, потом медленно наклонился и лизнул - от мошонки к головке. - Небо ещё на месте? - не смог промолчать Брок. Котик покраснел и лизнул ещё раз, а потом взял головку в рот. Последние лет пятнадцать или даже двадцать Брок считал девственность явлением, не заслуживающим отдельного слова в языке. Но сейчас, видя яркое кольцо губ на своем члене, чувствуя немного бестолковый язык, он вдруг осознал, что единственный в этом рту. Был, есть и будет. И первый раз больше не повторится. От этого осознания расплющило, и захотелось навсегда запомнить каждый порнографичный пиксель. Гарри честно старался, помогая себе рукой, а Брок в ответ так же честно выдал хриплые стоны, мат, ласковые прозвища, непереводимые вопли и пять миллилитров жидкости. Слегка переведя дух, он поменял их местами, и трахнул котеночка ртом, быстро и жёстко, вбирая в себя всю длину. Заодно радуясь, что размер вполне человеческий, точно не больше шести дюймов. Они обнялись, переплелись руками и ногами и немного полежали в тишине, пока Брок не возжелал узнать результаты эксперимента. - И как ощущения? - Твои - фееричны. - А твои? Гарри медленно облизнул губы. Его расслабленное лицо, ещё не вернувшее обычную бледность, выглядело сейчас гораздо моложе - почти юным, совсем невинным, что резко контрастировало с совершенно блядскими движениями розового языка. Брок сглотнул и вздохнул. - Вкус... Необычный. И ты был прав по всем пунктам. Особенно про власть. - Он сделал зловещее лицо и поиграл бровями. - Ещё немного потренируюсь и... "... И мне пизда. Не верёвки будут вить, а на молекулы разбирать. А я буду спрашивать, каким боком повернуться, чтобы было удобнее." Они посмотрели друг на друга и рассмеялись, а потом Брок сказал, что умирает от голода, и пошёл к шкафу одеваться. - Знаешь, что? - сказали ему в спину. - Давай не будем заморачиваться готовкой. Сгоняем по-быстрому на ту сторону, поедим и зайдём в пару магазинов. А потом я перетащу оборудование и начну, наконец. От таких предложений не отказываются. Гарри показал ему, где в Гудзон Ривер Парке находится вход на Тринадцатую Авеню: - В твоём жетоне достаточно магии, чтобы пройти. И ещё, не сказал тебе сразу - это прямой портал ко мне в любую точку земли. Активируется твоей кровью. Капли достаточно. Иди. Сказать, что Брок охуел - не сказать ничего. Он наивно полагал, что волшебники просто мимикрируют под обычных людей. Магазины для своих, клубы для своих - как у бутлегеров двадцатых или геев шестидесятых годов. Но чтобы внаглую застроить первую береговую линию Гудзона? - Город в городе? - Да какой город - улочка и два переулочка. Вот Лондон! Потом сам увидишь. Они очень вкусно пообедали в заведении не только для хомо сапиенс и пошли в лавку за алхимическими ингредиентами. Брок ощутил себя в декорациях сказочного фильма про ведьм: помещение от пола до потолка было заставлено, завалено и завешано самой невероятной хренью. Засушенные и заспиртованные части неведомых зверей и птиц; растения - живые и мертвые; жидкости, порошки и слизь разных цветов и оттенков. Следующим был магазин - нет, не уборочного инвентаря, как сначала подумал Брок, а деревянных средств индивидуальной мобильности. Гарри коротко сказал: "Молния Supreme", и продавец, обрадованный, что не надо консультировать и уговаривать, благодарно затараторил: - Лучший выбор, сэр! Лучшие характеристики! - А какие характеристики? - решил уточнить Брок, которому показались смутно знакомыми гладкие блестящие коричневые прутики. - До ста пятидесяти* за десять секунд! Вечный тормоз! Отменный баланс! У Брока похолодело в животе - он вспомнил. Естественно, устраивать разбирательства перед продавцом он не стал, но, как только они вышли наружу, вытаращил глаза: - Сто пятьдесят? Серьёзно? А защита хоть какая-то есть? - Защита? Я сам себе защита, - удивился абсолютно и наглухо безбашенный котик. Брок на такой скорости никогда не гонял на машине даже на полигоне, пристегнутым и в шлеме, поэтому не успокоился, но его не стали слушать: - Если она может разгоняться до такой скорости, это не значит, что я всегда летаю на такой скорости. И потом, ты тоже не на макаронной фабрике работаешь! - Но я... Я хотя бы в бронике и в шлеме! А ты! Гарри сложил руки на груди и серьёзно посмотрел Броку в глаза: - Хорошо. Я ухожу из Аврор-офиса и занимаюсь только зельями. Ты уходишь из своей конторы и идёшь работать фитнес-тренером. Женским. Все спокойны и счастливы. Мм? - Что это сразу в фитнес? Я в Щ.И.Т.е не планировал до ста лет по полям бегать, дожил бы - у них и остался бы инструктором. У меня, между прочим, педагогический талант! И карьеру военного я сознательно выбрал, ещё в школе, пошёл в военное училище... - Серьёзно? Ты такой не один, - с улыбкой ответил котик, и Броку нечем было крыть. Вернувшись домой, они раз пять сходили в Лондон, перетаскивая котелки, посуду и сырье. Брока подмывало посоветовать захватить пару носков и трусов, но он не стал - когда-нибудь, наверное, и сам додумается. Затем котик засел в подвале, откуда не вышел даже на ужин. Ужин, пришедший к нему, он съел наощупь; поблагодарил самой ангельской из своих улыбок; поцеловал, не глядя, куда попал; и опять пропал. Брок сидел перед телевизором с бутылочкой пива, с интересом рассматривая мужиков, пиздящих друг друга за высокой сеткой октагона, и чувствовал себя счастливым, как никогда. Оказывается, чтобы быть не одному, недостаточно любого живого голого тела на расстоянии вытянутой руки; но вполне хватает одного конкретного, пусть даже одетого и далёкого. Гарри явился под утро, подкатился поближе, закинул на Брока всё, что смог, зевнул в шею и вырубился. И это тоже было хорошо. * 150 миль - это, на минуточку, 241 км