в состоянии любить

не прошло и недели, как в университете уже все знали про "солевую парочку". Руи и Цукаса узнали об этом от Акито, который частенько им звонил и докладывал обо всём происходящем. он также предупредил, что, возможно, эта информация дойдёт и до преподавателей тоже, ведь Эна стучит на всех. это сильно напугало только блондина, ведь такое может дойти и до родителей, а что потом? наркология, семья вряд-ли простит подобное, ведь все были уверены, что бывших наркоманов не бывает. Руи, кажется, совершенно не волновался по этому поводу. действительно, его семье всё равно, употребляет он или нет. всё время блондин жил в страхе, что вот вот ему позвонят родители и строго спросят, правда ли всё это. даже употреблять стал чуть меньше. тревога нарастала с каждым днём всё сильнее и сильнее... в последний раз, приехав домой, он расспрашивал Саки, как та относится к наркоманам и что знает о них. она говорила всё, что было известно и поинтересовалась, зачем брату такая информация. Цукаса пояснил, что это для проекта, который задали в университете. как же ему было жаль свою младшую сестру, она даже не представляет, во что ввязался парень. и вот настал тот момент. был вечер, на улице шёл сильный дождь, Руи и Цукаса никуда не собирались, недавно занюхали очередную белую дорожку и расслабились. на фоне работал телевизор, по нему шёл старый чёрно-белый фильм, а парни лежали на диване, разговаривая о чём-то. лежавший на столе телефон неожиданно зазвонил. громкая музыка из тик тока на мгновение испугала блондина. как только он взял телефон в руки, его всего затрясло. на экране высвечивался номер мамы. она бы не стала звонить сейчас, она обычно звонит днём и только раз в две недели. трясущимися руками Цукаса ответил на звонок и пробормотал испуганное: "алё..? мам, что-то случилось?" на другом конце провода была тишина, в которой можно было различить всхлипы матери, а на фоне встревоженный голос Саки: "мамочка, что такое? почему ты плачешь?" — иди, пожалуйста, в свою комнату...я поговорю по телефону... – ответила мать и через время молчания продолжила. – да, случилось страшное...я узнала, что мой сын...наркоман..! господи, какой позор! мы с папой так старались, чтобы ты вырос порядочным человеком, поступил в хороший университет! а ты... он не стал слушать дальше и отключился от звонка, а затем выключил телефон. парня всего трясло, он только и мог, что бормотать что-то невнятное и просить ещё одну дорожку. Руи совсем не понял, что только что произошло и почему у его возлюбленного такая реакция на звонок. занюхав ещё одну дорожку, Цукаса посмотрел прямо в глаза своему парню. зрачки были расширены, в глазах читалось самое настоящее отчаяние. казалось, ещё чуть-чуть и он разрыдается. — Цукаса, что произошло? что тебе сказали? кто-то...умер? – наконец спросил Руи. — если-бы...они всё узнали...т-теперь они всё знают...они знают, чем их сын занимается... – ответил блондин. он стал оглядываться вокруг. глаза разбегались в поисках чего-нибудь полезного. не найдя ничего, парень вскочил с места и выбежал из комнаты, оставив Руи одного и в непонимании. осознание пришло почти сразу: Цукаса сейчас под кайфом и однажды он изрезал себе руки, в другой раз пытался прыгнуть с балкона. все ножи сейчас спрятаны. но балкон...точно, балкон! он находится в другой комнате. только парень сорвался с дивана и добежал до комнаты, он остановился. Цукаса, его возлюбленный стоял на балконе, на него капал дождь. блондин стоял спиной к комнате и, видимо, смотрел на улицу. Руи начал было аккуратно двигаться к нему, когда тот внезапно обернулся. нельзя было понять, плачет он или лицо промокло от дождя. а может и всё вместе. вдруг он улыбнулся. такая грустная улыбка была на его лице. — Руи, я не хочу в наркологию. не хочу быть позором семьи. – проговорил Цукаса дрожащим голосом. — стой, где стоишь, пожалуйста. мы сейчас с тобой всё-всё обсудим. тебя не отправят в наркологию, поверь мне. – сказал Руи, аккуратно идя к балкону. — а что уже обсуждать? уже не о чем говорить. но я очень люблю тебя, Руи. ты для меня стал всем. если бы существовал передоз от любви к тебе, я бы уже давным-давно сдох. он сел на перила балкона и через пару секунд сорвался вниз. такого Руи не испытывал никогда прежде. в момент, когда его возлюбленный полетел с балкона, он впервые за долгое время заплакал. громко. было слышно, как ему больно от этого момента. он добежал до комнаты, схватил телефон Цукасы, на который тот никогда не ставил пароль и набрал номер его мамы. вместо неё ответила Саки. её нежный голос озадачил Руи на пару секунд. по его щекам текли слёзы, он не мог сказать ей, что её брат спрыгнул с балкона. парень, стараясь как можно спокойнее, спросил: "Саки, а мама далеко? дай ей телефон, пожалуйста.." когда на том конце провода был слышен голос явно разочарованной женщины, Руи не стал сдерживать своих эмоций. — что такое?! ну же, говори, Цукаса! алё, ты меня слышишь?! – громко спрашивала мама. — извините, это...Руи. вы, наверное, слышали обо мне..? – ответил парень. — да, слышала. так что случилось и почему мне звоните вы, а не мой сын? — ваш сын...он только что спрыгнул с балкона...я пытался его отговорить, но... на другом конце теперь были слышны рыдания матери. дальше всё было как в бреду. парень вызвал скорую,приехали родители его возлюбленного. благо, Цукаса был ещё жив и был шанс спасти его. Руи остался в квартире вместе с семьёй блондина. мать рыдала ещё громче, обвиняя себя. отец пытался успокоить её. Саки, которая напросилась поехать сюда, тоже не могла сдержать слёз. долгие несколько часов. по телевизору всё ещё шёл чёрно-белый фильм, громкие рыдания заполнили всю квартиру, пока, наконец, снова не зазвонил телефон. отец ответил на звонок. все моментально затихли, пытаясь расслышать, что говорят по телефону. "ваш сын жив, но находится в тяжёлом состоянии. однако жить он будет, это гарантировано." — Руи...я п-прошу, убереги его от наркотиков. я так понимаю, ты для него самый близкий человек в данный момент времени? он не будет слушать ни меня, ни отца... – проговорила мать, умоляюще смотря на Руи. – мне уже всё равно, пусть хоть его отчислят, главное, чтобы этой дрянью он не травил себя! — я постараюсь. – ответил он. постараюсь. но парень сам понимал, что ни он, ни его возлюбленный не прекратят употреблять даже после такого.