Мой папапа критик

Попытки протеста Шэнь Юаня переросли в тихие жалобные вздохи, когда Ло Бинхэ безжалостно вбивался в него. Это было либо невыносимое удовольствие, либо душераздирающая агония, но этого всегда было больше, чем он мог вынести. Он уже не знал, от чего просил освободить его. Он подумал, что, возможно, плачет. — Не должно идти крови, идиот, — внезапно произнес неодобрительный голос. Шэнь Юань ударил Ло Бинхэ рукой по груди и оглядел комнату в поисках незваного гостя. Обеспокоенные звуки Ло Бинхэ отошли на задний план, когда голос заговорил снова, и Шэнь Юань понял, что он исходил из его собственной головы. —Он просто продолжает толкаться и толкаться, как дикий зверь, — продолжил голос. И ты думаешь, это приемлемо только потому, что он немного плачет? Я здесь плачу рекой, наблюдая за этим безобразием. Шэнь Юань поморщился и ударил Ло Бинхэ по плечу. -Вытаскивай. Оказалось, что его преследовал бывший владелец его тела, и у Шэнь Цзю было мнение о его отношениях с Ло Бинхэ. Точнее, о сексуальной части. Он мог бы пойти и изгнать его, но казалось неблагодарным просто вытолкнуть Шэнь Цзю из его собственного тела, когда именно Шэнь Юань был тем, кто пилотировал его так долго без разрешения. И кто знал, кого из них действительно выбросят. Это был риск, на который он просто не мог пойти. Поэтому он решил никому не говорить. Это был ад в его сексуальной жизни, но он должен был признать, что его тело ценило это. Его кожа вновь обрела бессмертное сияние, его задница не болела, и ему больше не приходилось терпеть унижение своих учеников, которые стали свидетелями того, как его носили на руках, как пациента. Ло Бинхэ же, с его неиссякаемым либидо, попеременно выглядел то побитым щенком, то повелителем демонов на грани — тревожно напоминая то время, когда он был под властью Синь Мо. —Слюна — это не смазка, — резко сказал Шэнь Цзю, когда Ло Бинхэ нетерпеливо начал его растягивать. —Крем для лица! Лечебная мазь! Хозяйка борделя навсегда запретила бы ему посещать свое заведение за то, что он делает с твоей задницей. Шэнь Юань стиснул зубы и заставил Ло Бинхэ принести мазь. —Трение улучшилось, но техника трагична. Посмотри, как он просто тычет тебе в простату, пытаясь понять, какие звуки он может из вас извлечь, совсем как ребенок с игрушкой. Жалко не получается как следует растянуть это нелепое оружие в виде члена. Неудивительно, что все ваши попытки заканчиваются жестокостью! Шэнь Юань посмотрел на свой вялый член и молча извинился перед ним. Были бесконечные вопросы к Шицзуню в стиле: ты меня больше не хочешь? Этот ученик сделал что-то не так? Шицзунь, ты все еще любишь меня? За этим обычно следовала еще одна неудачная попытка секса, а затем неизбежный плач. Большие грустные глаза Ло Бинхэ убивали его, поэтому он, наконец, решил просто игнорировать слишком самоуверенного призрака в своей голове и игнорировать его. Но потом- —Если он не замедляется, когда ты говорите ему замедлиться, то ему лучше уйти ПРЯМО СЕЙЧАС. Возмущение Шэнь Цзю отдавалось в черепе Шэнь Юаня. И если этот коварный, невоспитанный зверь снова попытается использовать свои слезы, чтобы убедить тебя продолжать, я отрежу его огромный член и буду бить его им, пока он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО не заплачет. Шэнь Юань вздохнул, толкнул Ло Бинхэ в грудь обеими руками и сказал: —Давай остановимся. —Снова? Ло Бинхэ вскрикнул, не веря своим глазам. Он неохотно отодвинулся и с надутыми губами обнял Шэнь Юаня за талию. Его темные, израненные глаза смотрели на него с искренним несчастьем. —Что я сделал не так на этот раз? —Кроме того, что ты безнадежно необучаем и эгоистичен в постели? —Некоторые люди просто не умеют заниматься аналом, — наконец сказал Шэнь Юань, глядя ему прямо в глаза. —Ты можешь взять мою руку, но хризантему нет.